что не относится к признакам страхового интереса
Что не относится к признакам страхового интереса
11. В силу статьи 930 ГК РФ имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя, выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.
Под имуществом, подлежащим страхованию по договору добровольного страхования имущества граждан, понимаются такие объекты гражданских прав из перечисленных в статье 128 ГК РФ, в отношении которых может существовать законный интерес в сохранении, т.е. они могут быть утрачены (полностью или частично) либо повреждены в результате события, обладающего признаками вероятности и случайности его наступления, и вред, причиненный которым, имеет прямую денежную оценку.
Интерес в сохранении имущества по договору добровольного страхования состоит в его сохранении от негативных последствий, предусмотренных страховым случаем.
При страховании имущества объектом страхования выступает имущественный интерес, связанный с риском утраты (гибели), недостачи или повреждения имущества, принадлежащего страхователю (выгодоприобретателю) на основании закона, иного правового акта или сделки.
В случае, если страховщик оспаривает действительность заключенного им договора добровольного страхования имущества в связи с отсутствием у страхователя (выгодоприобретателя) интереса в сохранении застрахованного имущества (пункт 2 статьи 930 ГК РФ), обязанность доказывания отсутствия интереса у лица, в пользу которого заключен договор страхования, возлагается на страховщика.
Что не относится к признакам страхового интереса
14. Момент определения страхового интереса (статья 930 ГК РФ)
Действующее законодательство исходит из того, что страховой интерес должен присутствовать на момент заключения договора страхования (пункт 2 статьи 930 ГК РФ). Несоблюдение данного требования влечет недействительность договора страхования. Вместе с тем страховой интерес может отсутствовать на момент заключения договора страхования, но появиться до наступления страхового случая. Указанная ситуация имеет место при страховании вещи, которая будет приобретена страхователем после заключения договора, в том числе при страховании имущества, которое будет изготовлено и приобретено в будущем, объекта строительства, при страховании грузов. Другим примером является ситуация, в которой владелец строения на момент заключения договора страхования не мог зарегистрировать свои права на него, однако добился этого в судебном порядке в ходе действия договора страхования. Также могут возникать случаи отпадения существовавшего на момент заключения договора страхования интереса к моменту наступления страхового случая. Ввиду отсутствия законодательного регулирования и судебной практики возникает необходимость определения судьбы договора страхования в таких случаях.
Анализ зарубежного опыта показывает, что возможность страхования интересов, которые возникнут в будущем, допускается либо на законодательном уровне (Германия), либо на уровне судебной практики. Наиболее распространенным подходом является наличие страхового интереса в момент заключения договора страхования. При этом в Великобритании, США и Германии оценка страхового интереса может производиться также в момент наступления страхового случая. Как правило, правовым последствием отсутствия страхового интереса является признание договора недействительным. Однако в Великобритании предусматривается диверсифицированное регулирование в зависимости от вида страхования. Так, при отсутствии страхового интереса договор страхования жизни признается не соответствующим закону (страховая выплата не производится, возврат премии не предусматривается), а в отношении всех остальных договоров страхования, за исключением морского, устанавливается невозможность принудительного исполнения.
Полный отказ от концепции страхового интереса не предполагает уточнения момента его существования. Вместе с тем при закреплении универсальной концепции страхового интереса целесообразно исходить из возможности определения страхового интереса как на момент заключения договора страхования, так и на момент наступления страхового случая. При невозможности установления страхового интереса ни в один из вышеуказанных моментов (заключение договора страхования, наступление страхового случая) договор страхования является ничтожным.
В ситуации наличия страхового интереса на момент заключения договора страхования и его отсутствия в момент наступления страхового случая (последующее отпадение страхового интереса) нужно исходить из того, что договор страхования не может быть признан недействительным. Это обусловлено тем, что статья 930 ГК РФ в качестве основания недействительности признает отсутствие интереса либо до заключения договора страхования, либо на момент его заключения. Следовательно, отпадение страхового интереса после заключения договора страхования не является основанием его недействительности. При указанных обстоятельствах прекращение обязательств, возникших из договора страхования, должно производиться по правилам о досрочном прекращении договора страхования (статья 958 ГК РФ): либо по заявлению любой из сторон договора, либо автоматически с сохранением за страховщиком права на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовал договор страхования.
