что нашли ученые в кургане
Под Курганом нашли предметы быта живших более 6,5 тысячи лет назад рыбаков
Фото: Курганский государственный университет
В Белозерском районе недалеко от святилища «Савин» Курганской области нашли уникальные предметы быта, которые принадлежали жившим в эпоху энеолита (около 4,5 тысячи лет до нашей эры) рыбакам. Этим артефактам может быть около 6,5 тысячи лет. О находке курганских археологов сообщается на сайте пресс-службы Курганского государственного университета (КГУ).
По словам заведующего археологической лабораторией КГУ Игоря Новикова, одной из главных находок стало древнее жилище, которое находилось на дне водоема. «Сегодня это старица со стоячей водой, в эпоху энеолита этот водоем был либо проточной быстриной, либо руслом Тобола. Со временем вода подмыла берег и примерно треть жилища упала в воду», — рассказал он.
Кроме того, ученые нашли под Курганом гарпуны для рыбной ловли, керамические грузила, инструменты для плетения сетей, проколки и много останков рыбы. Они предполагают, что в поселении, где проходили раскопки, жила небольшая группа людей. Скорее всего, там была стоянка рыболовов.
Ученые предполагают, что изучение найденных предметов быта поможет ученым собрать информацию о флоре и фауне Зауралья эпохи энеолита.
Ранее в августе археологи рассказали о мастерской X века и ювелирных изделиях под Смоленском. Так, за весь период раскопок специалисты нашли больше ста предметов из окаменевшей смолы, в том числе заготовки для подвесок. Ученые считают, что этот янтарь прибыл с берегов Балтийского моря. В одной из ям также было найдено точило, которое, скорее всего, и использовали местные ювелиры для огранки камней.
Курганские археологи раскопали захоронение скифского времени
Совместная экспедиция археологической лаборатории Гуманитарного института Курганского государственного университета и Тюменского научного центра РАН обнаружила захоронение эпохи Великого переселения народов в Звериноголовском районе Зауралья. Сообщение об этом сегодня опубликовала пресс-служба АО «Далур» (входит в урановый холдинг «Атомредметзолото» горнорудного дивизиона ГК «Росатом»). Компания, которая планирует начать разработку уранового месторождения в Зверинголовском районе, финансировала эти работы.
Археологи исследовали могильник, известный как Звериноголовский курган. «Под курганной насыпью мы обнаружили ограбленное еще в древности погребение глубиной 3,5 метра. Также зафиксированы следы тризны — погребального пира. По итогам исследований выделены скелет мужчины, скелет коня, останки 27 особей мелкого рогатого скота, керамика, остатки меча, кинжала, колчана со стрелами и котла», — рассказал руководитель археологической лаборатории КГУ Игорь Новиков.
Данное погребение степных кочевников, опираясь на обнаруженные артефакты, специалисты отнесли ко IV–II векам до нашей эры. Это скифо-сарматское время, когда кочевники покорили Причерноморье и завоевали Крым.
Начиная с 2016 года, активисты пытались инициировать проведение в Зауралье референдума о целесообразности добычи урана в регионе. Однако избирательная комиссия области им в этом отказывала, ссылаясь на предоставленный ими неполный набор документов.
Археологическая карта Екатеринбурга: завод-крепость эпохи Геродота и Александра Македонского
Новая волна протестов против планов по добыче урана в Звериноголовском районе, который расположен на границе России и Казахстана, поднялась в начале этого года. 24 февраля местные жители при поддержке КПРФ и движения «Курган-Антиуран» провели митинг, заявив об угрозе радиоактивного заражения гигантских территорий в пойме реки Тобол и рисках для жизни и здоровья населения отдельно взятого региона РФ.
В АО «Далур» возражали, настаивая на том, что технология добычи урана безопасна и никакого ущерба природной среде, а также населению Звериноголовского района не будет. В начале ноября урановый холдинг приступил к разведке запасов на Добровольном месторождении в Звериноголовском районе Курганской области. Согласно сообщению пресс-службы компании, здесь планируется пробурить 238 скважин, повести геофизические исследования, гидрогеологические и инженерно-геологические работы, аналитические исследования и камеральные работы.
Археологи нашли на Урале погребение шаманки со связанными ногами
Одиночный курган Майлыбай-2: 1–3 — план и стратиграфия погребения; А–Е — фотографии фрагментов погребения
Никита Савельев и Владимир Куфтерин / Уральский исторический вестник, 2021
Российские археологи исследовали одиночный курган скифской эпохи, обнаруженный в Республике Башкортостан, и выяснили, что в нем находились останки женщины 25–30 лет с необычной формой черепа — она страдала от менингиомы. По всей видимости, после смерти ее тело запеленали и связали ноги, что вместе с другими особенностями погребального обряда и инвентаря позволило ученым назвать женщину шаманкой. Памятник относится ко второй половине IV века до нашей эры. Результаты исследования опубликованы в журнале Уральский исторический вестник.
