Повышенный процент и навязанные услуги: семь дел клиентов против банков
Фабрика мороженого «Престиж» оформила кредит в ПАО «ВТБ24» на 15 млн руб. По условиям договора ставка составила 12,7 % годовых. Спустя 7 месяцев банк уведомил о повышении процента по кредиту до 19% годовых: в приложении к соглашению есть особые условия, которые позволяют изменять процентную ставку в одностороннем порядке. Если фабрика этот документ подписала, значит, она согласилась со всеми его условиями.
Но заемщик успешно оспорил изменение. По мнению суда, банк должен был обосновать, почему поднял ставку. Суд решил, что причин для этого у «ВТБ24» не было. Решение устояло в апелляции и кассации (дело № А56-25803/2015)
Одностороннее изменение условий кредитования было и остается одним из самых частых причин споров с банками, считает Ольга Туренко, адвокат АК Бородин и Партнеры Бородин и Партнеры Федеральный рейтинг. группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Уголовное право ×
Как правило, договор дает банку право изменять условия кредитования. Но если не указано, когда в каких случаях это возможно, то это нарушение ч. 1 ст. 29 закона о банках. Тогда положение об изменении процента неправомерно.
Ольга Туренко, адвокат АК Бородин и Партнеры Бородин и Партнеры Федеральный рейтинг. группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Уголовное право ×
Если такие случаи в соглашении предусмотрены, то банку придется доказать в суде, почему при этих основаниях возможно изменить условия кредита, отмечает Туренко.
Часто встречаются споры из-за навязанных страховок. По делу № 2-7801/2019 «Уралсиб» одобрил Ивану Учаеву* кредит по пониженной ставке на условии, что он застрахует свою жизнь и здоровье. Мужчина согласился и заключил договор страхования в СК «Уралсиб Страхование». А через неделю решил «перестраховаться» и оформил полис в другой компании.
В ответ банк повысил процент по займу с пониженных 11,9% до обычных 17,9%. Поскольку по документам оба соглашения нужно заключать одновременно, в один день. Второй договор страхования Учаев подписал спустя неделю, то есть нарушил условия соглашения. Клиент обратился в суд и поначалу проигрывал.
Но Верховный суд акты нижестоящих инстанций отменил и направил дело на пересмотр (пока не рассмотрено). Коллегия указала: суды не учли, насколько реально исполнить условие об одновременном заключении договоров, и не оценили его законность. ВС указал, что согласно ч. 12 ст. 7 закона о потребительском кредите («Заключение договора потребительского кредита»), если клиент не предоставит договор страхования в течение 30 дней, банк может потребовать досрочно погасить заем, но никак не повышать процент по кредиту (дело № 49-КГ20-18-К6).
О страховке спорят и тогда, когда клиент погасил кредит досрочно. Так произошло с Ольгой Ромашкиной*. Она погасила автокредит в «Плюс Банке» за год вместо пяти лет и потребовала от «Росгосстрах-Жизнь» вернуть ей пропорциональную часть премии в размере 128 000 руб. Компания отказалась, суды с этим согласились. Поскольку договор страхования истица заключила добровольно, стороны согласовали условия, а сам факт погашения кредита не является основанием для возврата страховой премии. Другого мнения оказался Верховный суд. Он указал: заемщик вправе требовать возврата части страховой премии (если погасил кредит раньше времени), но при условии, что выплата по страховке зависит от остатка долга по кредиту (дело № 78-КГ18-18).
В 2007 году Кристина Казанкина* оформила в «УРСА Банке» кредитную карту и пользовалась, но долг не гасила. К 2014 году долг вырос до 865 000 руб., а права требования перешли к коллекторскому агентству ООО «Бастион». Согласия Казанкиной на такую сделку не спрашивали.
Две инстанции нарушений закона не нашли и иск удовлетворили. Суды решили, что согласия Казанкиной на заключение договоров цессии не требовалось, поскольку личность кредитора не имела для нее значения. Апелляция обратила внимание еще и на то, что в кредитном договоре не было запрета на передачу прав на долг третьим лицам.
