Хочу почитать запрещенную в РФ книгу. Что мне за это будет?
А отправить себе с компьютера на телефон через Вконтакте?
Какие действия разрешены, а какие — запрещены? Расскажите, пожалуйста.
Максим, несмотря на то что многие считают Россию полицейским государством, списка запрещенных для чтения книг в РФ не существует.
Читать, копировать со своего телефона на свой же компьютер, скачивать любую литературу можно без ограничений — и ничего за это не будет.
Давайте разберемся подробнее.
Что говорит закон
В России нет списка книг, которые запрещено читать. Есть федеральный список экстремистских материалов. Он размещен на сайте министерства юстиции. Там сейчас примерно 4500 пунктов.
В список может попасть книга, статья, газета, журнал, песня или материал из интернета. Но просто так, по своему усмотрению, Минюст этот список пополнять не может: нужно вступившее в законную силу решение суда, по которому тот или иной материал признали экстремистским.
Экстремизм — понятие очень обширное. Слово произошло от латинского extremus — крайний. Означает оно приверженность к крайним мерам. Например, убийства, уничтожение целых групп людей ради достижения тех или иных политических и экономических целей
В список Минюста входят, например, такие материалы:
Но вот ответственности за чтение экстремистской литературы законом не предусмотрено. Вы можете слушать группу «Коловрат» и читать Гитлера сколько угодно.
За что придется отвечать
Отвечать придется только в случае, если вы производите, храните или массово распространяете материалы, включенные в этот федеральный список. Например, вы напечатали копии книги «Майн Кампф» на принтере и раздарили всем знакомым. Или включили песню «Коловрата» на переносной колонке и пошли гулять в центральный парк. Или размещаете подобные материалы в открытом доступе в соцсетях.
И листовки на заборе, и тексты экстремистских книг на стене во Вконтакте, и видеозаписи с экстремистскими песнями в своем аккаунте на Ютубе — по закону это все считается массовым распространением. Ответственность за это может быть административная, по статье 20.29 КоАП РФ, а может быть и уголовная. Подробнее об этом мы рассказывали в статье «Слышал, что в России сажают за репосты. Как это возможно?». Вину человека, который распространяет такие материалы, должен установить суд.
Но если вы скачали книгу себе на телефон, сами ее читаете и никому не показываете — это не массовое распространение. Если даже вы показали ее другу — это тоже не массовое распространение.
За скачивание материалов, признанных экстремистскими, их пересылку самому себе любым способом, хранение их в бумажном виде, на телефоне или компьютере ответственности нет.
Подвожу итоги
За все это ничего не будет.
Если у вас есть вопрос о личных финансах, правах и законах, здоровье или образовании, пишите. На самые интересные вопросы ответят эксперты журнала.
Больше всего в многостраничных гитлеровских писаниях отталкивает то, что темы добра и милосердия – в них даже не поднимается.
Нацистская библия «Майн Кампф» производит гнетущее впечатление. Ее писал человек, напрочь лишенный душевной теплоты.
Книга выносит вердикт множеству философских проблем. Моральным объявляется «следование Природе».
Словно ответы на все человеческие вопросы уже даны биологией. И выше своей природы Человек подняться не может.
Даже служение Богу, по Гитлеру, – неукоснительное следование «установленным Им биологическим истинам».
Пример странного высказывания Гитлера: такая философия объявляется «высшим прозревшим идеализмом (?)».
И это при том, что подростком Гитлер хотел стать священником («Майн Кампф»). Диковинный это был пастор, если бы это произошло.
Кроме того, в противоположность недовольным немецким интеллектуалам Гитлер считал, что радикальные перемены в Германии возможны. Немцев можно распропагандировать и изменить. Науке пропаганды нужно учиться у марксистов.
Марксисты первые поняли, «идеи становятся материальной силой, овладев сознанием масс».
Пусть слова «о преодоления национального позора»… о том, что «общее выше личного» – обратятся не к разуму, а немецкому сердцу.
Любопытно, что следуя такой логике, будущий вождь был уверен в победе именно потому, что «немецкое сердце» (в его воображении) было черным. Как по-другому такую убежденность понять?
Ведь ясно, что когда война объявляется «героическим свершением», нормального человека должно коробить.
Не «мечи перекуем на орала», а орала перекуем на мечи. Слова Гитлера на митинге – «возьмем мечи и размозжим головы врагов!» (Гюнтер). Здравый рассудок отказывается такое понять.
Только черное сердце не чувствует, что что-то не так, когда целый еврейский народ объявляется «от рождения порочным и вредительским»…
Не менее чудовищно, что ты считаешься плохим только на том основании, что государственные чиновники относят тебя к «преступному этносу», хотя возможно ты даже ничего не знал о предках. И, тем не менее, подлежишь репрессии и ущемлению в правах.
