Смысл искусства в Учении Агни-Йоги
© Наталья Анатольевна Шлемова, Москва
«Так не забудем, что воображение есть качество Огненного Мира».
(Мир Огненный, ч.2, 152)
«Творчество – это чистая молитва духа. Искусство – сердце народа. Знание – мозг народа. Только сердцем и мудростью может объединиться и понять друг друга человечество». (Н.К.Рерих)
Космологическая концепция Живой Этики раскрывается в том числе и через базовые принципы творчества и искусства как системообразующие космоургические понятия. «Творчество есть основа эволюционности. » (Об., 163), выражение сущности человека, предельное раскрытие его природы. И коль скоро творчество устремляется к красоте, как собирающему магниту, или системоорганизующему принципу, то можно утверждать, что духо-материя Красоты является и содержанием Вселенской жизни, и формой ее проявления. Следовательно, творчество есть структурообразующее начало человеческого сознания и одновременно его главная функция, производной от которой является культуротворческая, художественная деятельность человека, которая инспирируется не одним вдохновением, но удерживается сознанием «на степени творческого терпения». Из этого следует, что при определенном уровне организации личности творчество есть сознательно вызываемое индивидом состояние, направляемое и удерживаемое его волей. Из чего и следует, что проявленный мир есть объективированная деятельность сознания, сутью природы которого является творчество – как процесс вечного становления, изменения, обновления, достижения качества, преодоления и преображения самоё себя и окружающего мира как формы собственной экзистенции. Красота во всем многообразии является и содержанием и формой – кульминацией, зиждительным логосом эстетической деятельности, ее направляющим разумно-волевым началом. Однако эстетическая деятельность подразумевает гармонию, самоидентифицируется через гармонию, вне которой она становится своей противоположностью. Коль скоро гармония есть равновесие, соотнесение, соразмерность, созвучие внутреннего и внешнего, частей и целого, то эстетическая деятельность будет прежде всего направлена на достижение баланса или гармонии в субъект-объектных отношениях и как идеал – их слияние, не растворяющее, но удваивающее индивидуальность каждого.
Следовательно, гармония есть процесс не поглощения одного в другом, субъекта в объекте и наоборот, и не зеркальное их отражение друг в друге, но процесс их взаимораскрытия и творческого развития посредством взаимопроникновения (обретения самостояния – через отдачу, соотнесение и уподобление иному, не «я»). Следовательно, эстетическая деятельность, в основании которой лежит гармония, есть таинство общения (творчество коммуникации), приводящее к равновесию противоположностей, образующих целое, к полноте неутилитарных субъект-объектных отношений. И цель ее – равновесие, достигаемое в предельном раскрытии потенциалов полюсов, оппозиций, или – синтез как вмещение противоположений.
Исходя из эстетических представлений Живой Этики, можно определить предмет универсальной эстетики или эстетики Агни-Йоги как эстетическое сознание в осуществлении, или продуцирование эстетического, оно являет собой не объективированную значимость художественного сознания, а сознание бытия эстетического в мире. И так как базовые конститутивные категории эстетики: эстетическое, красота, прекрасное, гармония, вдохновение, представляют собой метафизические константы бытия и сознания, относясь к сфере абсолютного, следовательно, могут быть даны только в эстетической интуиции, тогда как все остальное открывается в анализе.
Если вибрации (внутренняя жизнь) художественного феномена совпадают с космическим ритмом, то утверждается круг (энергетическая структура как разумная сила), который взаимно порождает с Космосом, и энергетика данного художественного творения способна определять течение эволюции. Фундирующим принципом художественного творчества является ритм, как форма движения материи, обеспечивающий обмен субъект-объектных или пространственных энергий, организующий структуру художественного творения на всех трех планах. Что же является направляющей силой творчества в концепции Агни-Йоги: « Сила творчества не может пространственно развиваться без явления сознания. Это сознание принимает преодоление сопротивления как прогрессирующую силу. » (Б., 147). И расширение сознания, согласно Ж.Э., есть принцип творческого импульса. Сознание же есть не что иное как энергия, отношение, связь, объединение, единство формы и содержания. Двигателем же творчества является мысль. Творческая мысль перерождает мир, творит эволюцию, являясь руслом для продвижения и восхождения сознания к высшим законам бытия. «Каждая великая мысль сливается с цепью Иерархии. Так строится эволюция» (Б., 751). По сути дела, как утверждает Ж.Э., в оформлении мысли заключено все творчество. Онто- и психогенез творчества заключается в соединении напряженной психической мысли с тонкими чувствами, что рождает высшую созидательную силу. Творчество же тонких чувств устремляется тонкими энергиями. Только когда мысль творца законно устремлена в высшие сферы, это устремление дает творческое напряжение, собирающее как в фокус огонь пространства, что в творении равно откровению. «Так космическая мысль может проникать в сознание тонкопсихическое» (Б., 759).