Верховный суд с нижестоящими инстанциями не согласился. Он напомнил, что специальные положения закона о защите прав потребителей не позволяют банку уступать долги компаниям без специальной лицензии, а ее у «Бастиона» не было. ВС отметил, что на передачу долга договор и не нужен (о нем говорила апелляция). Наоборот, стороны могут согласовать возможность передачи прав требования по долгу, в том числе и коллекторам. Так как такого пункта в соглашении между Казанкиной и банком не было, ВС направил дело на новое рассмотрение в апелляцию. При повторном рассмотрении Новосибирский областной суд решение райсуда отменил, в удовлетворении иска отказал (дело № 67-КГ19-2).
Кудрявцев полагает, что кредитные организации выполняют условие, на которое указал ВС: включают в договор пункт о возможности уступки прав требований. Заемщик может попросить исключить этот пункт, но банк – сильная сторона и вряд ли на это пойдет.
Индивидуальный предприниматель Данил Ульянов открыл счет в Промсвязьбанке, на следующий день на него поступило около 120 млн руб. Банк сразу запросил у ИП сведения и документы о переведенных средствах, согласно антиотмывочному закону (№ 115-ФЗ).
Ульянов отчитался, но банк решил, что недостаточно, и ввел ограничения по операциям банковского счета. ИП попросил закрыть счет и перевести деньги в другой банк. Промсвязьбанк так и сделал, но взыскал «заградительную комиссию» в 10% от остатка средств. То есть почти 12 млн руб. Предприниматель с этим не согласился и через суд потребовал вернуть деньги как неосновательное обогащение. Первая инстанция ему отказала. 9-й ААС снизил размер комиссии до 1%, а почти 11 млн руб. указал вернуть клиенту. С этим согласилась и кассация, а ВС не стал передавать кассационную жалобу банка для рассмотрения экономколлегии (дело № А40-195846/2018).
В 2017 году АО «ТАЛК» открыло кредитную линию с лимитом в 40 млн руб. в Стройлесбанке. А он удержал комиссию за открытие кредитной линии, которая согласно договору составила 390 000 руб.
Так как около 90% акций «Талка» находятся в собственности Тюменской области, в интересах региона в суд обратился прокурор области (согласно ст. 52 АПК «Участие в деле прокурора»). Он просил АС Тюменской области признать недействительным пункт договора о дополнительной комиссии и обязать банк вернуть ее. Надзорное ведомство указало, что банк фактически взыскал допкомиссию за свои договорные обязательства. Убедить первую инстанцию прокурор не смог: суд решил, что пункт нужен для компенсации возможных финансовых потерь банка. Апелляция встала на сторону истца: условие незаконное, поскольку не подразумевает оплату каких-либо дополнительных услуг. Это решение «засилил» суд округа (дело № А70-11653/2018).
По мнению судов, банки должны доказывать, что понесли издержки в связи с открытием кредитной линии.
Заемщику, чтобы оспорить комиссию за стандартную услугу банка, нужно обращать внимание, что банк не понес дополнительных затрат, заключает Рубанов.
Практика судов с банками
Обзор судебной практики по спорным вопросам при рассмотрении судами дел по кредитному договору
Перед изучением Обзора рекомендуем предварительно ознакомиться с его оглавлением.
I. Основные положения о кредитном договоре
В соответствии с п.1 ст.819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.
Основные положения о кредитном договоре установлены в § 2 «Кредит» главы 42 ГК РФ. При этом к отношениям по кредитному договору применяются и правила о договоре займа, установленные § 1 гл.42 ГК РФ, если иное не предусмотрено правилами § 2 и не вытекает из существа кредитного договора.
