Лукашенко оценил возможность мигрантов с Ближнего Востока остаться в Белоруссии
Белорусские власти смогли убедить уже несколько тысяч мигрантов из стран Ближнего Востока вернуться к себе на родину. В том случае, если по каким-то причинам беженцы не пойдут в Евросоюз и захотят остаться в Белоруссии, руководство страны будет действовать строго в соответствии с законом. Об этом 13 декабря в интервью турецкой телерадиокомпании TRT заявил президент республики Александр Лукашенко.
«Мы свято выполняем то, что обещаем. Мы несколько тысяч беженцев убедили вернуться к себе на родину, так что обещанное мною мы однозначно выполняем», — сказал он.
В то же время политик отметил, что Европейский союз «должен был забрать к себе хотя бы пару тысяч человек». Однако ситуация с семьями беженцев до настоящего момента «не сдвинулись ни на сантиметр».
«Поэтому, если эти мигранты откажутся идти в Европу, мы первым делом будем убеждать их вернуться на родину. Если же они предложат какие-то другие варианты или захотят остаться в Беларуси, то у нас на такой случай есть закон, и мы будем действовать строго по нему», — утвердил Лукашенко.
При этом белорусский лидер подчеркнул, что никого из ближневосточных беженцев не будут принуждать покидать страну и возвращаться на родину.
10 декабря сообщалось, что страны Евросоюза обсудят помощь мигрантам, находящимся на границе Белоруссии с Польшей. Отмечалось, что благодаря «твердой позиции ЕС и оперативным санкциям» был сорван «расчет президента Лукашенко шантажировать Европу, а именно Польшу и прибалтийские страны, за счет невинных людей».
4 декабря стало известно, что самолет иракской авиакомпании Iraqi Airways, на борту которого находились 419 мигрантов, вылетел из белорусского аэропорта в Эрбиль.
2 декабря США, Канада, Великобритания и ЕС призвали власти Белоруссии прекратить «организацию незаконной миграции» через границы ЕС. В тот же день США ввели новый пакет санкций в отношении Белоруссии. Согласно приведенному перечню, новые рестрикции в отношении Белоруссии затронули 20 физических лиц, 12 организаций и три воздушных судна.
Ранее, 1 декабря, сообщалось, что власти Ирака организуют рейс для эвакуации 420 граждан из Белоруссии. Всего из Белоруссии в Ирак уже отправилось пять рейсов с мигрантами.
Ситуация с мигрантами обострилась в начале ноября. Многочисленная группа беженцев, находящихся в Белоруссии, пришла к границе в лесной полосе. Мигранты резали колючую проволоку на границе двух стран и просили пустить их на территорию Евросоюза. В миграционном кризисе европейские страны винят Минск, который отрицает свою причастность к усилению потока беженцев.
Лукашенко предъявил очередные претензии к Западу
Европейский союз не желает вести переговоры с Минском по кризису с беженцами. Об этом заявил президент Белоруссии Александр Лукашенко в интервью турецкой телерадиокомпании TRT.
По его словам, переговоры с ЕС по миграционному кризису никак не продвигаются.
«Они в этом может и заинтересованы, но делать ничего в этом плане не хотят. А им и не надо ничего делать. Им нужна причина давления на Белоруссию. Поэтому они не участвуют в этих переговорах. Хотя и ответственные лица были назначены с их стороны, которые должны были вести с нами переговоры. Но, наверное, очень заняты. Проблем в ЕС сейчас большое количество, поэтому не до этого, как мы понимаем, — сказал он.
Он отметил, что в настоящее время не ведутся переговоры и непосредственно с Германией.
«У нас сейчас никаких контактов с Германией нет. Это было, наверное, месяц тому назад, когда Меркель (бывший канцлер Германии Ангела Меркель — EADaily) позвонила мне, и мы вели разговор о ситуации с беженцами», — отметил белорусский лидер.
При этом президент Белоруссии в очередной раз отверг звучащие со стороны ЕС обвинения в адрес Минска в преднамеренном создании кризиса.
«Согласитесь, если вы кого-то в чем-то обвиняете, то для этого надо иметь конкретные факты. Так вот, если коротко отвечать на ваш вопрос, что я повинен в том, что мигранты идут через Белоруссию в Евросоюз: „Факты на стол!“. Если такие факты будут, я публично извинюсь», — заявил Лукашенко.
Президент Белоруссии отметил, что люди бегут из Ирака, Сирии, Афганистана и других стран, потому что США вместе со своими европейскими и прочими сателлитами вторглись на территорию этих государств.
«Причину не будем называть, мы ее хорошо знаем. Она банальна. И уничтожили практически эти государства. У этих людей нет жилища, у них нет возможности накормить, одеть своих детей. Но самое страшное — нет перспективы на будущее, особенно у их детей. Поэтому они стали беженцами и по разным маршрутам пошли туда, куда их позвали, — в ЕС. В частности, Германию, старые страны Европы — Великобританию, Францию. Италию, Испанию», — сказал он и заметил, что есть различные маршруты для проникновения беженцев в Евросоюз, в том числе через Средиземное море, Балканы, а в последнее время и через Белоруссию.