Как выразил это поэт Борис Слуцкий:
Евреи хлеба не сеют,
Евреи в лавках торгуют,
Евреи раньше лысеют,
Евреи больше воруют.
Евреи – люди лихие,
Они солдаты плохие:
Иван воюет в окопе,
Абрам торгует в рабкопе.
Я это слышал с детства,
Скоро совсем постарею,
Но все никуда не деться
От крика: «Евреи, евреи!»
Не торговавши ни разу,
Не воровавши ни разу,
Ношу в себе, как заразу,
Проклятую эту расу.
Есть в «Майн Кампф» и смешные страницы. Почти анекдотически, словно пацан во дворе, вождь нации пространно рассуждает о пользе бокса для воспитания «правильного» немецкого юноши. Тот должен уметь постоять за себя… И о бесполезности фехтования – аристократической забавы, не применимой на улице и которой праздно забавлялось немецкое студенчество (выходцы высших и средних классов) в прошлом.
Фехтование красиво, бокс эффективен. Владеющий боксом молодой человек стоит трех фехтовальщиков. Быстр, увертлив, агрессивен. Поэтому нордическим арийцам стоит учиться боксу у англичан.
Такие рассуждения, конечно, и сейчас прекрасно гармонируют с сознанием дворового гопника (в этом разгадка популярности нацизма среди определенных слоев молодежи… он им понятен – «бей чужих!», «слабый должен подчиняться»), но удивляет: как духовные лидеры Германии того времени это не замечают?
Импонировал бы дворовому «авторитету» и гитлеровский примитивный расизм, находящий теоретическое обоснование в дарвинизме, – «никогда не найдешь лисицу, испытывающую добрые чувства к гусю, или кота с нежностью относящегося к мыши» («Майн Кампф»). Тут реалии природной жизни механически переносятся на общество.
Люди с их нравственной жизнью приравниваются к животным. Бытие народов редуцируется к существованию биологических видов.
Хотя, надо признать, дарвиновская теория действительно хорошо вписывалась в идейный континуум империалистического соперничества, и, видимо, поэтому подвергалась критике рядом биологов ( см. Кропоткин).
Гитлером же она используется настолько часто, что становится главной отсылочной базой.
Звучат демонические заклинания – «во Вселенной, где планеты вращаются вокруг звезд, а луны – планет, сильные – господа слабых, и нет другого закона для Рода Человеческого» («Майн Кампф»).
Слабые должны терпеть унижения и ограничиваться в размножении. Загрязнение «высшей» крови низшей – недопустимо. Сильные чистокровные особи (арийцы) не смешивают генетический материал с неполноценными. Менее жизнеспособными… Это отразится на генофонде нации.
Генофонд пострадает и от скрещивания умной особи с глупой.
Наконец, немцы с совсем никудышными генами стерилизуются в рамках «расовой гигиены».
Расовая теория напоминает подход к выведению пород домашних животных. Словно фюрер консультировался у зоотехника. Или кинолога.
Генетическая тема углубляется его последователями. Фюрер становится у них уже не просто «спасителем нации», но гением-первооткрывателем великого закона «генетического неравенства людей».
«Что ты из себя представляешь, что я из себя представляю, чего я могу добиться в жизни – все это предопределено нашими генами» (доктор наук Вальтер Гросс).
Общечеловеческой морали – нет. Общечеловеческие ценности – выдумка. Мораль господ отличается от философии тщедушных.
Рабу следует принять себя. Свою рабскую натуру. Тихо служить господам. За это он получит радостное, спокойное существование. Рачительный хозяин будет о нем заботиться. Хорошо кормить и оберегать. Удовлетворит насущные потребности.
В подчинении раб наиболее полно актуализирует скрытые холуйские потенции. Что принесет ему наслаждение и счастье. А для некоторых (душевно «нижних») хозяйская плетка станет источником сладости.
Их ждет планомерный, созидательный труд. Технический и культурный прогресс под началом арийцев.
Этот гитлеровский тезис можно найти еще у Аристотеля, который «проницательно» писал в «Политике», что «раб по природе тот, кто может принадлежать другому (потому он и принадлежит другому)».
То есть фашизм в буквальном смысле толкает нас из современной эпохи в темные, варварские века, когда такие рассуждения были возможны.
Низшие расы нуждаются в господстве над ними. Межрасовые браки категорически запрещаются (Закон о немецкой крови). А лучший выход для элементов с плохой наследственностью – вообще не заводить детей и взять на воспитание отпрысков генетически здоровых пар. Будущее здоровье нации – прежде всего. (Нельзя портить «арийскую породу»).
Каково людям с «плохой наследственностью» не иметь родных детей – никто, разумеется, не думает. «Интересы нации выше личных». Эта мысль проходит у Гитлера рефреном.