Исходя из положений ст.819 ГК РФ к существенным условиям кредитного договора относятся условия о сумме кредита, сроке и порядке его предоставления заемщику, размере процентов за пользование кредитом, сроке и порядке уплаты процентов по кредиту и возврата суммы кредита. Между тем само по себе отсутствие согласования сторон по какому-либо существенному условию кредитного договора не влечет безусловного признания договора незаключенным или недействительным, так как к соответствующим отношениям сторон могут быть применены общие положения ГК РФ о гражданско-правовых договорах и обязательствах (см. п.12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре»).
Сразу отметим, что кредитные договоры, в отличие от договора займа, реже признаются незаключенным или недействительным, особенно если заемщиком является юридическое лицо или предприниматель, так как отношения между ними и кредитором довольно-таки подробно регулируются законодательством и закладываются по особым правилам. В основном договоры признаются недействительными при причинении заключенным договором существенного ущерба кредиторам заемщика, отсутствии экономической целесообразности в заключении договора, убыточности договора (при этом банк осведомлен о природе сделки). Чаще договор признается незаключенным, когда заемщиком выступает физическое лицо, в основном по мотивам совершения мошеннических действий сотрудниками банка или неустановленными лицами.
Гораздо чаще кредитный договор признается недействительным в части установления комиссии банками, в том числе когда заемщиком выступает юридическое лицо. Как правило, если комиссия взимается за услугу, которая не является самостоятельной и не несет для заемщика дополнительной выгоды (блага), то соответствующее положение кредитного договора признается недействительным.
Например, незаконной может быть признана комиссия за рассмотрение кредитной заявки или за выдачу единовременного кредита, поскольку рассмотрение заявки и выдача кредита являются неотъемлемой частью услуги банка по кредитованию. В то же время комиссия за открытие кредитной линии может быть признана законной, т.к. банк несет убытки в связи с необходимостью создавать соответствующий резерв под нужды заемщика. Отдельно коснемся комиссии за досрочное погашение кредита: в судебной практике распространена позиция о законности такой комиссии в отношении юридических лиц и предпринимателей, поскольку досрочное погашение влечет за собой возникновение дополнительной выгоды на стороне заемщика.
Если кредитным договором предусмотрено периодическое взимание комиссии, например, за ведение ссудного счета (ежемесячно или ежеквартально), то суды воспринимают такое условие договора как притворное, а комиссию расценивают как часть платы за кредит.
Отметим, что помимо непосредственно предоставления оригинала кредитного договора кредитор может предоставить иные письменные доказательства в случае утраты кредитного договора, которые бы свидетельствовали о том, что такой договор заключался. Но анализ судебной практики показывает, что это малоэффективная мера, поскольку суды критически относятся к таким доказательствам, если нет реальных доказательств получения заемщиком денежных средств от банка в качестве кредита.
Неисполнение заемщиком своих обязанностей по договору кредита может послужить основанием для досрочного расторжения договора, при этом попытки заемщиков оспорить соответствующие положения договора пресекаются судами, если в договоре оговорены условия, при которых кредитор имеет право требовать досрочного расторжения. Как правило, таким условием является просрочка платежей по кредиту, нарушение условия о целевом использовании кредитных средств. В таких случаях досрочное расторжение договора расценивается как мера защиты интересов кредитора от действий недобросовестного заемщика. При этом досрочное расторжение договора не влечет за собой прекращение обязательств заемщика по возврату суммы основного долга по кредиту, уплаты процентов и неустойки. Даже после расторжения кредитного договора кредитор имеет право требовать уплаты просроченной задолженности, а также процентов на просроченную задолженность.
При ненадлежащем исполнении заемщиком своих обязательств по кредитному договору кредитор имеет право требовать взыскания задолженности по кредиту, уплаты процентов, пени в судебном порядке. Причем основанием для обращения в суд может являться и нарушение порядка уплаты процентов. С недобросовестного заемщика, как правило, взыскивается задолженность, проценты, неустойка (если предусмотрено договором или законом), а также может быть обращено взыскание на заложенное имущество. Кредитор может разделить свои требования по времени относительно уплаты основного долга и процентов, потому обращение в суд о взыскании процентов на сумму кредита после ранее рассмотренного дела о взыскании основного долга является вполне законным.
