Наказать примерно
Сегодня «Российская газета» публикует два постановления пленума Верховного суда, которые юристы уже назвали прорывными. По сути у нас закрепляются элементы прецедентного права.
Документы разъясняют тонкости рассмотрения дел в апелляционных и кассационных инстанциях. В постановлении, касающемся кассационных судов, дано четкое указание: проверять выводы первой и апелляционной инстанции на предмет соответствия правовым позициям Верховного суда России. Если нижестоящие инстанции рассудили как-то по-своему, вынесенные решения надо отменить.
Иногда на практике, действительно, возникают спорные вопросы и поначалу единого подхода нет. Например, в одном из регионов налоговая инспекция стала требовать с граждан так называемые налоги с покупок. Допустим, купил фермер дорогой автомобиль. А налоговая выставила счет: мол, мы не видели, как вы заработали эти деньги, но раз откуда-то они у вас появились, вы должны заплатить с них налог. Машина стоила миллион? Прекрасно, говорила налоговая, вы должны заплатить в казну 130 тысяч рублей. Все честно.
Некоторые суды соглашались с такой логикой, некоторые нет. Все ждали, когда первое такое дело дойдет до Верховного суда России.
Высокая инстанция четко сказала: нет, такой налог незаконен. Права граждан были защищены отныне и впредь. Как только Верховный суд высказался и отменил «налог с покупки» по конкретному делу, все остальные подобные дела решились сами собой. Где налоговая сняла сама претензии, где суды отклонили ее требования. Само же прецедентное решение было включено в обзор судебной практики Верховного суда России. Если у кого-то возникнут проблемы, можно будет сослаться на этот документ. Но проблемы не возникнут, налоговая инспеция действуют законопослушно: раз нельзя, так не делается. Именно так все и работает. Однако, как рассказывает адвокат Вячеслав Голенев, на практике иногда суды делают вид, что не замечают правовых позиций высокой инстанции.
Так что суды общей юрисдикции тоже не вправе игнорировать правовые позиции Верховного суда страны.
По словам адвоката, Верховный суд России не раз высказывал позицию, что в таких делах применяться должна гуманная формула. Но некоторые арбитражные суды продолжают выносить решения, противоречащие правовым подходам высокой инстанции. Теперь же они будут обязаны принять во внимание обзор судебной практики Верховного суда России и определения по конкретным делам. И объяснить, почему они не подходят в данном случае, если, по мнению суда, случай совершенно иной.
Прецедентное право берет свое начало в Британии и лежит в основе судебных систем многих бывших колоний британской империи. В США во время судебных процессов разворачиваются настоящие баталии между защитниками и обвинителями, каждая сторона приводит свои примеры того, как поступали во время рассмотрения схожих дел. Дело в том, что еще в колониальный период судьи использовали английские сборники судебных отчетов, чтобы вынести вердикт по тому или иному спору, учитывая при этом и местные обычаи. Примечательно, что нижестоящие суды должны следовать решениям вышестоящих (вплоть до Верховного), однако могут и не руководствоваться ранее вынесенным вердиктом, создав новый прецедент. Сложность системы заключается еще в том, что в каждом американском штате действует своя правовая система со своими прецедентами.
Во Франции на практике все более значимую роль играют прецеденты, и этому есть вполне логичное объяснение. Дело в том, что при толковании законов то и дело возникают пробелы, а обязанность заполнять их на основе имеющихся прецедентов закреплена за Кассационным судом, что обозначено в статье 4 Гражданского кодекса Франции. Причем решения по этим вопросам публикуются в особых сборниках, что позволяет судьям знакомиться с новыми прецедентами, и применять их в схожих случаях. Более того, судебные прецеденты широко используются в административной юстиции, где высшей судебной инстанцией является Государственный совет. Именно отталкиваясь от прецедентов, он выносит многие свои вердикты. Тем не менее строгой обязанности нижестоящих судебных инстанций равняться на прецедентные решения вышестоящих во Франции нет.