В эпоху раннего железа, около VII–III веков до нашей эры, степную и лесостепную зоны Евразии от Северного Причерноморья до Южной Сибири населяли племена, который были носителями круга близких культур скифской культурно-исторической общности. На Южном Урале и в Казахстане археологи выделяют тасмолинскую культуру, названную так в 1960-е годы по памятникам, раскопанным в Павлодарской области. Ее отличительной чертой выступают своеобразные погребальные комплексы — курганы с «усами». Как правило, к одному основному большому кургану примыкали малый курган и невысокие каменные гряды длиной до 200 метров.
Одиночный курган Майлыбай-2
Никита Савельев и Владимир Куфтерин / Уральский исторический вестник, 2021
Археологи отметили, что погребение принадлежало женщине ростом около 156–160 сантиметров, которая умерла в возрасте 25–35 лет. Ученые отметили, что у нее была европеоидная внешность, однако ее череп достаточно необычен — он крупного размера, с широким лицевым отделом, высоким переносьем и низкими и широкими орбитами. Помимо типичных для кочевников стоматологических заболеваний, ученые обнаружили на лобной кости повреждения в виде скопления ямок, которые были вызваны, вероятно, менингиомой.
Череп погребенной женщины и патологические изменения на нем
Никита Савельев и Владимир Куфтерин / Уральский исторический вестник, 2021
В Курганской области дайверы нашли кости пещерного льва на дне Тобола
Палеонтологи собирают древние артефакты в реке на окраине Кургана
В Кургане ученые продолжают исследовать участок дна реки Тобол на окраине города. В этом им помогают дайверы центра «Тритон».
Ученые считают, что Тобол открыл участок дна древнего океана длиной около километра.
Читайте также:
«Будем привлекать МЧС»: вице-губернатор Анатолий Повелий описал бессилие Смольного из-за снегопада
Средство массовой информации сетевое издание «Царьград/Tsargrad» зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: серия Эл № ФС77-81359 от 30 июня 2021 г.
Главный редактор — Токарева Д.И.
Учредитель — НАО «Царьград медиа»
Адрес редакции — 115093, г. Москва, переулок Партийный, д.1, к.57, стр.3, эт.1, пом.I, ком.45
Копирование и использование полных материалов запрещено, частичное цитирование возможно только при условии гиперссылки на сайт tsargrad.tv. Гиперссылка должна размещаться непосредственно в тексте, воспроизводящем оригинальный материал tsargrad.tv. Редакция не несет ответственности за информацию и мнения, высказанные в комментариях читателей и новостных материалах, составленных на основе сообщений читателей.
© 2021, все права защищены. НАО «Царьград медиа».
У подножия «царских курганов». Новейшие археологические и геофизические исследования
Герман Парцингер, Антон Гасс, Йорг Фассбиндер
«Наука из первых рук» №4(64), 2015
Об авторах
Герман Парцингер — доктор исторических наук, профессор, президент Фонда прусского культурного наследия (Берлин, Германия). Награжден рядом престижных премий и наград. Почетный доктор РАН (2004) и СО РАН (2001). Автор и соавтор свыше 230 научных работ, в том числе 20 монографий.
Антон Гасс — кандидат исторических наук, сотрудник Фонда прусского культурного наследия (Берлин, Германия). Член Exzellenzcluster TOPOI, Berlin, Берлинской античной коллегии. Автор и соавтор 16 научных работ, в том числе одной монографии.
Йорг Фассбиндер — доктор естественных наук, приват-доцент, научный руководитель сектора магнетики кафедры геофизики Мюнхенского университета Людвига-Максимилиана (Мюнхен, Германия). Автор и соавтор свыше 300 научных работ, в том числе 2 монографий.
Десятки, а может быть, и сотни тысяч курганов на евразийских степных просторах — безмолвные свидетели прошлого. Сколько их на самом деле — сказать уже невозможно, ежегодно обнаруживаются все новые и новые курганные памятники. Эти курганы строили, начиная с эпохи энеолита и бронзового века (IV–III тыс. до н. э.) вплоть до раннего средневековья. Однако большая часть сохранившихся на сегодня курганов степи была сооружена древними кочевниками в первом тысячелетии до нашей эры, в раннем железном веке. Основная часть курганов раннего железного века была построена представителями скифо-сакской культурно-исторической общности, существовавшей на территории степного и лесостепного поясов Евразии от Среднего Енисея на Востоке до Среднего Дуная на Западе в период с конца IX — начала VIII вв. до н. э. до III–II вв. до н. э. Среди так называемых скифских курганов особо выделяются курганы больших размеров, возвышающиеся на однообразном степном ландшафте и служащие как ориентиром для путников, так и маркерами территорий, принадлежащих тому или иному объединению древних кочевников.