Что не относится к признакам страхового интереса
13. Применение концепции страхового интереса к различным видам страхования. Необходимость уточнения определения страхового интереса (статья 930 ГК РФ)
ГК РФ содержит перечень интересов, которые могут быть застрахованы в рамках договоров имущественного страхования (пункт 2 статьи 929 ГК РФ). Закон об организации страхового дела также предусматривает возможность страхования имущественных интересов при личном страховании (пункт 1 статьи 4). Определяя в качестве одного из главных признаков страхового интереса его имущественный характер, законодатель не уточнил, какое выражение он должен получить применительно к иным видам страхования, в частности к страхованию ответственности и личному страхованию. Вместе с тем статья 930 ГК РФ, сферой регулирования которой является страхование имущества, закрепляет правило о том, что имущество может быть застраховано в пользу лица, имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества. Нарушение данного правила влечет недействительность договора страхования (пункт 2 статьи 930 ГК РФ). Анализ практики показывает, что суды зачастую применяют положения пункта 2 статьи 930 ГК РФ к договорам страхования ответственности и признают их недействительными ввиду отсутствия страхового интереса.
Первоначальной причиной появления страхового интереса в российском законодательстве была защита страховщиков от мошенничества со стороны страхователей и выгодоприобретателей. Однако практика применения показывает, что страховщики редко используют страховой интерес как защитный инструмент. Таким образом, возникает необходимость пересмотра существующей концепции страхового интереса.
Концепция страхового интереса находит воплощение в зарубежных правопорядках (Англия, Франция, Германия, США). Так, в английском и американском праве страховой интерес применяется ко всем видам договоров страхования, при этом страховое право Германии исходит из неприменимости данного понятия к личному страхованию. В доктрине страхового права Франции вопрос об интересе вызывает неоднозначную оценку. Некоторые исследователи придерживаются «узкой» концепции страхового интереса, согласно которой это понятие применяется только к страхованию имущества. «Срединная» теория страхового интереса заключается в том, что интерес «обнаруживается» в страховании имущества и ответственности. Сторонники «широкой» теории страхового интереса настаивают на применении этого понятия ко всем видам страхования.
M. Provost, La notion d’interet d’assurance, RGDA 2009, P. 713.
На современном этапе представляется целесообразным рассмотреть два варианта реформирования действующего законодательства: 1) возможность полного отказа от страхового интереса как конститутивного элемента страхового отношения; 2) закрепление универсальной концепции страхового интереса.
Поскольку концепция страхового интереса не выполняет своего функционального назначения на практике (не используется как механизм, препятствующий злоупотреблениям со стороны страхователей, выгодоприобретателей), может обсуждаться такой вариант развития страхового законодательства, как полный отказ от законодательного регулирования концепции страхового интереса. На практике страховщики зачастую используют категорию страхового интереса в качестве основания невыплаты возмещения при наступлении страхового случая, что приводит к росту необоснованных отказов в выплате страхового возмещения. Таким образом, первоначальное назначение страхового интереса утрачено, а его современная интерпретация приводит к дестабилизации гражданского оборота, поскольку способствует нарушению прав страхователей, выгодоприобретателей. Очевидно, что при полном отказе от закрепления концепции страхового интереса уточнения данного понятия на легальном уровне не потребуется.
В то же время следует признать, что понятие страхового интереса традиционно воспринимается как основополагающее для российского страхового права. Это понятие получило серьезное осмысление в судебной практике, которая ввела ряд дополнительных аспектов, связанных с толкованием статьи 930 ГК РФ. Понятие страхового интереса раскрывается в обширной отечественной литературе по страховому праву, применяется в правилах страхования, разрабатываемых страховщиками. По этим причинам полный отказ от понятия страхового интереса в законодательстве может оказаться нецелесообразным. В таком случае необходимо, напротив, сделать это понятие более универсальным, применимым ко всем видам страхования. В настоящее время отсутствуют убедительные аргументы в пользу того, что страховой интерес должен учитываться только в страховании имущества. Между тем формальное прочтение главы 48 ГК РФ приводит именно к этому выводу, поскольку положение о страховом интересе упоминается лишь применительно к этому виду страхования (статья 930 ГК РФ).
Универсальность страхового интереса в рамках варианта регулирования, предполагающего сохранение этого понятия в законодательстве, может быть достигнута посредством введения новой статьи о страховом интересе, в котором будет уточнено его определение. Так, страховой интерес должен рассматриваться в качестве заинтересованности страхователя (выгодоприобретателя, застрахованного лица) в ненаступлении страхового случая, влекущего неблагоприятные последствия. Последствием отсутствия страхового интереса является ничтожность договора страхования. Новое положение о страховом интересе должно применяться ко всем видам договоров страхования.
Статья 930. Страхование имущества
1. Имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.
2. Договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя интереса в сохранении застрахованного имущества, недействителен.
3. Договор страхования имущества в пользу выгодоприобретателя может быть заключен без указания имени или наименования выгодоприобретателя (страхование «за счет кого следует»).
При заключении такого договора страхователю выдается страховой полис на предъявителя. При осуществлении страхователем или выгодоприобретателем прав по такому договору необходимо представление этого полиса страховщику.
Комментарий к ст. 930 ГК РФ
1. При страховании имущества страховыми случаями выступают утрата (гибель), недостача или повреждение имущества (подп. 1 п. 2 ст. 929 ГК). Основным объектом страхования здесь являются вещи, хотя возможно и страхование иных видов имущества, способных к уничтожению, похищению или повреждению (например, программ для ЭВМ).
2. Договор страхования предполагает наличие у страхователя или выгодоприобретателя основанного на законе, ином правовом акте или договоре интереса в сохранении этого имущества. Нередко суды подчеркивают, что в соответствии с подп. 1 п. 2 ст. 929 и п. 1 ст. 930 ГК страхователем (выгодоприобретателем) по договору страхования имущества может быть не любое лицо, заинтересованное в сохранении имущества, а лишь тот, кто несет риск утраты или повреждения застрахованного имущества (см., например, Постановление ФАС Московского округа от 29 ноября 2006 г. N КГ-А40/11323-06).
Таким интересом, прежде всего, обладает собственник вещи. Как указано в п. 3 письма ВАС N 75, «собственник как лицо, обладающее наиболее полным абсолютным правом на принадлежащее ему имущество, всегда имеет основанный на законе интерес в его сохранении. Интерес в сохранении имущества имеется у его собственника и тогда, когда по условиям договора аренды обязанность по ремонту поврежденного имущества возлагается на арендатора». Ущерб, который причинен имущественной сфере собственника страховым случаем, подлежит возмещению страховщиком. Страховые убытки собственника состоят в возмещении стоимости погибшей вещи или стоимости ее ремонта. Таким образом, собственнику возмещается реальный ущерб, но не упущенная выгода (на это косвенно указывает и п. 2 ст. 947 ГК). Возмещение упущенной выгоды осуществляется по договору о страховании предпринимательского риска (ст. 933 ГК). Юридические препятствия для оформления двух этих видов страхования одним документом отсутствуют.
Арендатор также признается лицом, заинтересованным в сохранении арендуемого им имущества, что обусловливает возможность страхования в его пользу этого имущества (см., например, Постановление Президиума ВАС от 21 апреля 1998 г. N 1540/98; Постановление ФАС Уральского округа от 5 февраля 2003 г. N Ф09-101/03-ГК). Заинтересованность арендатора в страховании арендуемой вещи проявляется в том, что с гибелью или повреждением вещи арендатор лишится возможности владеть и пользоваться ею, а также в том, что он не сможет вернуть эту вещь арендодателю. Опасность наступления этих обстоятельств может быть застрахована при условии, что они относятся к риску арендатора. Так, если арендатор отвечает за случайную гибель или повреждение вещи (п. 3 ст. 401 ГК), то у него имеется интерес в страховании этой вещи. Повреждение вещи в результате пожара лишает арендатора возможности использовать эту вещь, а потому он вправе требовать страхового возмещения на ремонт этой вещи.
Страховой интерес имеется у арендатора и тогда, когда обязанность к страхованию не предусмотрена договором аренды. Если сданное в аренду имущество застраховано и арендатором, и арендодателем, то наступление страхового случая по обоим договорам страхования не должно приводить к неосновательному обогащению собственника имущества (при получении возмещения стоимости имущества от арендатора он обязан вернуть полученную им излишнюю сумму страхового возмещения своему страховщику на основании ст. 1102 ГК).
Ссудополучатель может застраховать имущество, находящееся в его безвозмездном пользовании. Его интерес обусловлен потребностью в пользовании имуществом и необходимостью возврата этого имущества ссудодателю в соответствии с п. 1 ст. 689 ГК (п. 4 письма ВАС N 75).
Страхование имущества, служащего предметом сделки, предусмотрено законом также для залогодателя и залогодержателя (подп. 1 п. 1 ст. 343 ГК), продавца и покупателя (ст. 490 ГК), заказчика и подрядчика по договору строительного подряда (ст. 742 ГК), ломбарда (п. 3 ст. 358, п. 4 ст. 919 ГК) и т.д.
