Ковид тянет в сон
Ковид пневмония и постоянная сонливость
Всем здравствуйте! Маме 59 лет, диагностировали COVID и по результатам КТ двухсторонняя пневмония. С начала первых симптомов до диагноза и начала лечения прошло 5 дней. Первые дни были сильные головные боли, озноб и пониженная температура. Вызвали врача и назначили «арепливир» и «цефтриаксон». Померили уровень кислорода, по итогу в порядке. Решили лечиться на дому, с наблюдением врача. После начала лечения, ура, прошли жуткие головные боли, общее самочувствие стало получше, но поднялась температура свыше 38 (сбивается парацетамола). Три дня самочувствие стабильное, без улучшений и появилась жуткая сонливость. Мама больше спит, чем бодрствует. Как можно объяснить эту сонливость? Нормально ли это??
Уважаемые посетители сайта СпросиВрача! Наш сервис работает для Вас и позволяет получать бесплатные онлайн консультации врачей круглосуточно. Задайте Ваш вопрос врачу и получите ответ мгновенно!
Екатерина, Спасибо за ответ. Один из знакомых врачей также порекомендовал нам подключить «Дексаметазон». То что препарат действует, как жаропонижающее, это я понял. А какие ещё особенности у данного препарата, какой эффект?
Ещё вопрос по препаратам. Я выше указал, что врач назначил «цефтриаксон 1г.» раз в день внутримышечно и «арепливир». Это корректный курс лечения? Просто настораживает, что температура держится 4-ый день и с учетом приема антибиотика.
Ковид тянет в сон
Согласно мировым данным, до 88 % пациентов с COVID-19 страдают от бессонницы. Кроме того, нарушения сна, связанные с работой в условиях коронавирусной инфекции, испытывает 30 % медперсонала. Распространенность нарушений сна в период второй и третьей волн варьировала от 3 % до 88 %. Причем больше страдали пациенты (74,8 %), медработники — 36 %, население в целом — 32,3 %. Больные COVID-19 испытывали трудности со сном в остром периоде, а также бессонницу, депрессию и тревогу 6 месяцев спустя.
В интервью «МВ» заведующая неврологическим отделением РКМЦ Управления делами Президента Республики Беларусь, врач-невролог-сомнолог, кандидат мед. наук, доцент Наталия Чечик рассказала, на что обратить внимание при диагностике и лечении расстройств сна, в т. ч. возникших на фоне COVID-19.
Наталия Чечик, заведующая неврологическим отделением РКМЦ Управления делами Президента Республики Беларусь, врач-невролог-сомнолог, кандидат мед. наук, доцент. Наталия Михайловна, когда можно говорить, что у пациента бессонница? Что значит здоровый сон?
Бессонница, или инсомния, — это расстройство сна, связанное с невозможностью либо его начать, либо качественно поддерживать, либо ощущать восстанавливающий эффект сна. При бессоннице человек не спит не менее трех ночей в неделю в течение трех месяцев.
Бессонница бывает острая и хроническая. Острая появляется, как правило, как реакция на стресс и заканчивается после короткого курса лечения. Рекомендуется соблюдение режима и гигиены сна. Назначаются седативные препараты (рецептурные и безрецептурные), поведенческая терапия.
Острая инсомния нередко излечивается самостоятельно, без медикаментов, исчезает вместе с вызвавшим ее стрессом. Но если это состояние длится более 3 месяцев (сохраняются стресс, провоцирующие и поддерживающие факторы), инсомния переходит в хроническую форму, клинически присоединяются коморбидные расстройства: неустойчивое артериальное давление, боли в сердце, головные боли и т. д. Классификация инсомнии насчитывает около 50 различных форм хронической бессонницы.
Продолжительность здорового сна у взрослого человека — 7–8 часов. Нормальный 8-часовой сон состоит из 4–6 циклов, каждый по 90 минут, любой цикл содержит 2 фазы: быстрый (15–25 % от всего сна) и медленный (75–85 %) сон.
