Курс «Психологическая поддержка в чрезвычайной ситуации»
Есть три типа поведения людей в экстремальных ситуациях: первый – морально сдаться раньше, чем исчерпались физические ресурсы; второй – прекратить сопротивляться только тогда, когда сил не остаётся; третий – продолжать сохранять волю к жизни в условиях физического бессилия.
| Требования к слушателям: | Возраст: от 14 лет |
| Специальные навыки | не требуются |
| Продолжительность | 16 ак. часов |
| Режим проведения занятий | 2 дня по 8 ак. часов |
Каждый человек может оказаться в экстремальной ситуации, но далеко не все обладают психологическим образованием. Поэтому психологи МЧС России – решили поделиться теми приемами, которые могли бы помочь вам и вашим близким в кризисных ситуациях, и назвали это «Экстренная допсихологическая помощь» или «Психологическая поддержка».
«Психологическая поддержка»– это система приемов, которая позволяет людям, не обладающим психологическим образованием, помочь себе и окружающим, оказавшись в экстремальной ситуации, справиться с психологическими реакциями, возникшими в связи с этим кризисом или катастрофой»
Целевая аудитория курса: Курс будет полезен любому человеку. Жизнь не предупреждает нас о ситуациях, в которых мы можем оказаться. Иногда ровное течение жизни нарушается событиями, при которых умение трезво реагировать на изменившуюся обстановку может спасти жизнь вам и окружающим. Кроме того, личная психологическая устойчивость важна для будущих спасателей, инструкторов туристических групп, всех, кто планирует оказывать первую помощь, так как при этом важно не только знание алгоритмов, но и оказание психологической помощи пострадавшим.
Краткое описание курса:
Психология экстремальных и чрезвычайных состояний является обязательной дисциплиной учебного плана в подготовке специалистов для различных структур и ведомств, где сотрудники работают в кризисных и экстремальных ситуациях, в условиях повышенного риска и опасности. На данном курсе мы заполняем пробел в знаниях и навыках оказания психологической помощи пострадавшим при чрезвычайных ситуациях.
На курсе освещаются:
Материал отрабатывается не только теоретически, но и на практике.
Запланированные результаты прохождения курса:
Автор и ведущая курса: Начальник отдела экстренного реагирования Северо-Западного филиала ФКУ «Центр Экстренной психологической помощи МЧС России», спасатель, Виктория Дмитриева
Факультет «Экстремальная психология»
Чему Вы научитесь?
Оказывать психологическую помощь детям и подросткам, пострадавшим в экстремальных ситуациях, людям, чья служебная деятельность связана с экстремальными условиями, станете специалистом в области психологии безопасности а образовании.
Экстремальная психология изучает психологические закономерности жизнедеятельности человека в особых, экстремальных ситуациях существования: во время авиационного или космического полетов, под водой, под землей, во время нахождения в труднодоступных районах земного шара (Арктика, высокогорье, пустыня). Кроме этого данная наука изучает психологические особенности, возникающие у людей, в том числе детей и подростков, попавших в сложные экстремальные ситуации. А также закономерности поведения и его нарушения в ситуациях сложных профессий, при которых человек вынужден вести деятельность в экстремальных ситуациях.
Кто учит?
Преподаватели факультета – Уникальные эксперты, большинство из которых не только ученые, но и практики, прошедшие непростой профессиональный путь, готовые поделиться знаниями, поэтому выпускники факультета уже к диплому глубоко погружаются в реальный мир своей будущей профессии.
Факультет экстремальной психологии создан в 2008
В состав факультета входят:
Что у нас уникального?
Где работать?
Отзывы
Психолог мчс обучение в москве
Руководитель программы. Кандидат психологических наук, заведующий кафедрой экстремальной психологии факультета психологии МГУ имени М.В.Ломоносова, директор ФКУ ЦЭПП МЧС России Шойгу Юлия Сергеевна.
Контакты. Эл. почта: extrem-psy-msu@mail.ru
Цель программы. Повышение квалификации специалистов-психологов и студентов факультетов психологии старших курсов в области оказания психологической помощи пострадавшим в чрезвычайных ситуациях. Прохождение программы повысит уровень эффективности решения задач по психологическому сопровождению пострадавших в экстремальных и чрезвычайных ситуациях.