Распаханные курганы малых размеров на фоне большого кургана. Могильник Виноградный 1 (Ставропольский край, Северный Кавказ)
Большие скифские курганы (называемые еще «элитными», или «царскими») являются не только погребальными сооружениями: для древних общин они служили также местом встреч для решения насущных проблем, поминовения предков, приношения жертв богам в рамках культово-религиозных церемоний и связанных с ними различными праздниками, т. е. выполняли роль своеобразного храма. В этом смысле курган-храм и площадь вокруг него можно назвать местом культурной самоидентификации древних кочевников. Ведь недаром скифский царь Иданфирс в ответ на вызов персидского царя Дария ответил, что у скифов нет ни городов, ни обрабатываемой земли; что скифы не боятся ни разорения, ни опустошения их земель. Но «если же вы [персы] желаете во что бы то ни стало сражаться с нами [скифами], то вот у нас есть отеческие могилы. Найдите их и попробуйте разрушить и тогда узнаете, станем ли мы сражаться за эти могилы или нет» (Геродот, кн. 4, § 127).
Рисунок кургана с околокурганным рвом вокруг Александропольского кургана (Нижнее течение Днепра, Украина). Вид с запада. (По: Polin, Daragan, 2011, Abb. 2)
В XVIII — начале XX вв. существовало мнение, что надземную, видимую часть кургана просто насыпали (отсюда и происходит термин «курганная насыпь»), однако это представление, исходя из современных знаний о курганах, оказалось не совсем корректным. Сегодня мы рассматриваем монументальные сооружения древних кочевников в совершенно новом свете — как сложные архитектурные сооружения, возведенные из различного строительного материала по заранее намеченному плану.
Вокруг больших курганов и ранее фиксировались валы, каменные кольца, скопления камней или рвы — все эти элементы могут быть отнесены к объектам периферии кургана, играющей значительную роль как в период его возведения, так и после завершения строительства. Возможно, сооружением рва, вала или каменного кольца намечалась будущая граница кургана, носящая также и сакральный характер, отделяя пространство мира живых от мира мертвых (Мозолевский, Полин, 2005). Именно на периферии кургана по завершении строительства исполнялись различные культово-религиозные церемонии, фиксируемые археологами в виде остатков поминальной тризны. Это подтверждают как античные письменные источники, например, повествование Геродота о проведении царских поминок у курганов (Геродот, кн. 4, § 72), так и результаты недавних археологических раскопок таких больших курганов, как Аржан 2 в Туве (Южная Сибирь) и Александропольский курган (Луговая Могила) по нижнему течению Днепра (Украина) (Čugunov et al., 2010; Polin, Daragan, 2011).
В результате исследований царского кургана Аржан 2 в Туве в 1998–2004 гг. вокруг него было выявлено около 130 каменных колец и каменных округлых вымосток, содержащих следы древесного угля, золы, пережженных, кальцинированных костей и оплавленных металлических предметов (Čugunov et al., 2010). Все это свидетельствовало о ритуальном характере сооружений, относящихся к большому кургану, хотя определить их точное хронологическое соотношение оказалось невозможным. Часть конструкций вокруг кургана Аржан 2 была видна на поверхности до начала раскопок. Для выявления полной картины периферии кургана были привлечены специалисты-геофизики Баварского департамента охраны памятников (Мюнхен), проводившие исследования с применением цезиевого магнитометра.
Схожие признаки интенсивного использования околокурганного пространства больших курганов кочевниками раннего железного века в местах, столь удаленных друг от друга, побудили нас исследовать периферию курганов и на других скифо-сакских памятниках на территории между курганом Аржан 2 и Александропольским курганом. Принимая во внимание огромные размеры интересующей нас территории, исследования проводились выборочно на ряде памятников Юго-Восточного Семиречья, в Западном Казахстане и на Северном Кавказе (Ставропольский край).