В фазе быстрого сна мы видим сновидения, реализуем свои эмоции. В эту фазу происходит переработка информации, поступившей в мозг в период бодрствования, включение механизмов памяти, стабилизация эмоциональной сферы и др.
Во время глубокого сна восстанавливаются энергетические запасы мозга и организма в целом, происходит синтез белков, гормонов, ферментов. Сон — восстановительный процесс организма, и его дефицит вызывает когнитивные, обменные, гормональные нарушения, повышенный уровень стресса.
Почему возникает бессонница, каковы причины и особенности нарушения сна при COVID-19?
Основная причина бессонницы — гиперактивация. Если она связана с мозговыми нарушениями, то называется корковой, если с заболеванием вегетативной нервной системы — симпатической, если с гормональными нарушениями щитовидной железы — эндокринной.
Эмоциональная гиперактивация ассоциирована с тревогой, внутренним напряжением, страхами, когнитивная — с навязчивыми мыслями, поведенческая — с нарушениями гигиены сна, депривацией сна, сменной работой, джетлагом. Гиперактивация может быть вторичной, т. е. возникать при психических расстройствах (тревожных, депрессивных, аффективных), хроническом болевом синдроме.
Одна из главных причин развития бессонницы — снижение синтеза мелатонина. В современных условиях этому способствуют искусственное освещение, посменная работа, смена часовых поясов в течение суток, прием некоторых лекарственных средств, различные заболевания.
К слову, функции мелатонина не ограничиваются снотворным действием. Этот гормон обеспечивает регуляцию биоритмов, нормализацию АД, снижает энергетические затраты миокарда, нормализует моторику и секрецию желудка, регулирует работу эндокринной системы, оказывает антидепрессивный эффект, обладает противораковыми свойствами, а также способствует укреплению иммунной системы. При снижении количества мелатонина снижается и выработка Т-лимфоцитов, Т-киллеров, убивающих инфекцию, соответственно, ослабляется антивирусный иммунитет.
С возрастом синтез мелатонина уменьшается. Есть предположения, что этим можно объяснить, почему люди старше 65 лет более подвержены заражению COVID-19.
Если говорить о бессоннице на фоне COVID-19, то по сей день в сомнологии открытым остается вопрос о связи между заболеваемостью коронавирусом (вирусная нагрузка), острым респираторным дистресс-синдромом и нарушениями сна, поскольку симптоматика в клинической практике не всегда вписывается в логику причинно-следственных связей. Исходя из литературных данных и наших собственных наблюдений, можно выделить две причины инсомнии.
Первая — психологическая — стресс, тревога, страх перед заболеванием, одиночество и отсутствие поддержки близких во время изоляции. Вторая причина связана непосредственно с вирусным поражением головного мозга и центральной нервной системы (ЦНС). Одна из составляющих этого поражения — воздействие на гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую систему, которая вырабатывает гормоны, защищающие нас от стресса. Кроме того, вирус поражает структуры, отвечающие за сам сон, — ретикулярную формацию, подкорковые ядра, ядра ствола мозга.
Вирус может достигать ЦНС через носовые, а также гематогенные маршруты. Последующая секреция иммунологических медиаторов сопровождается возбудительными реакциями со стороны нервной и эндокринной систем. Также во время болезни головной мозг испытывает интоксикацию — корковая причина инсомнии. Интоксикация вызывает повышенную сонливость и заторможенность: человек спит днем, ночью уснуть не может, в итоге нарушаются циркадные ритмы. С другой стороны, возникают болевые синдромы, головные боли, которые в свою очередь тоже нарушают сон.
Кроме бессонницы наблюдаете ли еще какие-либо расстройства сна на фоне COVID-19?
Как осложнение коронавирусной инфекции развиваются опасные состояния с нарушением дыхания — обструктивное и центральное апноэ сна. Синдром обструктивного апноэ сна (СОАС) характеризуется храпом, периодическим спадением верхних дыхательных путей на уровне глотки и прекращением легочной вентиляции при сохраняющихся дыхательных усилиях, снижением уровня кислорода крови, грубой фрагментацией сна и избыточной дневной сонливостью.