В трансцендентальной эстетике Агни-Йоги, «творчество заключается в новых отпечатках на сознании», отпечатках тонких космических энергий, имеющих огромную творческую силу, отпечатках космической мысли, отражающихся на творчестве духа. «… Красота Бытия – в ведущем принципе творческого магнита» (Б., 182). Следовательно, творчество есть цель человеческой эволюции. И высшей формой творчества в Ж.Э. остается искусство.
Согласно Агни-Йоге, «Планета совершает круг, который приводит все к завершению. Приходит время, когда каждое начало должно выявить весь свой потенциал. Эти круги рассматриваются в истории, как падение или расцвет. Но нужно принять эти ритмы, именно, как торжество Света или Тьмы. Настало время, когда каждая планета приближается к такому кругу завершения, и лишь самое насыщенное напряжение потенциала даст победу. Круг завершения пробуждает все энергии, ибо в окончательной битве будут принимать участие все силы Света и Тьмы, от Самого Высшего до отбросов. Чуткие духи знают, почему проявляется столько Высшего наряду с преступным и косным. В бою пред кругом завершения будут состязания всех пространственных, земных и надземных Сил» (МО, III, 350).
Таким образом, художественное и шире, эстетическое, самоотрицание в искусстве рубежа тысячелетий есть творчество самопознания, чаще радикального, вызванное жгучей необходимостью преодоления двойственности, амбивалетности проявленной реальности, потребностью совершить прыжок над бездной дуализма, выпустив из подсознания коллективное бессознательное и, только освободив его, трансформировать в сверхсознательное.
«Жизни счастье найди в творчестве и око обрати в пустыню.
О Христе любовью ревнуя, Христу радость несу.
Думайте о великом даре любви к Единому Богу и умейте развивать великий дар прозрения в будущее Единство человечества.
Единое спасение – устремить дух в сияние Истины.
Великий дар Любви живет в едином видении, данном смелым душам.
Чистое искусство – достоверное сообщение лучезарного явления Духа.
Через искусство имеете свет.»
И далее: «Нрав русского народа просветит Красота духа. Россия процветет искусством» (Зов, 169).
Не случайно, Учение Ж.Э. начинается со слов о творчестве, которое есть цель и смысл человеческой эволюции, счастье человеческой жизни. «Единое видение», которое лежит в основе искусства и духотворчества, данное дерзновенным душам, насыщает наши души огнем любви, увенчивает даром любви, способным воспринять космическую Любовь как Откровение Единой Жизни.
Дух, Огонь, Любовь как творящая сила Духа, есть синонимы в космическом измерении. Значит, «чистое искусство» есть трансцендентальный посредник, сообщающий «явление Духа», или феноменология Духа. А коль скоро это «сообщение» в Ж.Э. названо «достоверным», то искусство есть предельно аутентичный проводник «лучезарного явления Духа» в мир проявленной материи. Истинное, чистое, высокое искусство становится сакральной онтогносеологией Света, ибо подлинная природа искусства лучезарна. Следовательно, искусство как процесс и как огненное достижение духа есть содержание жизни в Истине, или духовной жизни. Искусство в высшем смысле есть процветание жизни, ее свет, цветение, наслаждение бытием.
«Как можно устремить внимание на новые энергии? Чувствознание будет помощью острому зрению. Скоро люди будут отделяться по чувствознанию. Надо возможно внимательнее отличать людей с открытым сознанием. Не образование, не опытность, не дарование, но, именно, огонь чувствознания открывает прямой путь в Шамбалу. » (АЙ, 282).
«Обострение сил» в данном контексте равно духовному напряжению, имеющему свой выход в радости духа. А возникает радость духа от сознания целесообразности, «когда в устремлении к явлению Красоты устремленный дух являет понимание Беспредельности. » (АЙ, 261). Конечно, такое творчество творит эволюцию, перерождает мир, ибо искусство = духотворчество в этом контексте, примкнувшее к утвержденному огню, намагничивается сознательно исполнением Высшей Воли, инициируется Разумом, насыщающим всю Вселенную.
Далее, «кристаллы звука и цвета» – в основе гармонии жизни, ибо они есть кристаллы психической энергии, лежащей в основе всего сущего, являющейся принципом Бытия и существования в концепции энергетического мировоззрения Живой Этики.
