Чего хотел Гитлер и о чем молчат американцы
Мы отпраздновали День Победы. Эта дата такая естественная и такая родная для нас всех, и невозможно представить, что такого дня в нашей жизни не было бы. Да, наши отцы и деды отстаивали Родину, но по сути это была битва за современную цивилизацию. Правда, сегодняшняя цивилизация не всегда нам нравится. Это так. Но что могло бы быть взамен в случае, если бы Гитлер все же смог реализовать свой план?
Довольно редкая сейчас книга, изданная почти тридцать лет назад. В ней — множество объемных цитат Гитлера первой половины 30-х годов — то, что Гитлер, не стесняясь говорил в узком кругу. Старательно воспроизвел их глава Сената города-государства Данциг Герман Раушнинг, который одно время в этот ближний круг входил. Тогда германские войска еще никуда не двинулись, но Гитлер уже делился сокровенным.
«Мы обязаны истреблять народы так же точно, как мы обязаны систематически заботиться о немецком населении. Следует разработать технику истребления народов. Вы спросите, что значит «истреблять народы»? Подразумеваю ли я под этим истребление целых наций? Конечно. Что-то в этом роде, все к этому идет. Природа жестока, и нам тоже позволено быть жестокими», — считал Гитлер.
Истреблять народы. От слов Гитлер перешел к делу. Дьявольская технология заработала в лагерях смерти, прежде всего на территории Польши. Гитлер вырос из обид на Европу после чрезмерно жестокого и даже унизительного в отношении Германии Версальского договора. Ответом стал немецкий национализм в его высшей форме — теории расового превосходства. По ней немцы — господа, остальные — рабы.
«Мы стоим перед необходимостью создать новый социальный порядок. Порядок — это всегда иерархия. Секрет нашего успеха в том, что мы снова ставим в центр политической борьбы право истинных господ на существование. Истинные господа возникают только тогда, когда возникает порабощение. Не может быть и речи о преодолении неравенства между людьми — напротив, его следует углубить. Наша задача — поработить другие народы. Немецкий народ призван дать миру новый класс господ», — заявлял Гитлер.
Порядок — через уничтожение целых народов и превращение нужного количества в рабов. Первый договор о ненападении Гитлер заключил в 1934 году с Польшей. Она с таким союзником наивно мечтала принять участие в расчленении СССР. Но Гитлер к любым договорам относился как к заведомо временным. Поляков считал от рождения предназначенными лишь для черной работы и прочил им участь рабов. Что до польской интеллигенции, то ее фюрер намеревался полностью истребить. А про договор с Польшей в ближнем кругу высказывался так: «Все договоры с поляками имеют лишь временную ценность. Я вовсе не собираюсь добиваться взаимопонимания с поляками. Мне нет нужды делить власть с кем-либо».
«В центре я поставлю стальное ядро великой, скованной в неразделимое целое Германии. Австрия, Чехия и Моравия, Западная Польша. Блок из сотен миллионов человек, нерушимый, без трещин и инородцев. Прочный фундамент нашего господства. Затем — Восточная Федерация. Польша, государства Прибалтики, Венгрия, балканские государства, Украина, Поволжье, Грузия. Федерация, но, конечно, не наши равноправные партнеры, а союз вспомогательных народов, без армий, без самостоятельной политики, без самостоятельной экономики. На западе будет то же самое, что и на востоке. Западная Федерация. Голландия, Фландрия, Северная Франкония. Северная Федерация. Дания, Швеция, Норвегия», — мечтал Гитлер.
При этом надо понимать, что западноевропейские демократии существуют сейчас лишь благодаря Красной Армии. Она и СССР принесли туда демократию. Если бы не наша Победа, то уклад всей Европы был бы другим. Демократию Гитлер называл «ядом» для народов, сравнивал с «сифилисом» и никоим образом не предусматривал ее для порабощенных наций. Третий рейх — вновь присоединенные территории делил на рейхсгау — административные округа под командованием имперского штатгальтера – наместника. Неизбираемая должность для насаждения в обществе военной дисциплины. Инструменты? Аресты, принудительные работы, принудительная стерилизация, расстрел. Важно понимать и то, что победа Красной Армии сохранила в Европе христианство. Ведь Гитлер мечтал его искоренить. Для начала — в самой Германии.
«Искоренить христианство в Германии, истребить его полностью, вплоть до мельчайших корешков. Нам не нужны люди, которые таращатся в небеса. Нам нужны свободные люди, которые осознают и ощущают Бога в себе», — считал он.
Бог в себе — это уничтожение миллионами мирного населения в ходе наступления на Восточном фронте, уничтожение миллионов евреев и славян в лагерях смерти, угон миллионов на принудительные работы в Германию, массовые расстрелы, газовые камеры и дикие эксперименты на людях. Это шире — попытка изменить цивилизационный уклад человечества зверской силой. Не получилось. Благодаря Красной Армии.