Преподаватели. Обучение проводят сотрудники кафедры экстремальной психологии факультета психологии МГУ им. Ломоносова.
Слушатели программы. Специалисты с высшим психологическим образованием, а также студенты старших курсов факультетов психологии.
Выдаваемый документ. Удостоверение о повышении квалификации МГУ по программе «Оказание экстренной психологической помощи пострадавшим в чрезвычайных ситуациях».
Срок обучения. Объем программы – 72 акад. часа. Продолжительность обучения – девять месяцев.
Форма обучения: очно-заочная.
Режим занятий: 1 раз в неделю по 4 акад. часа.
Оплата. Стоимость обучения в 2020/2021 учебном году составляет 36 000 рублей. Оплата обучения производится строго в соответствии с указанной стоимостью без взимания какой-либо дополнительной оплаты со слушателей да образовательные услуги, не предусмотренные договором с МГУ.
Условия приема. По результатам собеседования. Собеседование поводится по адресу: факультет психологии МГУ имени М.В. Ломоносова, кафедра экстремальной психологии, Моховая улица, д.11, стр.11, к.210. Предварительная запись на собеседование обязательна, производится по электронной почте extreme-psy-msu@mail.ru
Прием документов. Факультет психологии МГУ: ул. Б. Никитская, д.2, комн. 2.3.03. тел. 8-495-629-48-09.
Наименование разделов и тем
Всего
часов
Практические занятия
6
18
12
2
2
Факультет психологии Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова
125009, Москва, ул. Моховая, д. 11, стр. 9. Схема проезда. Телефонный справочник.
Дизайн и поддержка сайта 1997-2021: Станислав Козловский
Часто в сообщениях о катастрофах, будь то крушение самолета или стихийное бедствие, с экранов телевизора звучит фраза: «с пострадавшими и родственниками погибших работают психологи МЧС». Эти слова словно бы заверяют зрителя в том, что те, кому нужна поддержка и помощь, находятся в надежных руках.
Сегодня, в День психолога, о тонкостях и особенностях работы такого рода специалиста, мы решили побеседовать с начальником отдела психологического обеспечения Главного управления МЧС России по г. Москве, подполковником внутренней службы – Поршаковой Татьяной Анатольевной.
— Татьяна Анатольевна, расскажите, в чем заключается особенность работы психолога МЧС?
Во время подготовки деятельности личного состава, обучаем специалистов, как работать с пострадавшими, как отрегулировать собственное эмоциональное состояние.
— Для этого существуют какие-то методики?
Реакция людей на трагедии не бывает одинаковой. Люди, пережившие стресс, изначально испытывают шок. После того, как он пройдет, наступает стадия острых стрессовых реакций; кто-то проявляет агрессию, кто-то начинает бесконтрольно суетиться, а кто-то впадает в ступор. И наша задача помочь людям перейти к самой адаптивной, наименее их разрушающей реакции – плачу.
Не менее тяжелой является работа на телефоне «Горячей линии», где ты слышишь только голос в телефонной трубке и при этом очень сложно отследить реакции человека. В каждой ЧС есть люди, которых ты помнишь и не забудешь. Каждый со своим горем, и проживают они все его по-разному.
— Работать с такими психоэмоциональными нагрузками невообразимо тяжело. Как удается спасателям с этим справляться?
— Разумеется, у личного состава существуют профессиональные методы, личностная позиция, позволяющая держать себя в ресурсном состоянии, чтобы в критической ситуации не терять хладнокровия и самообладания. Специалистами Центра экстренной психологической помощи (ЦЭПП МЧС России) была разработана методическая база, образование наших сотрудников в большей степени их заслуга. Есть пособие с практическими примерами «Психология экстремальных ситуаций для спасателей и пожарных», написанное под руководством Юлии Сергеевны Шойгу, доступное для понимания даже тем, кто не имеет специального психологического образования. Для нас этот учебник настольная книга.
— А насколько важно для психолога сохранять ресурсное состояние?
— Крайне важно. Специалисты должны быть мобилизованы и всегда в ресурсном состоянии. Больше всего я сопереживаю родителям, которым сообщают о смерти детей.
