питомник донских сфинксов миф

Питомник донских сфинксов миф

В том же 1993 году я узнала, что в Ростове-на-Дону при собачьем клубе открылась секция породистых кошек. Я туда пришла, показала фото Читы, спросила: Мы, вот такие, вас интересуем? Ответили: Да, и даже очень интересуете! Вступайте в клуб.
Я начала свой рассказ с Варвары и ее хозяйки Елены Ковалевой, о них же и закончу. В последние годы жизни Елены, из-за ее болезни, нам удавалось общаться все реже. И даже про несчастье, случившее с Леной, я узнала с опозданием. Известно, что Варвара попала в новый дом, прожила там недолго. Ей было около 10 лет.
Я рассказала только о самом начале. И очень многого не коснулась. Я рассказала только о первых, самых первых кошках, с которыми мы вместе начали этот трудный путь, о каждом и о каждой из них можно написать отдельную интересную историю, трудно было не потерять никого в самом начале пути, не бросить их, помочь им развиться и родить своих деток. Я очень благодарна судьбе, что свела меня с Еленой Ковалевой, я очень благодарна нашим кошкам Варваре, Чите, всем их детям.
Я надеюсь, что небылицы, просто неточности, и даже фальсификации в истории появления породы Донской сфинкс исчезнут после моего рассказа, это и появление Варвары в результате чернобыльской трагедии, то что она была найдена где-то на помойке, что Чита появилась на свет голорожденной, не говоря уж о Варваре, это и использование в разведении дончаков из других питомников, по возрасту ровесников Читы и Ганнибала, а также и небылицы о животных из моего питомника Миф, будто бы несущих колорный ген.
Я рада, что порода нашла своих поклонников, породой интересуются. Я очень рада, что появилось много энтузиастов, появилось много питомников. Значит, не зря все было. Значит, порода состоялась.

Статья была написана специально для сайта питомника «РАДОСТЬ МОЯ».
Мы разместили эту статью на нашем сайте с любезного разрешения автора статьи, Ирины Немыкиной и владелицы питомника «Радость Моя» Волосовой Натальи.

Источник

Хабаровский питомник донских сфинксов

Контакты

Тел.:
8–962–585–4137,
8–914–205–7569 (WhatsApp)

Контакты

Тел.:
8–962–585–4137,
8–914–205–7569 (WhatsApp)

История породы

Ирина Немыкина,
питомник «МИФ», г. Ростов-на-Дону

Рассказ об этой замечательной породе хочу начать не с кошек, а с людей. Точнее, с одного человека – с Елены Ковалевой. Замечательный, душевный человек, тонкая артистическая натура, большой любитель всякой живности и кошек в особенности. К сожалению, Леночки уже нет среди нас, и память о ней, о ее кошке Варваре, неразрывно связана с историей появления российской бесшерстной породы кошек – донских сфинксах.

Я познакомилась с Еленой Ковалевой в 1988 году на свадьбе у наших общих знакомых. А на следующий день я попала к ней домой. И там я впервые увидела Варвару. Для меня это был шок. Таких кошек я, конечно же, никогда до этого не видела и даже представить себе не могла, что увижу. Опыт содержания кошек у меня был, но это были простые мурки, обычные домашние любимицы. А тут! В 70-х годах я прочитала в журнале «Наука и жизнь» коротенькую заметку, что в Северной Америке родились 4 голых, бесшерстных котенка. Породу назвали сфинкс. Даже маленькое фото было.

Дочь Елены Ковалевой Инна с кошкой Варварой

В феврале 1986 года Елена возвращалась домой. Дома ее дожидались дочь и 4 кошки, когда-то подобранные на улице. Во дворе, на детской площадке мальчишки кидали друг другу сумку, а оттуда кричал котенок. Елена сумку отобрала, вынула из нее котеночка, обычного, малюсенького, месяца 3–4 всего ему было. Хорошенькая, пушистенькая черепаховая девочка. Куда деть, кому оставить, и Лена принесла ее домой. Котенка назвали Варварой. Кошечка росла, и ничего необычного не было – обыкновенный пушистый котенок. Странности начались примерно через 4 месяца – кошечка начала терять шерстку на голове, потом на спине, не сразу, постепенно. Елена понесла ее в ветлечебницу. Легко представить, какой букет заболеваний был установлен частично облысевшей кошке. Демадекоз, дерматит, лишай. И огромная программа лечения при почти полном отсутствии медикаментов. В результате все эти мазилки не помогли, и кошку просто оставили в покое, тем более что она себя чувствовала прекрасно, а ее аппетиту могли еще и позавидовать. Растет себе и растет, правда, и шерсти все меньше остается на голове и спине.

В 1989 году к нам в Ростов приезжает Светлана Волкова с выставкой кошек клуба «Алиса» из Днепропетровска. На эту выставку мы отправили Инну, дочку Елены, с Варварой. Сами не пошли, потому что тогда мы всерьез думали – кошками занимаются только дети и пенсионеры. Через 3 часа возвращается Инна, вся зареванная, оказывается, с такой «облезлой» кошкой ее высмеяли, мол, наши тут все пушистые, а у тебя кто? И ребенок просто сбежал оттуда.