Кроме того, Александр Лукашенко обратил внимание, что эти люди приезжали в Белоруссию на абсолютно законных основаниях как туристы.
«Встает вопрос: скажите, что я лично или власти Беларуси нарушили, какие международные нормы, какие внутренние законы мы нарушили в связи с тем, что сюда приехали эти бедолаги? Ничего мы не нарушили. Поэтому претензии нам предъявлять не надо», — подчеркнул белорусский лидер.
Он также напомнил и том факте, что Евросоюз прекратил выполнение своих обязательств в рамках заключенного ранее соглашения о реадмиссии.
«Ну, значит они взяли такой курс в отношении Белоруссии. И зачем нас сегодня обвинять? Поэтому упрекать нас в том, что мы сюда завозим людей, предварительно собирая их в Сирии, Ираке и даже Сомали, чтобы переправить в ЕС, — это просто безосновательное обвинение. Для чего это делается — для того, чтобы придумать причину давления на нашу страну», — подчеркнул Лукашенко.
Вместе с тем, президент Белоруссии заявил, что никого из беженцев не заставляют и не вынуждают возвращаться на родину.
В то же время, по его словам, находящимся на белорусско-польской границе беженцам «рекомендуют определиться со своей дальнейшей судьбой».
«На улице зима, и вы видите какая холодина. Они просто с детишками там не выдержат. И потом, мы же их постоянно обслуживаем: и торговля, и в социальном плане, начиная от питания, одежды, банные, прачечные мероприятия и заканчивая лечением, особенно детей. Нам это недешево обходится, поэтому люди должны определиться, что они будут делать сегодня, завтра и послезавтра. Мы к этому их понуждаем, но ни в коем случае мы их не будем силой возвращать домой… Чисто по-человечески мы не имеем права и не можем гнать этих людей обратно домой. Потому что в годы последней войны мы были беженцами: украинцы, белорусы, русские. Когда фашистская Германия напала на Советский Союз, мусульманские республики Советского Союза, Иран и Ирак в том числе приютили наших людей. И особенно поляков: поляки тогда в основном бежали в Иран и Ирак. Немало их было и в Турции, Сирии. Тогда вы, наших людей приютив, дали возможность находиться там во время Второй мировой войны. Сейчас сложилась обратная ситуация. Так почему мы по-варварски должны к этому относиться?», — отметил он.
Президент Белоруссии также добавил, что идеология его страны проста — «если сегодня ты помогаешь другим людям, попавшим в беду, то в следующий раз помогут тебе». При этом он заявил, что если беженцы захотят остаться в Беларуси, белорусская сторона будет действовать строго по закону.
«Я не сказал, что они могут остаться в Белоруссии. Если они захотят остаться в Белоруссии — мы будем работать строго по закону с ними. Мы будем делать все так, как они этого пожелают. Это нищие, бедные люди, бегущие от войны. У них действительно на родине негде жить. Поэтому мы будем делать все, как они захотят», — сказал он.
Глава Белоруссии отметил, что еще во время телефонных разговоров с Ангелой Меркель пообещал, что белорусская сторона «будет стараться убедить людей вернуться на родину, если кто-то захочет».
«Мы свято выполняем это обещаем. Мы несколько тысяч беженцев убедили вернуться к себе на родину. Поэтому мы обещанное мною выполняем. Европейский союз, который должен был хотя бы две тысячи человек забрать: семьи с детьми, которые сегодня находятся в этом импровизированном лагере, не сдвинулись ни на сантиметр. Поэтому, если люди откажутся идти в Европу, мы будем убеждать их вернуться на родину. Если они предложат какие-то другие варианты, захотят остаться в Белоруссии, у нас есть закон, и мы будем действовать строго по закону», — подчеркнул Лукашенко.
Напомним, миграционный кризис на границе Белоруссии и ЕС разразился после того. как Минск отказался сдерживать поток мигрантов в направлении ЕС. Брюссель называет происходящее «гибридной агрессией». В ответ белорусские власти называют действия европейских стран бесчеловечными и призывают к диалогу для решения проблемы.