Взяв под контроль Европу, Гитлер двинул двухмиллионное войско на СССР. Именно на Восточном фронте вплоть до лета 1944 года Гитлер держал 90% своих сил, и именно наши войска здесь сломали им хребет. В момент открытия Второго фронта исход Второй мировой в Европе был предрешен благодаря победам Красной Армии. И страшно себе представить, что стало бы, если бы война затянулась хотя бы на год-два, ведь гитлеровская Германия была уже на пороге обретения чудо-оружия.
Первый в мире турбореактивный истребитель-бомбардировщик, он же — разведчик Messerschmitt Me.262 Schwalbe («Ласточка») в 1944 году уже был в воздухе и участвовал в боевых действиях. Да, турбореактивную летающую машину нужно было дорабатывать, но Красная Армия, разгромив Гитлера под Сталинградом, не позволила.
Гитлер многое ставил на боевую ракету FAU 2 — первый объект в мире, совершивший в 1944 суборбитальный полет, достигнув высоты 188 километров. Еще год-два и не исключено, что Гитлер смог бы обстреливать ракетами не только Лондон, но и с помощью межконтинентальных А-9/А-10 даже и Восточное побережье США. Например, Нью-Йорк, Бостон, Филадельфию или Вашингтон. Такой проект был. Красная Армия, разгромив Гитлера на Курской дуге. Не позволила.
То есть если бы не Красная Армия и не Советский Союз, то не было бы сейчас ни такой Британии, ни такой Франции, ни такой Польши и ни такой Америки. Не было бы вообще никакого Израиля. Да и Италия в итоге не уцелела бы. Другой были бы Азия и прочие части мира. Не было бы Всеобщей декларации прав человека. Не было бы ООН и Евросоюза. Конечно, сегодняшний мир не идеален, но в любом случае он куда лучше, чем то, что ему готовил Гитлер. Спасибо Красной Армии.
Хорошо, что недавно министр иностранных дел Германии Хайко Маас в соавторстве с директором Мюнхенского института современной истории Андреасом Виршингом выступили со статьей в Spigel, где однозначно заявили, что именно нацистский режим Третьего рейха, то есть гитлеровская Германия как единственная страна несет полную ответственность за развязывание Второй мировой войны. Важное признание. Но заканчивается мысль удивительным образом. Мол, для занятых советскими войсками Восточной Германии, Польши, Прибалтики, стран Юго-Восточной Европы разгром нацизма связан с «началом новой эпохи лишения свободы».
Но минуточку. У всех этих стран выбор был из двух вариантов. Либо рабство в Третьем рейхе, либо куда более мягкий по сравнению с первым вариантом социальный эксперимент в составе советского блока — Совета экономической взаимопомощи. Третьего варианта не было и не могло быть, поскольку его никто не предлагал.
Запад большую часть войны был не в игре. А послевоенный мир согласован за столом переговоров в Ялте и Потсдаме с учетом вклада в Победу. Красная Армия это заслужила. И таким был этап европейской эволюции. Скажите спасибо.
Вместо этого в Америке Министерство обороны США в канун юбилея публикует викторину и мультимедийную презентацию по истории Второй мировой под заголовком «День Победы в Европе: время празднования и осмысления». Россия там не как победитель, а как союзник Германии в нападении на Польшу. Среди погибших были около шести миллионов евреев, которые были убиты нацистской Германией. Решающим в победе над нацизмом стал, конечно же, вклад США.
«Война бушевала уже почти пять лет, когда 6 июня 1944 года войска США и союзников высадились на побережье французской Нормандии. Вторжение ознаменовало начало конца для Адольфа Гитлера и нацистской Германии. Меньше чем через год Германия капитулирует — Гитлер будет мертв. Около 250 тысяч американских военнослужащих также были убиты в ходе боев на европейском театре военных действий», — говорится в презентации.
То, что потери США в битве с гитлеровским фашизмом — лишь менее 1% от того, что потеряла тогда наша страна, Пентагон не упоминает. Как не упоминает и то, что США вступили в войну, что называется, под занавес, когда исход битвы был предопределен и мы «дочищали» немцев у западных границ Советского Союза, готовясь с лету войти в Польшу. Впрочем, американцев уже и в школах учат по-другому.
Мог ли Гитлер выиграть войну и почему план «Барбаросса» оказался провальным
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
План Барбаросса Гитлер подписал в конце 1940 года, главным его преимуществом была молниеносность и полный разгром Красной Армии. Немецкие солдаты уже на 40-ой день войны должны были быть в Москве. Все сопротивление должно было быть подавлено за три, максимум за четыре месяца. Впрочем, завоевание Союза было лишь частью дальнейшего плана, в частности строительства барьера Архангельск-Волга-Астрахань.
Особенности молниеносного плана. Почему он должен был сработать
Безусловно, к моменту создания плана захвата СССР Гитлер уже имел множество успешных военных операций за спиной и был весьма амбициозен. Но значит ли это, что причиной провала его военного плана стала излишняя самоуверенность и низкая оценка возможностей Красной Армии и советского народа в целом? Вероятно, и то, и другое. Впрочем, обо всем по порядку.