«Цвет и звук будут Амритой общины» – постулат о божественном наслаждении, рождаемом от созерцания, восприятия, переживания Духовного в искусстве, поднимающего и очищающего вибрации человека, делающего его способным воспринимать и осознавать Высшее и приобщающего его к Бессмертию через «Врата Восприятия», сообщающих ему сверхчувственные способности. «Чувствознание, иначе говоря, огненность» будут скрытой пружиной такого творчества, вводящего реципиента в спираль утончения сознания. То есть амрита цвета и звука действует мистериально, посвященчески на сознание, душу – и творца, и воспринимающего художественное творение. Такое боговдохновенное искусство из космической мыслеосновы исходит и в нее возвращается, тем свидетельствуя свое бессмертие. Подобное духотворчество в образе-символе сродни таинствам Храмовых Мистерий и образует узлы или вехи эволюции, и предусматривает прямой контакт сознания человеческого с сознанием космическим. Творчество – действие огня-трансформатора. Принцип Единого Бытия, или Абсолют, согласно эзотерической доктрине, опускается в мир форм через посредство творческой Энергии, или «пряжи Матери Мира», которая в Проявленном Мире нарекается Сущностью или Матерью Вселенной.
«В жизненности заключается Наше строительство. В красоте залог счастья человечества, потому Мы ставим искусство Высшим стимулом для возрождения духа. Мы считаем искусство бессмертным и беспредельным. Мы разграничиваем знание и науку, ибо знание есть искусство, наука есть методика. Потому стихия огня напрягает искусство и духотворчество. Поэтому чудесные жемчужины искусства могут, истинно, поднять и мгновенно преобразить дух. Ростом духа человечеству все доступно, ибо только внутренние огни могут дать нужную мощь восприятия. Потому Агни-Йог может чуять всю космическую красоту без узкой научной методики. Истинно, жемчужины искусства дают возношение человечеству, и, истинно, огни духотворчества дают человечеству новое понимание красоты. » (И., 359). Ф.Шеллинг, опираясь на эстетику Шиллера и романтиков, так же видел в искусстве разрешение противоречий между бессознательным и сознательным познанием, считая искусство высшей формой знания и «органоном философии».
Итак, истинное искусство от Бога, ибо проводит в жизнь посредством символа-образа Огненный Принцип жизни, дар Прометея людям. Огонь духотворчества, энергетика космического огня утончает и расширяет сознание творцов и реципиентов. Произведение искусства преображает их душу, формируя духовное тело личности – огненное тело. Ведь специфика произведений искусства заключается еще и в том, что оно одновременно действует на все три тела личности: физическое, астральное и ментальное, организуя их в интегрированную персональность. Иеровдохновенные творения искусства «ударяют» по сознанию, посвящая его в Духовные миры, психические реальности, объясняющие физические явления. Жемчужины искусства – сверхразумны и умонепостигаемы, они – знаки Высшего Мира. « Потому жизненность искусства, которое хранит Божественный огонь дает человечеству насыщение тем огнем, который возжигает дух и насыщает все миры. Мы видели как произведения искусства преображали человека и никакое книжничество мира не может творить подобное. » (И., 366).
Мощнейшие эманации Света, излучаемые произведениями искусства служат защитной сетью и для человечества и для планеты в целом от сил разрушения и тьмы, ибо образуют собой тончайшие кристаллы праны, соединяющей Землю с Высшими Мирами. Художественные творения и есть тот тончайший покров для духа человеческого. Они и есть место встречи, точка контакта сознания человеческого с сознанием космическим, и выход для первого – в Инобытие. Суть искусства – в достижении и удержании Вибрации Высшего Мира, Вибрации Восходящей Духовной эволюции, «в течение которой «Живой Огонь Оркус» разъединит наиболее нерасторжимое и вновь рассеет в Едином Изначальном», утверждает Живая Этика.
Однако нужно помнить, как считает Ж.Э., что отвергнутое, лишенное внимания произведение не может излучать свою благотворную энергию. Не будет живой связи между холодным зрителем или слушателем и замкнутым творением. Смысл претворения мысли в произведение очень глубок, иначе говоря, он является притягательным магнитом и собирает энергию. Так, каждое произведение живет и способствует обмену и накоплению энергии.
Целительный, психотерапевтический эффект высокого искусства так же очевиден. « Явление прекрасного будет целительным и проведет через все болезни» (Н., 404). Духовная сила или психическая энергия, скрытая в таких произведениях, поднимает вибрации у соприкоснувшихся с ними, очищает психику человека, открывает его сердце, освобождает человека от эмоций самости, обиды, горечи, раздражения и др. Обновляет его сознание, раздвигая перед ним границы эстетического опыта, в целом меняет модус бытия личности, становясь фактором преодоления жизни, освобождая Любовь-Мудрость Души в материи. Цвет, звук, ритм, гармония, слово, обладая сакральным значением, благотворно воздействуют на тонкое тело человека, питая, врачуя и стимулируя его. Оптимизируют самопознавательные процессы индивида. То есть магниты духотворчества или кристаллы тонких энергий, содержащиеся в художественных творениях, открывают перед человеком прямой путь самосовершенствования, оккультно очищая его внутренний и внешний мир, создавая русло для правильного течения психической энергии, или творческой мощи человека, стимулируя работу энергетических центров человека – творческих центров, удерживая поле жизни и любви.
« насколько высоко Мы ставим понятие искусства. Кроме поднятия вкуса, искусство способствует познанию мыслеобразов.