Ну что делать, так уж вышло. Посожалели, ребенка успокоили, да и забыли. Через некоторое время опять в Ростове выставка кошек и опять «Алиса». А Варя еще подразделась, теперь она с полностью велюровой головой и таким же корпусом, за ушами грива, пушистый хвост, на ногах валенки. И Лена уже сама идет с Варварой на выставку. Ну, и мы с Инночкой тоже пошли. На выставке подходила посмотреть Варю Светлана Волкова. Елена уже сама объясняет – это сфинкс, голая кошка, в Америке такие есть, мы о них читали. В ответ – ну что Вы, откуда это чудо заморское у вас тут, в провинции? Вообще нереально! Какой такой сфинкс, такого и названия-то нет! Конечно же, в то время о канадских сфинксах слышали единицы, и естественно никто не видел. И эта выставка, уже вторая, ничего не дала, увы.

Наступает май 1990 года. Я получаю новую квартиру, и переезд в нее совпадает с моим днем рождения. И Елена, не предупреждая заранее, приносит мне котенка! Бог мой, у меня котенок! Девочка от Варвары. Хотя я не раз всем обещала, в новой квартире – никаких кошек, заведу боксера. А тут котенок – кошечка, такая смешная, лохматая, хвостик веером, шерстка на нем веером расходится, как у белки. А голова – слегка лысоватенькая, как у Вари. Кошечка родилась 20 февраля 1990 года, выглядела серенькой, и Лена назвала ее Серкой. Кошечку выпустили, походила, принюхалась. Я смотрю на нее, нет, это не кошка, не похожа на кошку, а когда я увидела ее лапы и пальчики, и она ими как руками схватила что-то, держит и ест, я обомлела, ну, Господи, это же не кошка – это обезьянка настоящая. А раз уж обезьянка – значит, Чита, так в кино обезьянку звали. Так это имя и осталось.

Вообще, с породой донской сфинкс, с ее развитием, связано много случайностей. Его Величество случай не раз вмешивался в развитие событий – и появление Варвары у Елены Ковалевой, и появление Читы, а точнее, помета, в котором родилась Чита – тоже случайность. У Елены, помимо Варвары, были и другие кошки – обычные ЕКШ, которые тоже периодически приносили котят, и была соседка – «добрая женщина», которая избавляла от этих котят, так как пристроить кого-либо в дом было редкостью. А тут получилось, что эта женщина уехала на море, и остались двое котят – будущая Чита и ее сестра Лоскуток. Отцом их был кот Василий, ЕКШ, особых сведений о нем не осталось, красивого серо-голубого окраса с мраморным рисунком и большой белой манишкой на груди. Выбор пал на него по причине его природной красоты и соседства в одном доме.

История Лоскутка такая – она прожила у Лены год и несколько месяцев. И нисколько не разделась, оставалась лохматой черепаховой кошкой. Потом попала к другому хозяину, который через какое то время выбросил ее на улицу. Мы узнали об этом и долго ходили по дворам и подъездам того района, развешивали объявления, надеясь найти Лоскутка. Но не нашли. Как рассказывала Елена, Лоскуток имела своенравный характер и без людей бы не выжила, найти ее не удалось, надеемся, кто-нибудь подобрал Лоскутка.

Но вернемся назад, когда Чита и Лоскуток еще котята. Опять приезжает в Ростов-на-Дону клуб «Алиса» с выставкой. Елена, ее дочка Инна, я и кошки пошли уже на третью нашу выставку. А с нами – Варвара, Чита и Лоскуток. Мы принесли уже троих! Смотрите – это уже не одна больная облезлая кошка, мы рождаемся такими! Кошек наших мы ставили на стол, их видели эксперты.

Светлана Волкова и сотрудники ее клуба подходили к нашей троице, смотрели, спрашивали, даже купить предлагали, но только Читу. А вот Лоскуток – нам не интересен. Я отвечаю: Нет, Чита – моя кошка, не продам, извините. На этой выставке нам вручили приз – большую красивую стеклянную салатницу. Это наш самый первый приз!

Прошла эта выставка – и все. Никто нами больше не интересовался, полная тишина, хотя нас видели три раза, на трех выставках, видели, что мы растем, что мы размножаемся.

Но это были наши людские заботы, а кошкам – что, растут и радуют. Росла и Чита, из первого ее помета я оставила одного котика. Почему котика – поясню: как-то бытовало мнение в тот период, что кот в доме это хорошо, а кошку никто всерьез не принимал, тем более с котятами – возня, запахи и все такое. И мой муж был категоричен – никаких котят.

Первый раз я вязала Читу огромным, просто огромнейшим котищем – ЕКШой, как это происходило стоит рассказать подробней, об этом я даже пробовала написать отдельный «роман».