К вопросу о дисциплинарной ответственности судей за нарушение единообразия судебной практики
Вернуться к опубликованному 14.02.2020 года на портале закон.ру очень интересному и содержательному интервью Александра Верещагина с Артемом Карапетовым и Юлием Таем относительно формального и фактического статуса правовых позиций Верховного Суда РФ, их прецедентного или квазипрецедентного значения в контексте единообразия судебной практики, меня подстегнуло высказанное спустя два месяца в юридической прессе предложение о введении дисциплинарной ответственности судьи за нарушение такого единообразия, весьма вероятно в качестве альтернативного варианта тщетных надежд на процессуальную революцию.
В апрельской статье «Дисциплинарная ответственность судьи за нарушение единства судебной практики»[1] аналитик Института экономических стратегий Отделения общественных наук РАН, эксперт НИИ Корпоративного и проектного управления С.И. Луценко предлагает закрепить механизм дисциплинарной ответственности судьи за нарушение единства судебной практики.
Свое предложение С.И. Луценко основывает на следующем тезисе:
«В основу любого судебного акта должно быть положено требование единообразия правоприменительной практики – в противном случае девальвируется сущность такого института, как суд. Суды обязаны мотивировать свои решения с применением устоявшейся судебной практики, отражающей принцип, связанный с надлежащим отправлением правосудия».
Безотносительно споров о том, является ли судебная практика «в форме выражаемых высшими судебными инстанциями правовых позиций в качестве источника российского права»[2] или нет, необходимо признать, что до настоящего времени норма, которая бы прямо закрепляла обязательность разъяснений Верховного Суда для судов нижестоящих инстанций, отсутствует.
Так, обязательность разъяснений судебной практики Верховного Суда РФ закреплена только самим Верховным Судом, но не законодателем, который последовательно и аккуратно избегает темы общеобязательности разъяснений судебной практики, а тем более придания им силы нормативно-правового акта, хотя некоторые юристы признают, что все предпосылки для этого сложились.
В п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 (ред. от 23.06.2015) «О судебном решении» указано, что «суду также следует (лишь) учитывать постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, принятые на основании статьи 126 Конституции Российской Федерации и содержащие разъяснения вопросов, возникших в судебной практике при применении норм материального или процессуального права, подлежащих применению в данном деле».
Действительно, на судей возложена обязанность систематически изучать правоприменительную практику, в том числе Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Европейского Суда по правам человека (статья 5 Кодекс судейской этики» (утв. VIII Всероссийским съездом судей 19.12.2012) (ред. от 08.12.2016).
Добросовестное исполнение этой обязанности само по себе не порождает неизбежность ссылок суда в итоговом акте по делу на результаты обобщения судебной практики, доводимые в различных формах до нижестоящих судов Верховным Судом РФ.
Так, и в процессуальных кодексах закреплено, что в мотивировочной части решения суда (лишь) могут содержаться ссылки на постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам судебной практики, постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации, а также на обзоры судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденные Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (ст. 198 ГПК РФ, ст. 170 АПК РФ).
Иными словами, вопреки утверждению С.И.Луценко о том, что «суды обязаны мотивировать свои решения с применением устоявшейся судебной практики, отражающей принцип, связанный с надлежащим отправлением правосудия», такая обязанность у судов в настоящее время отсутствует. Указание или не указание на разъяснение Верховного Суда РФ в решении зависит от полного усмотрения самого суда.
Обходит эту тему и Кодекс судейской этики.
Можно было бы согласиться с тем, что на законодательном уровне, в том числе и в Конституции, назрела необходимость закрепить обязательность разъяснений Верховного Суда для нижестоящих судов по вопросам судебной практики, что если и не закрепит за разъяснениями Верховного Суда статус источника права, но позволит установить обязательность поддержания единообразия правоприменительной практики, в том числе как обязанность судов следовать разъяснения Верховного Суда, так и ссылаться на них в своих решениях.