Молниеносный план должен был вестись сразу в трех направлениях – в трех основных городах: Ленинград, Москва, Киев. В этих направлениях, в общей сложности должно было пойти более 180 дивизий и двух десятков бригад. Все вместе это около 5 млн человек. По подсчетам немцев советская армия в этих направлениях должна была быть представлена 3 млн человек.
Неудачи у немцев произошли сразу же после нападения, стало понятно, что план «Барбаросса» терпит если пока не крах, то неудачу за неудачей. Красная армия растерялась буквально на пару недель – сработал эффект неожиданности, затем обороне удалось взять себя в руки и выстроить грамотную тактику защиты. Расчет немцев отрезать Москву от промышленных центров сразу же провалился. Советское руководство смогло эвакуировать предприятия, которые при этом продолжали функционировать и работать во благо фронта. Поскольку многие предприятия еще и оперативно переделали под оборонную промышленность – имелись технические возможности.
Война затягивалась с самого начала, к такому раскладу войска Третьего Рейха были совсем не готовы, подводило техническое оснащение, даже оружейная смазка замерзала при низких температурах. Солдаты замерзали и сами, поскольку обмундирование никак не предназначалось для суровых российских зим. К тому же к этому времени у Третьего Рейха не было экономических возможностей усилить свою армию, оснащение и так уже было на пределе.
Множество факторов изначально подсказывало Гитлеру, что план, амбициозный и стройный, который так нравился ему, вовсе не был удачным. Но он не собирался отступать от своей затеи и стоял на своем. Ведь даже название этого военного плана было с любовью продумано, все должно было сложиться так, как фюрер представлял себе в своих влажных мечтах.
Над планом работал генерал Фридрих Паулюс, а назван был документ в честь немецкого короля, который вошел в историю как бесстрашный воин и удачливый предводитель, некогда ему удалось держать под своей властью половину Европы. Императора называли Барбаросса его подданные, в переводе это означает «рыжая борода». Иронично, но именно Паулюс, который работал над операцией «Барбаросса» стал первым фельдмаршалом, который сдался в плен. Произошло это во время битвы под Сталинградом.
То, чего Гитлер не мог учесть
Документ представляет определенную историческую ценность и многие специалисты уже успели не просто тщательно его изучить, но и понять, почему он не сработал. Ведь, стоит отдать должное Гитлеру и его военным руководителям, которые отличались продуманностью и дерзостью. Причем, для создания операции по захвату СССР, были привлечены огромные силы, был изучен даже менталитет страны, то, на что можно надавить и как заставить русских подчиняться.
Однако немцы и советский народ слишком разные, видимо даже немецкая педантичность не смогла до конца разобраться в этом вопросе. А вполне вероятно, что наоборот, именно она и помешала не просто учесть, а прочувствовать некоторые моменты. Ведь как бы немцы могли оценить силу духа народа, который собирались завоевать, со своей колокольни? К тому же, не могли достоверно знать о мобилизационном и техническом потенциале страны.
Над планом захвата начали работать с лета 1940 года, соответствующее указание дал Гитлер, однако сам он эту идею вынашивал очень долго. Исторические документы подтверждают, что еще в 20-е годы он писал об этом.
Даже среди самих немцев распространялась информация о том, что войска в восток Европы стягивают для действий в Азии, а то и на отдых. Тем временем руководство Третьего рейха отвлекало коммунистов различными предложениями дипломатического характера. СССР было сказано, что войска перебрасываются для столкновения с Британией на Балканах. Германия активно делала вид, что ее интересует именно соединенное королевство, что кажется сама в это поверила.
Одна за другой печатались карты Великобритании, намеренно распространялись слухи о предстоящих военных операциях. Но все же советская разведка работала, и обмануть ее Гитлер не сумел. Москва знала о предстоящей войне, но о ее масштабах и последствиях не догадывалась. Сталин понимал, что в материально-техническом плане страна не готова к войне и всячески пытался оттянуть момент ее наступления.
Без плана «Б»
Для выбора любимому фюреру военное командование Германии подготовило 12 планов захвата СССР, при этом ни один из них не имел запасных вариантов, планов отступления или подкреплений. Это, пожалуй, все, что нужно знать об амбициях немецких захватчиков. Впрочем, им было чем закрепить свои военные амбиции – за ними была Европа.
В августе захватчики добрались до Ленинграда, но взять его не удалось, тогда все основные силы Гитлер перенаправил на Москву. Амбициозные планы по захвату Крыма тоже провалились, к тому же туда подтягивали подкрепление. Уже летом того же года стало понятно, что зря план «Барбаросса» не имел плана «Б». К концу августа фашисты планировали дойти до Москвы, осенью перейти Волгу и дойти до Закавказья. Большинство задумок так и остались на уровне планов. Ведь уже осенью 1941 года Красная армия перешла в контрнаступление. Вот тебе и блицкриг.
Однако современные историки единодушно сходятся во мнении о том, что немецким военоначальникам стоит отдать должное. Без их опыта и таланта немецкой армии не удалось бы прорваться в страну столь глубоко, ведь это удалось именно благодаря разработанному плану «Барбаросса».
Авантюра или просчет?