Я дома никогда не держала кошек, у меня всегда были только коты. И когда Чита в возрасте года потекла, она закатила такой «концерт» на 3 дня, что я была готова повязать ее с кем угодно. Как назло, кота под рукой не нашлось, мы пролазили во дворе под всеми машинами, попадались только кошки. Стали ходить по домам. Пришли к одним, постучали, есть кот, мальчик из хорошей семьи, чистенький, ухоженный. Хозяин его сказал – это наш Маркиз, лапочка, прелесть. Я приношу этого Маркиза, выпускаю. Через минуту – клубок, драка, Маркиз залит кровью, орет. Я выхватываю Маркиза, даю ему с собой «Завтрак туриста» и назад, к хозяевам. Ну, думаю, не захотела кота из хорошей семьи, будет – кого найдем. А тут, видя страдания, и соседи подключились, активная группа, тоже кота ищут, у всех расспрашивают. Так нашли еще одного – у соседей, у бабушек живет котик. Прихожу к ним, говорю – Дайте вашего котика. Бабушки – «Вот еще, не дадим, мы хотим сами посмотреть, как наш Васенька любить будет». А бабушки старенькие, одна почти парализована, лежит – не встает. А Васенька для них – свет в окошке, самый любимый. Я принесла к ним Читу, только выпустила, она в кота этого как вцепилась, клубком закатились под кровать, где бабка больная лежала и давай там драться. Я – туда, под кровать, тащу кота за ногу, а Чита в кота вцепилась так, что за котом тащится, и орут оба. Я не вру – парализованная бабушка поднялась на кровати – нашего Васеньку убивают. Хватаю Читу и домой. Ну, раз не захотела ни бабушкиного котика, ни из хорошей семьи, то принесу кота с помойки. Тут прибегают дети – «Тетя Ира, в соседнем дворе в подворотне лежит огромный котище, такой как Вы хотели». У меня в холодильнике лежала консервированная ветчина, беру с собой большой кусок и с сыном в соседний двор. Там в подвальном окне торчит огромная морда и дремлет. Мы ветчину ему под нос – он вперед, еще раз – он еще вперед. Потом всего его вытащили и домой. Пока несли, чтобы кот не царапался и не вырывался, я ему ветчину скармливала, он медленно, с удовольствием, чавкая, ел. Заносим его в прихожую, и только тут я поняла, кого мы принесли. Такого монстра в своей жизни я никогда не видела. С хвостом он занял всю прихожую полностью. Кот дожевал ветчину, увидел мою Читу, а она стоит прогнувшись, вся злобная, шипеть начала, кот на нее посмотрел, принюхался, сгреб и повязал за минуту.

Чита родила 4 мальчиков, крупных котят, голых не среди них не было, все были браши. Куда девать потом котят, никто брать не хочет, никому не нужны. Оставила одного, самого крепенького. А он возьми, да и раздеваться начал. Кто бы мог подумать! Все же еще оставались в душе какие-то сомнения – вдруг с Читой была случайность. Мы же кота искали, чтобы кошка не орала и никаких таких планов не строили. В 2 месяца наш первый котенок разделся до хорошего велюра. Сейчас, вспоминая, когда уже есть с кем сравнить, котик этот имел тип Витязя Миф, но был еще мощнее, крупнее, яркий полосатый. А тот монстр, его отец, был дикого окраса.

Котенок растет, а у меня проблема – куда деть, кому отдать, брать никто не хочет, да еще по виду странного – без шерсти. Однажды даже сказали, что у меня не все дома – вожусь с такими кошками. И тут случай, ситуация – сажусь в машину, наняли частника, а там мальчик плачет, кот погиб, не знают, где котика найти, чтоб ребенка успокоить. Я говорю – не плачь, сейчас доедем, я вам котика вынесу. Взяли котенка, поблагодарили и уехали. Никаких координат не осталось.

К следующей вязке Читы я подготовилась, нашла соседа, у которого жил кот Дима. Кот этот был дымного окраса, голубой, тебированный, без белого. (У Василия, с которым вязали Варвару была белая манишка, это от него пошли белые отметины, ген пегости, медальон). Чтобы представить как выглядел Дима, выйдите на улицу, на помойку, там 100 «дим» сидит.

Ганнибал Миф и Аксиния

Я делала подряд 3 вязки с этим Димой. В первом помете от него я оставила 2 котиков. Это были Ганнибал и Мартын. Как появилось такое странное имя – Ганнибал? Когда придумывали кличку, мы рассуждали так – окрас у котенка черный, значит, негр, а раз негр – арап, арап Петра Великого, по имени Ганнибал, значит, и у нас будет Ганнибал, дома зовем Ганя*. Кошек, конечно же, уже не вяжет года 3–4, выглядит бодро, все зубы на месте, белые, крепкие. Его брат Мартын, окрас тэбби, был немного крупнее Ганнибала, во взрослом возрасте мы измерили обоих, оказалось длина Ганнибала 53 см от кончика носа до основания хвоста, а у Мартына 54 см. Мартын до конца не разделся, в отличие от Ганнибала.

Так вот, Мартына мы повязали с кошкой ЕКШ, обычной тэбби, родились 3 котенка, оставили самого крупного, и опять к 3–4 месяцам он стал полностью велюровый.

Вторая вязка Читы и Димы дала прекрасных котят, которые очень быстро теряли остатки шерсти. Значит, это происходит с каждым пометом! С этого помета я стала давать клички котятам уже по буквам алфавита и добавлять к имени приставку Миф. Ганнибал и Афиноген тоже ее получили, а вот Читу я решила оставить просто Читой, без приставки. Говоря сегодняшним языком, Чита – разведения Елены Ковалевой, а не моего, посчитала, будет некрасиво, если приставку свою дать. А двое родившихся котят получили клички Антон Миф и Афиноген Миф. Котята подрастали, и настал момент расставания – кто-то должен был ехать жить в Ленинград. Пришлось выбирать – из них двоих лучшим был Антошка, он был покрупнее и был более раздет на тот момент, Афонька был полохматей и помельче. Антона я решила оставить себе, значит, Афоня пускай едет в Ленинград. Так Афиноген Миф через моих ростовских знакомых попал к Татьяне Комаровой.

Но Антон недолго оставался у меня, ко мне домой, к моим кошкам приехала Ирина Кацер, мы посмотрели на всех бесшерстных кошек, живущих на тот момент в Ростове, я подробно рассказала, как все начиналось. Я видела, как Ирина Кацер смотрела на кошек, было видно, что ей все это очень интересно. От нее я тоже получила много информации. Она была уже опытный специалист по кошкам. Ирина Кацер увезла Антона Миф. В итоге оба брата попали в Ленинград. И сразу из Ленинграда Ирина с Антоном отправились в Будапешт на выставку кошек, где Антошка получил восторженные отзывы.