3. В силу п. 2 коммент. ст. договор страхования имущества, заключенный при отсутствии у страхователя или выгодоприобретателя страхового интереса, является ничтожным. Бремя доказывания отсутствия интереса лежит на лице, заявившем требование о признании договора ничтожным (п. 2 письма ВАС N 75). Страховщик может проверить наличие страхового интереса при заключении договора страхования или довериться сведениям, сообщенным страхователем.
Страховой интерес может существовать у страхователя или выгодоприобретателя на момент заключения договора, но затем отпасть (например, арендатор застраховал арендованную вещь в свою пользу, но до повреждения вещи возвратил ее арендодателю). Поэтому страховщик проверяет наличие страхового интереса также перед страховой выплатой. Отсутствие интереса служит поводом к отказу в страховом возмещении на основании ст. 929 ГК (если страховой случай еще может наступить) или ст. 958 ГК (если страховой случай уже наступить не может). Отпадение страхового интереса не влечет превращения договора страхования в ничтожную сделку, поскольку в момент заключения договора он соответствовал законодательству.
5. Закон обходит молчанием вопрос о судьбе договора страхования, если выгодоприобретатель не имеет страхового интереса, а страхователь имеет. Представляется, что договор страхования в части назначения выгодоприобретателя, не имеющего страхового интереса, ничтожен (п. 2 ст. 930). Но в остальной части этот договор является действительным (ст. 180 ГК).
6. Предусмотренное п. 3 коммент. ст. страхование «за счет кого следует» сопровождается выдачей страхователю страхового полиса на предъявителя. О правовой природе страхового полиса см. коммент. к ст. 940 ГК. Потребность в таком виде страхования существует тогда, когда застрахованный товар активно используется в гражданском обороте. Смысл этого вида страхования состоит в том, что при отчуждении застрахованного товара нет необходимости извещать страховщика о переходе права на застрахованное имущество (ср. со ст. 960 ГК) и о замене выгодоприобретателя (ср. со ст. 956 ГК).
Предъявляя страховой полис страховщику, выгодоприобретатель легитимирует себя в качестве кредитора по обязательству о страховой выплате. Кроме того выгодоприобретатель должен доказать наступление страхового случая и свой страховой интерес (например, факт приобретения им в собственность застрахованного имущества).
Судебная практика по статье 930 ГК РФ
Оспариваемые положения пункта 2 статьи 930, пункта 2 статьи 947 и пункта 1 статьи 951 ГК Российской Федерации, а также пункта 5 статьи 10 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» направлены на обеспечение надлежащего правового регулирования отношений, связанных с заключением и исполнением договора страхования, и достижение баланса интересов сторон договора. Соответственно, эти законоположения сами по себе не могут расцениваться как нарушающие в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявительницы, в деле с участием которой суд пришел к выводу, что договор страхования не может считаться заключенным.
Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе содержание выданного ответчиком направления на ремонт поврежденного транспортного средства, экспертное заключение, установив наступление страхового случая в результате дорожно-транспортного происшествия, причинение ущерба в связи с повреждением в данном ДТП автомобиля, учитывая стоимость восстановительного ремонта, непредставление доказательств проведения ответчиком оценки ущерба, руководствуясь статьями 15, 309, 310, 382, 384, 929, 930, 931, 956, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» и Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», суды сделали вывод о возникновении на стороне страховщика автогражданской ответственности обязанности по выплате страхового возмещения и оплате сопутствующих расходов и судебных расходов.
При принятии судебных актов суды руководствовались положениями статей 15, 393, 785, 793, 796, 929, 930, 943 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 08.11.2007 N 259-ФЗ «Устав автомобильного транспорта и городского наземного электрического транспорта», Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации».
В соответствии со статьей 930 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.
В статье 929 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена обязанность страховщика выплатить страховое возмещение страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю).
Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что страховая компания произвела осмотр транспортного средства и выдала направление на его ремонт с соблюдением положений Закона об ОСАГО, руководствуясь положениями статей 382, 387, 408, 930, 931, 961, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 12, 14.1 Закона об ОСАГО, пунктами 51, 62, 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку восстановительный ремонт транспортного средства организован обществом не в соответствии с положениями Закона об ОСАГО, регулирующими отношения между потерпевшим и страховщиком.