Современные специалисты главной ошибкой Гитлера называют его убежденность в универсальности немецкого блицкрига. Он был уверен, что если этот метод сработал с достаточно сильными армиями Франции и Польши, то должен подойти и для разгрома СССР и не учитывал разницу между Европой и СССР. Гитлер не был готов к затяжной войне и не был к ней подготовлен, потому он рисковал по-настоящему, рисковал и проиграл.
Другим просчетом фюрера было то, что он не верил донесениям разведки о военной и технической мощи СССР. Ему сообщалось и о четкой работе государственной системы страны, на которую планируется нападение и развитие обороноспособности, однако все это казалось ему слишком малозначительным, для того чтобы обращать на это внимание. К зиме война должна была закончиться. У немецких солдат даже не было зимнего обмундирования. Амуниция на холодное время года была лишь у каждого пятого солдата.
Весной 1941 года в Германии с визитом были русские военные, Гитлер специально показал им танковые училища и заводы. Но русские осматривая Т-IV не то чтобы не впечатлялись, но продолжали упорно не верить в то, что это самый тяжелый немецкий танк. Она досадовали, что немцы скрывают от них свои технологии, хотя и обещались их показать. Военное руководство Германии сделало вывод о том, что у русских есть более совершенный танк. То есть к моменту начала войны Гитлер ничего не знал о Т-34.
К тому времени у СССР были противотанковые средства на уровне своего Т-34, однако применяться они могли только при определенных условиях. Некоторые историки указывают на тот факт, что отсутствие у Гитлера объективной информации о тех же русских танках-тяжеловесах сыграло свою роль в его желании завоевать СССР. Якобы он признавался в том, что если бы знал о количестве танков и их возможностях, то он бы не начинал эту войну.
Погода и инфраструктура против захватчиков
Знали ли немецкие талантливые военные начальники о зимах в России? Безусловно, но зачем им зима, если война должна была закончиться летом, к тому же говорить о каких-то теоретических погодных минусах и снеге, сидя в теплых и уютных кабинетах вовсе не то е самое, что месить сапогами снежную жижу и грязь, будучи одетым налегке.
Как и полагается первый снег выпал в начале октября, он вскоре растаял, но превратил дороги в смесь грязи и воды, по которой немецкие танки ехали с трудом, к тому же это многократно увеличило расходы на запасное оборудование. Немецкие солдаты сыпали жалобами о нехватке теплой одежды, в первую очередь, сложно было без сапог и нательного белья. Не спешили и с поставкой шипов на танки, поэтому в некоторых регионах немецкая армия и вовсе осталась без танков. Оптика потела, а мазь тоже все еще была в пути, горючее постоянно замерзало.
Командование телеграфировало Гитлеру, что солдатам Вермахта не хватает теплых штанишек и много чего еще. Обмундирование хоть и было отправлено, но постоянно застревало в Польше. Все потому что составители гениального плана «Барбаросса» забыли учесть тот факт, что одноколейные пути совершенно не выдержат амбиции фюрера. Так и произошло.
Немцы тут же столкнулись с тем, что в России другая ширина колеи железнодорожных путей. При отступлении же Красная армия взорвала все станции, где можно было переустановить шасси. Начался самый настоящий дорожный коллапс.
Если бы Гитлер тогда послушал своих уставших и не слишком амбициозных генералов, то исход Второй мировой войны был бы примерно схож с Первой. Но то был Гитлер и его амбиции были куда сильнее разума. Позиции немецкой армии менялись, Гитлер не мог не понимать, что поражение неизбежно, но, тем не менее, продолжал войну. Вероятно, он был убежден, что его капитуляция означала бы полное уничтожение немцев как народа. Потому он шел до последнего, пытаясь исправить то, что успел натворить. Хотя исправить такое в принципе невозможно.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Все за сегодня
Политика
Экономика
Наука
Война и ВПК
Общество
ИноБлоги
Подкасты
Мультимедиа
История
Почему Гитлер начал войну с СССР
— Когда именно в Германии было принято решение о нападении на СССР?
— Это решение было принято в ходе успешной для Германии кампании во Франции. Летом 1940 года становилось все более очевидным, что будет планироваться война против Советского Союза. Дело в том, что к этому времени стало понятно, что Германия не сможет выиграть войну с Великобританией имеющимися техническими средствами.
— То есть осенью 1939 года, когда началась Вторая мировая война, планов нападения на СССР у Германии еще не было?
— Идея, может, и была, но конкретных планов не было. Были также сомнения относительно таких планов, которые позже, однако, были отброшены.
— В чем заключались эти сомнения?
— Начальник генштаба сухопутных войск Франц Гальдер (Franz Halder) был не против войны, но в одном стратегическом вопросе он расходился во мнениях с Гитлером. Гитлер хотел захватить Ленинград из идеологических соображений и Украину, где были крупные промышленные центры. Гальдер с учетом ограниченных возможностей немецкой армии считал важным взять Москву. Этот конфликт остался неразрешенным.
— Действительно ли Гитлер был главной движущей силой этой войны?