Бася Миф и Антон Миф

Примерно в это же время я прочитала книгу про Аскания Нова. Там когда-то разводили лошадей Пржевальского, немцы в войну угнали весь табун, а сотрудникам питомника огромными усилиями удалось спасти одного-единственного жеребца. Поскольку остальных лошадей этой породы нет, их не вернуть, встал вопрос, как из одного жеребца восстановить поголовье. И в книге подробно описывалось как это сделали: подбирали здоровых, похожих на оставшегося жеребца кобыл, спаривали, а детей опять возвращали на отца. Я прочитала все это и задумалась, у меня есть Чита, ее сын Ганнибал, оба раздевшиеся в разной степени. А почему нет? Почему не попробовать? Спросить не у кого, так без чьих либо советов и помощи, а из меня тогда – какой фелинолог, я сделала вязку матери и сына, Читы и Ганнибала. Сделала тоже самое, что описано в книге, т. е. инбридинг. И тогда, по аналогии с книгой получается, что именно так должна появиться новая порода, с новыми признаками. Чтобы немного представить то время, когда это все происходило, слова «инбридинг», «фелинолог», «вязка» мало кто знал и слышал.

17 февраля 1993 Чита родила помет. И снова – в помете один голорожденный котенок. Теперь кот! Первый голорожденный кот! Это была удача. Я чувствовала, что приблизилась к чему-то важному, для меня пока непонятному, может быть, какой-то тайне, связанной с моими кошками. Я очень волновалась. И котята, которые с возрастом теряют шерсть, и появление голорожденных котят, и поведение этих кошек, их взгляд, выразительные глаза, лапки, похожие на пальцы, отношение к людям – это все абсолютно не подходит к обычным, привычным нам всем кошкам.

Этот помет получился очень удачным. Голорожденного кота назвали Виконт Миф. Он вырос в большого красивого кота, прожил долго, в прекрасной семье, у нас в Ростове. Виконт безумно дружил с догом, они были «не разлей вода», и ели, и спали только вместе. Но вдруг дог умер, и Виконт лег на его подстилку, пролежал там 3 дня, не ел, не пил, и умер без всяких видимых причин. Ему было 10 лет, и все 10 лет они прожили вместе. Виконт оставил великолепное потомство.

В этом же помете, вместе с Виконтом родились Витязь и Виолетта. Витязь Миф – кот с прекрасным типом, мощный, очень быстро раздевшийся. Он первым из моих попал в Москву, живет у Натальи Ибрагимовой. Витязь и Ганнибал были первыми дончаками, принявшими участие на выставке кошек в Москве. Знаю, что у Витязя многочисленное и прекрасное потомство, которое живет не только в Москве.

Виолетта Миф – красавица, моя любимица. Очень похожа на свою мать – Читу. Тоже дала большое и красивое потомство.

По мере того как порода донской сфинкс развивалась и утверждалась с животными было легко, а вот с людьми было безумно трудно. С 1990 года я начала писать письма всем, кому, как мне казалось, могли быть интересны мои кошки. В газеты, журналы, авторам статей о животных, на телевидение, радио, каким-то специалистам по кошкам.

Продолжала писать и в 1991, 1992, 1993… Некоторые эти специалисты сейчас всем известны, а тогда они или отмахивались от меня, или отвечали, что занимаются породистыми кошками, а не…

В 1993 году мне удалось попасть на местное телевидение, на передачу «День Дона». Главный редактор Сергей Слепцов приехал ко мне домой, привезли огромную телекамеру, софиты, кабели. Мне сказали, что снимать будут только кошек, а я – за кадром. Передача вышла по местному телевидению, ничего не вырезали, и я там, с кошками, во всей красе. А на следующее утро, передачу повторили, но уже в программе «Утро» на 1 канале на всю страну. Можете удивляться, но не было ни одного отклика, ни од-но-го. Уже потом, через несколько лет, общаясь с кошатниками, узнаю, меня тогда смотрели, слышали о передаче, но не поверили, подумали – очередная брехня, такого просто не бывает, да еще в Ростове.

В том же 1993 году я узнала, что в Ростове-на-Дону при собачьем клубе открылась секция породистых кошек. Я туда пришла, показала фото Читы, спросила: Мы, вот такие, вас интересуем? Ответили: Да, и даже очень интересуете! Вступайте в клуб.

Я начала свой рассказ с Варвары и ее хозяйки Елены Ковалевой, о них же и закончу. В последние годы жизни Елены, из-за ее болезни, нам удавалось общаться все реже. И даже про несчастье, случившее с Леной, я узнала с опозданием. Известно, что Варвара попала в новый дом, прожила там недолго. Ей было около 10 лет.

И. В. Немыкина с Читой

Я рассказала только о самом начале. И очень многого не коснулась. Я рассказала только о первых, самых первых кошках, с которыми мы вместе начали этот трудный путь, о каждом и о каждой из них можно написать отдельную интересную историю, трудно было не потерять никого в самом начале пути, не бросить их, помочь им развиться и родить своих деток. Я очень благодарна судьбе, что свела меня с Еленой Ковалевой, я очень благодарна нашим кошкам Варваре, Чите, всем их детям.