Исходя из обстоятельств, установленных приговором Кировского районного суда г. Ростова-на-Дону от 09.02.2015 по делу N 1-62/15 (Ширкин Г.В., являясь генеральным директором ООО «Алекс-Ростов», то есть законным представителем страхователя, при заключении оспариваемых договоров сообщил страховщику (СПАО «Ингосстрах») заведомо ложные сведения относительно объекта страхования; имущества (оборудования), указанного Ширкиным Г.В. в договорах страхования, фактически не существовало, а его поставка в адрес страхователя не планировалась и не была осуществлена впоследствии), суды сделали вывод о том, что страховая компания заключила договоры под влиянием обмана со стороны общества (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) и при отсутствии у страхователя интереса в сохранении застрахованного имущества (пункт 2 статьи 930 ГК РФ).
Исходя из установленных обстоятельств дела, руководствуясь положениями статей 309, 310, 421, 431, 929, 930, 942, 943, 961, 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии у ответчика обязанности произвести выплату страхового возмещения.
Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, в том числе условия заключенного между сторонами договора страхования имущества от 14.04.2014 N 51915/919/00035/3, учитывая обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Калужской области от 30.08.2016 по делу N А23-4856/2014, исполнение решения суда страховой организацией 14.10.2015, руководствуясь положениями статей 314, 395, 927, 929, 930, 943 Гражданского кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу о том, что обязательство по выплате страхового возмещения возникло у страховой организации перед обществом 30.07.2014, в связи с чем проценты подлежат взысканию за период с 30.07.2014 по 14.10.2015.
Серебровский В.И. Избранные труды по наследственному и страховому праву
Если мы сделаем теперь хотя бы самый беглый просмотр отдельных наиболее существенных положений, применяемых при обязательном неокладном страховании, то увидим, вопреки проф. М. Я. Пергаменту, как сильно сказывается в этом виде страхования наличие публично-правовых свойств.
Принципиальное исключение норм гражданского права в отношении неокладного страхования мы видим в ст. 398 ГК, указывающей, что постановления XI главы ГК не распространяются на все виды обязательного страхования, поскольку в правилах о последних нет указаний на эти постановления.
Правда, в правилах обязательного страхования от огня 1922 г. содержится положение, указывающее, что подлежащие неокладному страхованию имущества поступают на страх по правилам добровольного страхования (§ 33)[590]. Но к этому параграфу еще при издании в 1922 г. указанных правил было сделано достаточное количество дополнений и изменений, резко меняющих общие правила добровольного страхования. Изданные в дальнейшем инструкции по страхованию коммунальных и государственных имуществ, циркуляры Госстраха и Положение о Госстрахе СССР в еще большей степени подчинили обязательное неокладное страхование действию права, не находящего себе выражения в нормах ГК о страховании.
При возникновении страхового правоотношения из договора страховое отношение лежит в сфере гражданского права; в этом случае, действительно, можно с некоторыми общими оговорками об известной условности границы между публичным и частным правом и об общей насыщенности страхового договора публично-правовыми началами говорить о частноправовой природе страхового отношения[591]. Напротив, при возникновении страхового отношения в силу веления закона страховое отношение в условиях советского правопорядка, несомненно, проникается в столь сильной степени публично-правовыми свойствами, что говорить о принципиальном подчинении его нормам частного (гражданского) права уже не приходится.
Но не только в указанных моментах проявляется публично-правовая природа неокладного страхования. Свое сильнейшее отражение она находит и в начале «принудительности», которому Е. М е н совершенно напрасно отводит так мало значения.
Принуждение страхователя страховать известные категории имуществ в Госстрахе, а Госстрах принимать это имущество на страх связывает стороны такими крепкими нитями, которые они не могут разорвать по своему желанию. Поэтому не только страхователь, но и Госстрах не могут по своему желанию уйти из страхового правоотношения, ни отказаться войти в него, за исключением случаев, указанных в законе.
Итак, внимательный анализ страхового правоотношения по неокладному страхованию показывает, что это правоотношение и по основанию своего возникновения, и по характеру установления всех своих существенных элементов, и по свойству прав и обязанностей сторон, несомненно, является отношением публичного права.
Еще менее можно говорить о договорном характере неокладного страхования, когда страхователь уклоняется от оформления этого правоотношения и когда имущество считается застрахованным в судебном порядке со времени получения Госстрахом судебного приказа о взыскании страховой премии[597].
Говоря о § 894 германского гражданско-процессуального устава, мы уже охарактеризовали его применение как безусловное отрицание всей договорной конструкции. Этот взгляд надлежит применить и к случаю, предусмотренному ст. 16 Положения о Госстрахе. Эффект, достигаемый Госстра-хом при уклонении страхователя от исполнения возложенной на него законом обязанности путем особой формы судебного воздействия, к слову сказать, не предусмотренной гражданско-процессуальным кодексами союзных республик, является несомненным проявлением власти Госстраха как публично-правового учреждения.