В некоторых ситуациях нам приходится напряженно работать в течение длительного времени, иногда это даже месяцы. Когда, например, проводится генетическая экспертиза и мы продолжаем сопровождать пострадавших, участвуя в следственных мероприятиях, захоронении. И чтобы сохранять постоянный ресурс, используем метод супервизия.
— Как это происходит на практике?
— Специалист, не принимавший участие в ликвидации чрезвычайных ситуаций, работает с личным составом. Это может быть дебрифинг или групповые занятия, на которых обмениваемся информацией или эмоционально яркими моментами, сильно затронувшими нас.
— При работе стараетесь скрывать себя за «стеклянной стеной» и не принимать случившееся близко к сердцу?
— Ни в коем случае! Мы сопереживаем, стараемся быть рядом, быть для людей поддержкой и опорой и даем им об этом знать. Быть равнодушным в нашей профессии специалист не имеет права, это негативные профессиональные качества. Мы часто продолжаем общение с пострадавшими или их родственниками даже много позже, после совместного пережитого. Могу привести пример из собственной биографии: мой первый большой, негативный опыт это падение самолета Airbus A321 над Синаем. С родственниками погибших общаемся уже несколько лет, встречаемся иногда на кладбище, поздравляем друг друга с праздниками.
— Существует ли у психологов «тревожный чемоданчик»? Что в нем?
А для себя берем термос с травяным чаем, орешки, печенья для легкого перекуса.
— Наверное, родственники погибших задаются вопросом: зачем близкий человек поехал, полетел, или сделал то, что привело к трагедии? Какие слова находите, чтобы утешить и как часто произносите фразу «все будет хорошо»?
— Да, такие вопросы задают родственники, потому что их мучает чувство вины, им кажется, что они могли предотвратить гибель близкого человека. Чувство вины разрушающее, поэтому важно его распознать и перевести человека из этого состояния в другое русло. Чтобы к происходящему он относился с сожалением, но без вины. А вот фразу «всё будет хорошо» нельзя использовать, это непрофессионально, поскольку она обесценивает чувства. Лучше сказать: «я с тобой, я разделяю твои чувства».
В некоторых случаях отрабатываем с человеком «здесь и сейчас», а затем, передаем его специалистам РСЧС (Российская единая система предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций) для оказания пролонгированной психологической помощи. Наши коллеги могут оказывать такую помощь достаточно длительное время.
— Представим ситуацию: при ЧС, видите человека, которому нужна психологическая помощь. Как действуете? С какой фразы заговариваете?
— Как считаете, должны ли быть у населения базовые знания по психологической помощи?
— Базовые знания безопасности обязательно должны быть. Главное управление МЧС России по г. Москве проводит обширную работу с населением в рамках профилактики базовых знаний, в которых мы непосредственно, принимаем участие. В прошлом году, в рамках празднования ГО (гражданской обороны) в школах проводили открытые уроки. Особенно активно работаем с родителями и детьми. Рассказываем им о методах поведения ребенка при различных ситуациях в быту, будь то пожар, отравление, обморожение и т.д. Издаем брошюры, придумываем игры, викторины, флэш-мобы, недавно вот, проводился фестиваль «Добрые люди» в «Парке Горького». Учим детей оказывать допсихологическую помощь при различных душевных состояниях у сверстников. Рассказываем, как можно друг друга поддерживать.
— Как лично вы снимаете стресс?
Сколько я потратил, чтобы стать частным психологом
10 лет и 740 250 рублей
Окончив факультет психологии, я мечтал сидеть в кабинете, помогать людям и получать за это деньги.
Я хотел стать частным психологом с 9 класса. Любил читать про методы, которые помогают справляться со страхами, общаться и быть счастливее. А друзья говорили, что я отзывчивый и умею слушать. Так пазл и сложился.
Я бесплатно поступил на факультет психологии. После вуза хотел сразу начать собственную практику, но быстро понял, что вузовских знаний для этого мало. Тогда я смог устроиться только психологом в МЧС с зарплатой 10 000 Р в месяц.
Чтобы исполнить мечту о частной практике, пришлось учиться дополнительно за свой счет. Я проходил тренинги, выбирал специализацию, посещал другого психолога как клиент, сам делал и продвигал сайт. И только через 4 года после вуза, в 2017 году, начал вести свою практику.