«Они скорее умрут в Европе, чем вернутся домой» Как мигранты на границе с Польшей изменили жизнь в Белоруссии
С начала ноября на границу Белоруссии и Польши стекаются тысячи мигрантов из стран Ближнего Востока в надежде перебраться в благополучную Европу, где никто ни в чем не нуждается, для всех есть деньги и нет войн. Но европейцы оказались не в восторге от незваных гостей и вопреки ожиданию последних не распахнули перед ними двери пограничных переходов. В итоге несколько тысяч искателей лучшей жизни застряли на пороге Европы, и пока политики спорят о том, кто виноват в сложившейся ситуации, приезжие, как могут, обживаются в белорусских городах. За последние несколько недель они стали неотъемлемой частью городских пейзажей Минска и Гродно. Некоторые белорусы рады приезжим и не упускают возможности на них заработать, завышая цены на жилье и поездки в такси. Другие, напротив, не в восторге от засилья чужаков: беспокоятся за свою безопасность и обвиняют власти в назревающем кризисе. Третьи сочувствуют мигрантам, которые проводят холодные ночи на улице, и собирают гуманитарную помощь. Как миграционный кризис изменил жизнь белорусских городов, что думают о гостях с Ближнего Востока простые белорусы и чего они опасаются — в репортаже «Ленты.ру».
Всего лишь бизнес
«А вот и арабы», — объявил водитель, проезжая мимо Ворот Минска на Привокзальной площади. За окном показались несколько смуглых мужчин, пакующих чемоданы и сумки в багажник такси.
Выходцы из стран Ближнего Востока — новая достопримечательность, которая вызывает больший интерес, чем архитектурные символы города. С лета 2021 года их можно встретить буквально на каждом углу Минска. Приезжие меняют городской ландшафт и привычки местных жителей. И несмотря на то что сейчас в Белоруссии практически нет других туристов, отели Минска и Гродно забиты под завязку: все места заняли журналисты, которые приезжают снимать мигрантов.
Если раньше беженцы штурмовали границы Европейского союза по Средиземному морю, то теперь они предпочитают не рисковать, а прилетают в Минск и отправляются сразу на границу с Польшей или Литвой. Поначалу пограничники им не препятствовали, однако весной 2021-го к границе потянулись сначала сотни, а потом тысячи человек ежедневно. Тогда Польша и Литва перестали пускать приезжих и укрепили границу заборами из колючей проволоки. В результате беженцы толпятся у границы или задерживаются в Минске.
Чтобы снизить поток приезжих, страны ЕС потребовали от ряда авиакомпаний перестать пускать на рейсы выходцев из ближневосточных стран. На такой шаг пошли, в частности, компании «Белавиа» и Turkish Airlines — им угрожали санкциями. Впрочем, эстафету перехватили другие: лоукостер Fly Dubai резко увеличил число рейсов в Минск. Перевозка мигрантов — прибыльный бизнес, на котором зарабатывают не только белорусские таксисты, но и крупные компании.
Фото: Anadolu Agency / Getty Images
Мигранты приезжают в центр Минска прямо из аэропорта — на их рюкзаках бирки из московского Шереметьево. Билеты в Белоруссию с пересадкой в Москве, Дубае, Бейруте или Анкаре все еще можно спокойно купить в интернете. Главный вопрос — получение местной визы. До недавнего времени жители многих стран Ближнего Востока могли оформить белорусскую визу прямо в аэропорту. Но некоторые перевозчики не брезговали зарабатывать на незнающих путешественниках.
Когда поток мигрантов превысил сотни, получить визу стало сложнее. Но на помощь пришли многочисленные туристические агентства, работающие как в Ираке, так и в других странах. Как правило, их реклама и номера телефонов размещены в Instagram. Там же — расценки и требования к клиентам. «Лента.ру» связалась с одним из таких турагентств в иракском Курдистане.
Судя по информации в соцсетях, компания предоставляет визы и туры для обычных путешественников, однако представитель турфирмы по имени Варгр отрицает это. По его словам, каждое из подобных агентств знает, кому и зачем предоставляются документы.
«Мои клиенты говорили мне открытым текстом, что планируют пересечь границу, а не оставаться в Белоруссии. Кто-то уезжал по экономическим соображениям, кто-то надеялся получить вид на жительство в Германии», — рассказывает он.
Фото: Anadolu Agency / Getty Images
Всего через его агентство прошли около 400-500 человек из Ирака. Цена такого тура в Белоруссию — 800-900 долларов за человека. О визах агентство договаривалось с представителями властей Белоруссии в Анкаре. Варгр отметил, что посредниками выступили некие турецкие бизнесмены. Они и приняли решение по финальной стоимости виз.
Некоторые турагентства настаивают на том, что выдать визу могут только группе людей. Варгр объясняет: это связано с тем, что въезд в Белоруссию организован по приглашениям. Курдские турагентства оформляют эти приглашения с помощью граждан Белоруссии, с которыми у них налажены связи.
«За эти месяцы очень многим удалось добраться до Германии и других стран Шенгенской зоны. Если вдруг [иракское] правительство возобновит выдачу виз в Белоруссию, то в Ираке никого не останется — уедут все», — рассказал Варгр.