Всего от 75 до 100 тыс. человек. Программа насильственной эвтаназии была настолько кровь леденящей, что вызвала протесты даже внутри нацисткой партии и была прекращена.
Тут просматривается определенная зверская логика. Если нация и ее интересы есть абсолютно высшее, можно преступать любые моральные ограничения, так как через это ты служишь Абсолюту. Что априорно оправдывает любые твои действия, совершаемые во имя «высшей цели».
И даже когда тебе жалко умертвлять психически-больных детей, ты должен подавить в себе эту жалость. Поддержание их беспомощного существования – объективно ложится тяжелым грузом на общество. Только так ты станешь настоящим, железным Homo Nazi.
Напротив, те многие, кто забирает своих родственников из государственных лечебниц, спасая от смерти, выступают уже отступниками от объединяющей всех граждан задачи. Уклонистами от общего дела служения процветанию Рейха.
Ставя служение нации выше служения отдельному индивиду производится дегуманизация человека. Новый «нацистский» homo оказывается поэтому неполноценен. Нельзя представить полноценного человека, лишенного автономной морали и заменяющего ее моралью коллективной.
Идея того, что высшее призвание немца – отдаться Германии, в конечном счете, лишает его человечности.
Таким образом, нацист – не сверхъчеловек. Он – недочеловек. Как это не страшно прозвучит, он сродни стадному животному. И поэтому и о никакой «совести нацистов» (о которой пишет, например, Кунц) говорить не приходится. У них – нет совести.
Но удивительно, что возможность такого хода европейской цивилизации предсказал еще Достоевский. В «Дневнике писателя» он пишет, что цивилизованный человек может очень даже просто потерять лицо. Поскреби его культуру немножко, и еще неизвестно что под ней окажется!
Впрочем, найти веселых исполнителей сразу все-таки оказалось непросто.
Гитлер признается, что когда впервые начал проповедовать свои идеи на стройке, где работал чернорабочим, товарищам они не понравились. Они обещали сбросить с лесов, если «не заткнется» («Майн Кампф»), и ему пришлось срочно уволиться. Жизнь надо было сохранить для будущего Германии.
Симптоматичное признание. Оказывается, рабочие были готовы противостоять нацизму гораздо более активно, чем университетские мужи. Видимо, по причине своего низкого «себялюбия», которое фюреру так антипатично…
Рабочим национализм был свойственен гораздо меньше, чем принято думать. Некоторые работяги (по свидетельству «Майн Кампф») были откровенно враждебны ему. Над их якобы «испорченным разумом» надо напряженно работать, чтобы «просветить» и развернуть в правильном направлении.
История объявляется им (Гитлер любил исторические книги) не процессом общественного развития и не свершением индивидуальных судеб в выпавших на долю обстоятельствах, а вечным сражением этносов за преобладание и доминирование. Это он вынес из исторических трудов, которые читал ребенком. Описания завоевательных войн и античных походов. Картины имперского величия.
Консервативная профессура, тяготеющая к рафинированному аристократизму, такую плебейскую воинственность принять была не готова. Но она же эти книги и писала.
А теперь смотрит на диктатора с опаской… Гитлер – человек далеко не ее круга.
Адольф платит интеллектуалам той же монетой. По причине длительного пребывания на социальном дне он чувствует презрение к старым государственным центрам. В том числе Университету (куда его не приняли), парламенту, культурным институтам.
По факту он не получил аттестата даже о среднем образовании, что не мешает ему впоследствии выступать с лекциями перед преподавателями университетов. Уверовав в свой гений, он часто сочиняет текст выступления на ходу, ориентируясь на реакцию аудитории.
«Германская образовательная система…» – заявляет он – «имеет экстраординарное количество слабостей. Она крайне одностороння и нацеливается на производство чистого знания в ущерб преподаванию практических навыков. Индивидуальный характер не развивается в той степени, в какой его можно развить. Мало внимания уделяется воспитанию чувства ответственности. Не культивируется воля. Вместо сильных личностей производятся пассивные «многознайки» (знающие все понемногу, основательно – ничего)» («Майн Кампф»).
Это критику можно было даже принять, если не знать какие «сильные личности» подразумевается.
Почтение у Гитлера вызывает только армия.
Орудия убийства, субординация, воинские марши вообще пленяют низкие натуры… Из «салабонов» и «духов» в армии лепят мужчин. Маменькины сынки мужают. Обретают энергию и смысл. Приобщаются к национальному организму. Живая сталь солдатских тел чарует.
«Армия тренирует людей и объединяет классы. Возможно ее единственная ошибка – установление однолетней воинской службы для выпускников средних школ. Это была ошибка, так как нарушился принцип абсолютного равенства и более образованные индивидуумы оказывались отделенными от народа» («Майн Кампф»).