Много написано о мыслеобразах, но человек, переходя в Тонкий Мир, бывает потрясен множеством образов, переполняющих пространство. Только опытный наблюдатель и понимающий искусство найдет причину такой фантасмагории. Потому люди должны научиться пользоваться лучшими образами при своем мышлении. Конечно, лучшим источником будет природа, но и на нее нужно уметь взглянуть; тому помогут произведения лучших мастеров. Они подобны магнитам, которые привлекают взоры и чувства, через них люди постигают, как приближаться к природе.
Пространство может быть наполнено прекрасными образами, и они будут готовить путь к гармонии. Люди, наполняя пространство безобразием, совершают преступление. Но не скоро, через многие страдания человечество поймет, сколь преступно творить безобразия. Поймите это во всех смыслах» (Н., 404).
Каждая мыслеформа, посланная в пространство, усиливается тонко-вибрационной энергетикой астральных сфер и возвращается в физический мир с большей интенсивностью. И если эта мыслеформа низшего порядка, то, пройдя сквозь низшие слои Астрала, она с большей силой негатива обрушится на физическое сознание тех, кто вступит с ней в энергетический резонанс. Этими низшими энергетическими сущностями (или лярвами) – образами безобразия и набиваются подвалы подсознания, зашлаковывается психика людей с низким, плотным, грубым сознанием. Одним словом, все, посланное в Пространство, по закону кармы, нам возвращается, только сторицей, как бы банально это ни звучало. «Посмотрите, как гармонично сочетаются краски, тени и свет в каждой удачной картине! Но если вместо этого созвучия тонов внести диссонанс разрушительный, то есть допустить их противоречия, несогласованность, картина превратится в мазню. Так можно видеть, согласованность противоположений лежит также и в основании всякого творчества» (ГАЙ, XII, 75). Таким образом, произведение искусства есть пространственная мыслеформа, создающая либо гармонию высокой энергетики пространства, либо вносящая в него диссонанс. Творение искусства в буквальном смысле держит, образует энергетику пространства. Образы, отлитые мыслями в формы, остаются в пространстве, связанные с породителем их связью живою, учит Ж.Э. Все люди окружены созданными их воображением образами мыслей, видимых тонким зрением, создающих либо иммунитет для духа, либо ставших проклятием для создателя их.
«Слова «преображение огненное» указывает на то, что процесс трансмутации происходит в огнях, духом зажженных. Умершие сердцем, живые мертвецы, огней этих не знают. Гореть сердцем не так уж многим дано. Но все те, кто светлую память оставил о себе в истории человечества, сердцем горели. Этот бессмертный огонь запечатлен во всех великих произведениях искусства, на страницах писаний великих поэтов, писателей и философов. Он все еще горит под горами позднейших нагромождений и на страницах священных писаний, а местами лишь тлеет, готовый погаснуть, чтобы вновь разгореться, когда заветы будут очищены, а сор весь наносный сожжению предан» (ГАЙ, XII, 163).
Искусство – религия сердца. А сердце – аналог Космического Магнита в микрокосмосе, животворящее Пламя, синтез высших энергий в человеке. В сердце – храме духа – встречаются все Миры. Сердцем видеть, сердцем знать, сердцем ощущать и есть онтология Слова, если под Словом понимать все сущее или проявленное бытие. Следовательно, произведение искусства, не насыщенное, не оплодотворенное огнями сердца, не истинно, от ума, не от Души, т. е. зона его инициации невысока, и поле его действия будет небольшим.
Итак, огненность Мысли, исходящая из правды сердца, отлитая в символе-образе, удерживает вибрацию произведения, образует его художественность, или эстетическую сущность, которая априорно метафизична, в случае с истинным искусством, которое всегда богодухновенно.
Миры Высшие, Царство Света, согласно Граням Агни-Йоги, зиждутся на прочной Основе, имя ей – Красота. А служение истинному искусству есть служение Красоте. «/…/ Новый Мир будет построен на принципе Красоты. Спасение придет через Красоту. Красота – антипод разновесия, дисгармонии и разложения. На Красоте можно строить надолго и прочно» (ГАЙ, XII, 428). Красота – смысл теургии, ее основание и вершина, ее не иссякающий источник, Логос, принцип формообразования, таинственное единство формы и содержания.
Истинное искусство, в концепции Живой Этики, задачей своей имеет извлекать из глубин сознания лучшее, что в нем хранится, быть может, еще в спящем состоянии, активизируя кармический опыт и память. Произведения искусства вдохновляют и возвышают человека. Искусство пробуждает дремлющее качество духа, стимулируя энергетические центры личности, воздействуя на духовно-психическую природу человека, напрягая его творческий потенциал. Истинное творчество насыщено зовами к Свету, воссоединяющими личность человека с его Душой. «Через искусство имеете Свет» (ГАЙ, XII, 468). Истинное искусство – это светореализм, Лики Света, «мост лучей к Беспредельности» (Откр., 1821); оно освобождает внутреннее духовное существо, создавая для него психическую реальность.