Таким образом, поставленный С.И.Луценко вопрос об обязательности разъяснений Верховного Суда РФ бесспорно имеет важное значение, однако на данный момент также очевидно, что без системных изменений в законодательстве судьи не должны нести дисциплинарную ответственность за нарушение единства судебной практики.
Закон «О статусе судей в Российской Федерации» в статье 12.1 определяет, что дисциплинарным проступком судьи признается совершение виновного действия (виновного бездействия ) при исполнении служебных обязанностей либо во внеслужебное время, в результате которого были нарушены положения Закона о статусе судей и (или) кодекса судейской этики, утверждаемого Всероссийским съездом судей, что повлекло умаление авторитета судебной власти и причинение ущерба репутации судьи, в том числе вследствие грубого нарушения прав участников процесса.
При этом ни указанным законом, ни как указывалось Кодексом судейской этики обязанность следовать разъяснениям Верховного Суда РФ не предусмотрена, соответственно если судья будет правильно применять материальный и процессуальный закон, но не будет следовать разъяснениям Верховного Суда РФ, формально объективная сторона дисциплинарного проступка будет отсутствовать.
Также и в Пленуме Верховного Суда РФ от 14 апреля 2016 г. N 13 «О судебной практике применения законодательства, регулирующего вопросы дисциплинарной ответственности судей» указано, что судья не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности за сам факт принятия незаконного или необоснованного судебного акта в результате судебной ошибки, явившейся следствием неверной оценки доказательств по делу либо неправильного применения норм материального или процессуального права.
В Кодексе судейской этики может быть закреплена обязательность разъяснений Верховного Суда по вопросам судебной практики. Если это произойдет, формально разъяснения Верховного суда приобретут обязательность для членов судейского сообщества. Такой шаг если и будет полумерой, но окажет, как нам представляется, серьезное «мотивирующее» воздействие на суды.
В противном случае, хотя это и иллюзорно, необходимо на законодательном (конституционном) уровне, закрепить общеобязательность разъяснений Верховного Суда по вопросам судебной практики, что позволит обеспечить ее единообразное применение, соответственно и обязанность судов следовать разъяснениям высшей судебной инстанции и ссылаться на них в своих решениях.
А потому, без системных изменений на законодательном уровне судьи не должны нести дисциплинарную ответственность за нарушение единства судебной практики.
Однако, ряд теоретических вопросов возникает от одной только мысли о возможности законодательного закрепления дискуссионного предложения автора.
Во-первых, учитывая, что основание для признания поведения судьи подлежащим дисциплинарной ответственности возникает вне процесса, что характерно для дисциплинарного производства, а в совещательной комнате, в которой изготавливается итоговый судебный акт по (гражданскому) делу, можно ли вмешиваться или наказывать дисциплинарно судей пусть даже за ошибки, содержащиеся в тексте решения, не будет ли это вмешательством в деятельность суда по отправлению правосудия?
Любая ошибка судьи первой инстанции может быть исправлена вышестоящим судом, в этом смысле нет никакой разницы, проигнорировал ли суд первой инстанции требование о соблюдении единства практики, обосновав это серьезными аргументами или без такового либо суд не учел иное из длинного списка требований, которым в силу процессуального закона должно соответствовать судебное решение.
Представляется, что границы дисциплинарного производства должны очерчиваться внешними пределами совещательной комнаты, за исключением установленных законом явно выраженных нарушений, нивелирующих или подрывающих саму суть отправления правосудия, например, когда решение суда несет на себе признаки преступного или иного коррупционного деяния.
С неизбежностью возникает второй вопрос – о том, какое поведение судьи может привести к дисциплинарной ответственности в предложенном автором случае?
По мнению С.И. Луценко, речь идет «о привлечении судьи к дисциплинарной ответственности за осознанные и преднамеренные действия, направленные на явное нарушение закона, следствием которых и явилось вынесение незаконных судебных решений, нарушающих единообразие судебной практики».
Отсюда, как и из контекста статьи следует, что для привлечения к ответственности судья должен неоднократно «отличиться», одного неоправданно немотивированного решения недостаточно, даже по мнению самого С.И. Луценко.