Я надеюсь, что небылицы, просто неточности, и даже фальсификации в истории появления породы Донской сфинкс исчезнут после моего рассказа. Это и появление Варвары в результате чернобыльской трагедии, и то, что она была найдена где-то на помойке, что Чита появилась на свет голорожденной, не говоря уж о Варваре, это и использование в разведении дончаков из других питомников, по возрасту ровесников Читы и Ганнибала, а также и небылицы о животных из моего питомника Миф, будто бы несущих колорный ген.

Я рада, что порода нашла своих поклонников, породой интересуются. Я очень рада, что появилось много энтузиастов, появилось много питомников. Значит, не зря все было. Значит, порода состоялась.

*На момент написания статьи Ганнибал был жив. Умер в 2007 г.

Статья была написана И. Немыкиной для сайта питомника «Радость моя». Размещена на нашем сайте с разрешения автора. Использованы фотографии, размещенные в блоге И. Немыкиной на форуме «Sphynx Portal».

Питомник Донских сфинксов МИФ г. Ростов-на-Дону
тел. (8632) 20–14–19
Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

Источник

Хабаровский питомник донских сфинксов

Контакты

Тел.:
8–962–585–4137,
8–914–205–7569 (WhatsApp)

Контакты

Тел.:
8–962–585–4137,
8–914–205–7569 (WhatsApp)

История породы

Ирина Немыкина,
питомник «МИФ», г. Ростов-на-Дону

Рассказ об этой замечательной породе хочу начать не с кошек, а с людей. Точнее, с одного человека – с Елены Ковалевой. Замечательный, душевный человек, тонкая артистическая натура, большой любитель всякой живности и кошек в особенности. К сожалению, Леночки уже нет среди нас, и память о ней, о ее кошке Варваре, неразрывно связана с историей появления российской бесшерстной породы кошек – донских сфинксах.

Я познакомилась с Еленой Ковалевой в 1988 году на свадьбе у наших общих знакомых. А на следующий день я попала к ней домой. И там я впервые увидела Варвару. Для меня это был шок. Таких кошек я, конечно же, никогда до этого не видела и даже представить себе не могла, что увижу. Опыт содержания кошек у меня был, но это были простые мурки, обычные домашние любимицы. А тут! В 70-х годах я прочитала в журнале «Наука и жизнь» коротенькую заметку, что в Северной Америке родились 4 голых, бесшерстных котенка. Породу назвали сфинкс. Даже маленькое фото было.

Дочь Елены Ковалевой Инна с кошкой Варварой

В феврале 1986 года Елена возвращалась домой. Дома ее дожидались дочь и 4 кошки, когда-то подобранные на улице. Во дворе, на детской площадке мальчишки кидали друг другу сумку, а оттуда кричал котенок. Елена сумку отобрала, вынула из нее котеночка, обычного, малюсенького, месяца 3–4 всего ему было. Хорошенькая, пушистенькая черепаховая девочка. Куда деть, кому оставить, и Лена принесла ее домой. Котенка назвали Варварой. Кошечка росла, и ничего необычного не было – обыкновенный пушистый котенок. Странности начались примерно через 4 месяца – кошечка начала терять шерстку на голове, потом на спине, не сразу, постепенно. Елена понесла ее в ветлечебницу. Легко представить, какой букет заболеваний был установлен частично облысевшей кошке. Демадекоз, дерматит, лишай. И огромная программа лечения при почти полном отсутствии медикаментов. В результате все эти мазилки не помогли, и кошку просто оставили в покое, тем более что она себя чувствовала прекрасно, а ее аппетиту могли еще и позавидовать. Растет себе и растет, правда, и шерсти все меньше остается на голове и спине.

В 1989 году к нам в Ростов приезжает Светлана Волкова с выставкой кошек клуба «Алиса» из Днепропетровска. На эту выставку мы отправили Инну, дочку Елены, с Варварой. Сами не пошли, потому что тогда мы всерьез думали – кошками занимаются только дети и пенсионеры. Через 3 часа возвращается Инна, вся зареванная, оказывается, с такой «облезлой» кошкой ее высмеяли, мол, наши тут все пушистые, а у тебя кто? И ребенок просто сбежал оттуда.

Ну что делать, так уж вышло. Посожалели, ребенка успокоили, да и забыли. Через некоторое время опять в Ростове выставка кошек и опять «Алиса». А Варя еще подразделась, теперь она с полностью велюровой головой и таким же корпусом, за ушами грива, пушистый хвост, на ногах валенки. И Лена уже сама идет с Варварой на выставку. Ну, и мы с Инночкой тоже пошли. На выставке подходила посмотреть Варю Светлана Волкова. Елена уже сама объясняет – это сфинкс, голая кошка, в Америке такие есть, мы о них читали. В ответ – ну что Вы, откуда это чудо заморское у вас тут, в провинции? Вообще нереально! Какой такой сфинкс, такого и названия-то нет! Конечно же, в то время о канадских сфинксах слышали единицы, и естественно никто не видел. И эта выставка, уже вторая, ничего не дала, увы.