«Художник, творя свои картины, вкладывает в них силу своих излучений, степень и характер которых зависят от силы его творческого огня. Эти наслоения сопровождают полотна и остаются с ними на все время их существования, если огни, вложенные в них, достаточно стойкие. Воздействие таких аккумуляторов вибраций очень сильно. Чем огненнее творчество, тем сильнее воздействие. Можно представить себе, какова мощь великих произведений искусства, если созданы они при тесном объединении с иерархией Света и если их творец сам является Иерархом высокой ступени» (ГАЙ, XII, 693). Что мы и видим в случае изобразительного искусства – духотворчества, агни-йогического откровения – Н.К. и С.Н.Рерихов, ещё ранее – Фидия, Леонардо да Винчи, Рафаэля, Тициана и др.
«/…/ Красота – критерий безошибочный, особенно в Тонком Мире. Так там слои и разделяются по принципу Красоты. И на Земле искусство, служащее Красоте, являет Свет людям. Собрания сокровищ мирового искусства представляют собой оазисы Света среди мрака земного. /…/ Когда-то расцветет жизнь на Земле Красотою, и тогда искусство войдет в жизнь как основа. Искусство питает сердце и обогащает сознание новым пониманием жизни» (ГАЙ, XII, 18). Искусство в Новом Мире сотрет границу между Мирами, творя новую Тонкую Реальность; до конца реализовав свою «магическую» функцию: воплощать, ибо «географически» это искусство будет принадлежать уже Новой Земле, её Тонкому плану, согласно эволюционной концепции Живой Этики.
По утверждению Ж.Э., тот ключ, на котором настроена или в котором проведена земная жизнь человека, открывает перед ним двери в те или иные области Надземного Мира. Искусство в этом отношении является ключом Света. Как сообщает Живая Этика, Высшие сферы ауры земной украшены произведениями искусства. Каждое земное творение рук человеческих имеет своего тонкого двойника. И, если гибнет его плотная форма, тонкая существует в пространстве. Эти формы тоже распределяются по слоям, в зависимости от их внутреннего содержания или степени светоносности. Отбор происходит по светотени, как, впрочем, и людей. Истинное искусство и его произведения приобщают сознание человека к высоким, светоносным сферам пространства, обуславливая эволюцию духа. Таким образом, истинное искусство предстает феноменологией Единой Жизни, непрерывной Жизни. Оно укоренено в Вечности. Эстетический акт есть глубоко кармический акт, создающий русло для человеческой кармы, как в земном, так и в надземном мирах.
«Если художник с фотографической точностью запечатлевает на полотне какой-либо вид, или картину, или предмет, или человека, то этот вид изобразительного искусства называется репродуктивным. В этом отношении даже цветная фотография опередила человека. Истинное искусство должно быть не репродуктивным, но творческим, когда в творение рук человеческих вкладывается идея. Такое искусство переживает века. Люди очень чувствительны к ощущению идеи, вложенной в краски, музыку или мрамор. Правда не все, но истинные ценители – всегда. Так, истинное искусство передает через внешнюю форму идею, заключенную в ней» (ГАЙ, XIII, 57). Итак, идея, которая суть прекрасное в произведении искусства, и есть его преображенческая функция. Форма же оживает содержанием и не забывается.
Цвет создает образ в живописи Н.К. Рериха. Эманирующий эйдос преломляется сквозь оккультную призму цвета, цвето-формы, цвето-символа-образа. Оккультное значение цвета – канал в Тонкий мир, инициация творения определенной зоной Тонкого или иного плана. Можно говорить обоснованно и пространно о мистериальной основе художественного творчества, структурированной процессуально как испытание и очищение эйдетической красотой, посредством эйдетической, равно эстетической интуиции, и на уровне художественного, сублимированного, сознания – приобщения к ней, а на самом глубоком сокровенном плане, или в последнем акте Мистерии, сношения с ней – умонепостигаемой, сверхчувственной Красотой (что на языке древних Мистерий именовалось понятиями эпоптейи и теофании ).
«/…/ Обычность, обыденность – враг Йоги. Много устремленных сердец погасло под давлением обыденности. /…/ Притча о неугашаемом светильнике поведана людям давно. Теперь, как никогда, нужно это бодрствование, ибо очень темно и тьма яро ополчилась на тех, в чьем сердце горит огонь духа» (ГАЙ, XIII, 62). Очевидно, суть античного мимесиса и состоит в преодолении обыденности, т.е. репродукции.