Армейская школа жизни рихтует индивида. Учит дисциплине и строю. Он теперь живет в национальном организме, а не в лживом интернациональном братстве «черных полуобезьян, славян, китаез и т.д.» («Майн Кампф»).
Диктатор постоянно ссылается на день, когда получил боевое крещение. Как попав под ураганный огонь, его обагрила, как вода из церковной купели, кровь павших товарищей. Вспоминает экстатическое состояние духа, которое в тот момент испытал… Душа полетела в небо! Другим ключевым пунктом нацистской пропаганды стала героизация войны.
В гитлеровских воспоминаниях нет описания ужаса и страха смерти. Получается, она не так уж страшна.
Гибель в солдатском строю, штурмуя вражеские позиции, – «пик героизма». Ранения – предмет гордости.
На фронте Гитлер впервые ощутил себя человеком. Кем-то, кто имеет значение. Он стал кому-то нужен. С ним начали считаться. Он перестал быть пустым местом.
Вопрос: почему нации вообще должны враждовать, а не сотрудничать? – даже не обсуждается.
Наследуемая историческая ситуация, при которой мир разделен между отдельными территориальными образованиями – это еще не причина для того, чтобы миллионы гибли в войнах.
Абсурдная картина. Обученные убивать люди, организованные в подразделения по методу убийств, сходятся на полях сражений уничтожать друг друга. Травить газами. Резать.
А потом они заключают в Женеве соглашения, как убивать более гуманно… Без чрезмерной жестокости. И получать за это награды. Правительства награждают тех, кто убивает по приказу.
Летчик нажимает кнопку бомболюка, и много километров внизу жители превращаются в пыль. Взрывная волна вместе с дымом разносит их прах.
Храброго танкиста вместе с танком сжигают огнеметы. Обугленный механизм становится бронированной гробницей.
Летят обгорелые птицы. В лесу ревут от ужаса звери.
Зато Э. М. Ремарк потом красиво напишет «о поколении, которое погубила война, о тех, кто стал ее жертвой, даже если спасся от снарядов».
Все меньше осталось
Хороших солдат
Их гложет усталость
Убивать не хотят.
Как же получилось, что архаичные племенные речевки: «Да здравствует нация – разящая как единый кулак! Национальные интересы превыше всего!» – оказались более востребованными, чем замысловатых сетований университетских интеллектуалов?
Впрочем сами эти интеллектуалы национализму были совсем не чужды. И гитлеровские «откровения» воспринимали вполне сочувственно.
——————————————-
Отрывок из моей статьи в журнале «Философия и культура»
Мерзость, которую невозможно запретить и нельзя не знать
Переиздание гитлеровской «Mein Kampf» выполнено с научным подходом, но может ускорить возрождение нацизма
Об авторе: Борис Львович Хавкин – профессор Академии военных наук.
Выступления ультраправых в Германии становятся все более регулярными и масштабными. Фото Reuters
В мире вряд ли есть еще хотя бы одна такая книга, которая была бы так мифологизирована, окутана аурой запрета и таинственности, вызывала столь сильные страхи и отвращение, пробуждала любопытство и провоцировала разного рода спекуляции, как книга нацистского фюрера Адольфа Гитлера «Mein Kampf» – «Моя борьба». Эта книга наряду с другими произведениями, содержащими идеи фашизма, расизма и агрессии, развратила поколение немцев 1930–1940-х годов и стала главным идеологическим обоснованием нацизма и Второй мировой войны, которая унесла более 55 млн человеческих жизней.
Научное, снабженное подробными критическими комментариями издание этой книги, до сих пор имеющей зловещую репутацию, подготовил и выпустил в свет в 2016 году германский Институт современной истории.
Парадокс этой «библии для нацистов» состоит в том, что, несмотря на ее популярность в Третьем рейхе да и после его краха, в Германии и других странах мало кто полностью и внимательно прочитал ее. Это неудивительно: книга бездарно написана, тяжело читается, представляя собой поток больного расизмом и антисемитизмом сознания, а не доказательно изложенную идеологию и политическую программу, пусть даже реакционную и человеконенавистническую.
В этой книге «нет системы, она бесконечно повторяется и поэтому в общем скучна. Но в ней есть множество интереснейших деталей. Конечно, это – книга интернационального антисемита, и кто взял ее в руки, должен учитывать те предпосылки, из которых она исходит», – еще в 1932 году отмечал один из первых критиков нацизма Гюнтер Гейден.
Однако следует помнить, что политика национал-социализма, войны и преступления, инициированные автором этой «скучной книги», полностью разрушили Германию и потрясли весь мир. Лишь по этой причине все его тексты – речи, ранние заметки, беседы с дипломатами, «монологи в ставке фюрера», указания военному командованию, наконец, его завещание, давно опубликованы. Но главная книга Гитлера, «Mein Kampf», оказалась исключением из этого правила: до издания 2016 года полного научного анализа этой квинтэссенции национал-социализма не было ни в немецкой, ни в мировой историографии.
О ЛИЧНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ НЕМЦЕВ
Существует точка зрения, что если бы большинство немцев в свое время внимательно прочитали «Mein Kampf», история, возможно, пошла бы иначе. Однако, как отмечал российский историк Александр Ватлин, «время, когда книгу Гитлера сравнивали с дудочкой крысолова из известной сказки братьев Гримм, прошло. В первые послевоенные годы тезис об «одураченных немцах» позволял последним уходить от вопроса об их личной ответственности за преступления гитлеровского режима. Достаточно сказать, что лишь на рубеже 80-х годов общественное сознание ФРГ приступило к процессу внутреннего осмысления холокоста».
С тех пор идущий в Германии процесс «преодоления прошлого» и продолжающийся спор историков о нацизме и войне привел к тому, что, как подчеркивает российский специалист по проблемам исторической памяти Александр Борозняк, в ФРГ произошло «не только критическое дистанцирование от периода 1933–1945 годов, но и прежде всего – усвоение его глубинной сущности, извлечение уроков из истории нацистской Германии, формирование гарантий от повторения трагедии гитлеризма». Преодоление нацистского прошлого – это процесс, а не результат. Эта эпоха уже стала объектом научной рефлексии. Александр Борозняк отмечает четкую связь прогресса исторической науки с моральным климатом общества, его этическими ориентирами. «Мораль и научный анализ оказываются неотчуждаемыми друг от друга».
Эта ситуация создала возможность переосмысления «Mein Kampf». Критический научный анализ этой книги, сделанный специалистами-историками с антинацистских моральных позиций, необходим для аргументированного разбора идеологии национал-социализма с учетом достижений науки и требований общества ХХI века.
Для борьбы с современными проявлениями нацизма необходимо знать его исторические корни, формы и источники. Одним из центральных его источников является «Mein Kampf». О ее значении современный немецкий историк Э. Йеккель писал: «Никогда до Гитлера политик еще до прихода к власти так точно не описывал то, что он будет делать. Если бы не это обстоятельство, ранние заметки, речи и книги Гитлера представляли бы интерес лишь как факты его биографии. Лишь попытка осуществления этих планов подымает их до уровня исторического источника».
«Mein Kampf» создавалась в 1924–1926 годы и состояла из двух томов. Если 1-й том представляет собой сильно стилизованную биографию Гитлера, а также историю Национал-социалистической германской рабочей партии (НСДАП) и ее предшественницы Германской рабочей партии, то 2-й том содержит программные установки национал-социализма. Большая часть 1-го тома была продиктована Гитлером Эмилю Морису и Рудольфу Гессу во время заключения в тюрьме Ландсберга после попытки «пивного путча» в Мюнхене в ноябре 1923 года. Провал этого путча, судебный запрет НСДАП и тюремный срок, полученный Гитлером, прервали его политическую карьеру. Гитлер использовал время заключения, чтобы изложить на бумаге и свести воедино все, что он до тех пор пережил, прочитал и передумал; он сформулировал новые идеи, наметил перспективы и выработал тактику своей борьбы. 2-й том Гитлер писал уже после освобождения, находясь в своем доме в Оберзальцберге.
До 1933 года книга Гитлера в Германии продавалась довольно вяло. Однако после назначения «богемского ефрейтора» германским рейхсканцлером в январе 1933 года продажи его книги резко выросли. Вскоре «Mein Kampf» стала бестселлером: до 1945 года она была переведена на 14 языков, ее тиражи перевалили за 14 млн экземпляров. «Mein Kampf» всех видов и форматов – от дешевых «народных» до дорогих подарочных изданий в качестве обязательной литературы выдавалась бесплатно не только «товарищам по партии», но и c 1936 года – молодоженам при бракосочетании вместо Библии. «Откровениями фюрера» награждали лучших выпускников школ, образцовых членов «Гитлерюгенда», «Союза немецких девушек», «Национал-социалистического союза студентов», ударников трудового фронта, отличников партийных школ НСДАП и СС, передовых рабочих, словом, всех, кто был «предан родине и фюреру, боролся за дело Великой Германии и торжество арийской расы». Даже после Второй мировой войны и денацификации экземпляры этой книги, часто с неразрезанными страницами, сохранились во многих немецких семьях.