Предлагаемая автором формула нарушения, влекущего ответственность, так называемая «объективная сторона состава дисциплинарного нарушения», оказывается уж очень схожей с нормой ст. 305 УК РФ «Вынесение судьей заведомо неправосудного решения» (примеров применения которой практически нет) и вряд ли потому уместна.
Кроме того, при удовлетворении текста судебного решения требованиям процессуального закона, вряд ли можно признать его неправосудным или немотивированным только потому, что в нем не нашлось место оценки позиции Верховного Суда по конкретной тематике.
Рассматривать же даже неоднократные нарушения требований об обеспечении единообразия судебной практики в качестве самостоятельного основания для дисциплинарного производства при таких обстоятельствах является преждевременным, а высказанные автором в статье предложения явно требуют серьезной проработки, ввиду чего вызывает удивление отмеченная им в самом начале статьи исключительная приязнь Генеральной Прокуратуры РФ, Минюста и даже Судебного департамента при Верховном Суде РФ к таким предложениям, отмеченная благодарностью каждого ведомства, как утверждается в примечании к статье. Последнее тем более удивительно, что Судебный департамент не занимается судопроизводственной деятельностью и к формированию судебной практике или привлечению судей к дисциплинарной ответственности отношения не имеет.
Что думаете, коллеги?
[1] Журнал «Современное право», № 4 2020
Принцип единства судебной практики гпк
Программа разработана совместно с АО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.
Обзор документа
ПОСТАНОВЛЕНИЕ Пленума Верховного Суда России от 11 декабря 2012 г. №31
1. Вступившие в законную силу решения судов первой инстанции, определения судов апелляционной инстанции, постановления и определения судов кассационной инстанции, постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации могут быть пересмотрены по вновь открывшимся или новым обстоятельствам судом, принявшим постановление.
Исходя из положений пункта 2 части 1 статьи 331 ГПК РФ определения названных судов, которыми дело не разрешается по существу, могут быть пересмотрены в случае, если они исключают возможность дальнейшего движения дела (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).
Суды апелляционной, кассационной инстанций, а также Президиум Верховного Суда Российской Федерации в соответствии со статьей 393 ГПК РФ вправе пересмотреть по указанным выше обстоятельствам вынесенные ими постановления в случае, когда этими постановлениями было изменено постановление суда нижестоящей инстанции либо вынесено новое постановление.
2. Правом на обращение в суд с заявлением, представлением о пересмотре в порядке главы 42 ГПК РФ вступивших в законную силу судебных постановлений обладают участвующие в деле лица, а также другие лица, если судебными постановлениями разрешен вопрос об их правах и обязанностях.
Поскольку в соответствии со статьей 44 ГПК РФ правопреемство допустимо на любой стадии гражданского судопроизводства, процессуальные правопреемники лиц, участвующих в деле, в установленных законом случаях также обладают правом на обращение с заявлениями о пересмотре судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.
Прокурор вправе обратиться в суд с представлением о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, если дело было возбуждено по заявлению прокурора, поданному в защиту прав и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований (часть 1 статьи 45, статья 394 ГПК РФ), либо если прокурор вступил в процесс для дачи заключения по делу в случаях, когда это предусмотрено ГПК РФ и иными федеральными законами (часть 3 статьи 45 ГПК РФ). При этом право на обращение прокурора с таким представлением не зависит от фактического участия прокурора в заседаниях судов соответствующих инстанций.
Прокурор также вправе обратиться в суд с заявлением о пересмотре судебных постановлений в порядке главы 42 ГПК РФ в интересах граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, не привлекавшихся судом к участию в деле, если судебными постановлениями разрешен вопрос о правах и обязанностях этих лиц, применительно к части 1 статьи 45 ГПК РФ (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).
3. Заявление, представление о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам должны содержать наименование суда, в который подается заявление, представление, наименование лица, обращающегося в суд, наименование участвовавших в деле лиц, а также указание на обстоятельства, которые могут повлечь пересмотр судебного постановления, и ссылку на доказательства, подтверждающие эти обстоятельства.