Приемы у психологов довольно дорогие. И многие думают, что при как будто непыльной работе мы купаемся в деньгах. Но психологам постоянно нужно повышать квалификацию: учиться, ходить на супервизию и личную терапию, посещать супервизионные группы и участвовать в профессиональных конференциях. На это уходит значительная часть дохода. Я написал эту статью, чтобы рассказать, сколько времени, сил и денег приходится тратить, чтобы вести частную практику.
Как я поступал на психолога
Высшее психологическое образование — обязательное условие, чтобы стать практикующим психологом.
Я поступил на факультет психологии сразу после школы — в 2008 году. Чтобы пройти на бюджет в Воронежский государственный университет, ходил к репетиторам по биологии, математике и русскому. Мне повезло: тогда конкурс был меньше, а проходной балл ниже, чем годом раньше или позже. В итоге я поступил на бюджет и за обучение не платил.
Чему учат студентов-психологов
Первые два курса учеба была скучной. Математика, история, экономика не имели отношения к психологии. Были и профильные предметы: зоопсихология, психогенетика и психофизиология. Но по ним была одна теория, а мне хотелось практики. Я механически писал конспекты и ходил на семинары. Как пошутил один доцент: «Зачем вам курс общей психологии? Чтобы сдать его и забыть».
На третьем курсе нужно было выбрать направление — психологию личности или социальную психологию. Первая подходила для будущей работы в школах и больницах. А вторая — для работы в крупных компаниях. Штатный психолог там тестирует кандидатов на собеседованиях, помогает адаптироваться новым сотрудникам и проводит тренинги.
Я подумал, что если не стану частным психологом, то работать в компаниях будет прибыльнее. И выбрал социальную психологию.
С третьего курса предметы стали полезнее. Сейчас мне помогают знания, которые остались в голове с курса основ психологического консультирования. А на частной психодиагностике я научился анализировать психологические тесты. Теперь делаю это платно: клиент заполняет тест, а я пишу заключение.
Остальные курсы было просто интересно слушать: нам рассказывали про психические расстройства, психологию семейных отношений, психологию группы.
Каждое лето я проходил практику: работал в двух школах, воинской части и СИЗО. И понял, что это не то, чем я мечтал заниматься. Там я не общался с людьми и не проводил консультаций, а просто бесконечно давал и обрабатывал психологические тесты.
Что дало мне высшее образование
В 2013 году я получил диплом психолога. Я знал, как работает психика, умел писать научные работы и анализировать тесты. Но консультировать людей меня не научили. Недавно моя одногруппница написала в своем инстаграме, что на самом деле название специальности в дипломах психологов должно звучать как «Заготовка психолога. Требует доработок для дальнейшей практики». В чем-то я с ней согласен.
Формально я имел право вести консультации. Но понимал, что моих знаний мало для работы с людьми. При этом не считаю, что потратил время впустую. Сейчас я часто читаю фундаментальные труды по психологии, которые в университете казались бесполезными. Просто тогда мне хотелось больше практики.
Как я устраивался психологом в МЧС
Я думал, что получу практические знания, если поработаю по профессии в какой-нибудь организации. И что это потом позволит мне начать частную практику.
За месяц до того как я получил диплом, в местной пожарной части появилась вакансия психолога. Мой вуз сотрудничал с МЧС, и один преподаватель написал мне рекомендацию. Там были хорошие перспективы: военное звание, льготная ипотека, зарплата 30 000 Р и ранняя пенсия.
Но трудоустройство затянулось на год. Я прошел военно-врачебную комиссию, полиграф и 4 собеседования. И несколько месяцев бесплатно работал на полставки, чтобы «познакомиться с профессией».
Что я делал в МЧС
Вопреки ожиданиям, я никого не консультировал — только проводил тесты. Давал их кандидатам на собеседованиях, а пожарным — когда они выдвигались на вышестоящие должности. Проверял эмоциональное состояние пожарных и психологический климат в части. Работа была рутинная: я мог целыми днями просто сидеть и писать заключения по тестам.