— Да. Посол Германии в СССР надеялся на то, что отношения будут хорошими. Однако посол не играл большой роли, когда речь шла об определении немецкой политики.
Стратегические поставки сырья из Советского Союза были очень важны для военной кампании Германии. Кроме того, СССР пропускал транзитом поставки из Юго-Восточной Азии. Например, каучук для производства шин. То есть, были важные стратегические причины не начинать войну против Советского Союза, но военные, которые заискивали перед Гитлером и конкурировали между собой, пытались перещеголять друг друга, предлагая планы нападения на СССР.
— Почему Гитлер так хотел этой войны?
— Чем вы объясняете то, что советский лидер Иосиф Сталин игнорировал подготовку Германии к войне, ведь сообщения разведки об этом были?
— Если судить по секретным документам, в частности сообщениям разведки, создается впечатление, что спецслужбы СССР знали о предстоящем нападении Германии, но армию об этом не информировали. Так ли это?
— Да, по крайней мере, в армии не была объявлена тревога. Сталин был убежден, что любая провокация может заставить Гитлера напасть на СССР. Он думал, что если демонстрировать неготовность к войне, Гитлер сосредоточится на западном фронте. Это было большой ошибкой, за которую Советскому Союзу пришлось заплатить высокую цену. Что касается данных разведки, то сообщения о сроках нападения постоянно менялись. Немцы сами занимались дезинформацией. Тем не менее, вся информация о предстоящем нападении поступала к Сталину. Он все знал.
— Почему война началась именно 22 июня?
— Это было связано с завершением подготовки вермахта к этой войне. Но, в конце концов, он все-таки оказался не готов. Техническое превосходство было фикцией. Снабжение немецких войск наполовину осуществлялось при помощи повозок, запряженных лошадьми.
Начало лета было выбрано и потому, что затем с каждым днем возрастала опасность бездорожья. Немцы знали, что, во-первых, в России нет хороших дорог, а во-вторых, дожди в межсезонье их размывают. К осени немцев фактически остановили не силы противника, а природа. Лишь с приходом зимы германские войска снова смогли продолжить наступление.
— Гитлер объяснял войну с СССР тем, что он якобы опередил Сталина. В России тоже можно услышать эту версию. А как вы считаете?
— Могла ли Германия выиграть войну против СССР?
— Если учесть, что Сталин и его система не хотели сдаваться, не останавливаясь ни перед чем, а советских людей в буквальном смысле гнали на эту войну, то Германия не могла ее выиграть.
— Какие были планы у Германии в отношении оккупированных земель?
— Когда, по-вашему, наступил переломный момент в войне, после которого выиграть ее для Германии было уже невозможно?
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.
Как Гитлер покорял Европу. Захватывающие подробности того, чего не было у нас
Путь к осуществлению своих планов по завоеванию мира лежал через особую стратегию, называемую «блицкриг», молниеносная война. Гитлер извлек все уроки из Первой мировой войны, в которой он участвовал и которую Германия проиграла. Эта война велась по правилам классического военного искусства, а немецкий Генштаб был лучшим штабом, который умел разрабатывать военные операции. Недаром, воюя со всей Европой, Германия сопротивлялась столь долго. Тем не менее, та война была классической, это была война армий, а не мирного населения, она состояла из наступлений, стычек, а еще больше из позиционных боев и маневров. Недаром, в ней все увязли, войска гибли со всех сторон бессмысленно и не достигая каких-то серьезных успехов. Символом той войны была «верденская мясорубка» в которой сошлись две армии и в продолжительных боях погибло более миллиона человек с обеих сторон.
Что же случилось в короткий исторический промежуток в 20 лет, что Германия, которая недавно понесла поражение, не только восстановилась, но и смогла мгновенно подчинить себе всю Европу практически без всякого сопротивления? Более того, Гитлер пришел к власти вообще за 7 лет до покорения им Европы. Да, в короткий срок Германия вооружилась современной техникой…. Но ведь и европейские страны не дремали, они тоже модернизировались….
На самом деле, главное же было в новой стратегии войны: теперь в войне участвовали не армии, а все население, Гитлер выбрал стратегию непрямых действий, он стремился разрушить коммуникации противника, их связи, систему командования, он стремился парализовать дух и волю не только армий, но и правительств и народов покоряемых стран. Гитлер понимал, как никто до него: на войне все решает дух. Немецкая дипломатия все время дезинформировала противников, ссорила их и не давала возможности вступить в союз, всем Гитлер обещал поддержку, и все думали, что они обманывают других, тогда как Гитлер обманывал всех. Немецкая пропаганда воздействовала на СМИ Европы и постоянно внушала ужас перед немецкой армией, были проведены показательные акции устрашения, как, например, бомбежка Герники. Страны Европы кишели немецкими шпионами, которые готовы были сразу же начать диверсии на железных дорогах, мостах и других стратегических объектах. Бесконечные агенты влияния и паникеры распускали ложные слухи и сеяли хаос и панику. Когда немецкие танки вторгались, вся эта огромная машина приходила в движение, и люди в ужасе бежали, бросая все. Атака осуществлялась всегда внезапно, в неожиданном месте и армии не успевали среагировать, когда все уже было кончено, сами народы и сами правительства, по сути, капитулировали.