К заявлению, представлению, подаваемым в апелляционную, кассационную инстанцию или в Президиум Верховного Суда Российской Федерации, прилагаются заверенные соответствующим судом копии судебных постановлений, принятых по делу, применительно к части 5 статьи 378, части 4 статьи 391.3 ГПК РФ (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).
Заявление прокурора о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам в интересах лиц, не привлекавшихся судом к участию в деле, должно быть обосновано применительно к требованиям части 1 статьи 45 ГПК РФ (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).
Физические лица и организации при подаче в суд заявлений о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, а также частных жалоб на определения суда первой инстанции, вынесенные по результатам рассмотрения указанных жалоб, исходя из положений подпункта 7 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации и содержания части 1 статьи 392 ГПК РФ, предусматривающей возможность пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений не только по вновь открывшимся, но и по новым обстоятельствам, освобождены от уплаты государственной пошлины.
4. Предусмотренный статьей 394 ГПК РФ трехмесячный срок является сроком на обращение в суд и в случае пропуска без уважительных причин не может служить основанием для возвращения заявления, представления о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений в порядке главы 42 ГПК РФ либо для отказа в их принятии.
Вопрос о соблюдении указанного срока необходимо выяснять в судебном заседании. При этом следует иметь в виду, что пропуск срока обращения в суд без уважительных причин является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении указанных заявления, представления, что должно быть обосновано в определении суда применительно к положениям части 4 статьи 198 ГПК РФ (часть 4 статьи 1 ГПК РФ).
Исходя из принципа правовой определенности в целях соблюдения права других лиц на справедливое публичное разбирательство дела в разумный срок, гарантированного статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года, суду при решении вопроса о возможности восстановления названного срока необходимо учитывать не только уважительность причин его пропуска, но и своевременность обращения в суд с заявлением, представлением о пересмотре судебных постановлений после того, как заявитель узнал или должен был узнать о наличии вновь открывшихся или новых обстоятельств.
5. При исчислении срока обращения в суд с заявлением, представлением о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений надлежит руководствоваться статьей 395 ГПК РФ, имея в виду следующее:
а) если заявление подано на основании пункта 1 части 3 статьи 392 ГПК РФ, то срок обращения в суд следует исчислять со дня, следующего за днем, когда лицо, обратившееся в суд, узнало о существенных для дела обстоятельствах;
б) в случае, если в качестве вновь открывшихся обстоятельств названы заведомо ложные показания свидетеля, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо неправильный перевод, фальсификация доказательств, преступления сторон, других лиц, участвующих в деле, их представителей, преступления судей (пункты 2 и 3 части 3 статьи 392 ГПК РФ), а также, если в качестве нового обстоятельства названа отмена судебного постановления суда общей юрисдикции по уголовному, гражданскому делу, делу об административном правонарушении или отмена постановления арбитражного суда либо отмена судом постановления государственного органа или органа местного самоуправления, признание вступившим в законную силу судебным постановлением суда общей юрисдикции или арбитражного суда недействительной сделки (пункты 1 и 2 части 4 статьи 392 ГПК РФ), срок обращения в суд следует исчислять со дня, следующего за днем вступления в законную силу соответствующего судебного акта, который определяется по правилам, установленным уголовно-процессуальным, гражданским процессуальным, арбитражным процессуальным законодательством или законодательством об административных правонарушениях;
в) если в качестве нового обстоятельства указывается на определение (изменение) в постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации практики применения правовой нормы, положениями которой руководствовался суд при рассмотрении конкретного дела в отношении лица, обратившегося с заявлением о пересмотре дела в порядке надзора, либо по результатам рассмотрения в порядке надзора другого дела (пункт 5 части 4 статьи 392 ГПК РФ), то срок обращения в суд исчисляется со дня, следующего за днем размещения текста указанного постановления на официальном сайте Верховного Суда Российской Федерации в сети Интернет.