В Ираке очень трудно жить: каждый день то проблемы с бензином, то с электричеством. Люди скорее умрут в Европе, чем останутся здесь
Как правило, срок действия визы — от двух до четырех недель. Один из мигрантов, оказавшихся на белорусско-польской границе, показал документ и подтвердил, что он и его соотечественники действительно находятся в стране на законных основаниях. Однако визы чаще всего уже просрочены: люди оформляют документы на несколько недель, рассчитывая, что скоро окажутся в Европе. Их ожидания не оправдываются.
«Чужим — все, своим — ничего»
Из аэропорта беженцы направляются к торговому центру «Галерея» на проспекте Победителей, через дорогу от Дворца спорта. Это место встречи всех выходцев с Востока, прилетающих в белорусскую столицу. Объяснить такой выбор не могут ни местные жители, ни сами арабы: Дворец спорта находится в 47 километрах от аэропорта и в пяти километрах от железнодорожного вокзала.
Вечером в воскресенье, 14 ноября, у «Галереи» собрались около двух десятков мигрантов, среди них — женщины и дети. Другие люди греются внутри: кто-то пьет кофе, а кто-то просто снует туда-сюда. Подсчитать их почти невозможно: в основном группируются члены одной семьи, остальные ходят по двое или в одиночку.
С начала ноября это место притягивает не только приезжих, но и самих белорусов: кто-то из любопытства приходит посмотреть на мигрантов, а кто-то пытается заработать на них. Таксисты активно предлагают арабам подбросить их до границы, объясняясь на ломаном английском или жестами. Цена вопроса — 250 долларов.
Другие таксисты признают, что дело не только в переизбытке наличности. По их словам, за перевозку мигрантов к границе с Польшей можно получить тюремный срок — до пяти лет. Когда неподалеку от торгового центра припарковалась милицейская машина, водители действительно аккуратно отступают подальше.
На следующее утро милиция исчезает, и поблизости появляются сотрудники ОМОН. Часть из них остановилась у Дворца спорта, другие подошли к мигрантам у торгового центра. Трое сотрудников попросили беженку с ребенком пройти следом и посадили в синий минивэн без опознавательных знаков. Рядом с автомобилем остановилась милицейская машина с надписью «Разминирование». Несколько арабов начали беспокойно перебирать сумки, видимо, подумывая о том, как бы поскорее убраться подальше. Однако омоновцы больше не проявляли интереса к мигрантам. Синий минивэн, где сидели женщина и ребенок, уехал в неизвестном направлении.
Фото: Leonid Scheglov / BelTA / Handout
Несмотря на работу милиции и ОМОНа, жители Минска предпочитают держаться от приезжих на расстоянии. Непринужденный разговор с ними ведут разве что пара человек — чернокожие юноши и девушки, умилившиеся одному из детей мигрантов в лохмотьях. Несколько опрошенных белорусов признались, что давно не чувствуют себя спокойно в родном городе. Многие боятся роста преступности. По словам одного из жителей города, несколько мигрантов уже сидят по отделениям милиции.
Другие отшучиваются. «Раньше арабы ездили в Европу через Средиземное море, а теперь — через Беларусь. Они эволюционируют, как айфоны», — так продавец одного из магазинов объясняет рост числа мигрантов в городе.
Однако в большинстве своем минчане испытывают раздражение, обвиняя в происходящем власти страны во главе с президентом Александром Лукашенко. По словам нескольких местных жителей, пожелавших сохранить анонимность, в страну мигрантов свозят специально. «Чужим — все, своим — ничего. Арабам привозят еду и воду, разрешают вырубать лес, хотя это запрещено делать на приграничной территории. А нас только доят и доят», — жалуется один из собеседников. Более того, мигрантам также помогают пересекать границу, заявил он, сославшись на слова своего друга-пограничника, который якобы служит недалеко от КПП Брузги — Кузница. Мужчина отметил, что белорусским пограничникам приказано резать проволоку на польской границе, чтобы приезжие могли пробраться туда.
С чего начинается родина
Из Минска мигранты отправляются к приграничным городам. Сейчас едва ли не самый популярный пункт назначения — город Гродно, который находится в 20 километрах от польской границы. Иракские курды Ибрагим и Али рассказали, что ожидают, когда появится кто-то, кто сможет подвезти их к границе. По словам мигрантов, их друзья и семьи уже в Евросоюзе, они не хотят оставаться ни в Белоруссии, ни в Польше. Ибрагим добавил, что уже жил и работал в Швеции, а сейчас хочет туда вернуться.
Оба иракца прерывают беседу, чтобы уйти в торговый центр согреться и выпить кофе. Сохранность сумок с вещами, которые валяются у подземного перехода неподалеку, кажется, их не беспокоит. На эти же сумки уселись мужчины, женщины и дети. На улице уже темно и холодно, многие пытаются найти, чем бы укрыться — кое-кто даже привез одеяла.