Ниже последует довольно длинная выдержка из книги Максима Калашникова «Вторжение из будущего». Однако, если учесть, что в этой выдержке коротко описано покорение Гитлером всей Европы, то фрагмент нельзя счесть очень большим:
Уже в апреле 1940 года в Париже издается книга «Немецкое вторжение в Польшу», которая сеет ужас перед действием пятой колонны Гитлера…. Западные газеты сообщали о тысячах немецких шпионов, помогавших наступающим дивизиям Гитлера. И, конечно, дикий ужас перед немцами нагоняли газетные фотографии и кадры кинохроники, развертывавшие картины жестоких авиационных бомбежек Варшавы. Заметим: именно яростные налеты на Варшаву окончательно сломили волю высшего руководства Польши, которое в панике бежало из страны.
Польская кампания во всем блеске показала, чего могут добиться отряды особого назначения. …. «Метод глобального ведения войны с использованием переодетых в чужую форму войск, разработанный Канарисом, призван играть в будущем гораздо более значительную роль, чем до сих пор». (Цитируем по книге Д.Мельникова и Л.Черной «Двуликий адмирал» — Москва, Издательство политической литературы, 1965 г., с. 61-62).
Как? Поползли дикие слухи. Лондонская «Таймс» 11 апреля 1940 года сообщала о том, что немцы скрывались в трюмах морских судов, вошедших в порт Копенгагена накануне, что немцы спрятались в железнодорожном пароме, курсирующем между Данией и Германией. Жившие в Копенгагене немцы с удовольствием служили проводниками частей Гитлера, показывая им кратчайшие пути к датским министерствам, радио, почте, телеграфу, узлам управления железными дорогами. Опять заговорили о страшной, вездесущей и всемогущей «пятой колонне» Гитлера.
Перед вторжением в Норвегию Гитлер заимел в ней своего «троянского коня» — верного себе властолюбца, готового лечь под немцев ради обретения власти над страной. Честолюбца и мерзавца, обладающего своей сетью сторонников и боевиков. То был Видкун Квислинг.… Ранее утро 9 апреля в Осло началось с воя сирен противовоздушной обороны. Люди с тревогой узнали о боях в Осло-Фьорде и о том, что стрельба идет на двух столичных аэродромах — Форнебю и Кьеллере. С ужасом люди увидели хищные силуэты немецких бомбардировщиков, которые носились на бреющем полете прямо над крышами домов. Немцы не сбрасывали бомбы, а палили для острастки из пулеметов. Ужас, наводимый Люфтваффе, сработал и здесь. В памяти людей сразу же всплыли картины горящей Варшавы. Около 10 утра радио передало: всем жителям Осло лучше покинуть город. И началась дикая паника.
«… У входов в метро дрались обезумевшие люди, стараясь поскорее укрыться в подземных туннелях. Некоторые пытались спрятаться в подъездах домов, кое-кто бежал к дворцовому парку. Часть населения бежала или пыталась убежать из города; люди катили перед собой детские коляски, забирались на грузовики, брали приступом железнодорожные станции, где весь свободный подвижной состав забился до отказа. Поезда отправлялись в сельские районы». («Ньюве роттердамише курант», 14 апреля 1940 г.) Все были вне себя от страха, уныния и сомнений. Бегущие в шоке и трепете горожане парализовали транспорт, забили дороги, и уже при всем желании невозможно было перебросить норвежские части для боев за город. В это же самое время, пользуясь всеобщей неразберихой в Норвегии, гитлеровцы захватывают аэродромы близ Осло. Тогда же подоспел и быстро соображающий Квислинг. Пользуясь всеобщей суматохой в Осло, он совершил государственный переворот.
Возникло множество слухов. Люди пытались дать хотя бы частичное объяснение чудодейственному успеху немецких десантных операций и последующих действий немецких войск. Норвежцы говорили друг другу, что во всем случившемся немалую роль сыграл саботаж. Были использованы письменные и телефонные ложные приказы, по получении которых норвежские войска преждевременно и вопреки обстановке прекратили сопротивление. Провода, идущие от берега к минным полям, преграждавшим вход в Осло-фьорд, оказались перерезанными.
По свидетельству де Йонга, огромную роль в раздувании шпионско-заговорщических страстей сыграла статья корреспондента «Чикаго дейли ньюс» Леленда Стоува, который, выбравшись из Норвегии в Стокгольм, на весь мир раструбил о том, что немцы создали внутри страны огромного Троянского коня, используя подкупы, тайных агентов и изменников в правительственном аппарате и военно-морском флоте Норвегии. Статью Стоува перепечатывала мировая пресса. 17 апреля 1940 года лондонская «Таймс» опубликовала рассказ англичанина, ставшего свидетелем падения Бергена. И тут передавался слух о том, что войска Гитлера прибыли в порт скрытно, в трюмах грузовых судов.