Наступает май 1990 года. Я получаю новую квартиру, и переезд в нее совпадает с моим днем рождения. И Елена, не предупреждая заранее, приносит мне котенка! Бог мой, у меня котенок! Девочка от Варвары. Хотя я не раз всем обещала, в новой квартире – никаких кошек, заведу боксера. А тут котенок – кошечка, такая смешная, лохматая, хвостик веером, шерстка на нем веером расходится, как у белки. А голова – слегка лысоватенькая, как у Вари. Кошечка родилась 20 февраля 1990 года, выглядела серенькой, и Лена назвала ее Серкой. Кошечку выпустили, походила, принюхалась. Я смотрю на нее, нет, это не кошка, не похожа на кошку, а когда я увидела ее лапы и пальчики, и она ими как руками схватила что-то, держит и ест, я обомлела, ну, Господи, это же не кошка – это обезьянка настоящая. А раз уж обезьянка – значит, Чита, так в кино обезьянку звали. Так это имя и осталось.

Вообще, с породой донской сфинкс, с ее развитием, связано много случайностей. Его Величество случай не раз вмешивался в развитие событий – и появление Варвары у Елены Ковалевой, и появление Читы, а точнее, помета, в котором родилась Чита – тоже случайность. У Елены, помимо Варвары, были и другие кошки – обычные ЕКШ, которые тоже периодически приносили котят, и была соседка – «добрая женщина», которая избавляла от этих котят, так как пристроить кого-либо в дом было редкостью. А тут получилось, что эта женщина уехала на море, и остались двое котят – будущая Чита и ее сестра Лоскуток. Отцом их был кот Василий, ЕКШ, особых сведений о нем не осталось, красивого серо-голубого окраса с мраморным рисунком и большой белой манишкой на груди. Выбор пал на него по причине его природной красоты и соседства в одном доме.

История Лоскутка такая – она прожила у Лены год и несколько месяцев. И нисколько не разделась, оставалась лохматой черепаховой кошкой. Потом попала к другому хозяину, который через какое то время выбросил ее на улицу. Мы узнали об этом и долго ходили по дворам и подъездам того района, развешивали объявления, надеясь найти Лоскутка. Но не нашли. Как рассказывала Елена, Лоскуток имела своенравный характер и без людей бы не выжила, найти ее не удалось, надеемся, кто-нибудь подобрал Лоскутка.

Но вернемся назад, когда Чита и Лоскуток еще котята. Опять приезжает в Ростов-на-Дону клуб «Алиса» с выставкой. Елена, ее дочка Инна, я и кошки пошли уже на третью нашу выставку. А с нами – Варвара, Чита и Лоскуток. Мы принесли уже троих! Смотрите – это уже не одна больная облезлая кошка, мы рождаемся такими! Кошек наших мы ставили на стол, их видели эксперты.

Светлана Волкова и сотрудники ее клуба подходили к нашей троице, смотрели, спрашивали, даже купить предлагали, но только Читу. А вот Лоскуток – нам не интересен. Я отвечаю: Нет, Чита – моя кошка, не продам, извините. На этой выставке нам вручили приз – большую красивую стеклянную салатницу. Это наш самый первый приз!

Прошла эта выставка – и все. Никто нами больше не интересовался, полная тишина, хотя нас видели три раза, на трех выставках, видели, что мы растем, что мы размножаемся.

Но это были наши людские заботы, а кошкам – что, растут и радуют. Росла и Чита, из первого ее помета я оставила одного котика. Почему котика – поясню: как-то бытовало мнение в тот период, что кот в доме это хорошо, а кошку никто всерьез не принимал, тем более с котятами – возня, запахи и все такое. И мой муж был категоричен – никаких котят.

Первый раз я вязала Читу огромным, просто огромнейшим котищем – ЕКШой, как это происходило стоит рассказать подробней, об этом я даже пробовала написать отдельный «роман».

Я дома никогда не держала кошек, у меня всегда были только коты. И когда Чита в возрасте года потекла, она закатила такой «концерт» на 3 дня, что я была готова повязать ее с кем угодно. Как назло, кота под рукой не нашлось, мы пролазили во дворе под всеми машинами, попадались только кошки. Стали ходить по домам. Пришли к одним, постучали, есть кот, мальчик из хорошей семьи, чистенький, ухоженный. Хозяин его сказал – это наш Маркиз, лапочка, прелесть. Я приношу этого Маркиза, выпускаю. Через минуту – клубок, драка, Маркиз залит кровью, орет. Я выхватываю Маркиза, даю ему с собой «Завтрак туриста» и назад, к хозяевам. Ну, думаю, не захотела кота из хорошей семьи, будет – кого найдем. А тут, видя страдания, и соседи подключились, активная группа, тоже кота ищут, у всех расспрашивают. Так нашли еще одного – у соседей, у бабушек живет котик. Прихожу к ним, говорю – Дайте вашего котика. Бабушки – «Вот еще, не дадим, мы хотим сами посмотреть, как наш Васенька любить будет». А бабушки старенькие, одна почти парализована, лежит – не встает. А Васенька для них – свет в окошке, самый любимый. Я принесла к ним Читу, только выпустила, она в кота этого как вцепилась, клубком закатились под кровать, где бабка больная лежала и давай там драться. Я – туда, под кровать, тащу кота за ногу, а Чита в кота вцепилась так, что за котом тащится, и орут оба. Я не вру – парализованная бабушка поднялась на кровати – нашего Васеньку убивают. Хватаю Читу и домой. Ну, раз не захотела ни бабушкиного котика, ни из хорошей семьи, то принесу кота с помойки. Тут прибегают дети – «Тетя Ира, в соседнем дворе в подворотне лежит огромный котище, такой как Вы хотели». У меня в холодильнике лежала консервированная ветчина, беру с собой большой кусок и с сыном в соседний двор. Там в подвальном окне торчит огромная морда и дремлет. Мы ветчину ему под нос – он вперед, еще раз – он еще вперед. Потом всего его вытащили и домой. Пока несли, чтобы кот не царапался и не вырывался, я ему ветчину скармливала, он медленно, с удовольствием, чавкая, ел. Заносим его в прихожую, и только тут я поняла, кого мы принесли. Такого монстра в своей жизни я никогда не видела. С хвостом он занял всю прихожую полностью. Кот дожевал ветчину, увидел мою Читу, а она стоит прогнувшись, вся злобная, шипеть начала, кот на нее посмотрел, принюхался, сгреб и повязал за минуту.