Еще до войны появились английский, французский, русский и другие переводы «Mein Kampf»; было продано около 500 тыс. экземпляров на иностранных языках. Полный перевод на английский был сделан Джеймсом Мерфи в 1936 году по заказу Министерства пропаганды и народного просвещения Германии. Английский писатель Джордж Оруэлл в 1940 году, реагируя на появление английского издания книги, сделал точное замечание: «Зная содержание книги «Mein Kampf», трудно поверить, что взгляды и цели Гитлера серьезно изменились. Когда сравниваешь его высказывания, сделанные год назад и пятнадцатью годами раньше, поражает косность интеллекта, статика взгляда на мир. Это застывшая мысль маньяка, которая почти не реагирует на те или иные изменения в расстановке политических сил… Фашизм и нацизм, какими бы они ни были в экономическом плане, психологически гораздо более действенны, чем любая гедонистическая концепция жизни. То же самое, видимо, относится и к сталинскому казарменному варианту социализма».
В 1933 году в СССР ограниченным тиражом «для служебного пользования» партийной элиты ВКП(б) был издан русский перевод «Mein Kampf». Автором перевода был Григорий Зиновьев – ближайший соратник Владимира Ленина и бывший лидер Коминтерна, который переводил Гитлера, находясь в ссылке в городе Кустанае в Казахстане. Перевод был снабжен комментариями и издан в виде книги без выходных данных с обложкой светло-горчичного цвета с черной свастикой в верхнем левом углу.
Этот перевод «Mein Kampf» внимательно изучал Иосиф Сталин: в его библиотеке сохранился экземпляр с его рукописными пометками. В фонде «всесоюзного старосты» М.И. Калинина также сохранился экземпляр книги Гитлера в русском переводе. Калинин, прочитав «Mein Kampf», оставил несколько десятков помет, обнаруживающих его неподдельный интерес. На первом листе книги он написал: «Многосложно, бессодержательно. для мелких лавочников».
Перевод Григория Зиновьева цитировал Николай Бухарин, выступая 28 января 1934 года на XVII cъезде ВКП(б): «В своей вербовочной книжке «Mein Kampf» («Моя борьба») Гитлер писал: «Мы заканчиваем вечное движение германцев на юг и на запад Европы и обращаем взор к землям на восток. Мы кончаем колониальную торговую политику и переходим к политике завоевания новых земель. И когда мы сегодня говорим о новой земле в Европе, то мы можем думать только о России и подвластных ей окраинах. Сама судьба как бы указала этот путь. Предав Россию власти большевизма, она отняла у русского народа интеллигенцию, которая до этого времени создавала и гарантировала его государственное состояние. Ибо организация русского государства не была результатом государственной способности славянства в России, а только блестящим примером государственно-творческой деятельности германского элемента среди низшей расы… Будущей целью нашей внешней политики должна быть не западная и не восточная ориентация, а восточная политика в смысле приобретения необходимой для нашего германского народа территории». Таким образом, агрессивные планы Гитлера в отношении СССР уже в 1934 году не были секретом для Советского Союза.
Русский текст «Mein Kampf» стал широко распространяться на излете существования СССР и в постсоветской России. Книга Гитлера была издан как минимум четырьмя издательствами. Почти свободное хождение в России нацистской литературы вызывало справедливый гнев общественности и обеспокоенность государства. В итоге в России «Mein Kampf» в отличие от других гитлеровских текстов, например от «Второй книги», была запрещена и 13 апреля 2010 года внесена в Федеральный список экстремистских материалов под номером 604.
 |
| Новая книга уже поступила в продажу в магазины Германии. Фото Reuters |
Однако если бы русские издатели в погоне за сомнительным коммерческим успехом не издавали бы «Mein Kampf», вольно или невольно пропагандируя человеконенавистнические взгляды Гитлера, а соблюдали бы международные нормы, регулирующие авторские и издательские права, то в России эту скандальную книгу не пришлось бы запрещать: русские издания печатались без соблюдения соответствующих международных правовых норм. Дело в том, что до 1945 года издательские права на книгу Гитлера принадлежали баварскому партийному издательству НСДАП «Франц Эйер». В 1945 году после самоубийства Гитлера, тотального разгрома нацистского режима, ликвидации НСДАП и всех ее структур права на книгу перешли к американской военной администрации в Германии, которая в 1946 году передала их Свободному государству Бавария.
В правительстве Баварии вопросами авторского права занималось Министерство финансов, которое использовало права на книгу Гитлера для недопущения любого нового ее издания как в Германии, так и в других странах. С 2016 года, после истечения 70-летнего срока действия этих прав, юридический механизм, препятствовавший изданию «Mein Kampf», утратил свою силу.
Вопрос об издании «Mein Kampf» массовым тиражом с обширными научными комментариями обсуждался в 2012 году на совещании представителей баварского правительства с религиозными организациями и историками. Было решено открыть государственное финансирование этого проекта; Институт современной истории в Мюнхене, являющийся государственным учреждением, приступил к подготовке научной публикации.