И вот тут-то и вспыхнула паника, принесшая немцам победу! Дело в том, что у голландцев был корпус гражданской обороны — МЧС по-теперешнему. Наблюдатели из корпуса гражданской обороны, следившие за небом, не имели особых радиопередатчиков и поддерживали связь с обычными коммерческими радиостанциями, вещавшими на население. Эти радиостанции во всеуслышание транслировали предупреждения наблюдателей. Голландские обыватели в ужасе слышали о том, что в воздухе свободно кружатся немецкие самолеты, движутся туда и сюда, сбрасывают парашютистов. Одна паническая новость сменялась другой. Радио сыграло ту же роль, что сегодня — телевидение и Интернет. Смятение лесным пожаром покатилось по стране. Паника парализовала волю голландцев и способность не то, что решительно действовать — а даже здраво соображать. Прилипшие к приемникам голландцы слышали истерические сообщения о страшных немецких самолетах, вьющихся над их головами то здесь, то там. Среди голландцев моментально возникла мания — во всех стали видеть переодетых немецких шпионов и саботажников. Мол, парашютисты переодеты в фермеров, полицейских, почтальонов, шоферов и священников.
Слухи о том, что немцы сплошь да рядом переодеваются в голландскую военную форму, побудили некоторые голландские части к «гениальному шагу»: они сняли с себя знаки различия. Мол, перехитрим этим немцев — и по отсутствию знаков различия отличим своих от врагов. Однако другие части, которые не сняли знаков различия, стали принимать «замаскировавшихся» за немцев и принялись палить по ним. Порядок удалось восстановить только на четвертый день войны, когда войска попросту вывели из столицы.
Будучи уверенными в том, что в Гааге — полно сообщников Гитлера в гражданской одежде и в мундирах голландского образца, власти и военные донельзя ужесточили меры предосторожности. Голландские офицеры потом жаловались на то, что в них стреляют свои же, что местные жители, вооружившись пистолетами, норовят их задерживать. Шпиономания парализовала столицу страны. Стремительно разлетались слухи о том, что в руководстве Голландии засели предатели….Потом разнесся дикий слух о том, будто вода в водопроводе отравлена. Власти по радио пытались опровергнуть его, но добились прямо противоположного успеха..
И по стране покатилась волна самочинных арестов. Солдаты, сержанты, лейтенанты и бургомистры — все они сочли себя вправе арестовывать всяких разных. Только в районе Амстердама, где первоначально планировалось согнать в лагерь для интернированных 800 душ, арестовали шесть тысяч! А если учесть такие же аресты и в других городах страны, то картина социальной агонии Голландии — налицо. Никто не знает, сколько вот так самочинно задержанных оказалось расстрелянными солдатами-конвоирами без суда и следствия. Добропорядочное голландское общество за какие-то пару дней превратилось в сумасшедший дом, набитый ополоумевшими от ужаса, зараженными всеобщей подозрительностью, невменяемыми «пациентами». «В первый же день распространился слух о том, что правительство сбежало. Говорили, что наиболее видные общественные деятели убиты и что немцы высадились на побережье Северного моря… Трудно назвать хоть одного голландского военачальника, которого, согласно слухам, не убивали бы по крайней мере один раз. Дороги, по которым намеревались передвигаться голландские войска, оказывались якобы зараженными отравляющими веществами. Найденный шоколад рекомендовалось немедленно уничтожать, так как он наверняка отравлен. В наших ручных гранатах будто бы оказывался песок вместо пороха, а долговременные укрепления рушились при первом же выстреле из-за плохого качества бетона».
Кое-где советовали осматривать все женские сумки, так как в них могли оказаться ручные гранаты. Рекомендовали также высматривать немецких солдат, одетых в голландскую форму. Советовали немедленно обстреливать автомобили с определенным номерным знаком. «В конечном счете, вы уже не знали, чему можно верить». 12 мая 1940 года в Амстердаме распространился слух, будто выведены из строя сирены для предупреждения населения о налетах авиации противника. Один из голландских беженцев писал после прибытия в Англию: «Я как сейчас вижу перед собой человека, бегущего по улице и выкрикивающего эту тревожную весть. «Откуда вы об этом узнали?» — спросили у него. «Это предупреждение полицейского управления! Сообщайте другим!» Распространение данного слуха является наглядным примером организованной работы пятой колонны. Слух был пущен почти одновременно в разных концах Амстердама и распространился со сверхъестественной быстротой. Конечно, он оказался совершенно необоснованным, но успел разлагающе повлиять на моральный дух населения».
Послевоенные расследования показали, что парашютисты немцев не сбрасывались нигде, кроме районов Мурдейка, Дордрехта и Роттердама и трех аэродромов близ Гааги. По одной простой причине: ВДВ Гитлера были просто малочисленны. Не нашли и никаких подтверждений страшным слухам о стрельбе неизвестных людей по голландским войскам в городах. Полной чушью оказались и слухи об отравлении воды и продовольствия, о таинственных световых сигналах и условных знаках. Немцы поразили Голландию прежде всего не парашютными десантами и не танками, не налетами бомбардировщиков и артиллерийскими обстрелами — они убили ее волной умело поднятого страха. Способность здраво рассуждать отключилась — и вот в момент, когда немецкие танки и мотопехота прут на Голландию с востока, голландские войска лихорадочно перебрасываются к Гааге и Роттердаму, для борьбы с несуществующим восстанием нацистских боевиков! Скорость, с которым рухнуло и раскололось общество в демократической Голландии, поразительна.