Слева: Йорг Фассбиндер проводит геомагнитную съемку. Справа: золотые предметы из кургана Аржан 2. (Тува)
Магнитограммы позволяют еще до проведения раскопок получить информацию о наличии каких-либо конструкций на периферии кургана, которые не видны на поверхности, что облегчает проведение полевых работ. Но, конечно, одни лишь результаты геофизических измерений не могут ответить на вопрос, принадлежат ли исследуемые памятники одной или разным эпохам. Это можно сделать только благодаря археологическим раскопкам.
План кургана и магнитограмма, сделанная в 1998 г. Размер квадрата 40×40 м; Север справа. Динамика измерений ±3,0 нанотесла. По: Čugunov et al., 2010, Abb. 17, 23
В стране семи рек
Курганы могильника Иссык на фоне гор Заилийского Алатау (Юго-Восточное Семиречье)
Первый шаг по геофизическому изучению околокурганного пространства был сделан в 2008–2009 гг. на Юго-Востоке Казахстана, в Семиречье, в первую очередь известному по великолепной находке «Золотого человека» — сакского воина из кургана Иссык под Алма-Атой. Большинство «элитных» курганов этого региона расположены в степных равнинных районах у подножия Тянь-Шаня, вдоль хребта Заилийского Алатау. Материалы исследования курганов Семиречья вошли в научный оборот еще в 1960–1970-х гг., но тогда изучению их периферии внимание практически не уделялось, при том что в результате многолетней распашки околокурганные территории значительно пострадали.
Слева: ров вокруг кургана 4 на плато Кеген (Юго-Восточное Семиречье, Казахстан). Справа: проведение геофизических измерений на наклонной поверхности с помощью цезиевого магнитометра на склоне большого кургана могильника Виноградный 2 (Ставропольский край, Северный Кавказ)
При осмотре памятников Юго-Восточного Семиречья наше внимание привлекло наличие рвов, валов и каменных колец вокруг больших курганов, которые встречались как единично, так и в комбинации между собой. Особый интерес вызвали двойные каменные кольца, находящиеся на расстоянии от 0,5 до 5,0 м друг от друга, между которыми виднелись единичные речные окатыши средних размеров. Периферия одного такого большого кургана была исследована в рамках совместной казахстано-германской экспедиции под руководством профессора З. Самашева с казахской стороны и Г. Парцингера и А. Наглера — с немецкой. Был выбран самый большой и, по-видимому, основной из девяти курганов могильника Жоан Тобе, расположенный к востоку от Алма-Аты.
Курган 1 могильника Жоан Тобе. Юго-Восточное Семиречье. Вид с востока. Фото Р. Бороффки
Интересующие нас двойные каменные кольца располагались в 33 м от подножия кургана 1, а расстояние между ними составляло 3,0–3,5 м, так что общий диаметр конструкции достигал 185 м. Между этими двойными кольцами и подножием кургана было обнаружено еще 28 округлых каменных конструкций, представляющих собой курганы малых размеров диаметром 4–7 м. Некоторые из них были видны на поверхности, но полностью их число удалось установить лишь благодаря геофизическим исследованиям.
Магнитограмма кургана 1 и его периферии могильника Жоан Тобе. 2008 г. Размер квадрата 40×40 м. Север сверху. Динамика измерений ±40 нТл. Геомагнитная проспекция (Й. Фассбиндер и Т. Горка)
В дальнейшем выяснилось, что такие каменные выкладки возводились над могильными ямами на одного человека, а из-за полного отсутствия могильного инвентаря дату этих захоронений можно определить лишь с использованием радиоуглеродного анализа костей скелета. Анализ фаланги пальца погребенного в одной из могил позволил датировать его X–XI вв., т. е. у подножия большого сакского кургана V в. до. н. э. находилось как минимум одно погребение раннетюркского времени, периода существования Караханидского государства. Были ли остальные 27 малых курганов также возведены в раннем средневековье или же значительно раньше — ответить на этот вопрос могут лишь дальнейшие исследования на этом могильнике.
Двойные каменные кольца исследовались двумя разрезами в северном и восточном секторах. Как показали раскопки, каменные кольца являлись элементами одной конструкции — своего рода бордюрами, ограничивающими утрамбованную и вымощенную окатышами средней величины центральную часть. Этот своеобразный фундамент перекрывался утрамбованным слоем глины, перемешанной с мелким щебнем. Более высокая центральная часть конструкции обеспечивала превосходный водосток в период дождей. Таким образом, вся конструкция носила явные признаки «дороги».