Через несколько часов мигрантов уже не видно ни на железнодорожном вокзале Минска, ни на автовокзале Гродно — кажется, что они просто испарились. Арабов «пачками» перевозят на автобусах и в багажниках такси. Продав все свое имущество в Ираке, мигранты готовы отдавать по тысяче долларов за трехчасовую дорогу из Минска в Гродно на машине, поделился анонимный источник «Ленты.ру».
Добравшись до города, приезжие не толпятся на улице, а снимают жилье через граждан Белоруссии или же сразу отправляются к КПП Брузги — Кузница.
В отличие от Минска, жители Гродно, кажется, не пытаются превратить миграционный кризис в способ заработка. Впрочем, по городу ходят слухи о водителях, которые перевозят целые семьи к «слабым местам» на польской границе: не к известным КПП, а тайным лазейкам. Однако это стоит гораздо дороже.
Значительно чаще местные жители говорят о том, как бы помочь мигрантам. По словам представителей Белорусского Общества Красного Креста, горожане собирают долгохранящиеся продукты, одежду для детей и взрослых, обувь и игрушки. Во время разговора с руководством гродненского офиса организации к зданию подъезжает легковая машина, доверху набитая пакетами с гуманитарной помощью. Пока мужчина заносит мешки в здание, он успевает объяснить, что вещи и еду собрали ученики местных школ.
«Кушать-то [мигранты] хотят, понимаете. Люди отправляют помощь с самого начала ноября. Хотя уже сейчас приходится отказываться от многого: места в офисе нет, не успеваем увозить все это на границу», — объясняет представитель общества, обводя помещение рукой. В нем действительно практически нет места: мешки с вещами и едой высятся до потолка.
Пожертвования поступают от католической и православной церквей: там тоже принимают посильную помощь от жителей города, чтобы позже передать ее мигрантам на границе. Волонтер Марина Волочкова, занимающаяся сбором гуманитарной помощи от Гродненской православной епархии, в разговоре с «Лентой.ру» признала, что поначалу белорусы не были настроены благосклонно к приезжим, поскольку считали, что мигранты сами виновны в своих бедах.
Мигранты в лагере у КПП Брузги — Кузница
Фото: Maxim Guchek / BelTA / Handout / Reuters
«Те, кто поначалу не очень [хорошо] относился [к беженцам], сейчас представляют себе, каково мигрантам. Эти люди с маленькими детками спят на улице. У нас ночью температура уже минус 3 градуса. Само ощущение, что ты спишь в кровати, а они там мерзнут, меняет представление о том, кто прав, а кто нет. По-человечески просто не понимаешь, как это так, как такое происходит. Что есть человек, и он спит на улице», — делится Волочкова. По ее словам, «вся Белоруссия откликнулась» на помощь беженцам.
Для мигрантов Белоруссия уже давно стала приятной остановкой на пути в Европу, и, по словам местных жителей, летом выходцы с Востока могли жить в лесах у польской границы по несколько месяцев. Процесс получения белорусской визы через туристические фирмы, отправка мигрантов в Минск и их дорога к границе были отлажены до мелочей, но теперь люди оказались в западне. Они уже не могут ждать пропуска в холодном лесу, деньги подходят к концу, а международное сообщество так и не может решиться на конкретные действия.
Польша, Литва и Латвия наглухо закрыли свои границы и не желают принимать мигрантов, а их родные страны — тот же Ирак — не проявляют особого рвения, чтобы вернуть желающих домой. Беженцам остается либо уповать на милость белорусов, либо идти на прорыв заграждений, либо попытаться ужиться на новом месте. Но с последним пунктом местные вряд ли согласятся.
Фото: Maciej Luczniewski / NurPhoto via Getty Images
«Лукашенко не ожидал такой реакции общества» Как изменилась Белоруссия за год протестов и репрессий
Фото: Миша Фридман / AP
Ровно год назад в Белоруссии прошли президентские выборы, с которых и начался самый масштабный кризис в современной истории страны. Действующий глава государства Александр Лукашенко в шестой раз одержал победу, набрав, по официальным данным, 80,1 процента голосов. Оппозиция не согласилась с такими результатами, ее сторонники вышли на улицы. Результатом стали погибшие, данные о числе которых разнятся, сотни раненых и тысячи пострадавших от пыток и травли. Сейчас кажется, что все эти люди пострадали зря, и протест провалился. Однако сообщения о новых пытках и репрессиях приходят из Белоруссии даже спустя год после начала протестов, и кризис, очевидно, даже не думает заканчиваться. Белорусский политолог Дмитрий Болкунец объяснил «Ленте.ру», в чем ошиблись противники Лукашенко, как сильно изменились белорусы за этот трудный год и сколько еще трудностей им предстоит.
Враги и друзья
«Лента.ру»: Как пережил этот непростой год Александр Лукашенко? Может ли оппозиция занести этот год себе в актив?