Голландия пала всего за пять дней, доставшись завоевателям с целыми-невредимыми паровозами, железными дорогами, заводами, электростанциями, плотинами и каналами. Для ее сокрушения не пришлось уничтожать жестокими бомбардировками всю техносферу и инфраструктуру….
Бельгийский случай — это особая глава триллер-войны. С самого начала немцы в один только день 10 мая 1940 года смогли одержать совершенно реальную — и при этом на сто процентов фантастическую! — военную победу. Именно она стала тем самым шоком, который поверг бельгийцев в сильнейший трепет. И этой победой немцев стало молниеносное падение самой сильной бельгийской крепости, ключа ко всей стране — твердыни Эбен-Эмаэль. Немцы взяли ее десантом с планеров! Они свершили чудо, и это поразило сознание их неприятеля.
Параллельно с развалом армии страх сорвал с места массы беженцев. Уже 10 мая дороги юго-восточной части Бельгии оказались запруженными толпами бегущих от войны людей. Дело в том, что правительство приказало эвакуироваться железнодорожникам и почтово-телеграфным служащим, но население, увидев их поспешный уход, рвануло следом. Движение по дорогам оказалось полностью дезорганизованным. Невозможно стало перебросить войска навстречу наступающим гитлеровцам. Поток беженцев заражал страхом все новые и новые районы, захватывая с собой тысячи их жителей. И вот уже в западную часть Бельгии прибежали полтора миллиона деморализованных, обезумевших людей. Они рвались дальше, во Францию — но французы на пять дней перекрыли границу. А когда они ее открыли, было уже поздно. Немцы начали «удар серпом» через Арденны, и в северную Францию хлынул настоящий людской водоворот, в котором смешались гражданские беженцы с отступающими из Бельгии английскими, французскими и бельгийскими солдатами.
Масса антигитлеровских войск тогда создала дополнительный фактор «психического поражения». Ударив через Арденны к морю, немцы перерезали пути снабжения англо-французской группировки в Бельгии — и та стала отходить к порту Дюнкерк.
Шок и трепет стали перекидываться из Бельгии во Францию, куда рвались толпы ошалевших от ужаса беженцев. Органы французской войсковой контрразведки оказались парализованными: в них не имелось отделов для борьбы с замаскированными немецкими агентами, способными затесаться в массу гражданских беглецов (аналога сталинского СМЕРШа). Сами сбитые с толку, французские контрразведчики поддавались действию самых нелепых и пугающих слухов. Они нашли «выход»: принялись расстреливать на месте всех, кого подозревали в шпионаже и диверсиях. Но беженцев-то — сотни тысяч! Как их профильтровать? То здесь, то там среди французских войск начиналась беспорядочная пальба — по призракам немецких диверсантов. То и дело расстреливали подозрительных местных жителей.
15 мая из города Брюгге на трех автобусах отправили 78 арестованных, сковав их попарно наручниками. Тут были немцы, голландцы, фламандцы, евреи, поляки, чехи, русские, канадцы, итальянцы, французы, датчанин и швейцарец. Их отправили сначала в Бетюн — но там тюрьма оказалась битком набитой, и бедняг повезли в Абвиль на севере Франции. Однако и там мест в темнице не нашлось. Что делать? Вокруг царила страшная паника, в любой момент в окрестностях города могли появится немецкие танки. И тогда 22 арестованных расстреляли прямо в городском парке, у эстрады для оркестра.
Направляемые на юг арестованные из Брюсселя и других городов Бельгии ехали по Франции в душных, запертых на замок вагонах для перевозки скота, на которых вывели аршинные надписи: «Пятая колонна», «Шпионы», «Парашютисты». Многие из этих «шпионов» скончались по дороге.
…20 мая немецкие танки, пройдя сквозь Арденны, достигли атлантического побережья. Лучшие англо-французские части и остатки бельгийской армии оказались в окружении, отходя к Дюнкерку. Так в считанные дни пала к ногам Гитлера Бельгия, пораженная страхом…
После прорыва немцев к морю более миллиона французских, английских и бельгийских солдат были отрезаны от основных сил. Немецкие танковые корпуса продвигались вдоль побережья, почти без сопротивления занимая французские порты. Объятые паникой французы бросали оружие; английская экспедиционная армия отступала к Дюнкерку — это был единственный порт, откуда англичане могли эвакуироваться на родину. Но Гудериан подошел к Дюнкерку на два дня раньше; немецкие танки уже стояли перед беззащитным городом — и тут поступил приказ остановить наступление. «Мы лишились дара речи», — вспоминал Гудериан. «Стоп-приказ» Гитлера стал одной из загадок истории; остановка танков Гудериана позволила 300 тысячам англичан избежать гибели или плена и переправиться через пролив.
Продолжение следует