Но этого эффекта можно было бы достигнуть и другими средствами чисто административного характера, не прибегая к помощи судебного аппарата, собственно говоря, чуждого природе правоотношения по обязательному неокладному страхованию.
Между прочим, очень интересно отметить, что в то время, как в РСФСР еще циркулярами НКЮ за № 120-1924 г. и Госстраха за № 737 и 759 было разъяснено, что неуплаченная страховая премия по обязательному неокладному страхованию должна взыскиваться в порядке судебного приказа, хотя в ст. 210 Гр.-Пр. Код. по этому поводу и не имелось определенных указаний, на Украине до самого последнего времени применялось (и совершенно, по нашему мнению, с теоретической точки зрения, правильно) взыскание страховой премии по неокладному страхованию в порядке административного бесспорного взыскания, что, несомненно, подчеркивало юридическую природу обязательного неокладного страхования как публично-правового отношения[598].
Приходится, однако, заметить, что правила об обязательном неокладном страховании, изложенные в Положении о Госстрахе, не являются законченными, с точки зрения своего юридического построения, и дают возможность свести на нет весь институт обязательного неокладного страхования.
Как мы уже указывали, согласно ст. 16 Положения, в случае удостоверенной судебным исполнителем безуспешности взыскания со страхователя страховой премии, Госстрах должен предъявить требование об уплате премии к тому государственному органу, в ведении которого находится имущество, подлежащее страхованию, причем, если этот орган в двухнедельный срок не внесет страховой премии, то договор страхования считается утратившим силу.
Создается такое положение вещей, что, в сущности, все требования закона об «обязательности» неокладного страхования, о «принудительности» его являются, в действительности, не подкрепленными никакой санкцией. Достаточно судебному исполнителю потерпеть неудачу при взыскании с упорствующего страхователя страховой премии[599], а подлежащему госоргану не пожелать внести в двухнедельный срок эту премию, что, разумеется, во многих случаях и будет иметь место, и правоотношение из обязательного (?) неокладного страхования прекращает свое существование.
Глава VII. Основные элементы страхового правоотношения
В силу страхового правоотношения, одна сторона (страховщик) оказывается обязанной в течение известного срока нести риск за те последствия, которые могут произойти для имущества или жизни данного лица от наступления известного события (страхового случая), и при наступлении этого события уплатить другой стороне (страхователю) или третьему лицу (выгодоприобретателю) страховое вознаграждение (страховую сумму). Другая же сторона (страхователь) оказывается обязанной к уплате за это страховщику известного взноса (страховой премии).
Отсюда можно вывести следующие основные элементы страхового правоотношения.
Страховщик и страхователь непременно принимают участие как в договоре имущественного, так и личного страхования. Выгодоприобретатель может участвовать как в договоре имущественного, так и личного страхования. Застрахованное лицо может участвовать только в договоре личного страхования.
Страховщик принимает на себя обязанность выплатить страхователю страховое вознаграждение при наступлении предусмотренного события, а страхователь делает за это страховщику известный денежный взнос (страховую премию). Выгодоприобретателем называется то лицо, которому страхов-щик должен по договору выплатить страховое вознаграждение. Выгодоприобретателем может быть или сам страхователь, или третье лицо. Застрахованным лицом является то лицо, в жизни которого должно произойти событие, влекущее для страховщика обязанность уплаты страхового вознаграждения. Им может быть страхователь, выгодоприобретатель и четвертое лицо.
2) Страховой риск, под коим разумеется та опасность, от последствий наступления которой заключается страхование.
3) Страховой случай, под коим разумеется то событие, от наступления которого находятся в зависимости права страхователя или выгодоприобретателя на страховое вознаграждение.
4) Страховая сумма, являющаяся той денежной суммой, которую страховщик обязуется уплатить страхователю или выгодоприобретателю при наступлении предусмотренного договором события. Ее надо отличать от страхового вознаграждения, которое страховщик действительно выплачивает страхователю или выгодоприобретателю; по отношению к нему страховая сумма играет роль крайнего предела, выше какового не может подниматься страховое вознаграждение
5) Страховая премия, представляющая собою плату, уплачиваемую страхователем страховщику.
6) Страховой срок. Страховщик принимает на себя ответственность только в течение известного количества времени. Поэтому указание срока является непременным свойством страхового правоотношения.