Если заявитель ссылается на принятие Пленумом Верховного Суда Российской Федерации постановления, в котором определена (изменена) практика применения правовой нормы, примененной судом в конкретном деле (пункт 5 части 4 статьи 392 ГПК РФ), то срок исчисляется со дня, следующего за днем размещения текста данного постановления Пленума на официальном сайте Верховного Суда Российской Федерации в сети Интернет или днем опубликования его в «Российской газете»;
г) в случае обращения с заявлением, представлением о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений в связи с отменой постановления государственного органа или органа местного самоуправления, послужившего основанием для принятия указанного в заявлении судебного постановления, вышестоящим органом или должностным лицом либо органом, принявшим это постановление (пункт 1 части 4 статьи 392 ГПК РФ), срок обращения в суд необходимо исчислять со дня, следующего за днем принятия указанными органами и должностными лицами нового постановления, если иное не установлено нормативными правовыми актами, регулирующими порядок принятия и вступления в силу постановлений, принимаемых данными органами и должностными лицами;
д) если основанием для пересмотра судебного постановления названо признание Конституционным Судом Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации закона, примененного в конкретном деле, в связи с принятием постановления по которому заявитель обращался в Конституционный Суд Российской Федерации (пункт 3 части 4 статьи 392 ГПК РФ), то срок следует исчислять со дня, следующего за днем провозглашения решения, вынесенного по итогам рассмотрения дела, либо за днем его опубликования (статья 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 года № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации»);
е) если в качестве нового обстоятельства лицом, обратившимся в суд, указывается на принятие Европейским Судом по правам человека постановления по конкретному делу (пункт 4 части 4 статьи 392 ГПК РФ), то срок следует исчислять со дня, следующего за днем вступления в законную силу постановления Европейского Суда по правам человека, который определяется с учетом положений статей 28, 42 и 44 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
6. Рассмотрение заявлений, представлений о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений осуществляется по правилам производства в суде соответствующей инстанции с учетом положений главы 42 ГПК РФ.
После принятия заявления, представления суд назначает время и место судебного заседания и извещает об этом участвующих в деле лиц. Неявка лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в силу положений статьи 396 ГПК РФ не является препятствием для его проведения.
В соответствии со статьей 396 ГПК РФ суд рассматривает указанные заявление, представление в судебном заседании, исследует доказательства, представленные в подтверждение наличия вновь открывшихся или новых обстоятельств по делу, заслушивает объяснения участвующих в деле лиц, совершает иные необходимые процессуальные действия, которые должны быть отражены в протоколе судебного заседания.
8. Перечень оснований для пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, содержащийся в частях 3 и 4 статьи 392 ГПК РФ, является исчерпывающим.
Исходя из положений, закрепленных в части второй названной статьи, вновь открывшиеся и новые обстоятельства могут являться основанием для пересмотра судебного постановления, если они имеют существенное значение для правильного разрешения дела.
9. Вновь открывшимися обстоятельствами, указанными в пункте 1 части 3 статьи 392 ГПК РФ, являются относящиеся к делу фактические обстоятельства, объективно имевшие место на время рассмотрения дела и способные повлиять на существо принятого судебного постановления, о которых не знал и не мог знать заявитель, а также суд при вынесении данного постановления. При этом необходимо иметь в виду, что представленные заявителем новые доказательства по делу не могут служить основанием для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам.
10. Судам следует иметь в виду, что установленные вступившим в законную силу приговором заведомо ложные показания свидетеля, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо неправильный перевод, фальсификация доказательств, являются основанием для пересмотра судебного постановления, если они повлекли принятие незаконного или необоснованного судебного постановления (пункт 2 части 3 статьи 392 ГПК РФ).
Преступления сторон, других лиц, участвующих в деле, их представителей, преступления судей, совершенные при рассмотрении и разрешении дела и установленные вступившим в законную силу приговором суда (пункт 3 части 3 статьи 392 ГПК РФ), являются основанием для пересмотра судебного постановления независимо от того, повлияли ли эти обстоятельства на результат рассмотрения дела.