«Мы приветствуем и утверждаем необычное также и в области искусства. Все великое в нем необычно. Дух истинного труженика искусства бесстрашно разрушает стены ограничений, воздвигнутые невежеством. Поистине является новатором он в своей сфере. Проторенными колеями не будет идти тот, кто знает свой путь. Следование трафарету не будет его свойством. Свобода творчества под стать только сильному духу. Искусство должно быть свободно от цепей обыденности и трафарета» (ГАЙ, XIII, 63). Миметический принцип искусства в концепции Агни-Йоги близок к средневековой образно-символической концепции искусства, согласно которой символический образ обозначает, являя собой, умонепостигаемый архетип.
«Цель эволюции человека – творчество. Исполняя Космическое Веление, человечество творит. Причем творчество это столь широко и многообразно, что охватить его во всех его формах почти невозможно. И все же высшею формою творчества остается искусство. Оно открывает пути к Высшим Мирам, и оно поднимает дух на высшие ступени совершенствования. Сказано ясно и исчерпывающе: «Через искусство имеете Свет» (ГАЙ, XIII, 156).
«/…/ истинное творчество вдохновляет и возвышает человека, перенося его в Миры высшей реальности» (ГАЙ, XIII, 332).
«/…/ Истинное искусство вневременно, а так как в нем Свет, то и влияние его на умы человеческие и сердца велико. /…/» (ГАЙ, XIII, 351). Ибо нет большей радости и красоты, как утверждение существования Высшего Мира, как реализация (освобождение) человеческого существа на ступенях Космической эволюции.
«Почему великие творения искусства так ценятся людьми и не умирают? Потому, что в них сконцентрированы кристаллы Света, вложенного в них руками творца данного произведения. Огненный дух художника, ваятеля, поэта, композитора, в процессе своего творчества, насыщает элементами Света то, что творит он. А так как элементы Света обычному разрушению временем или забвению не подлежат, то длительность жизни великих произведений искусства идет далеко за пределы жизни вещей и предметов обычных. Так, необычность ручательством служит длительности существования огненных творений духа» (ГАЙ, XIII, 481). По мере познавания Высшего Мира зажигаются и огни духа, сопряженные с космическим огнем, они и образуют немеркнущую ауру огненной действительности, умонепостигаемой необычности символической реальности художественного творения.
«Синтез, или гармоническое сочетание красок, создает картину или полотно, передающее творимый художником образ. Так и в искусстве синтез будет основою творчества. Гармония и синтез не отделимы друг от друга. Гармонию красок называют созвучием. Гармония и созвучие являются основою истинного творчества. Сочетание противоположностей создает не диссонанс, но гармонию. Без тени не получается выпуклости изображения. Без тени не получается ничего. Явление гармонического сочетания противоположных начал создает великие произведения искусства» (ГАЙ, XIII, 510). Таким образом, в истинном искусстве мерцает тайна Начал – двуеродно пламя космического творчества. Космическое слияние творит. Тайна божественного Андрогина – это то, к чему может привести человека творящего искусство.
Искусство – метод восхождения в Тонкий Мир, познание Тонкой реальности, бытийствующее в художественном символе. Но образы искусства и напрямую воздействуют на слои Тонкого Мира, украшая, обогащая его или же обезображивая.
« /…/ каждая форма есть символ заключенного в ней содержания. По аромату розы можно судить о сущности той формы, которую она выражает. Чуткость открывает двери познавания многих явлений. Будем учиться не только смотреть, но и видеть. Художник видит сотни оттенков одного цвета, скажем зеленого, там, где обыватель замечает только лишь несколько. Искусство значительно тем, что учит видеть глубже и поверх общепринятого стандарта. Искусство очень близко Тонкому Миру (курсив мой. – Н.Ш.). Можете ли представить себе, как свободно и широко может творить человек в Мире Надземном, где каждая мысль облекается в форму? Чем ярче мысль, тем красочнее и жизненнее форма. Красоты Тонкого Мира могут быть украшены и углублены творчеством человека» (ГАЙ, VIII, 620).
На наш взгляд, это очень важное определение, что «форма есть символ заключенного в ней содержания».
Многое, невыразимое словами, может быть дополнено символами. Во всяком символе будет, таким образом, элемент невыразимого. Можно прозреть значение сокровенного, но слова будут недостаточны.
«Следует очень внимательно относиться к символам. Они, как сокровенные иероглифы, хранят сущность великого Мироздания. Обычно люди не умеют обращать внимание на символы. Люди не любят указаний, ибо считают, что они подавляют их волю. /…/
Символы, как знамена, к которым могут сойтись воины, чтобы узнать приказ. Потеря знамени считалась поражением войска. Также пренебрежение к символам может лишить постижения, невыразимого словами. Кроме того, символ есть запоминание целого Учения. Сокровенность символа есть как бы напряжение энергии» (А, 437).
Эта сокровенность символа свидетельствует о том, что основа творчества, согласно Агни-Йоге, закладывается в Мире Надземном и потом уже облекается плотью, чем огненнее форма, тем прочнее основание.
ИТАК, ИСКУССТВО ЕСТЬ СИМВОЛ ВЫСШЕЙ РЕАЛЬНОСТИ.