Кредитным договором может быть предусмотрено условие о целевом использовании кредита, в этом случае на отношения сторон распространяются положения ст.814 ГК РФ о целевом займе, в т.ч. по обязанности заемщика предоставить кредитору возможность осуществлять контроль за использованием кредита. Нарушение этой обязанности может послужить основанием для досрочного расторжения кредитного договора.
Между тем само по себе нецелевое использование кредитных средств редко является самостоятельным основанием для расторжения кредитного договора (в отличие от договора займа), основной причиной является именно неисполнение заемщиком обязанности по возврату кредита, а нецелевое использование идет как дополнительное основание, да и то банки не всегда упоминают нецелевое использование в качестве аргумента для расторжения договора при наличии просрочек платежей со стороны заемщика. Нецелевое использование средств, выданных по договору об открытии кредитной линии, может послужить основанием для отказа в предоставлении очередного кредитного транша.
Кредитный договор является консенсуальным договором, т.е. вступает в силу с момента подписания (в отличие от договора займа, который реальный и вступает в силу с момента исполнения), поэтому обязательства возникают с момента заключения (подписания) договора не только у заемщика, но и у банка, в т.ч. в части выдачи заемщику кредита в порядке и сроки, установленные договором.
Между тем при неисполнении кредитором своих обязательств по выдаче кредита заемщик не может требовать в судебном порядке понуждения банка выдать кредит. Исходя из сложившейся судебной практики, заемщика ждет отказ в случае предъявления подобных требований. Не может требовать заемщик и уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами в случае приостановления выдачи кредита или задержки выдачи кредита, поскольку денежные средства не принадлежат ему, а банк не утрачивает статуса кредитора при задержке выдачи кредита. Однако заемщик вправе требовать уплаты неустойки, если она предусмотрена договором или законом, а также возмещения убытков, причиненных задержкой, приостановлением или отказом от выдачи очередного транша.
В настоящем обзоре приводится судебная практика по следующим разделам:
— Споры о признании договора недействительным;
— Споры о признании договора незаключенным;
— Споры по взиманию банком комиссий;
— Споры по расторжению кредитного договора;
— Споры при непредоставлении кредита в срок, указанный в договоре;
— Споры при нарушении обязанности по возврату суммы кредита;
— Споры при нарушении обязанности по уплате процентов;
— Споры при нарушении условий о целевом использовании кредита.
В качестве дополнительного источника по теме обзора рекомендуется изучить:
— «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2015)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2015) в части установления банком комиссии за ведение ссудного счета;
— «Обзор судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22.05.2013)
II. Выводы судов по спорным вопросам при рассмотрении судами дел по кредитному договору
Споры о признании кредитного договора недействительным
Кредитный договор может быть признан недействительным при установлении экономической нецелесообразности заключения договора, условия договора ущемляют права и интересы сторон договора, третьих лиц, противоречат (не соответствуют), требования закона; не одобрены стороной договора и др.
1. Кредитный договор признан недействительным полностью или в части.
1.1. Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.04.2015 N Ф07-1703/2015 по делу N А56-38600/2013
О признании недействительными кредитного договора и договора цессии.
Апелляционный суд пришел к выводу о взаимосвязанности оспариваемых сделок, заключенных с целью причинения вреда как должнику, так и его кредиторам, без фактического встречного предоставления от Банка и при наличии признаков злоупотребления с его стороны. Суд апелляционной инстанции, руководствуясь п.1 ст.170 ГК РФ, также усмотрел наличие оснований для признания сделок ничтожными, поскольку установил, что при заключении сделок стороны не намеревались их исполнять и сделки были направлены на получение Банком ничем не обеспеченных имущественных преференций в отношении Общества в преддверии его банкротства.