Центральное апноэ сна возникает вследствие поражения дыхательного центра. Синдром апноэ сна вызывает нарушение газообмена, гипоксию, гипоксемию, ухудшение оксигенации головного мозга, сердца, обусловливает степень тяжести кардиологических, сосудистых заболеваний, когнитивных нарушений. СОАС является фактором риска развития инфарктов сердца и мозга, синдрома внезапной смерти во сне вследствие нарушения сердечного ритма.
Еще одно осложнение COVID-19 — синдром беспокойных ног во сне, вызванный полинейропатией, которая может развиваться в постковидном либо остром периоде. У человека возникают неприятные ощущения (боль, онемение) в нижних конечностях, из-за чего он беспорядочно двигает ногами во сне, чтобы как-то облегчить это состояние, и просыпается.
У пациентов, переболевших COVID-19, наблюдаются астенические и тревожные расстройства.
В центре разработаны и внедрены программы реабилитации для перенесших COVID-19 и получивших неврологические осложнения. Мы уже обследовали 100 пациентов, обратившихся с различными расстройствами сна после перенесенной коронавирусной инфекции. Сейчас обрабатываем полученные данные, смотрим, какие фазы сна нарушены, как часто встречаются дыхательные расстройства и т. д.
Врачи общей практики отмечают, что на бессонницу постоянно жалуются пожилые пациенты…
На самом деле это может быть псевдоинсомния. Во-первых, с возрастом потребность в сне уменьшается до 6–7 часов. Во-вторых, у пожилых людей, которые не работают, нарушается режим дня: они могут вздремнуть в обед или уснуть часов в 8 вечера. Конечно, к 2 часам ночи они уже выспались, но пробуждение в это время воспринимают как бессонницу. То есть у пожилых людей сон может быть фрагментированным. Общее время сна за сутки тем не менее составляет 6–7 часов, и этого достаточно в пожилом возрасте. Хотя и в таком случае они могут не чувствовать себя отдохнувшими: сказываются плохое общее состояние, подавленность, возможно, тревожно-депрессивные расстройства, энцефалопатия. Люди, которые трудились в ночную смену, страдают бессонницей вследствие сформированного нарушения циркадных ритмов.
Каким образом полноценный сон способствует хорошему самочувствию?
Сон играет важную роль в регуляции клеточных процессов, а также гуморального иммунитета. Недосыпание может снизить негативный иммунный ответ и повысить риски развития психических расстройств.
Функция здорового сна — анаболическая, т. е. синтез гормонов, ферментов, белков, которые вос-станавливают структуры тканей организма и тем самым обеспечивают увеличение продолжитель-ности жизни. Выработка соматотропного гормона, способствующего синтезу белка и таким образом росту и развитию организма в детском возрасте, у взрослых обеспечивает регенерацию тканей. Женщины наверняка замечали: стоит хорошо выспаться, как морщинки разглаживаются.
В глубоком сне осуществляется очистительная функция головного мозга. Очищение в организме происходит посредством лимфатических сосудов, которых нет в ЦНС. В ЦНС есть гематоэнцефалический барьер, который полностью ее защищает от вредных воздействий. Очищение здесь происходит путем вымывания вредных веществ, продуктов жизнедеятельности головного мозга спинномозговой жидкостью в период глубокого медленного сна. Соответственно, если медленного сна недостаточно, очистительная функция не выполняется, происходит накопление патологического белка — амилоида. Все это приводит к нарушениям памяти, внимания и заканчивается выраженными когнитивными расстройствами, деменцией.
Как диагностировать и лечить бессонницу, в т. ч. возникшую на фоне COVID-19? На что стоит обратить внимание врачам общей практики?