Поскольку дорога протянулась вокруг кургана, она, скорее всего, была построена не в практических, а в ритуальных целях представителями сакских племен, населявших этот регион в период раннего железного века. Возводилась ли она до строительства кургана или после — ответить, к сожалению, невозможно; также нельзя с полной уверенностью заявить, что она была построена саками, так как не было найдено ни одного предмета, характеризующего время ее строительства. Но все же, исходя из результатов изучения всех элементов периферии скифо-сакских больших курганов степной и лесостепной Евразии, можно с большой уверенностью предположить, что и «ритуальные дороги» входили в спектр сакральных околокурганных конструкций древних кочевников.
Подобные кольцевые «дороги» были обнаружены еще вокруг 18 курганов на девяти сакских могильниках Юго-Восточного Семиречья в предгорных районах и высокогорных долинах Заилийского Алатау. При этом размеры конструкции были всегда строго пропорциональны размеру самого кургана. Где-либо еще на территории Евразии в рамках распространения скифо-сакской культурно-исторической общности аналогов подобных «ритуальных дорог» пока не обнаружено (Гасс, 2011; Nagler, 2013).
Погребение из малого кургана раннетюркского времени у подножия большого сакского кургана 1 могильника Жоан Тобе. Фото Р. Бороффки
Пирамиды степей
Возвращаясь к могильнику Жоан Тобе, нужно отметить и второй по величине курган в восточной цепи, имеющий форму усеченной пирамиды, ориентированный своими склонами по сторонам света. Такие же «пирамиды степей» были обнаружены и в других курганных цепях этого же некрополя. Всего же на территории Юго-Восточного Семиречья было выявлено 16 курганов четырехугольной формы с пирамидальной насыпью и несколько уплощенной вершиной на десяти различных могильниках. Если вокруг такого кургана сооружалась «ритуальная дорога», то и она имела в плане подквадратную форму.
До начала наших исследований в Семиречье курганы подобной формы были известны лишь в Южной Сибири (в Республике Хакасия и на юге Красноярского края), на территории распространения Тагарской культуры скифского мира. Кроме этого, один ров подквадратной формы был найден вокруг скифского кургана 22 у с. Волчанск в Утлюкском междуречье, севернее Азовского моря. Но так как сам этот курган был сильно распахан, то установить его первоначальную форму было невозможно (Мозолевский, Полин, 2005). Все это позволяет говорить о том, что большие курганы подквадратной пирамидальной формы возводились древними кочевниками не только в Сибири, но и в Средней Азии.
Такая форма кургана, очевидно, была неслучайна, однако объяснить ее мы пока не можем. Не прояснили проблему и раскопки одного из таких подквадратных курганов на могильнике Жоан Тобе. Сильно распаханный, курган 8 выглядел округлым, но геофизические измерения показали изначальную квадратность его конструкции. Для подтверждения этого был параллельно исследован соседний курган 9, который, как оказалось, имел классические округлые формы скифо-сакского кургана. К сожалению, из-за больших разрушений этих курганов нам не удалось найти какие-либо различия, указывающие на причины возведения конструкций столь разных форм.
Слева: магнитограмма курганов 8 (сверху) и 9 (снизу) могильника Жоан Тобе. 2008 г. Геомагнитная проспекция (Й. Фассбиндер и Т. Горка). Несмотря на деформацию первоначальной формы курганов, на магнитограмме хорошо видны их различия — курган 8 имеет подквадратную форму, а курган 9 — типичную для скифо-сакских курганов округлую форму. Справа: на космоснимке кургана 2 на плато Кеген (Юго-Восточное Семиречье, Казахстан) археологи обнаружили пять «лучей», отходящих от кургана в северном и западном направлениях, оказавшихся остатками строительных рамп, ведущих к подножию кургана. Космоснимок SPOT (разрешение 2,5 м)
К счастью, не все загадки древних курганов остаются неразгаданными. Так, в 2008 г. при разведочных работах в районе высокогорного плато Кеген на казахско-киргизской границе, со стороны Казахстана мы нашли одиночный большой курган сакского времени, стоящий на подквадратной платформе с округленными углами высотой около 1 м, так что общая высота конструкции насчитывала 13 м. При GPS-картировании кургана и привязке его к космоснимку были замечены пять странных «лучей» шириной 8–10 м, отходящих от кургана в северном и западном направлениях. Проведение геофизических измерений на следующий год никаких результатов не дало — цезиевый магнитометр не смог «увидеть» каких-либо изменений почвы. Но ведь «лучи» были!
Разъяснить всю загадочность ситуации помогли три раскопа на северной части периферии. Пять «лучей» оказались остатками строительных рамп, ведущих к платформе и подножию кургана. Грунт из «межлучевого» пространства изымался в качестве строительного материала при сооружении самого кургана, а после завершения строительства рампы не были разрушены. Таким образом, диаметр всей конструкция кургана оказался, как минимум, 330 м! Возможно, подобные рампы стояли также с восточной и с южной стороны, но в результате интенсивной распашки были полностью уничтожены.