Дмитрий Болкунец, белорусский политолог
Дмитрий Болкунец: Я бы оценил этот год как кризисный для власти. Лукашенко и его окружение пытались тушить пожары, но они до сих пор не потушены. Он продолжает зачистку политического поля. Несогласных из страны выдавливают, тех, кто представляет опасность, пытаются выкрасть из-за рубежа и вернуть в Белоруссию, чтобы судить или изолировать.
Удалось ли чего-то добиться оппозиции? Конечно. Такого прорыва, который сейчас случился, не было никогда в белорусской истории. Никогда еще политический кризис не длился так долго, обычно это занимало несколько месяцев. Для меня очевидно, что в текущей ситуации Лукашенко не имеет шансов устоять, он может только оттянуть время своего ухода и для всех очевидно — и для России, и для Китая, и для Европы, — что время Лукашенко ушло, и все ведут обратный отсчет. Он оказался в изоляции, и есть понимание, что на смену ему придут люди уже совершенно новой формации.
Однако оппозиции все же не удалось достигнуть своей главной цели — устранить Лукашенко или добиться перевыборов. Получается, это все же провал, а не прорыв, разве нет? И почему оппозиция потерпела неудачу?
Я бы все-таки отметил, что начиная с мая 2020 года, когда стала известна дата президентских выборов, никто всерьез не планировал никакой уличной протестной активности. Это было абсолютно спонтанное народное движение. Несмотря на то, что белорусская пропаганда сейчас пытается представить все так, будто протесты планировались годами, никто никаких планов по захвату власти не имел. То, что люди вышли, это действительно было такое народное восстание, народный бунт. Если бы у оппозиции были планы как-то оседлать протест, то, наверное, Лукашенко уже бы сидел в СИЗО или бежал бы из страны.
Для меня очевидно, что у него нет шансов устоять, кроме как с помощью финансовой поддержки из Москвы — если Москва готова будет его финансировать. Еще замечу, что в самом начале массовых протестов Кремль поддержал Лукашенко, и это очень сильно спасло его. Если бы Кремль не помог Лукашенко в финансовом и информационном плане, то его режим уже пришел бы к краху. Причем против него бы выступило прежде всего его ближайшее окружение.
Кстати, это в некотором роде парадоксальная ситуация. Перед выборами Лукашенко позволял себе агрессивные выпады в сторону Москвы: арест «вагнеровцев», постоянные рассказы о «российских кукловодах» и так далее. Почему Россия вообще решила поддержать его?
На мой взгляд, Россия была вообще не готова к тому, как начали развиваться события в Белоруссии после выборов. И, я думаю, у Кремля есть одна задача, которую на фоне этой истории с протестами хотят реализовать — подписание дорожных карт по интеграции Белоруссии и России.
В Кремле, видимо, рассчитывают, что раз Лукашенко больше не имеет контактов на Западе, то он будет готов подписать все бумаги, но это большая ошибка. И она может привести к большой национальной трагедии на уровне разрыва связей между народами России и Белоруссии. Отношение к России из-за поддержки Лукашенко очень сильно просело.
Есть какие-то точные данные о росте негатива по отношению к России?
Достоверной социологии все же нет. Можно сказать, что определенная часть белорусского общества, безусловно, привержена любви и уважению к России. Но в другой, более крупной его части, особенно среди молодежи, рейтинг России обвалился до нуля. Последние события, например, выдача Минску находящихся в России белорусских граждан, только усугубляют ситуацию.
Получается, поддержка Россией Лукашенко после выборов негативно сыграла на развитии интеграционного проекта Союзного государства?
Абсолютно негативно. Я не вижу никаких подвижек. Говорить о каком-то углублении интеграции вообще не приходится. Для России было бы лучше, если бы пришла вообще новая команда людей, пусть даже националисты, да кто угодно. Это в любом случае были бы более прагматичные, более честные отношения, чем то жульничество, которое Лукашенко ведет многие годы.
Ни о каком Союзном государстве в этих условиях говорить не приходится. Если Россия подпишет с Лукашенко какие-то дорожные карты, которые будут влиять на суверенитет Белоруссии, это может вызывать в стране довольно жесткую реакцию и вряд ли получит поддержку большинства населения. Я считаю, что никаких дорожных карт с Лукашенко подписывать нельзя, он не имеет сегодня легитимности в обществе и не сможет удержать ситуацию в стране. Держать ситуацию на штыках будет стоить очень дорого и для России, и для Белоруссии. А после введения санкций содержание Лукашенко еще подорожает.
Фото: Алексей Дружинин / Reuters
Белоруссия и Запад
Против Белоруссии введены не только персональные, но и секторальные санкции. Есть ли у Лукашенко шанс наладить отношения с Западом и вернуться к многовекторной политике?
Он пытается это сделать, но, на мой взгляд, точка невозврата уже пройдена. Лукашенко сознательно идет на провокации на границе, в частности, создает миграционный кризис в Прибалтике и Польше. Он рассчитывает на то, что страны Запада пойдут к нему на поклон и начнут переговоры. Лукашенко нужно признание на Западе, а его нет. Ни один европейский посол не вручил ему верительные грамоты за прошедший год. Единственный посол, вручивший грамоты — израильский, и за это страна нарвалась на очень жесткую критику.