Самый достоверный способ диагностики нарушений сна — полисомнография. Это не рутинный метод, но он вполне доступен в крупных клиниках. В нашем центре лаборатория сна существует уже 10 лет. Пройти обследование может каждый, кто страдает нарушением сна. Показание определяет врач любой специальности. Полисомнография позволяет выявить, какой цикл сна нарушен, проконтролировать ночную сатурацию, обнаружить дыхательную, сердечно-сосудистую патологию во сне, проследить колебания артериального давления, диагностировать синдром апноэ сна, синдром беспокойных ног и т. д. Мы выявляем основную причину расстройства сна — первично оно или возникло вследствие патологии внутренних органов или систем. После обследования подбираем лечение.
К сожалению, терапевты иногда недооценивают серьезность ситуации с нарушениями во сне. Нельзя назначить снотворный препарат, не разобравшись в причине бессонницы. Действие различных групп снотворных препаратов не учитывается.
К расстройствам сна нужно подходить дифференцированно, воздействовать на причину.
Классификация насчитывает до 50 видов бессонницы, поэтому ключевое значение имеет их точная диагностика и адекватная терапия.
Терапевт должен исключить заболевания, при которых бессонница является симптомом. Кроме того, необходимо провести психотерапевтическое тестирование на выявление депрессии, тревоги и др. Пожилому пациенту можно предложить некоторое время вести дневник сна, чтобы проследить, достаточно ли он спит в сутки. Врач общей практики может поставить предварительный диагноз и направить к узкому специалисту, в т. ч. сомнологу.
У перенесших COVID-19, особенно в тяжелой форме, развиваются астенические, тревожные расстройства, одним из симптомов которых является бессонница. Таким пациентам стоит поработать с психологами, психотерапевтами. Как правило, необходимо комплексное лечение: общеукрепляющее, снимающее тревогу, страх, напряжение, а также психотерапевтические методы коррекции.
Особое внимание уделяется назначению мелатонина, который вошел в протоколы профилактики и лечения начальных проявлений COVID-19 благодаря его свойствам иммунной защиты. Мелатонин назначается при бессоннице, особенно у пожилых людей, когда синтез его недостаточен.
Эффективны ли при бессоннице валериана, ромашка и т. п.?
Это действительно неплохие средства. Нормализовать легкие расстройства сна можно с помощью народных средств, таких как мед с молоком на ночь.
Полезны продукты, богатые триптофаном, недостаток которого может привести к бессоннице, — индейка, бананы, сыр, кунжут.
Обязательна гигиена сна: не переедать на ночь, не употреблять вечером тяжелые, жирные продукты, например, красное мясо (организм продолжает работать, переваривая пищу). Алкоголь оказывает быстрое усыпляющее действие, но продукты его распада, наоборот, вскоре вызывают пробуждение.
С какими редкими видами нарушений сна к вам обращались? Поделитесь случаями из практики.
Примечательны случаи парасомнии — снохождение, сноговорение, ночные кошмары, страхи, сонный паралич и т. д. Также один из самых известных видов — синдром ночной еды, который может быть проявлением нарушения пищевого поведения. Были пациенты, которые вставали ночью поесть, причем делали это в состоянии сна, а проснувшись утром ничего не помнили.
Быстрый сон называется парадоксальным, потому что в эту фазу головной мозг работает так же активно, как и при бодрствовании, а мышцы полностью релаксированы.
Когда происходит задержка перехода из фазы быстрого сна в бодрствование, у человека возникает такое состояние, как сонный паралич, или т. н. синдром старой ведьмы. Человек не может двигаться, а мозг не полностью пробудился. При этом возникают кошмарные сновидения. Существует легенда: умирая, старая ведьма садится человеку на грудь и передает свои способности. Сонный паралич возникает при стрессах, эмоциональном потрясении. Когда я преподавала в университете, одна из моих студенток провела опрос среди своих однокурсников. Выяснилось, что сонный паралич в различной степени испытывали около 90 % студентов.
Нередко встречаются пациенты с бруксизмом. Это серьезное нарушение, при котором зубы стираются почти наполовину. Таких пациентов направляем к ортодонтам, чтобы изготовить специальные капы.
Встречался в моей практике и синдром снохождения, а также случаи вокализации — смех, напевание во сне, издавание других звуков.