Обстоятельства, перечисленные в абзаце первом и втором настоящего пункта, установленные определением или постановлением суда, постановлением следователя или дознавателя о прекращении уголовного дела за истечением срока давности, вследствие акта об амнистии, в связи со смертью обвиняемого или недостижением лицом возраста, с которого наступает уголовная ответственность, также могут служить основанием для пересмотра судебного постановления по вновь открывшимся обстоятельствам, если суд признает эти обстоятельства существенными для дела (пункт 1 части 3 статьи 392 ГПК РФ).
11. Судам необходимо учитывать, что основанием для пересмотра судебных постановлений по новым обстоятельствам могут являться перечисленные в части 4 статьи 392 ГПК РФ обстоятельства, возникшие после принятия судебного постановления.
При рассмотрении заявлений, представлений о пересмотре судебных постановлений по новым обстоятельствам, необходимо учитывать следующее:
а) в случае, когда поводом для обращения в суд явилась отмена постановления суда общей юрисдикции или арбитражного суда либо постановления государственного органа или органа местного самоуправления, послуживших основанием для принятия судебного постановления, о пересмотре которого поставлен вопрос (пункт 1 части 4 статьи 392 ГПК РФ), необходимо проверять, повлияла ли отмена постановлений указанных органов на результат рассмотрения дела;
б) если мотивом обращения в суд явилось признание вступившим в законную силу постановлением суда общей юрисдикции или арбитражного суда недействительной сделки, повлекшей принятие незаконного или необоснованного судебного постановления по данному делу, то это обстоятельство может служить основанием для пересмотра судебного постановления при наличии вывода о признании недействительной оспоримой или ничтожной сделки либо о применении последствий недействительности ничтожной сделки в резолютивной и (или) мотивировочной части решения суда по другому делу;
в) постановление Конституционного Суда Российской Федерации может являться новым обстоятельством и в случае, если оно содержит иное конституционно-правовое истолкование нормативных положений, примененных в конкретном деле, в связи с принятием судебного акта по которому заявитель обращался в Конституционный Суд Российской Федерации и в силу этого влечет пересмотр судебного акта в отношении заявителя (пункт 3 части 4 статьи 392 ГПК РФ);
г) в соответствии с пунктом 4 части 4 статьи 392 ГПК РФ, с учетом Рекомендации Комитета министров Совета Европы № R (2000) 2 «По пересмотру дел и возобновлению производства по делу на внутригосударственном уровне в связи с решениями Европейского Суда по правам человека», основанием для пересмотра судебного постановления является такое постановление Европейского Суда по правам человека, в котором установлено нарушение Конвенции о защите прав человека и основных свобод и (или) Протоколов к ней, повлиявшее на правильность разрешения дела заявителя;
д) судебное постановление может быть пересмотрено по основаниям, предусмотренным пунктом 5 части 4 статьи 392 ГПК РФ, если в постановлении Президиума или Пленума Верховного Суда Российской Федерации, определившем (изменившем) практику применения правовой нормы, указано на возможность пересмотра по новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений, при вынесении которых правовая норма была применена судом иначе, чем указано в данном постановлении Президиума или Пленума Верховного Суда Российской Федерации. При этом следует иметь в виду, что пересмотр вступивших в законную силу судебных постановлений в указанном случае допускается, если в результате нового толкования правовых норм не ухудшается положение подчиненной (слабой) стороны в публичном правоотношении.
12. По результатам рассмотрения заявления, представления о пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся или новым обстоятельствам суд выносит определение об удовлетворении заявления, представления и отменяет судебные постановления либо отказывает в их пересмотре (часть 1 статьи 397 ГПК РФ). Копия определения об удовлетворении заявления, представления направляется в орган, на исполнении которого находится отмененное судебное постановление.