Чита родила 4 мальчиков, крупных котят, голых не среди них не было, все были браши. Куда девать потом котят, никто брать не хочет, никому не нужны. Оставила одного, самого крепенького. А он возьми, да и раздеваться начал. Кто бы мог подумать! Все же еще оставались в душе какие-то сомнения – вдруг с Читой была случайность. Мы же кота искали, чтобы кошка не орала и никаких таких планов не строили. В 2 месяца наш первый котенок разделся до хорошего велюра. Сейчас, вспоминая, когда уже есть с кем сравнить, котик этот имел тип Витязя Миф, но был еще мощнее, крупнее, яркий полосатый. А тот монстр, его отец, был дикого окраса.

Котенок растет, а у меня проблема – куда деть, кому отдать, брать никто не хочет, да еще по виду странного – без шерсти. Однажды даже сказали, что у меня не все дома – вожусь с такими кошками. И тут случай, ситуация – сажусь в машину, наняли частника, а там мальчик плачет, кот погиб, не знают, где котика найти, чтоб ребенка успокоить. Я говорю – не плачь, сейчас доедем, я вам котика вынесу. Взяли котенка, поблагодарили и уехали. Никаких координат не осталось.

К следующей вязке Читы я подготовилась, нашла соседа, у которого жил кот Дима. Кот этот был дымного окраса, голубой, тебированный, без белого. (У Василия, с которым вязали Варвару была белая манишка, это от него пошли белые отметины, ген пегости, медальон). Чтобы представить как выглядел Дима, выйдите на улицу, на помойку, там 100 «дим» сидит.

Ганнибал Миф и Аксиния

Я делала подряд 3 вязки с этим Димой. В первом помете от него я оставила 2 котиков. Это были Ганнибал и Мартын. Как появилось такое странное имя – Ганнибал? Когда придумывали кличку, мы рассуждали так – окрас у котенка черный, значит, негр, а раз негр – арап, арап Петра Великого, по имени Ганнибал, значит, и у нас будет Ганнибал, дома зовем Ганя*. Кошек, конечно же, уже не вяжет года 3–4, выглядит бодро, все зубы на месте, белые, крепкие. Его брат Мартын, окрас тэбби, был немного крупнее Ганнибала, во взрослом возрасте мы измерили обоих, оказалось длина Ганнибала 53 см от кончика носа до основания хвоста, а у Мартына 54 см. Мартын до конца не разделся, в отличие от Ганнибала.

Так вот, Мартына мы повязали с кошкой ЕКШ, обычной тэбби, родились 3 котенка, оставили самого крупного, и опять к 3–4 месяцам он стал полностью велюровый.

Вторая вязка Читы и Димы дала прекрасных котят, которые очень быстро теряли остатки шерсти. Значит, это происходит с каждым пометом! С этого помета я стала давать клички котятам уже по буквам алфавита и добавлять к имени приставку Миф. Ганнибал и Афиноген тоже ее получили, а вот Читу я решила оставить просто Читой, без приставки. Говоря сегодняшним языком, Чита – разведения Елены Ковалевой, а не моего, посчитала, будет некрасиво, если приставку свою дать. А двое родившихся котят получили клички Антон Миф и Афиноген Миф. Котята подрастали, и настал момент расставания – кто-то должен был ехать жить в Ленинград. Пришлось выбирать – из них двоих лучшим был Антошка, он был покрупнее и был более раздет на тот момент, Афонька был полохматей и помельче. Антона я решила оставить себе, значит, Афоня пускай едет в Ленинград. Так Афиноген Миф через моих ростовских знакомых попал к Татьяне Комаровой.

Но Антон недолго оставался у меня, ко мне домой, к моим кошкам приехала Ирина Кацер, мы посмотрели на всех бесшерстных кошек, живущих на тот момент в Ростове, я подробно рассказала, как все начиналось. Я видела, как Ирина Кацер смотрела на кошек, было видно, что ей все это очень интересно. От нее я тоже получила много информации. Она была уже опытный специалист по кошкам. Ирина Кацер увезла Антона Миф. В итоге оба брата попали в Ленинград. И сразу из Ленинграда Ирина с Антоном отправились в Будапешт на выставку кошек, где Антошка получил восторженные отзывы.

Бася Миф и Антон Миф

Примерно в это же время я прочитала книгу про Аскания Нова. Там когда-то разводили лошадей Пржевальского, немцы в войну угнали весь табун, а сотрудникам питомника огромными усилиями удалось спасти одного-единственного жеребца. Поскольку остальных лошадей этой породы нет, их не вернуть, встал вопрос, как из одного жеребца восстановить поголовье. И в книге подробно описывалось как это сделали: подбирали здоровых, похожих на оставшегося жеребца кобыл, спаривали, а детей опять возвращали на отца. Я прочитала все это и задумалась, у меня есть Чита, ее сын Ганнибал, оба раздевшиеся в разной степени. А почему нет? Почему не попробовать? Спросить не у кого, так без чьих либо советов и помощи, а из меня тогда – какой фелинолог, я сделала вязку матери и сына, Читы и Ганнибала. Сделала тоже самое, что описано в книге, т. е. инбридинг. И тогда, по аналогии с книгой получается, что именно так должна появиться новая порода, с новыми признаками. Чтобы немного представить то время, когда это все происходило, слова «инбридинг», «фелинолог», «вязка» мало кто знал и слышал.