Институт современной истории – ровесник ФРГ: он был создан в 1949 году для изучения и документирования истории Третьего рейха и использования полученных знаний в процессе денацификации Германии. В настоящее время это ведущий, мирового значения центр исследований национал-социализма, холокоста, военных преступлений вермахта и СС, немецкого движения антигитлеровского Сопротивления. Институт современной истории обладает большим опытом экспертизы и научного издания текстов нацистских фюреров. Шесть томов насчитывает издававшееся с 1991 по 2003 год собрание речей, текстов, указаний Гитлера 1925–1933 годов. Институт издал с научными комментариями и примечаниями «Вторую книгу» Гитлера, дневники Геббельса и Розенберга.
К этому ряду источников принадлежит и «Mein Kampf». Накопленный Институтом опыт подготовки научных антифашистских изданий помог в создании новой публикации, в основу которой положен скрупулезный, методологически выверенный, критический безупречный и уверенный разбор написанного Гитлером текста и его демонтаж. На глазах читателей происходит разоблачение нацистских мифов: из «вождя нации» Гитлер превращается в «голого короля».
Однако решение баварского правительства 2012 года не стало окончательным. Ряд союзов и обществ жертв нацизма резко выступил против переиздания «Mein Kampf», подчеркивая, что нельзя издавать книгу Гитлера на деньги баварских налогоплательщиков, ибо это будет выглядеть кощунством по отношению к жертвам нацизма. В декабре 2013 года премьер-министр Баварии Хорст Зеехофер после встречи в Израиле с выжившими жертвами холокоста, протестовавшими против переиздания «Mein Kampf», заявил о выходе правительства Баварии из проекта.
Конференция министров юстиции земель ФРГ не смогла прийти к общему мнению о законодательном запрете переиздания «Mein Kampf». Дело в том, что Уголовный кодекс ФРГ запрещает распространение печатных материалов экстремистского содержания, в том числе и нацистских. Однако если эти тексты являются историческими документами, используются для разоблачения нацизма и служат целям антифашистского просвещения, образования или научных исследований, они не подпадают под действие Уголовного кодекса Германии.
Так что официального решения о запрете подготовительной работы над новым изданием принято не было. Не появилось и четких правовых гарантий, что истечением срока давности не воспользуются рыночные издательства. Вопреки всем дебатам о новом издании гитлеровского текста «Mein Kampf» уже давно не является табу. Книгу можно найти у букинистов, на книжных развалах, блошиных рынках, доступны ее легальные издания на разных языках, она есть в сети Интернет. Книга находит и своих критиков, и, к сожалению, поклонников.
Институт современной истории оказался заложником запутанной политической комбинации; он отказался вести переговоры с издательствами, чтобы не превращать научный проект в коммерческий. Институт решил самостоятельно завершить проект, напечатать тираж и распространять его на принципах самоокупаемости, то есть без извлечения прибыли. Центральной задачей группы исследователей из Института современной истории во главе с Х. Хартманом стала деконструкция и анализ текста и контекста «Mein Kampf» с антинацистских позиций.
Цель издания заключается во введении в научный оборот и историографический контекст этого важного источника по новейшей истории, позволяющего понять, как и на какой базе шло становление и развитие мировоззрения Гитлера, выяснить, кто и в какой мере был его идейным предшественником, а также соотнести его идеи с результатами современных исследований, противопоставлять нацистской идеологии достижения современной исторической и политической науки. Немецкие историки поставили и успешно решили следующие задачи: охарактеризовать причины написания книги; критически деконструировать ее основные положения; выявить намерения ее автора; определить, какой общественный резонанс вызвали тезисы Гитлера среди современников; описать, каковы были последствия распространения в Германии и мире содержащихся в книге взглядов. Достоинством издания является широта исторического подхода: авторы комментариев и примечаний не упускают из виду события, развернувшиеся после 1933 года. Тем самым они сравнивают программу Гитлера и ее реализацию в 1933–1945 годах.
Под руководством Х. Хартмана критическое издание «Mein Kampf» готовили историки Т. Фордермайер, О. Плекингер и Р. Тепель. Прежде всего они провели сверку разных изданий книги, показав, как, зачастую без участия автора, менялся ее стиль, исчезали ошибки и сюжеты, не вписывавшиеся во внутри- и внешнеполитическую стратегию Гитлера после его прихода к власти. Таким образом, текст разворачивался перед читателем не как законченное произведение, а как актуальный политический памфлет, обосновывающий претензию Гитлера на власть и снабженный открытым финалом, который предстояло дописать истории.
Специалисты снабдили текст подробным введением по каждой главе и разработали более 3500 примечаний, с помощью которых решались различные задачи: фактическая информация об упомянутых персонах и событиях; разъяснение основных идеологических понятий; раскрытие источников, которыми оперировал Гитлер; объяснение идейно-исторических корней; соотнесение с историческим контекстом; исправление ошибок и односторонних представлений; рассмотрение последствий, которые вызвали рассматриваемые тексты; включение в комментарий новых достижений источниковедения и историографии, что свидетельствует о совершенствовании методов источниковедческого и историографического анализа. В результате научно-справочный аппарат занял около двух третей общего объема издания; изначальный текст оказался «растворен» в комментариях.