Двери на Запад для Лукашенко закрыты. Более того, даже некоторые страны Евразийского союза отказываются поддерживать с ним контакты. В конце мая этого года Казахстан отказался принимать Лукашенко с визитом. Да, формально его признают президентом, но фактически считают человеком, уходящим из белорусской политики и имеющим подмоченную репутацию.
В последние годы у Лукашенко были неплохие отношения с Европой и США. Почему он решил рискнуть ими и пошел на силовое подавление протестов, причем очень жестокое? Ведь всем ясно, как на такое отреагируют на Западе.
Он не понимал, какой будет реакция стран Запада. Ему нужно было удержать власть любой ценой, и он искренне считал, что Запад все простит. Лукашенко не ожидал и такой реакции белорусского общества, не понимал, что оно изменилось, и в нем сменились поколения. Он рассчитывал, что совершит разгон протестов, как в 2010 году, и все успокоится.
Я не исключаю варианта, при котором в ближайшее время Лукашенко признают террористом и инициируют создание трибунала по расследованию действий белорусских властей во время массовых протестов
Уже к маю этого года в Европе созрели силы, готовые пойти торговаться с Лукашенко, чтобы он, к примеру, отпускал политзаключенных, а в ответ Запад начал бы раскручивать гайки санкционного давления. Но Лукашенко своими руками вновь сотворил кризис, связанный с посадкой самолета, на борту которого находился оппозиционер Роман Протасевич, и это стало еще одной точкой невозврата. По сути, он главный дирижер разрыва этих отношений, и шансов каким-то образом наладить диалог с Западом больше нет.
Почему Запад не пытался выступить в роли медиатора конфликта между Лукашенко и оппозицией, а сразу занял жесткую позицию по отношению к режиму?
Некоторые страны, в частности, Австрия, у которой есть серьезные бизнес-интересы в Белоруссии, пытались это сделать. Была даже попытка провести переговоры между Лукашенко и оппозицией в Вене. Но такая модель никого не устраивала, и Австрия за это, простите, огребла. В Вене пытались тянуть время и заигрывать с Лукашенко, пытались изъять из санкционных пакетов какие-то финансовые ограничения, и это вызывало негативную реакцию европейских коллег. В итоге Австрия сняла свои требования.
Стоит отметить и позицию Норвегии. Осло пытался отстаивать интересы своих компаний, закупающих в Белоруссии калийные удобрения. Но сколько общественность и белорусская эмиграция не требовали у норвежской компании Yara отказаться от закупок у «Беларуськалия», где проводились репрессии бастующих рабочих, они каждый раз выкручивались и находили причины продолжения сотрудничества.
Бастующие рабочие на предприятии «Гродно Азот»
Фото: Виктор Драчев / AP
Литва, столкнувшаяся с очень серьезным давлением со стороны режима Лукашенко, не может полностью закрыть транзит белорусских грузов через свою территорию. А транзит через Литву — это 90 процентов грузов того же «Беларуськалия», нефтепродуктов, леса. Но Литва не закрывает Лукашенко возможность торговать с внешним миром. Если бы Вильнюс это сделал, Лукашенко пришлось бы идти на уступки, многие предприятия просто вынуждены были бы остановиться.
«Перспектив нет никаких»
Удалось ли Лукашенко мобилизовать большую часть общества вокруг себя или режим сейчас держится только на силе?
Нет, никакой мобилизации не случилось. Вокруг Лукашенко сплотились только те, кто и так его поддерживал, около 20 процентов общества. По большей части он нажил себе личных врагов, включая огромный пласт экспертного сообщества, интеллигенции.
Таких репрессий Белоруссия да и вообще вся Европа не знала со Второй мировой войны. Это затронуло десятки тысяч семей, и очевидно, что вернуть доверие общества Лукашенко не сможет
Более того, он потерял свою опору. Последние 20 лет Лукашенко держался за счет людей, работающих на госпредприятиях, где всегда была избыточная численность сотрудников. Люди приходили на работу, ничего не делали, получали зарплату, и их не увольняли. И Лукашенко всегда говорил, что если придут какие-нибудь «западники» и «рыночники,» то их сократят, и они не смогут работать нигде. Но в какой-то момент эта схема перестала работать, доходы населения уже лет 15 не растут.
В протестах прошлого года ведь участвовало много пенсионеров, ровесников Лукашенко. Они наблюдали за ним все эти 27 лет, сколько он находится у власти. Их жизнь прошла вместе с ним, и они не получили ничего из того, что он обещал, когда пришел к власти в 1994 году. Сегодня средний возраст в Белоруссии 42 года, то есть средний житель Белоруссии встретил приход Лукашенко за школьной партой и прожил с ним больше половины жизни, а перспектив нет никаких.