Хуже всего было то, что к психологу в МЧС никто всерьез не относился. Порой я буквально упрашивал сотрудников заполнить свои тесты. Интересными были только учения: это была имитация пожара, а мы выезжали на место для тренировки.
А один раз я сопровождал донбасских беженцев из Новочеркасска в Калугу. В Воронеже для них были пункты временного размещения. В одном из них ко мне подошла женщина. Она беспокоилась, что стала вспыльчива и это отражается на ее детях. Думала, с ней что-то не так. Но я не смог тогда провести полноценную консультацию, потому что у меня не было опыта. Просто объяснил, что это нормальное поведение в ситуации такого стресса. Посоветовал быть к себе внимательней: стараться замечать напряжение сразу, когда оно появляется, — так вспышку злости легче предотвратить.
Я проработал в МЧС год. В 2015 году почувствовал, что эмоционально выгораю, понял, что не получаю нужного опыта, и уволился. Зато убедился, что хочу заниматься только консультированием и что для этого мне нужно дополнительное образование.
Чтобы было на что жить, до 2017 года я работал не по специальности. Сначала был оператором колцентра в банке, потом отвечал за аттестацию персонала в торговой компании. А параллельно пошел учиться.
Дополнительное образование
После вуза я думал, что дополнительное образование необязательно и можно все освоить в процессе работы. А поработав в МЧС, понял, что ошибался.
В 2015 году я стал учиться гештальттерапии — это один из методов психотерапии. Если очень упрощать, то гештальттерапия изучает, как человек обходится со своими потребностями: замечает их или игнорирует, удовлетворяет или бездействует.
Иногда человек вообще их не осознает и потому мешает себе их удовлетворить. А от неудовлетворенных потребностей возникают переживания и проблемы. Гештальттерапия помогает избежать их: осознать потребности и понять, как их удовлетворить.
В основном такому учат не вузы, а профессиональные сообщества. Есть общество практикующих психологов «Гештальт Подход». На базе него работает «Московский Гештальт Институт» — это программа подготовки гештальттерапевтов. В Воронеже был филиал общества, можно было учиться без поездок в Москву.
Чем отличается консультирование от психотерапии
Психологическое консультирование базируется на каком-то виде психотерапии, например гештальтподходе, который изучал я. Но считается, что консультирование — краткосрочно и решает только поверхностные психологические проблемы. А психотерапия — длительный процесс, в ходе которого глубоко затрагивается личность человека, и это работа на несколько лет.
Процессы психотерапии и консультирования очень похожи. То есть психолог, освоивший гештальтподход, мог бы называть свою работу психотерапией. Но по закону в России психотерапевтом может быть только человек с медицинским, а не психологическим образованием.
я потратил на образование с 2015 по 2019 год
Дальше расскажу подробнее, как проходило все это обучение.
Тренинги
Тренинги проходили раз в 1,5—2 месяца и занимали вечер пятницы, всю субботу и воскресенье. Их еще называли трехдневками. Каждый тренинг был посвящен какой-то теме: работе с группами, кризису и травме, отношениям между психотерапевтом и клиентом.
Занятия проходили в группе. За время учебы группа будто прожила целую жизнь. Мы ругались, мирились, боролись за власть и лидерство, благодарили, поддерживали, становились ближе. Это происходило естественно, ведь любая группа развивается по определенным законам. То есть мы учились на своем же опыте.
Каждый день начинался с шеринга — участники рассказывали про свое настроение, делились переживаниями, желаниями и планами на день. Потом была лекция по гештальттерапии и упражнение. Оно помогало проверить на себе то, что услышали на лекции.
Мне запомнилась лекция и упражнение о взаимосвязи тела и психики. Упражнение было такое: мы разделились на пары — один рассказывал историю, а второй слушал и отмечал свои реакции. Потом менялись. Истории были самые обыкновенные: как мы провели время на выходных, о чем говорили утром с близкими. В конце мы обсуждали свои реакции в таком формате: «Когда ты говорил, мои щеки покраснели и я втянул плечи. Мне стало неловко и захотелось спрятаться, чтобы ты меня не видел». Так мы учились замечать связь телесного и психического и лучше себя понимать.