Наблюдались пациенты с гиперсомнией, когда длительность сна значительно превышает норму либо человек засыпает в самый неподходящий момент днем на фоне всплеска эмоций или смеха. Одним из проявлений таких состояний является нарколепсия. До конца это явление не изучено, выявляется врожденный недостаток орексин-содержащих нейронов, участвующих в регуляции циклов сон/бодрствование.
Другой причиной являются скрытые психологические проблемы пациента. Так, у нас обследовалась девочка, у которой был скрытый конфликт с матерью. Чтобы избежать ссор, когда мама приходила с работы, девочка уходила спать. Впоследствии это трансформировалось в засыпание днем — во время работы и в другие неожиданные моменты.
С каждым пациентом приходится разбираться индивидуально, причины бессонницы самые разные. Нужно постоянно учиться, читать, ведь каждый день перед тобой очень много загадок. Приходишь на работу — и всякий раз предстоит решить какой-то ребус. Это большая ответственность.
Переболевшие коронавирусом пожаловались на странное состояние: «Смертельно хочется спать»
Врачи бьются над загадкой тяжелого последствия COVID, который превращает людей в зомби
«Каждый раз я добираюсь на работу в состоянии полусна, — говорит перенесшая SARS-CoV-2 еще в апреле 38-летняя Анна из Москвы. — Вот уже несколько месяцев я чувствую себя развалиной и совершенно не знаю, что с этим делать». Медики во всем мире тоже пытаются разобраться с синдромом посткоронавирусной усталости.
«Не могу встать с постели»
Москвичка Анна переболела коронавирусом в среднетяжелой форме еще в апреле — но шлейф последствий тянется до сих пор: «Раньше на даче могла в день несколько грядок прополоть. Сейчас — дай бог одну. В иные дни вообще не могу встать с кровати. Я совсем молодая, у меня дочь 12 лет, а чувствую себя просто развалиной. И даже не знаю, когда все это кончится».
Ульяне, 45 лет, повезло больше: COVID прошелся по ней по касательной. Пара дней температуры, пропажа запахов и вкусов на 10 дней — на этом все вроде и кончилось. С мая ощущение усталости и какой-то ватности до конца еще не ушло: «Сейчас, конечно, я чувствую себя гораздо лучше, усталость накатывает волнами и нечасто — раза 2–3 в неделю. Но в первые месяц-два это сводило с ума. Знаете как? Вроде просыпаешься после десятичасового сна и отчетливо понимаешь: смертельно хочется спать! Хоть опять ложись! Это просто невыносимо. С физическими нагрузками тоже все не просто. Через пару недель после болезни попробовала вернуться к привычным тренировкам, но уже через несколько минут поняла: пора завязывать. Начинается тахикардия и головокружение — того и глядишь в обморок грохнешься…»
Олег, 34 года, называет слабость, которую испытывает после COVID постоянно, парализующей: «Порой я не могу встать с постели. Иногда сложно поднять руку или ногу. Как будто тебя что-то сдавливает. Даже не думал, что можно чувствовать себя настолько ужасно. Бывали дни, когда чашку поднять мог с трудом, чайник поставить вообще не мог — он был слишком тяжелым для меня…»
Светлана из Свердловской области переболела в мае, а сейчас рассказывает, что внезапно ее накрыло волной слабости и пошли обонятельные глюки: любое мясо пахнет трупами, яйца есть невозможно, бытовая химия имеет одинаковый запах «химозы». Оттенков запахов почти нет. «При этом в июне я чувствовала себя сносно, разве что уставшая была, в июле появились легкая апатия и слабость (думала, это усталость после напряженного июня), а вот к августу внезапно слабость стала тотальной», — рассказывает она.
«Мужа, 44 года, выписали из больницы 22 июня, лежал 2 недели. До сих пор никак не проходят потение при физических нагрузках и усталость. Даю ему витамины», — жалуется Марина в одной из групп, созданных постковидными пациентами. Главной жалобой у них остается астения.