Кстати, Лукашенко часто говорит о том, что ядро протеста составляют радикальные националисты. Но в последние годы в Белоруссии действовало множество националистических культурных проектов, поддержанных государством. Сыграли ли они какую-то роль в начале протестов?
На мой взгляд, абсолютно никакой. Да, сейчас Лукашенко и его окружение пытаются обвинить Запад в организации протестов, в том числе через финансирование НКО националистов. Но проблема белорусского государства была в том, что оно само никаких НКО не спонсировало. Вся эта работа была отдана на откуп иностранным организациям. Российские НКО и организации вроде «Россотрудничества» не имеют абсолютно никакого влияния в Белоруссии.
Фото: Василий Федосенко / Reuters
Более того, среди НКО, ликвидированных властью за последнее время, есть и «Русь молодая» Сергея Луща. А это человек, который в свое время пытался организовать пророссийскую партию «Союз». В итоге ни партию не дали зарегистрировать, ни даже общественной организации не позволили работать. Речь о том, что Лукашенко зачищает абсолютно все политические силы, хоть прозападные, хоть пророссийские. Потому что он хочет убрать абсолютно любые зачатки гражданского общества в стране.
Что вообще произошло с «системными националистами», которые в последние годы сотрудничали с режимом?
Как работали, так и работают. Кто-то, может быть, уехал из страны, кого-то, кто представлял опасность, арестовали. Все они стояли на учете в специальных структурах, за ними следили. Но я бы не переоценивал роль националистов в протестах. Причина протестов — невосприятие Лукашенко как лидера, способного дальше вести страну вперед. Светлана Тихановская ведь не является националистом, она была кандидатом протеста.
Другие оппозиционные кандидаты тоже не были националистами, это либо бывшие чиновники, либо люди из бизнеса. Конечно, их окружение состояло из разных сил, в том числе и националистических. При этом во время протестов никак себя не проявили традиционные оппозиционные партии, потому что они все были маргинализированы за последние годы. Не были активны и провластные структуры. К примеру, Белорусский республиканский союз молодежи (БРСМ). В нем числится полмиллиона человек, студенты, школьники старших классов, рабочая молодежь.
Эти полмиллиона комсомольцев никак себя не проявили, они не провели ни одного провластного митинга. Они просто не смогли собрать актив из молодежи. Все эти квазиорганизации никто не слышит
Да, кстати, молодежь ведь, по сути, была ядром протеста.
Молодежь вообще не понимает, о чем говорит Лукашенко. Он цитирует Ленина, Сталина. Он попытался вернуть в Белоруссию Советский Союз в каком-то виде, и отчасти это получилось. Вот только время поменялось, и поменялись методы работы. Сейчас Белоруссия прощается с эпохой Советского Союза, страна пытается вырваться из советского прошлого и пойти путем поступательного развития.
Трансформацию общества легко заметить по результатам приемной кампании в университеты, которая сейчас практически закончилась. И она оказалась самой провальной за всю историю Белоруссии. Ведущий вуз страны, Белорусский государственный университет, имеет недобор практически по всем специальностям. Абитуриенты забирают документы и едут в российские и польские университеты. Это говорит о тотальном недоверии ко всем институтам власти, включая систему образования.
Фото: Николай Петров / AP
Почему молодые белорусы предпочитают уезжать от режима в Польшу, а не в Россию? С Польшей есть физическая граница Евросоюза, языковой и культурный барьер.
Языкового барьера уже, по сути, нет, во всех школах Белоруссии учат белорусский язык. Адаптация к польскому не занимает много времени, и ассимиляция происходит очень быстро. В Польше находится много мигрантов из Белоруссии, по некоторым оценкам более 300 тысяч. Польшу предпочитают, потому что после событий августа 2020-го Варшава оказала поддержку белорусским гражданам и ввела гуманитарные визы, квоты в университетах.
Возможна ли трансформация режима Лукашенко или он так и останется персоналистской диктатурой?
Лукашенко никуда уходить добровольно не будет. Максимум, на что он готов пойти, — дать себе другой статус по итогам конституционной реформы. Но и в этом новом статусе он будет контролировать всю обстановку в стране. Недавно его команда вбросила проект конституции, где предусмотрено появление Всебелорусского народного собрания.
На мой взгляд, эта модель фактически предполагает появление монархии в Белоруссии, где власть формируется по модели абсолютно северокорейской, с неким генеральным секретарем этого собрания. Секретарь этот будет избираться не народом, а некой группой лиц, и Лукашенко планирует им стать, потому что боится прямых президентских выборов. При этом он не подготовил преемников, он не подготовил мирный транзит власти, и уход Лукашенко будет сопряжен с кровопролитием в стране. Он уже развязал его в прошлом августе, но оно пока не достигло какой-то серьезной точки, и главная кровь еще впереди.