Как бы то ни было, большой курган 2 на плато Кеген впечатлял некогда не только своими размерами, но и яркой цветовой гаммой: зеленой (степь) — черной (насыпь) — желтой (материковая глина из «межлучевой» выборки) на фоне кристально голубого неба Тянь-Шаня. И все три элемента кургана — рампы, платформа и сама «насыпь» — придавали ему черты дополнительной монументальности, которая, кстати, сохранилась и до наших дней, впечатляя путников на протяжении 2,5 тыс. лет. И если скифо-сакские курганы на платформах имеют единичные аналоги в предгорьях Тарбагатая в Восточном Казахстана (могильник Аксуат; Самашев и др., 2010) и на Северном Кавказе (курган Азиатский), то следы строительных рамп у курганов древних кочевников действительно уникальны.
Курганы Семиречья хранят еще много тайн и археологических загадок, но наш интерес к изучению периферии больших курганов побуждал двигаться дальше, идя по сакским следам «на закат».
На запад обращая взгляд
В 2010 г. Зайнолла Самашев (Астана) обратил наше внимание на могильник Тёрт-Оба у с. Жиренкопа на северо-западе Актюбинской области (Казахстан), расположенный недалеко от границы с Оренбургской областью. Могильник состоит из пяти курганов, стоящих по линии запад — восток. Каждый курган был окружен рвом, причем курганы стояли так компактно, что рвы некоторых из них соприкасались и частично перерезали друг друга.
Могильник Тёрт-Оба Актюбинской Области (Западный Казахстан) состоит из пяти окруженных рвами курганов, расположенных очень близко друг к другу. Вид с северо-запада
Результаты геофизического исследования периферии курганов в 2011 г. превзошли все ожидания: вокруг каждого из них было обнаружено большое число малых, не видимых на поверхности курганов, единичных могил, ритуальных ям и жертвенных комплексов. Кроме того, с южной стороны каждого кургана располагалась ранее не известная науке подпрямоугольная конструкция размером около 10×40 м, вытянутая по линии север — юг. Раскопки части периферии самого восточного кургана цепи обнаружили жертвенные комплексы с остатками керамики, предметами конской упряжи, а также бронзовый котел. Также был исследован и ряд захоронений.
На 3D-модели могильника Тёрт-Оба (справа) видны малые курганы, ритуальные ямы, а также вытянутые подпрямоугольные конструкции неизвестного назначения. 3D-модель выполнена Й. Фассбиндером на основе наложения магнитограммы на топографическую карту. Слева сверху: раскопки подпрямоугольной конструкции южнее восточного кургана могильника Тёрт-Оба позволили предположить, что она носила ритуальный характер. Фото Р. Бороффки
Изучение подпрямоугольной конструкции неизвестного предназначения показали, что она представляла собой ров размером 39×13 м, глубиной от 1,0 до 1,8 м и шириной по дну до 1 м. В материале, заполнявшем ров, встречались зола, древесный уголь и кости животных, уложенные в определенном порядке. Так как следов оплывания рва не было обнаружено, можно сделать вывод, что после краткосрочного использования он был засыпан еще древними строителями. Очевидно, речь идет о культовом сооружении, возведенном для определенного ритуала, проводимого у подножия кургана. Результаты радиоуглеродной датировки костей животных показали, что вся эта конструкция была построена в одно время с курганом (VII–V вв. до н. э.).
Тестовая магнитная разведка, проведенная в том же 2011 г. на соседнем могильнике Бесоба, полностью повторила картину магнитограммы частично исследованного нами некрополя. Возник закономерный вопрос: является ли наличие на южной периферии больших скифо-сакских курганов культовых площадок, связанных с определенными религиозными представлениям и ритуалами у древних кочевников «локальным вариантом», характерным лишь для территории Западного Казахстана и граничащей с ней Оренбургской области, или же мы просто не находили подобных конструкций в силу слабой изученности периферии больших курганов? Как ни удивительно, но ответ на этот вопрос нашелся на Северном Кавказе.
Скифы Северного Кавказа
Начиная с 2012 г. наша исследовательская группа работала в составе российско-германской археологической экспедиции на Северном Кавказе (Ставропольский край) совместно с ГУП «Наследие» под руководством его директора А. Б. Белинского с российской стороны и Г. Парцингера и А. Гасса — с немецкой. Среди множества запланированных работ мы использовали любую возможность, чтобы проехать новой дорогой и увидеть новые памятники. Одним из них стал могильник Зункарь-2 в Ногайской степи, на самом востоке Ставропольского края.