Многие вещи так удивляли, что я потом неделями о них говорил. Я узнал, что если нарисовать непонятную мазню, то узнаешь о себе интересные вещи. Что даже молчащий клиент сообщает психологу многое о себе. И что если примерить на себя роль человека, который тебя бесит, может стать легче.
я потратил на тренинги
Личная терапия
Личная терапия — это когда психолог ходит на консультации к другому психологу. Это нужно, чтобы узнать о собственных проблемах. Без личной психотерапии психолог может навредить своим клиентам.
Допустим, психолог злится на родителей, но удерживает эту злость внутри. И к нему приходит клиент с такой же проблемой. Психолог может неосознанно подтолкнуть его к тому, что хочет сам, например ссориться с родителями. А если у психолога проблемы с выражением агрессии, он будет транслировать клиенту такой же тип поведения.
Я начал личную терапию через год после начала обучения — в 2016 году. Должен был пройти минимум 60 часов. Но понимал: чем лучше я знаю себя, тем эффективнее будет моя работа. Поэтому с 2016 по 2019 я прошел 120 часов личной терапии.
Во время личной терапии я примерил на себя роль клиента и понял, что чувствует человек на консультации. Терапия помогла мне стать увереннее в себе и меньше конфликтовать с окружающими. Я научился рисковать и стал спокойнее относиться к неопределенности.
я потратил на личную терапию
Например, без личной терапии я бы так и не отказался от стабильной работы не по специальности. Я бы не справился с тревогой, побоялся подвести близких и не заявил о себе как о психологе. Я вспоминаю, каким был на первой консультации и как потом изменился. И боюсь представить свою жизнь, если бы не терапия.
Индивидуальная супервизия
Супервизия — это когда психолог обсуждает свою работу со специально обученным коллегой, или супервизором. С ним можно обговорить сложные случаи из практики, поделиться догадками насчет клиентов, расспросить о чем-то из теории психологии. Супервизор дает советы, как дальше развивать свою практику, помогает бороться с неуверенностью и страхами, подсказывает, как взаимодействовать с коллегами в психологическом сообществе.
Я начал супервизию в 2017 году, когда у меня появились первые клиенты. Я уже знал, какие супервизоры есть в Воронеже, и быстро нашел подходящего. Но это были редкие визиты, потому что клиентов у меня тогда было мало. Регулярно, то есть дважды в месяц, я стал ходить на супервизию во второй половине 2018 года.
Сначала я спрашивал у супервизора, как начинать терапию, заключать с клиентом контракт, укладываться во временные рамки и сколько денег брать за консультацию. Сейчас обсуждаю запутанные ситуации из практики и свое профессиональное развитие.
я потратил на супервизию
Специализация
Во время обучения мне нужно было пройти специализацию. То есть углубленно изучить какое-то направление в психологии: кризисы, травмы, психосоматику, сексуальные нарушения, зависимости, работу с подростками или семьями.
Специализации походили на тренинги: в них были лекции, упражнения и работа в группах.
Была еще практика в психиатрической клинике: там я научился работать с депрессиями, тревогами и паническими атаками. На практике я понял, с какими клиентами можно работать самому, а каких надо направлять к врачу-психиатру. Потом ко мне дважды приходили люди с тяжелыми психическими расстройствами. Я сразу перенаправлял их к нужному специалисту, а они благодарили, что я сэкономил им время.
Интенсивы
Интенсив — это что-то вроде долгого тренинга. Он длится 12 дней и включает лекции, супервизию, индивидуальную и групповую психотерапию.
Интенсивы проходят в отелях и на туристических базах — можно совместить обучение и отдых. Когда и где будут проходить интенсивы, я узнавал на сайте «Московского Гештальт института». На первый интенсив ездил в Коктебель, на второй — в Курскую область.
Я добирался до интенсивов на своем автомобиле и жил в отелях, где они проходили. Можно было доплатить за трехразовое питание, но я от него отказывался: хотелось посетить разные кафе в округе.
я потратил на интенсивы
В остальное время мы общались, в Коктебеле ходили на море, а вечером веселились. На выходных ездили на экскурсии.