Кроме группы историков из Института современной истории в проекте участвовали специалисты по другим наукам. Их задача состояла в том, чтобы выяснить, насколько тезисы Гитлера соответствуют современному уровню знаний. В команду также входили текстологи, редакторы, составители регистров и указателей, а также добровольные помощники-студенты.
Научный фундамент издания обеспечивала вся инфраструктура и ресурсы Института современной истории с его научными сотрудниками, специализирующимися на истории нацизма, а также архивом и библиотекой.
Комментированный текст «Mein Kampf» решает не только научные задачи. Научное критическое издание книги вносит вклад в историко-политическое просвещение общества. Оно служит деконструкции нацистской пропаганды, низвержению символического значения нацистского мифа. Академизм издания способен противостоять пропагандистскому и коммерческому злоупотреблению этой книгой.
Цель научного комментированного издания состоит также в вооружении ученых правдивой информацией, необходимой для ведения предметной дискуссии о нацизме, в сооружении преграды на пути распространения гитлеровской пропаганды, разоблачении нацистской лжи, полуправды и нагнетания ненависти.
При деконструкции мифа «Mein Kampf», аналогии между «нацистской библией» и сочиненными русской царской охранкой в начале ХХ века и чрезвычайно популярными после Первой мировой войны в Германии «Протоколами сионских мудрецов» можно заметить почти на каждой странице книги Гитлера. Действительно, если целью Гитлера было мировое господство, то для достижения этой цели он мог «безжалостно» (одно из его любимых словечек) пользоваться методами и уловками, идентичными тем, которые антисемиты приписывали вымышленным сионским мудрецам.
Издание Института современной истории способствует политическому просвещению; по форме и стилю оно рассчитано на широкий круг читателей. Помещая оригинальный текст с помощью введения и подробных комментариев в строгие научные рамки, ученые создают новый подтекст «Mein Kampf», читая который становится ясно, как возникла гитлеровская идеология, как избирательно и искаженно Гитлер воспринимал окружающую действительность и какие страшные последствия это имело для Германии и мира.
Несмотря на академичность нового издания «Mein Kampf», в российском общественном сознании эта книга неразрывно связана с преступлениями нацизма, причем вне зависимости от того, научными, коммерческими или политическими интересами руководствовались ее издатели.
Российская общественность встретила переиздание в ФРГ главной книги Гитлера неоднозначно. Глава комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции Ирина Яровая назвала это «зловещим знаком переиздания нацизма в мире», когда поощрение этой идеологии становится «современным инструментом политики».
«То, что в Германии издают такую книжку, конечно, возмутительно», – подчеркнула глава Московской Хельсинкской группы и член президентского Совета по правам человека Людмила Алексеева. Однако, по словам старейшей российской правозащитницы, «и у нас – в стране, победившей фашизм, – также издавалась, продавалась, распространялась абсолютно фашистская литература. Как вы заметили, слава богу, мы не стали фашистским государством. Так что не нужно так думать, что если в Германии какое-то издательство частное издает книгу, то Германия повернулась к фашизму, – ничего подобного», – подчеркнула Алексеева.
Президент фонда «Холокост», член Общественной палаты РФ писатель Алла Гербер о переиздании «Mein Kampf» высказалась так: «Очень долгие годы Германия на это не решалась, книга была запрещена. Много лет потребовалось стране, чтобы повернуть своих людей спиной к тому периоду. Было непонимание того, что все-таки произошло, был комплекс побежденной страны. Должно было появиться новое поколение, которое смогло посмотреть на это открытыми глазами. Произошла гигантская работа, и только сейчас они, наконец, решились издать «Mein Kampf». Но как? Для того чтобы это не звало за собой, а вызвало отторжение, чтобы от этого отталкивались. Сделать это удалось с помощью настоящей, колоссальной научной и исторической работы. Комментарии – это достаточно серьезная работа ученых, журналистов и писателей, а ведь это половина книги. Благодаря комментариям сделано так, чтобы то, что было написано в книге, было воспринято не с восторгом, а с отторжением. Сила неонацизма очень велика, и сейчас появилось немало поклонников этого движения. Неонацистов, которые являются поклонниками той самой расовой теории и программы, которая была преподнесена именно в этой книге. Для того чтобы не было к этому интереса, именно для этого и издается «Mein Kampf».
«Это мерзость, это гадость, которую невозможно запретить и нельзя не знать взрослому образованному человеку», – кратко сформулировал свою мысль об издании «Mein Kampf» представитель Федерации еврейских общин России раввин Борух Горин. Лучше, чем мудрый раввин, и не скажешь.