Удовлетворение судами первой, апелляционной, кассационной инстанций, а также Президиумом Верховного Суда Российской Федерации заявления, представления о пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся или новым обстоятельствам является основанием для повторного рассмотрения дела соответствующим судом по правилам, установленным ГПК РФ для суда данной инстанции (статьи 393, 397 ГПК РФ).
13. На определения, вынесенные судом первой инстанции в порядке главы 42 ГПК РФ, может быть подана частная жалоба, принесено представление прокурора в суд апелляционной инстанции. В случае отказа в удовлетворении частной жалобы, представления на определение суда первой и апелляционной инстанции могут быть поданы кассационные и надзорные жалоба, представление.
Исходя из положений части 2 статьи 397 ГПК РФ определения, вынесенные по результатам рассмотрения заявления, представления о пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся или новым обстоятельствам судами апелляционной, кассационной инстанций, а также Президиумом Верховного Суда Российской Федерации вступают в законную силу со дня их вынесения и обжалованию в апелляционном порядке не подлежат. Вместе с тем определения судов апелляционной и кассационной инстанций могут быть обжалованы соответственно в кассационном порядке (за исключением судебных постановлений Верховного Суда Российской Федерации) и в порядке надзора в Президиум Верховного Суда Российской Федерации.
14. При удовлетворении жалобы, представления на определение суда первой инстанции об отказе в пересмотре судебного постановления в порядке главы 42 ГПК РФ суд апелляционной инстанции отменяет названное определение, а также судебное постановление, о пересмотре которого ставился вопрос заявителем, если имелись предусмотренные законом основания для пересмотра судебного постановления. Дело в указанном случае направляется в суд, судебное постановление которого отменено, для рассмотрения по существу.
15. В случае, если суд вышестоящей инстанции при рассмотрении жалобы, представления на определение об удовлетворении заявления, представления о пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся или новым обстоятельствам придет к выводу о необоснованности данного определения, то он принимает решение о его отмене и одновременно отказывает в пересмотре судебного постановления по вновь открывшимся или новым обстоятельствам (пункт 2 статьи 334 ГПК РФ, пункты 2 и 5 части 1 статьи 390, пункты 2 и 5 части 1 статьи 391.12 ГПК РФ).
Если ко времени рассмотрения жалобы на определение суда об удовлетворении заявления, представления о пересмотре судебного постановления по делу вынесено новое постановление, то оно также подлежит отмене.
| Председатель Верховного Суда Российской Федерации | В.М. Лебедев |
| Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации | В.В. Дорошков |
Обзор документа
Подготовлены разъяснения, касающиеся пересмотра дел по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.
Рассмотрены вопросы о том, кто вправе обращаться в суд за подобным пересмотром.
Обращается внимание на то, что такая возможность есть и у процессуальных правопреемников лиц, участвующих в деле.
Отмечены моменты, связанные с правилами оформления самих заявлений, представлений о таком пересмотре.
Указывается, что физлица и организации при обращении в суд за этим пересмотром освобождены от уплаты госпошлины.
Приведены правила, по которым исчисляется срок для обращения в суд за подобным пересмотром судебных актов.
В частности, указывается, как применять эти правила, когда заявитель ссылается на то, что Пленум ВС РФ принял постановление, в котором определена (изменена) практика толкования правовой нормы, которая была применена судом в конкретном деле.
В таком случае срок исчисляется со дня, следующего за датой размещения текста данного постановления Пленума на официальном сайте ВС РФ или опубликования его в «Российской газете».
Подчеркивается, что перечень оснований для пересмотра вступивших в силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам, содержащийся в ГПК РФ, является исчерпывающим.
Разъяснено, что определения, которые выносятся по результатам рассмотрения заявления, представления о подобном пересмотре судами апелляционной, кассационной инстанций, а также Президиумом ВС РФ, вступают в законную силу со дня их вынесения.
Такие определения нельзя обжаловать в апелляционном порядке.
Вместе с тем указанные определения судов апелляционной и кассационной инстанций могут быть обжалованы соответственно в кассационном порядке (за исключением судебных постановлений ВС РФ) и в порядке надзора в Президиум ВС РФ.