17 февраля 1993 Чита родила помет. И снова – в помете один голорожденный котенок. Теперь кот! Первый голорожденный кот! Это была удача. Я чувствовала, что приблизилась к чему-то важному, для меня пока непонятному, может быть, какой-то тайне, связанной с моими кошками. Я очень волновалась. И котята, которые с возрастом теряют шерсть, и появление голорожденных котят, и поведение этих кошек, их взгляд, выразительные глаза, лапки, похожие на пальцы, отношение к людям – это все абсолютно не подходит к обычным, привычным нам всем кошкам.

Этот помет получился очень удачным. Голорожденного кота назвали Виконт Миф. Он вырос в большого красивого кота, прожил долго, в прекрасной семье, у нас в Ростове. Виконт безумно дружил с догом, они были «не разлей вода», и ели, и спали только вместе. Но вдруг дог умер, и Виконт лег на его подстилку, пролежал там 3 дня, не ел, не пил, и умер без всяких видимых причин. Ему было 10 лет, и все 10 лет они прожили вместе. Виконт оставил великолепное потомство.

В этом же помете, вместе с Виконтом родились Витязь и Виолетта. Витязь Миф – кот с прекрасным типом, мощный, очень быстро раздевшийся. Он первым из моих попал в Москву, живет у Натальи Ибрагимовой. Витязь и Ганнибал были первыми дончаками, принявшими участие на выставке кошек в Москве. Знаю, что у Витязя многочисленное и прекрасное потомство, которое живет не только в Москве.

Виолетта Миф – красавица, моя любимица. Очень похожа на свою мать – Читу. Тоже дала большое и красивое потомство.

По мере того как порода донской сфинкс развивалась и утверждалась с животными было легко, а вот с людьми было безумно трудно. С 1990 года я начала писать письма всем, кому, как мне казалось, могли быть интересны мои кошки. В газеты, журналы, авторам статей о животных, на телевидение, радио, каким-то специалистам по кошкам.

Продолжала писать и в 1991, 1992, 1993… Некоторые эти специалисты сейчас всем известны, а тогда они или отмахивались от меня, или отвечали, что занимаются породистыми кошками, а не…

В 1993 году мне удалось попасть на местное телевидение, на передачу «День Дона». Главный редактор Сергей Слепцов приехал ко мне домой, привезли огромную телекамеру, софиты, кабели. Мне сказали, что снимать будут только кошек, а я – за кадром. Передача вышла по местному телевидению, ничего не вырезали, и я там, с кошками, во всей красе. А на следующее утро, передачу повторили, но уже в программе «Утро» на 1 канале на всю страну. Можете удивляться, но не было ни одного отклика, ни од-но-го. Уже потом, через несколько лет, общаясь с кошатниками, узнаю, меня тогда смотрели, слышали о передаче, но не поверили, подумали – очередная брехня, такого просто не бывает, да еще в Ростове.

В том же 1993 году я узнала, что в Ростове-на-Дону при собачьем клубе открылась секция породистых кошек. Я туда пришла, показала фото Читы, спросила: Мы, вот такие, вас интересуем? Ответили: Да, и даже очень интересуете! Вступайте в клуб.

Я начала свой рассказ с Варвары и ее хозяйки Елены Ковалевой, о них же и закончу. В последние годы жизни Елены, из-за ее болезни, нам удавалось общаться все реже. И даже про несчастье, случившее с Леной, я узнала с опозданием. Известно, что Варвара попала в новый дом, прожила там недолго. Ей было около 10 лет.

И. В. Немыкина с Читой

Я рассказала только о самом начале. И очень многого не коснулась. Я рассказала только о первых, самых первых кошках, с которыми мы вместе начали этот трудный путь, о каждом и о каждой из них можно написать отдельную интересную историю, трудно было не потерять никого в самом начале пути, не бросить их, помочь им развиться и родить своих деток. Я очень благодарна судьбе, что свела меня с Еленой Ковалевой, я очень благодарна нашим кошкам Варваре, Чите, всем их детям.

Я надеюсь, что небылицы, просто неточности, и даже фальсификации в истории появления породы Донской сфинкс исчезнут после моего рассказа. Это и появление Варвары в результате чернобыльской трагедии, и то, что она была найдена где-то на помойке, что Чита появилась на свет голорожденной, не говоря уж о Варваре, это и использование в разведении дончаков из других питомников, по возрасту ровесников Читы и Ганнибала, а также и небылицы о животных из моего питомника Миф, будто бы несущих колорный ген.

Я рада, что порода нашла своих поклонников, породой интересуются. Я очень рада, что появилось много энтузиастов, появилось много питомников. Значит, не зря все было. Значит, порода состоялась.

*На момент написания статьи Ганнибал был жив. Умер в 2007 г.

Статья была написана И. Немыкиной для сайта питомника «Радость моя». Размещена на нашем сайте с разрешения автора. Использованы фотографии, размещенные в блоге И. Немыкиной на форуме «Sphynx Portal».

Питомник Донских сфинксов МИФ г. Ростов-на-Дону
тел. (8632) 20–14–19
Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

Источник