В группах — пациенты всех возрастов. Рассказывают о хронической усталости даже у переболевших детей. Ее ощущают как те, кто перенес COVID тяжело, так и те, кто болел бессимптомно.
Данные о слабости, усталости, астении у переболевших пациентов подтверждает и целый ряд научных исследований. Например, результаты наблюдения итальянских врачей за 143 пациентами, перенесшими COVID-19, опубликованы в журнале Jama. Через месяц после выписки из больницы у 87,4% сохранялись жалобы на плохое самочувствие. Чаще всего жаловались на непрекращающуюся усталость.
Школа медицины Университета Индианы поделилась с миром результатами исследования больных с длительным течением COVID-19. Были составлены 50 самых часто предъявляемых ими жалоб — и на первое место вышла усталость. В первую десятку также вошли жалобы на ухудшение концентрации внимания, снижение общей активности и эффективности в фитнесе и спортивных упражнениях, проблемы со сном, тревога, ухудшение памяти, головокружение.
Недавняя публикация в журнале Bloomberg показала, что эффекты могут длиться месяцами, если не годами: хроническая усталость, проблемы с сердцем, психические расстройства. В статье говорится о том, что симптомы могут пропадать совсем, а потом появляться снова, то есть идти волнами. Особо оговаривается, что пациенты, перенесшие болезнь в легкой форме, больше подвержены таким долгосрочным последствиям.
Наблюдаться и еще раз наблюдаться!
Любопытно, что хроническая усталость стала основной жалобой и у тех пациентов, которые многие годы назад перенесли другие «злые» коронавирусы: SARS и MERS. Первый обнаружили в 2002 году в Китае, он прошел по Гонконгу, Сингапуру, был завезен в Канаду и США. Второй свирепствовал на Ближнем Востоке. Заразившихся этими вирусами исследовали спустя несколько месяцев и даже несколько лет после болезни. Практически у половины были симптомы и утомляемости, и слабости, и психических заболеваний. Врачи видели развитие синдрома хронической усталости.
Даже если вы перенесли COVID бессимптомно, это не значит, что последствий не будет, говорят врачи сегодня. Это касается и тех, кто не в курсе, что переболел. Головокружение, нарушение сна, повышенная утомляемость, невероятная и неожиданная усталость глаз за компьютером или вождением машины — все эти симптомы могут возникнуть и через несколько дней, и через несколько месяцев после COVID.
В исследовании, которое провела нейробиолог из Мичиганского университета Натали Тронсон, опубликованном в журнале MedicalXpress, отмечается, что серьезным последствием болезни перенесенного COVID является воздействие SARS-CoV-2 на мозг, что может вызывать миалгический энцефаломиелит (или синдром хронической усталости) и синдром Гийена-Барре (быстро прогрессирующее аутоиммунное поражение периферической нервной системы).
Как рассказал «МК» известный врач, клинический фармаколог, токсиколог, патологоанатом Александр Эдигер, астения, или хроническая усталость, сейчас стала одним из самых распространенных признаков перенесенной COVID-инфекции: «О первых эпизодах постковидной усталости заговорили в мае–июне, а сегодня она стала почти непременным последствием перенесенного острого инфекционного процесса. При этом нельзя говорить, что она характерна для какой-то особенной группы пациентов. Напротив, она не зависит от степени тяжести, возраста больного, клинической картины заболевания, разновидности вируса. Зато можно отметить, что наиболее значимо и сильно этот симптом проявляется у молодых и у людей среднего возраста. Многие из них жалуются на полную утрату работоспособности, нарушение сна, общий депрессивный фон, пеструю неврологическую симптоматику и то, что психологи называют термином «агедония», — когда человек теряет ощущение удовольствия от привычных процессов, которые раньше его приносили. При этом большая часть тех, кто отмечает усталость, перенесли COVID или чрезвычайно легко, или практически незаметно. Но этот «постковидный хвост» бывает выражен у них очень сильно».
По словам доктора Эдигера, главным в генезе этой симптоматики является системный характер COVID — поражение и всей сосудистой системы организма, и прямое и опосредованное поражение центральной нервной системы, которое может носить комбинированный характер и проявляться как локально (например, в виде нарушения мозгового кровообращения), так и диффузно (рассеянно по организму).