Интенсивы обошлись мне в 127 000 Р
| В Коктебеле — 85 000 Р | В Курской области — 42 000 Р | |
|---|---|---|
| Проживание | 36 000 Р | 14 000 Р |
| Питание | 21 000 Р | 15 000 Р |
| Организационный взнос | 18 000 Р | 10 000 Р |
| Дорога | 10 000 Р | 3000 Р |
| Всего | 85 000 Р | 42 000 Р |
Как я искал первых клиентов
Пока я учился, стал увереннее в себе как в психологе. И осенью 2016 года, еще работая в банке, решил начать искать клиентов для консультирования. В это время я уже полтора года получал дополнительное образование, полгода проходил специализацию по работе с симптомами и телом и съездил на интенсив в Коктебель.
Преподаватели говорили, что нужно рассказывать о себе ближайшему окружению, тогда первый клиент найдется. Но все мои знакомые и так знали, что я психолог, а клиентов почему-то не было. Тогда я создал группу во Вконтакте, всех пригласил в нее и стал репостить статьи, которые мне нравились.
В это время моя одногруппница Юля предложила собрать людей и провести встречи на тему эмоционального выгорания. Сотрудничать нам понравилось, и мы придумали совместный проект — «Психологическую студию Pastel». Сделали еще одну группу во Вконтакте и предлагали записываться к нам на консультации. Правда, за год к нам обратились только несколько человек.
Как я делал сайт
я потратил на сайт и рекламу в интернете
Первые полгода сайт неплохо работал и приводил нам 1—2 клиентов в неделю. Но потом количество заявок упало. Мы переделали оформление, изменили концепцию, но это не помогло. Я понял, что реклама работает плохо и нужно активнее продвигать себя в соцсетях.
Продвижение в соцсетях
Группа во Вконтакте у нас уже была. В 2019 году я создал еще две — в Фейсбуке и Инстаграме. Уже не репостил чужие статьи, а сам писал посты о выгорании, стрессе и панических атаках.
Поначалу на один пост уходило много времени. Я боялся, что меня не поймут читатели или осудят коллеги. Потом стал читать рассылку Максима Ильяхова о редактуре — стало легче. Сейчас написание текстов для меня — привычное дело, и я стабильно выкладываю один пост в неделю.
О продвижении в соцсетях я ничего не знал, но и платить за него не хотел. Я изучил информацию в интернете и стал делать все сам.
Весной 2019 года я потратил 20 000 Р на рекламу трех бесплатных вебинаров. Продвигал их через Фейсбук и «Яндекс-директ». После этого ко мне пришли 6 клиентов. Это неплохой результат, ведь клиенты приходят не для разовой консультации, а остаются.
я заработал на консультациях с 2017 по 2020 год
После этих сторис в инстаграме известного блогера на мой аккаунт подписались 1800 человек
Аренда кабинета
А в январе 2019 года мы арендовали собственный кабинет недалеко от центра Воронежа. Он находится в новом офисном здании с хорошим ремонтом. Еще там бесплатная парковка, а на ней всегда много свободных мест.
Траты в ближайшем будущем
Чтобы были клиенты, нужно постоянно учиться и заниматься продвижением.
Мои обязательные расходы — это минимум 241 280 Р в год
| Продвижение | 80 000 Р |
| Аренда кабинета | 51 000 Р |
| Личная терапия | 36 000 Р — 2 консультации в месяц по 1500 Р |
| Супервизия | 36 000 Р — 2 консультации в месяц по 1500 Р |
| Налоги | 17 280 Р — из расчета 30 консультаций в месяц |
| Супервизия в группе коллег | 15 000 Р — 10 групп по 1500 Р |
| Участие в профессиональных конференциях | От 4000 Р |
| Интервизионная группа — встреча с коллегами без супервизора | От 2000 Р |
Чтобы стать практикующим психологом, с 2015 по 2019 год я потратил 740 250 Р
| Личная терапия | 156 000 Р |
| Интенсивы | 127 000 Р |
| Тренинги | 125 000 Р |
| Специализация | 81 000 Р |
| Индивидуальная супервизия | 78 000 Р |
| Аренда кабинета | 67 000 Р |
| Контекстная реклама | 22 500 Р |
| Реклама бесплатных вебинаров в социальных сетях, «Яндекс-директе» и «Гугл-адвордсе» | 20 000 Р |
| Настройка рекламы в Фейсбуке | 20 000 Р |
| Продвижение постов в соцсетях | 18 000 Р |
| Реклама в инстаграме известного блогера | 14 000 Р |
| Оплата «Тильды» | 6750 Р |
| Курсы о рекламе в Фейсбуке и Инстаграме | 5000 Р |
Что нужно, чтобы стать частным психологом
тьфунатебя, А Что за сервисы подскажите. А то я тоже очень за онлайн консультацию, но ценник в Мск очень кусается для постоянного посещения.