Сделки заключены в один день, кредитный договор содержит условие о цели кредитования: это оплата по договору цессии. В результате заключения оспариваемого кредитного договора денежные средства, перечисленные Банком Обществу, фактически не находились в его распоряжении, поскольку были в тот же момент списаны Банком со счета Общества в целях уплаты вознаграждения Банку за право требования, переданное по договору цессии.
Суд кассационной инстанции не согласился с апелляционным судом в части квалификации сделок в качестве притворных, но так как в целом апелляционная коллегия верно установила обстоятельства дела, суд округа не нашел оснований для отмены апелляционного определения.
Признать недействительными договор о предоставлении кредитной линии, договор ипотеки.
Суд пришел к выводу о том, что договоры предоставления кредитной линии, залога, ипотеки не имеют разумной деловой цели и экономического интереса и являются для должника убыточными. При условии накапливающейся задолженности совершение указанных сделок, формально соответствующих требованиям законодательства РФ, свидетельствует о направленности сделок на увеличение кредиторской задолженности в нарушение интересов добросовестных кредиторов, которые имелись на момент заключения договоров. Таким образом, совершение указанных сделок свидетельствует о злоупотреблении банком и должником своими правами на заключение договоров, нарушении статьи 10 ГК РФ, что влечет ничтожность указанных сделок в силу статьи 168 ГК РФ.
Основным результатом оспариваемых сделок явилось существенное улучшение условий погашения исходной задолженности должника перед банком преимущественно перед иными кредиторами должника по мировому соглашению. При этом банк имел возможность изучить бухгалтерскую документацию должника и быть осведомленным, что заключение с должником оспариваемых договоров является невыгодным для последнего, а также об ущемлении прав других кредиторов.
О признании недействительным договора возобновляемого краткосрочного кредита.
Суды пришли к выводу, что заемщик не одобрял оформление и получение кредита, поскольку договор и все последующие документы подписаны иным лицом, подпись предпринимателя сфальсифицирована; довод Банка о том, что ответчик в сложившейся хозяйственной ситуации не мог осуществлять предпринимательскую деятельность без полученного кредита, суд отклонил, поскольку свои обязательства ответчик по ранее полученному кредиту до 2008 года исполнил, после не имел отношения к операциям по кредиту. Аргумент заявителя кассационной жалобы о признании предпринимателем всех действий по расчетному счету в Банке после получения в ноябре 2010 года выписки по счету и его закрытия признан несостоятельным, т.к. само по себе закрытие расчетного счета не свидетельствует о подтверждении клиентом всех совершенных по нему операций и не является доказательством заключения кредитного договора, а лишь свидетельствует о намерении лица прекратить в будущем отношения с Банком, связанные с данным счетом.
2. Отказано в признании кредитного договора недействительным.
Признать недействительными кредитные договора.
В удовлетворении требований отказано.
Стороны заключили кредитные договоры, условиями которых предусмотрено право банка потребовать досрочного возврата сумм кредита в установленных договорами случаях. Полагая, что такие условия ущемляют права заемщика, дают банку неограниченное право самовольно изменять условия кредитования, заемщик обратился в суд с вышеуказанными требованиями. Суд отклонил такие доводы, поскольку право требовать досрочного возврата суммы кредита является мерой защиты банка от недобросовестного поведения заемщика при невозврате кредита; банк не обладает безусловным правом требовать досрочного возврата кредита по своему усмотрению, а только в установленных договором случаях. Нарушений требований закона при включении таких условий в текст договора не установлено.
Признать недействительными кредитные договора.
В удовлетворении требований отказано.
Суд сделал вывод о том, что оспариваемая сделка не отвечает признакам, предусмотренным положениями ст.179 ГК РФ, и отверг довод истца о кабальности сделки. Истец не доказал, что волеизъявление заемщика при подписании кредитных договоров не соответствовало его намерениям и кредитор (банк) воспользовался тяжелой ситуацией, в которой якобы находился заемщик. Из материалов дела видно, что спорные договоры были подписаны сторонами без разногласий.
2.3. Апелляционное определение Красноярского краевого суда от 15.09.2014 по делу N 33-8924/2014