Некоторые эксперты отмечают, что слабость и хроническая усталость после перенесенной COVID-инфекции могут быть одним из симптомов серьезного заболевания — воспаления сердечной мышцы, или миокардита. Недавно немецкие ученые огласили результаты исследования ста пациентов, которое показало, что у 60% (!) из них через 3–4 месяца обнаруживался миокардит. Опасность в том, что в течение 3–10 лет это чревато летальным исходом почти для каждого четвертого больного. Увы, по данным исследователей, развитие миокардита у COVID-пациентов даже не зависело от тяжести болезни. К нему одинаково склонны как те, кто побывал в реанимации, так и те, кто жаловался на легкие симптомы.
«Выраженная астенизация и выраженные явления невроза отмечаются с первых дней COVID-инфекции и сохраняются длительно, — рассказала «МК» врач высшей категории, терапевт, ревматолог, гематолог Наталия Ленская. — Невротические явления и слабость отмечаются в течение нескольких месяцев. Даже у тех, кто болел легко, не лечился, явления невроза тем не менее присутствуют — иногда и как единственный признак коронавирусной инфекции. Это очень тяжелая болезнь, которая заставляет мобилизоваться на борьбу с ним весь организм и высасывает силы. Сейчас много разных теорий по поводу этого вируса, но до конца его природу мы не понимаем».
Как рассказывает наша соотечественница Светлана Васкес, проживающая в Испании, долгое время проблема длительно страдающих после инфекции пациентов игнорировалась, однако сейчас ей потихоньку начинают уделять внимание: «Я состою в разных группах по COVID-19. Длительное время тем, кто не может долго оправиться после этой инфекции, назначали успокоительные и отправляли лечить нервы. К сожалению, в ряде стран так и продолжается. Но есть врачи, которые ищут другие пути решения проблем».
«Эти люди не могут считаться выздоровевшими. Они должны находиться под динамическим наблюдением опытных терапевтов и неврологов. Они должны пройти ЭКГ, общий анализ крови, общий анализ мочи, а также КТ легких. Этих больных надо вести как неврологических пациентов, что предусматривает огромный набор мероприятий. Если необдуманно пытаться подавить астению антидепрессантами или седативными препаратами, можно довести себя до нервного истощения, депрессии и, в итоге, до больницы», — советует доктор Эдигер.
Тем временем Наталия Ленская отмечает, что пациенты с постковидными состояниями должны наблюдаться ревматологами. Неслучайно самыми эффективными в терапии COVID сегодня признаются именно те препараты, которые применяются для лечения ревматологических заболеваний — в первую очередь системных васкулитов, которыми, как сегодня известно, часто осложняется новая коронавирусная инфекция. «Кроме ЭКГ пациентам следует сдать анализ крови на СРБ и фактор Виллебранда, указывающий на продолжающиеся повреждения эндотелия сосудов. В первую очередь нужно сдать данные анализы тем, у кого после COVID-инфекции появляются различные симптомы: респираторный синдром, эозинофилия, мочевой синдром, различные высыпания на коже после УФО и выраженный астено-невротический синдром».
«Отмечено, что с начала лечения глюкокортикостероидами (ГКС) и антикоагулянтами, что сегодня является патогенетической терапией COVID-инфекции, астенизация и неврозы в течение нескольких дней регрессируют, то есть постепенно сходят на нет, — считает Ленская. — Это отмечают все пациенты, получающие такое лечение. Кстати, много лет назад, используя ГКС у больных с неврозами, я отмечала уход симптоматики в течение нескольких дней — возможно, это связано с тем, что они обладают анаболическим эффектом и способствуют мобилизации сил организма».
Как бы то ни было, в истории с COVID точку ставить еще рано. И с последствиями пандемии придется бороться еще долго. И все же то, что врачи начали понимать причину «посткоронавирусного хвоста», дает надежду, что с ним можно справиться.