Олег, яндекс.услуги, профи.ру, сберуслуги. Что означает «ценник кусается»?
Спасибо, что написали о своем опыте.
Стать и продолжать быть психологом- дорого. Нужно постоянно учиться, вы молодец.
Ann, спасибо за отклик)
Алена, Т-Ж отличный журнал, и если ваша картина мира пошатнулась от прочитанного, не стоит ставить крест на нем.
Человек поделился опытом, что вполне ценно по своей сути. У вас мог быть другой опыт, или мнение на этот счет, не лучше ли поделиться им?
От вас не убудет, а другим будет полезно. Не в этом ли счастье?😉
Екатерина, если вы про окупаемость таких вложений, то трудно точно сказать. С самого начала развития практики, грубо говоря с первого клиента, где-то половина от общих затрат окупилась.
Спасибо, что поделились Вашим опытом про школу.
Спасибо за такое подробное описание! Действительно, когда люди смотрят на ценник психолога, кажется, что он сильно завышен. Ведь, в конце концов, клиент пришел просто поговорить, разве могут быть от этого у психолога накладные расходы?! Оказывается, могут. И специалист, который правда сможет помочь в трудной ситуации, тратит на свою квалификацию немало денег. Здорово, если, в конечном итоге, клиенты будут понимать, что конкретно заложено в цену.
Мила, спасибо за отклик)
Алена, это здорово, если вы считаете, что вам психолог не нужен. Но есть и другие люди, которые крайне необходима психологическая, психотерапевтическая, а может даже и психиатрическая помощь.
Зачем же лишать этих людей возможности сделать свою жизнь лучше? Не стоит ставить крест на всех психологов, если у вас был плохой опыт с ними, например.
Быть психологом это не из разряда «посидеть на кухне, обсудить проблемы насущные», не из разряда «дай мне совет на все сто, что уже завтра я зарабатывал мильоны» и даже не из разряда «дай мне деньги и я решу твои проблемы».
Психолог это в первую очередь специалист, у которого цель помочь вам найти решение проблемы самостоятельно, предоставив те или иные рекомендации на основании техник и приемом, влияющих на восприятие жизни, грубо говоря.
Есть, естественно, и недобросовестные психологи, есть те, у кого мало опыта, есть те, кто 4 года кормит клиента заумными фразами, а тот, в свою очередь, думает что может дойти до истины. И так в любой сфере. Везде есть недобропорядочные люди, но это не повод ставить крест на всей этот специализации.
Психолог может помочь только если клиент сам хочет этого, и поверьте, в действительности, в наших реалиях, это востребованная профессия, так как людям все чаще нужна такая помощь.
Вопрос только в том, чтобы найти качественного психолога.
Сколько злобы в комментариях, причем я так и не понял мотивов большинства комментаторов. Владимир рассказал свою историю и никого в свою «секту» не звал. Чего многие на него и на Т-Ж взъелись?
Karl, спасибо за поддержку) Что вызвало такой отклик я тоже не понял.
Марат, похоже, Вы победили своих психологов)
Как психолог очень аккуратно отношусь к курсам.
Да, без постоянного образования в методах никуда, но то что происходит на рядовых и недешевых курсах очень часто легче и полнее можно получить при желании через:
В итоге получается что траты конечно есть и не малые, но оптимизировать их без потери качества можно. Я бы даже сказал что качество такой направленной практики + небольшого количества уникальных курсов будет выше чем для большого числа распиаренных курсов и программ.
Такой подход содержит свои риски и нужно например иметь хороший бэкграунд чтобы уметь организовать такое самообразование и вписать его в свою картину мира. Курсы не зло, но и не панацея.
Это не в сторону автора, просто мысли в слух о курсах и об обучении в психологическом консультировании.