Эти основные элементы свойственны как добровольному, так и обязательному страхованию, как имущественному, так и личному. Но, тем не менее, в своем приложении к отдельным видам страхования эти основные элементы временами подвергаются некоторой модификации. В особенности своеобразные очертания некоторые из этих элементов получают при личном страховании. В свою очередь, известный отпечаток на эти элементы накладывает и юридическая природа страхового правоотношения в зависимости от того, является ли оно основанным на договоре или вытекает из велений закона, т. е. оказывается обязательным.
В основание дальнейшего изложения мы кладем добровольное имущественное страхование, как наиболее подробно разработанное и ГК, и правилами НКФ. Остальные виды страхования будут нами привлекаться только для оттенения тех особенностей, которые они вызывают в указанных элементах страхового правоотношения.
§ 1. Лица. Страховой интерес
А. Страховщиком, т. е. лицом, принимающим на себя обязанность уплатить при наступлении предусмотренного события другому лицу (страхователю или выгодоприобретателю) страховое вознаграждение, при действующей в СССР системе страховой монополии может быть только Госстрах[600].
Б. Значительно сложнее обстоит вопрос, кто может быть страхователем или выгодоприобретателем.
Статья 380 ГК (п. 2) требует при выдаче полиса указания застрахованного интереса. Статья же 373 ГК указывает, что при заключении договора имущественного страхования страхователь должен точно указать характер своего интереса и интереса выгодоприобретателя.
Отсюда следует, что для разрешения вопроса, кто может быть страхователем и выгодоприобретателем (страховым интерессентом), необходимо предварительно выяснить понятие «страхового интереса».
Понятие страхового интереса является одним из фундаментальных понятий страхового права.
Но при имущественном страховании страховой интерес и поныне является одним из необходимых условий договора страхования, лежит в его основании как твердый правовой фундамент.
Значение страхового интереса для договора имущественного страхования чрезвычайно велико. Договор страхования недействителен, если интерес, для которого заключено страхование, не существует при начале страхования или вообще не возникает в случае заключения страхования для будущего ин-тереса[602]. Те же последствия наступают, если во время действия договора этот интерес у страхователя отпадает[603]. Страховой интерес определяет предел страхового вознаграждения, выплачиваемого страховщиком страхователю[604]. Страховой интерес лежит в основании правил об оставлении части застрахованного имущества на риске страхователя, о дополнительном и двойном страховании[605]. Наконец, страховой интерес является тем критерием, который разграничивает отношения различных лиц к одному и тому же застрахованному объекту.
I. Когда-то в науке страхового права много спорили о том, что является предметом страхования: имущество (вещь) или интерес, связанный с этим имуществом. Поле битвы осталось за сторонниками последнего мнения[606].
Ведь, когда страховщик заключает с страхователем договор, он не принимает на себя обязательства восстановить ту или иную вещь, пострадавшую от наступления страхового случая. Он принимает на себя только обязательство возместить те убытки, которые падут на имущество страхователя. Поэтому при страховании от огня в случае уничтожения пожаром застрахованного дома, страховщик не обязывается к возведению нового дома, при гибели застрахованного скота от эпизоотии он не снабжает крестьян лошадьми, рогатым скотом и т. п., при страховании от кражи товаров не доставляет страхователю товаров соответствующего качества и количества и т. д. Во всех указанных случаях обязанность страховщика состоит только в возмещении того ущерба, который понесет страхователь.
Но ущерб, как известно, может представлять собою не только прямые, но и косвенные убытки. Поэтому поскольку страхование имеет целью возмещение тех убытков, которые может понести страхователь от предусмотренного в договоре события, постольку нет принципиальных препятствий к принятию страховщиком на себя обязанности к возмещению кроме прямых еще и косвенных убытков.
Отсюда следует, что страхуется не та или иная материальная вещь, а все то, с чем у страхователя связан имущественный интерес. Иначе говоря, предметом страхования является имущественный интерес страхователя в целости страхуемого имущества, понимая под имуществом весь комплекс имущественных прав и обязанностей страхователя, и притом интерес оцениваемый на деньги, денежный интерес[609].
[590] Неизвестно, сохранится ли эта формулировка в новых правилах обязательного неокладного страхования, которые Госстрах должен выработать, согласно ст. 12 Положения о Госстрахе СССР.
[591] Формально это проявляется в применимости ст. 167–397 ГК, материально же – в праве сторон устанавливать соглашением ряд существенных условий страхового правоотношения (страховую сумму, срок, круг имуществ, род опасности).
[592] Пол. о Госстрахе, ст. 12.