Первое впечатление от некрополя было неоднозначным — возникало стойкое ощущение дежавю, как будто бы снова находишься в Семиречье, на известнейшем могильнике Иссык; для полноты картины не хватало только горной гряды Заилийского Алатау. Однако выехать на исследования в Ногайскую степь удалось лишь весной 2014 г.
Зункарь-2 представляет собой три расположенные по линии север — юг курганные цепи, содержащие от пяти до девяти курганов. Его территория, расположенная на небольшой возвышенности, защищена от талых вод в период весенних паводков. С севера некрополь граничит с пашней, где, возможно, ранее находились малые, теперь полностью распаханные, курганы. По границе степи и пашни была протянута линия ЛЭП, вызывающая большие магнитные помехи сигнала магнитометра, поэтому исследовать можно было лишь южную часть могильника, включавшую три кургана диаметром 30–50 м и один малый.
Магнитограмма некрополя показала наличие рвов вокруг больших курганов, дополнительных малых курганов и ям неизвестного характера. Особый интерес вызвали подпрямоугольные конструкции к югу от больших курганов, которые очень напоминали аналогичные конструкции, обнаруженные в Западном Казахстане. Хотя необходимо отметить и ряд внешних отличий подобных конструкций с территории Северо-Восточного Кавказа от поминальных площадок в Актюбинской области. Подпрямоугольные конструкции Зункарь-2 были значительно меньше (размером 10×15 м и 10×20 м), а ориентированы они были по линии запад — восток, т. е. вдоль кургана, а не поперек, как на Тёрт-Оба и Бесоба.
Магнитограмма и ее интерпретация могильника Зункарь-2 показала наличие рвов вокруг больших курганов, дополнительных малых курганов, ям неизвестного характера, а также прямоугольных конструкций, очень похожих на ритуальные площадки у сакских курганов Западного Казахстана Геомагнитная проспекция (Й. Фассбиндер и И. Хофманн)
Поисковые шурфы или разрезы на периферии больших курганов некрополя Зункарь-2 пока еще не заложены, поэтому нельзя однозначно утверждать, что подпрямоугольные конструкции периферии этих курганов полностью соответствуют ритуальным площадкам у сакских курганов Западного Казахстана. По той же причине нельзя утверждать, что эти конструкции соорудили в то же время, что и сами курганы. Но сам факт их находки, общность формы и места расположения на периферии большого кургана наталкивает на мысль, что религиозные представления древних кочевников раннего железного века в Ногайской степи и степи Западного Казахстана были одинаковы, и что там практиковались схожие погребально-поминальные ритуалы. Так это или нет, мы сможем узнать лишь после раскопок периферии курганов некрополя Зункарь-2.
Измерение цезиевым магнитометром могильников Виноградный 1, Виноградный 2 (Ставропольский край, Северный Кавказ)
Наглядным подтверждением этого предположения стали результаты геофизических измерений могильника Виноградный (Ставропольский край), сделанные в 2012 г. Виноградный 1 состоит из одного большого (высота 5,4 м; диаметр 58 м) и, как минимум, 14 малых курганов. Так как весь могильник находится на современной пашне, нетронутым остался лишь большой курган, при этом окружающий его ров и подножие также значительно повреждены.
Магнитограмма могильника Виноградный 1 (2012 г.). На фрагменте — увеличение подковообразной и округлой конструкций ритуального характера. Цветовая гамма и характеристика магнитограммы позволяют определить конструкции как рвы, подвергавшиеся термальному воздействию
Магнитограмма могильника дала поразительные результаты: оказалось, что не только все пространство вокруг кургана было плотно «застроено» объектами и конструкциями периферии, но и вообще вся территория могильника площадью в 5,2 га! Было найдено большое число невидимых на поверхности малых курганов, полукруглые пристройки со рвами к более крупным курганам, ямы, одиночные захоронения, подковообразные и округлые конструкции неизвестного назначения, а также система прямоугольных рвов, соединяющихся друг с другом и образующих своеобразные оградки с катакомбами внутри, которая имеет параллели с погребениями аланского времени на территории Кисловодской котловины (Коробов и др., 2014). Некоторые из конструкций были определены как рвы, заполненные органикой, золой и древесным углем. Горел в этих рвах огонь или нет, сказать, опираясь лишь на данные магнитограммы, нельзя. Радиоуглеродная датировка свидетельствует, что по крайней мере одна из этих конструкций — подковообразный ров — была сооружена в скифский период истории Северного Кавказа, что связывает ее с большим курганом могильника.