«/…/ Размышления о Тонком Мире очень нужны и очень полезны, ибо там все движется мыслью и все зависит от мысли. И если земная жизнь есть только подготовка к Надземному пребыванию, то как важно подготовиться к нему заранее и подготовиться основательно. /…/ Мышление дает направление, и именно важна привычка мыслить о том или ином направлении. /…/ То, к чему мысли устремлены на Земле, там становится реальностью и средою, в которой пребывает дух. Так важно научиться волею направлять мысли в Высшие Слои пространства. Они пронизаны красотою. В этом возвышении и ведущее значение искусства. В этом смысл мыслей прекрасных и светлых, они как на крыльях несут в Светлые Сферы. /…/» (ГАЙ, VIII, 538). Итак, искусство, как ни какая другая форма творческой деятельности человека, является способом освоения огненной действительности Высших Миров, символом претворения физического бытия в тонкое. И потому искусство явлено как веха космической эволюции, как символ Огненного Мира, источник Гармонии. Это та же антахкарана, по которой Дух человека поднимается в Отчий Дом, во-тождествляясь с самим собой.
Сакральное значение звука и цвета: «Звук есть мост лучей к познанию Беспредельности» (Откр., 1821). «Огонь является самым близким звуку и цвету» (С., 172), огонь, как начало связи с Высшим Миром, как сущность духа, как основание бытия. «Тонкий звук подобен языку Тонкого Мира. Он понимается без грубых вибраций земных, так же, как и музыка сфер присоединяется к нашим тонким вибрациям, и тогда получается ощущение прекрасного» (МО, II, 283). Звук и цвет укрепляют мозг. «Обитель Агни открывается не рассудком, но гармонией ритма /…/» (МО, II, 17). Темп музыки сфер, состоящей не из мелодий, но из ритма, «укрепляет сознание эволюции. Именно, качество чистоты звуков является межпланетным проводом. /…/» (АЙ, 149). «Звук и цвет являются одним из главных огненных проявлений. Таким образом, музыка сфер и сияние Огней пространства будут высшими проявлениями Огня» (МО, I, 73),
«/…/ Также вполне справедливо назвать музыку сфер песней Огня.
Разве не огненные вибрации созвучат? И не есть ли это звучание питанием излучениями? /…/» (МО, II, 4). « /…/ К трем Мирам незримым надо осознать и миры населенные. Нужно понять эти океаны мыслей, которые рождают музыку сфер» (А, 137). «Цвет и звук – Наша лучшая трапеза» (ОЗ., 108). « /…/ Не столько образы, запечатленные на холсте, сколько подсмотренные вибрации света имеют значение /…/» (О., 26).
Этот светообмен (между полотном и зрителем, при известной настройке последнего на частоту вибраций картины) – явление космическое. Узлы Света, сосредоточенные в произведениях высокого искусства, регулируют распределение высших Энергий по лику планеты. Фокус произведения искусства, Свет посылающий, и фокус, Свет принимающий, становятся единой силой в пространстве.
«Искусство требует того, чтобы отдать ему сердце и поставить его превыше всего остального. Ведь это путь совершенствования духа. Искусство – это мир творчества духа, а творчество – удел человека и на Земле и в Мирах (курсив мой – Н.Ш.). Понимание глубочайшего значения искусства будет зовом Нового Мира» (ГАЙ, IV, 207). Именно формы искусства, как фокусы Света, есть самые полные, самодостоверные адеквации выражения духа – хроники жизни духа, проявленные на феноменальном плане, проекции духовного в материальном, символы и знаки несказуемого понятия Огненного Мира, Мира духотворчества. Или, точнее, высшие образы духо-материи (ибо в эзотерической философии нет разделения на дух и материю, но есть единое понятие нерасторжимой «духо-материи»). И чем выше план, тем выше уровень ее слияния. «Пластическая материя Высших Миров подчиняется творческой силе воображения и принимает формы по велению воли» (ГАЙ, XIII, 25А). В искусстве совершается акт свободы, как первородного состояния духа, его наиболее полное самовыражение. И в творениях высокого искусства оптимизируется высший тип энергообмена между Мирами, насыщение земной жизни кислородом Надземного, Высшего Мира. «Служитель искусства наполняет сознание свое образами Красоты и тем благодетельствует и пространство, и людей, и окружающее. С конвейера его мысли текут прекрасные формы, которые пульсируют и живут в ауре планеты. Благодетелями человечества можно назвать истинных тружеников искусства. /…/ Тропа искусства ведет прямо с Земли к Небу, так как произведения чистого искусства наполняют Высшие Слои Надземного Мира. Истинное искусство сверхлично, хотя и индивидуально в своем выражении. Сверхлично, ибо служит всем. Индивидуально, ибо несет на себе печать духа своего творца. /…/ Дух выражает себя в творчестве, в симфонии цветов и красок. Это узор духа, который оставляет он на Земле и пространстве после себя» (ГАЙ, VIII, 219). Поэтому произведения истинного искусства действительно служат источником Света, не меркнущего во времени.