[593] Пол. о Госстрахе, ст. 12; § 31–33 Правил обязательного страхования от огня, 1922 г.; цирк. Госстраха № 705 и дополнения к нему; Инстр. по страх. комм. имущ., § 1, 5, 6, 7, 8; Инстр. по страх. гос. имущ., § 1, 2.
[594] Это начало властвования характерно сказывается, например, в праве представителя Госстраха требовать от арендатора или учреждения, заключившего договор с последним, производства надлежащего ремонта для приведения имущества в технически удовлетворительное состояние и проведение ряда противопожарных мер, при выполнении коих имущество может быть принято на страх. Прав. обязат. страх. от огня 1922 г., доп. к § 1, прим. 2.
[595] Инстр. по страхованию коммунал. имуществ, § 11, 12; Инстр. по страхован. гос. имуществ, § 10; Пост. о введении в действие положения о Госстрахе, ст. 2.
[596] Публично-правовое свойство отношения еще более подчеркивается, когда субъектом отношения оказывается кооператив или госорган. Таким образом, взгляд П. Д о м б р о в с к о г о и С. Р ы б н и к о в а на публично-правовую природу обязательного неокладного страхования оказывается более правильным, нежели противоположный взгляд проф. М. Я. П е р г а м е н- т а, С. К р а с н и к о в а и Е. М е н а.
[598] М. М а т в i е в с ь к и й, «Порядок стягання страхових премiй по обовъязковому необкладному страхуванню», – Вестн. Сов. Юстиции, 1925 г., № 17. Совершенно прав П. Д о м б р о в с к и й, писавший еще до издания циркуляров Госстраха за № 737 и 759 и Положения о Госстрахе Союза ССР, что заключение договора неокладного страхования не должно зависеть от каких-либо актов волеизъявления обязанного лица. «Вестн. Госстраха», 1923 г., № 1–2, стр. 17.
[599] «Безуспешность взыскания» является вообще формулой чрезвычайно эластичной и дающей широкий простор для усмотрения судебного исполнителя.
[600] Изъятия из этого общего правила см. гл. IV, § 3.
[601] Знаменитый Jambling Act 1774 г. выставил требование наличия страхового интереса в качестве непременного условия договора страхования в равной мере как для страхования лица, так и для страхования имущества. В Англии это положение действует и по настоящее время, хотя практика допускает из него ряд изъятий: P o r t e r, «The Laws of insurance», 1908, р. 43 сл. Но на континенте, за исключением Италии, Бельгии и Голландии, при страховании лица уже не требуется наличия страхового интереса (Швейц. закон, § 74; герм. закон, § 159; австр. закон, § 131; ГК, ст. 374). Тем не менее, приходится отметить, что в новейших страховых актах, касающихся личного страхования, снова как будто выдвигается понятие страхового интереса. Согласно германским полисным условиям 1920 г. по страхованию от несчастных случаев (§ 17), наступление известных болезней конструируется как отпадение страхового интереса. – H a g e n, там же, VIII, 1, S. 382.
[602] Германский закон, § 68.
[606] Ш е р ш е н е в и ч, «Курс торгового права», II, стр. 368, 385; Ф е д о р о в, «Курс торгового права», стр. 855, 857; И д е л ь с о н, «Записки Харьк. Унив.», 1903 г., № 2, стр. 54 сл.; E h r e- n b e r g, «Versicherungsrecht», § 27; он же, «Interesse im Versicherungsrecht, Festgabe f. Sohm», 1915; M a n e s, «Kommentar z. V.–V.», S. 234; K i s c h, «Archiv f. B. R.», 40, S. 1; он же, «Handbuch d. Privatversicherungsrechts», B. III; H a g e n, 1., c., S. 369; O s t e r t a g, «Das Bundesgesetz über d. V.–V.», S. 18, 161; P o r t e r, 1., c., p. 42; также Герм. Торг. Ул., § 48. Герм. и австр. законы не указывают, что предметом страхования является интерес, но из содержания норм герм. и австр. законов это ясно вытекает; см., однако, указания E h r e n z w e i g’ a о недостаточной выдержанности терминологии австрийского закона, D. Gesetz, 1917 ü. d. österr. V.–V., 1918, S. 71.
[607] Code de commerce, art. 334; Герм. зак., §53; Швейц. зак., § 64, абз. 3; P o r t e r, I., c., p. 50. Также Прав. Госстраха страх. грузов по морским путям от 18/IX–25 г., прим. к § 10.
[609] Code de commerce, art. 334; Герм. Торг. Ул., § 778; Герм. зак., § 49, Швейц. зак., § 62.