Насчет времени сооружения остальных культово-погребальных конструкций трудно судить без раскопок. Единственным исключением служит центральное погребение кургана с пристройкой в южной половине некрополя, исследование костного материала из которого позволило датировать его концом IV тыс. до н. э. Таким образом, перед нами предстает картина ритуального использования четко ограниченного пространства, связанного с погребально-поминальным культом, охватывающего периоды от раннего бронзового (майкопская культура) до раннего железного века (скифский период) и, возможно, заканчивающегося в период раннего средневековья (аланская культура).
Однако совершенно другое использование периферии кургана было обнаружено на некрополе Виноградный 2, расположенном всего в 3 км от Виноградного 1. Эти два могильника внешне очень схожи, только Виноградный 2 включает в себя около 80 курганов, а его «царский» курган — большего размера. Приступая к геофизическим работам на этом некрополе, мы рассчитывали превзойти результаты, полученные на Виноградном 1. Но за исключением четкого очертания рва вокруг большого кургана и распаханного вала, ограничивающего его, а также нескольких малых курганов и могильных ям у подножия, периферия кургана оказалась практически «пустой». Такой же «пустой» оказалась и периферия большого кургана могильника Владимировка к востоку от г. Буденновск.
Таким образом, на территории Северного Кавказа удалось выявить два различных типа ритуального использования околокурганного пространства больших курганов. Было ли это связано с различным социальным статусом погребенных, их половозрастными различиями или же их различной культурной, если не хронологической принадлежностью, определить без проведения раскопок невозможно. Несмотря на годы работ, мы находимся пока в самом начале пути, и скифские курганы в бесконечных степях Евразии продолжают хранить свои тайны.
Литература
1. Белинский А. Б., Парцингер Г., Гасс А., Фассбиндер Й. Исследования больших курганов эпохи раннего железного века Северного Кавказа и их периферии с применением магнитометрии // Тр. IV (XX) Всерос. археологического съезда в Казани 2014 г. Казань: Отечество, 2014. Т. 2. С. 83–87.
2. Бидзиля В. И., Полин С. В. Скифский царский курган Гайманова могила. Киев: Издательский дом «Скиф», 2012. 752 с.
3. Веселовский Н. И. Записка по вопросу о приемах при производстве раскопок // Тр. XIV Археологического съезда 1908 г. М.: Типография Г. Лисснера и Д. Собко, 1911. Т. 3. С. 99.
4. Гасс А. К проблеме изучения памятников раннего железного века Юго-Восточного Семиречья в свете данных геоархеологических исследований // Археология, этнография и антропология Евразии. 2011. № (47). С. 57–69.
5. Коробов Д. С., Малашев В. Ю., Фассбиндер Й. Предварительные результаты раскопок на курганном могильнике Левоподкумский 1 близ Кисловодска // КСИА. 2014. № 232. С. 120–135.
6. Мозолевский Б. Н., Полин С. В. Курганы скифского Герроса IV в. до н. э. Киев: ИД «Стилос», 2005. 599 с.
7. Čugunov K. V., Parzinger H., Nagler A. Der skythenzeitliche Fürstenkurgan Aržan 2 in Tuva. Archäologie in Eurasien 26. Steppenvölker Eurasiens 3. Mainz am Rhein: Verlag Philipp von Zabern, 2010.
8. Fassbinder J. W. E., Geophysikalische Prospektionsmethoden — Chancen für das archäologische Erbe // Toccare — Non Toccare. ICOMOS. Hefte des Deutschen Nationalkomitees. München: Siegl, 2009. Vol. 47. S. 8–30.
9. Nagler А. Grabanlagen der frühen Nomaden in der eurasischen Steppe im 1. Jahrtausend v. Chr. // Unbekanntes Kasachstan. Archäologie im Herzen Asiens. Kat. der Ausst. des Deutschen Bergbau-Museums Bochum vom 26. Januar bis zum 30. Juni 2013. Bd. II. Bochum: DBM, 2013. S. 609–620.
10. Parzinger H. Die Reiternomaden der Skythenzeit in dereurasischen Steppe // Unbekanntes Kasachstan. Arch ologie im Herzen Asiens. Kat. der Ausst. des Deutschen Bergbau-Museums Bochum vom 26. Januar bis zum 30. Juni 2013. Bd. II. Bochum: DBM, 2013. S. 539–553.
11. Polin S., Daragan M. Das Prunkgrab Alexandropol’-Kurgan. Vorbericht über die Untersuchungen in den Jahren 2004–2009 // Eurasia Antiqua. 2011. № 17. S. 189–214.