Метафизическая мощь произведений искусства заключается в выражении в материальных формах тонких энергий, составляющих душу истинных произведений. Вот что об этом говорит Гуру (Н.К. Рерих): «В творчестве светоносном, совершаемом рукой человеческой, запечатлеваются и кристаллизуются высшие энергии. Происходит как бы выражение в плотных формах невидимых тонких энергий. Это как бы низвержение пространственного огня с Неба на Землю и попытка утвердить его в образах уже чисто земных. И краски, и полотно, и кисти – земные, но идея, воплощенная в полотне, уже от Высшего Мира. Так объединение двух миров происходит воочию, явно, оставляя после себя конкретные формы этого объединения. Не видимый простому глазу аспект этого творчества проявлен в том, что пространственный огонь коагулирован в кристаллических огненных образованиях, окружающих видимую, плотную, форму творения, и не видимых физическим глазом, но тем не менее реально существующих в пространстве и составляющих как бы душу каждого истинного произведения искусства. Основная мощь видимых творений – в невидимости. Каждый великий труженик искусства является Прометеем, овладевшим пространственным огнем и принесшим его на Землю, Прометеем, прикованным к скалам Земли и могущим выразить этот огонь не иначе, как в плотных, физических формах» (ГАЙ, X, 537).
Непреходящая ценность произведений истинного искусства заключается как в их вневременности, так и в их бессмертности, неуничтожаемости. Ведь гибнет только их материальная, внешняя форма с течением времени, и, даже погибнув, в тонкой форме своей они остаются живыми в пространстве, в ауре планеты, украшая ее тонкое тело и вдохновляя людей к новому творчеству. В памяти природы запечатлевается все: темные тонкие формы для разрушения, светлые – на все времена, пока они могут служить эволюции Сущего. В свитках Акаши записано прошлое мира, утверждается в Гранях Агни-Йоги.
В этом смысле жемчужины искусства есть истинная родина духа. Ибо они своей светоносностью, излучаемостью создают и тончайший покров для духа и среду обитания для него.
Ф. Шлегель первым в истории эстетики выдвинул положение о том, что самое существо поэзии участвует в процессе эволюции. Философия искусства в Живой Этике коррелирует с неоплатонической эстетикой и эстетикой романтизма (особенно немецкого), в чьих представлениях «прекрасное» всегда было синонимом духовного.
«Какими прекрасными образами наполнил Гуру (Н.К. Рерих. – Н.Ш.) пространство, и в каких прекрасных полотнах частично были запечатлены эти образы в плотных, земных, формах. Говорю: частично, ибо семь с лишним тысяч картин, оставленных им миру, представляют собой только малую долю того, что создал он своей мыслью. Правильно названы его полотна идеограммами, то есть картинами, ярко включающими в себя определенные идеи, четко запечатленные в красках, в изумительно гармоничном их сочетании. Скажу больше: полотна его представляют собой кристаллы сгущенного Света, которым насыщены творения его рук. Внешняя форма картины, видимая земным глазом, наполнена внутренним невидимым содержанием, Светом сгущенным, который неотделим от картины и который мощно воздействует на того, кто на нее смотрит. И если сознание позволяет и достаточно чутко, то это воздействие очень сильно и длительно. Выражаясь языком современности, художественные произведения Гуру являются контейнерами Света, собранного им силою его творческой мощи в его изумительных полотнах. Многие замечали, что светятся краски на картинах его» (ГАЙ, XI, 713).
Однако базово совпадая с сущностью классической европейской философии искусства, космологическая концепция искусства в Живой Этике переносит миметический принцип на выражение-понимание Красоты Космоса. И «прозревательная функция» агни-йогического искусства в первую очередь отвечает явлению понимания жизни Космоса не как отвлеченной реальности, но субъективно сущей в сознании человека, как жителя Трех Миров, «невозможно провести границу между тремя мирами» (Н., 481). И искусство, согласно Учению Жизни, становится кратчайшим путем для достижения «явления понимания Космоса».
апрель, 2005 г. Москва
ИСТОЧНИКИ
Сокращенные обозначения источников:
Откр. Откровение 1920-1941
(Цит. по изданию: Агни-Йога. Откровение (1920-1941).-М.: Сфера, 2002.- 496с. – Серия «Учение Живой Этики».)
** Грани Агни Йоги. Записи Бориса Николаевича Абрамова, ближайшего ученика Н.К. Рериха, полученные из Высокого Источника, о чем имеется подтверждение Е.И.Рерих. Их можно назвать развернутыми комментариями к «Живой Этике» или Дневником духовного Ученика. Римской цифрой обозначен номер тома, арабской – номер параграфа или сделанной записи.