что нельзя есть староверам
Пища для размышлений. Кухня старообрядцев и Великий пост
Пища для размышлений. Кухня старообрядцев и Великий пост
Трапеза старообрядцев в Воронеже – это русская история с географией.
Именно старообрядцев, потому что никакое другое кулинарное искусство не отражает так доподлинно историю русских в России.
Именно в Воронеже, потому что в отличие, например, от Нижнего Новгорода и Сибири с их крепкими старообрядческими корнями, в местной общине коренных воронежцев почти не осталось. А приезжие собирают на стол свои трапезные традиции от алтайских лесов до задунайских.
Конечно же, это и есть исконно русская кухня до эпохи фаршированных поросят и сложносочиненных кулебяк.
Бухарест-Воронеж с медом, пшеницей и любовью
– Пшеница, вода и мед – вот триединство нашей кутьи. Рис и изюм – ни в коем случае. И в семье, и в общине всегда варю только сам и только из настоящей русской пшеницы. У старообрядцев на кухне всегда есть мешок или мешочек с цельной пшеницей. Покупаю ее на Птичьем рынке. Некоторые предварительно заваривают в термосе. Но я просто засыпаю в кастрюлю с холодной водой, закипит – два часа варю, пока пшеница не станет мягкой. Потом в разваренные остывшие зерна добавляю мед, – рассказал старейший член и основатель воронежской общины Михаил Иванович Смирнов.
Основатель воронежской общины Михаил Смирнов
Его предки – казаки-старообрядцы – ушли из России в Румынию после восстания Кондратия Булавина. Михаил Иванович говорит, что там, на Дунае, с полсотни русских сел, и сейчас это самые большие в мире старообрядческие общины. Сам он тоже родился в Румынии, окончил Бухарестский университет, но с раннего детства воспитывался в строгих многовековых традициях. В 90-х годах прошлого века познакомился с воронежской девушкой и переехал жить на ее родину.
В Воронеже первым делом начал искать единоверцев. Но никакой общины здесь не оказалось, а на молитву люди собирались друг у друга по домам. Тогда Михаил Иванович подготовил нужные бумаги и зарегистрировал местную религиозную организацию, которая теперь входит в митрополию Московскую и всея Руси Русской Православной старообрядческой церкви. Он же выхлопотал у городских властей в бессрочное пользование старенький дом на улице летчика Замкина, где в 50-х годах квартировался заместитель областного прокурора – прихожая, большая зала для литургии, задние покои со старинными книгами, кухня, трапезная. На всем отпечаток сдержанности и одухотворенной старины.
– Мне совсем не понравилось, что люди молятся по домам. В Румынии стоят большие русские храмы, а здесь – катакомбы что ли? История староверов в Воронеже драматична. До революции здесь была крепкая община и молельный дом с усадьбой на Никитинской. В 1933-м году общину ликвидировали. А кто из хранителей традиций остался – теперь уже почти все покинули земной мир. Их дети, внуки, правнуки стали комсомольцами, растворились в светских делах или ушли в приходы воронежской епархии РПЦ, где есть священники. А здесь до появления отца Вячеслава священника в общине не было сто лет, – рассказал Михаил Смирнов.
Нижегородская старина: пасхальные щи готовь с осени
Но Михаил Иванович уверен: воронежских старообрядцев в городе и по деревням много. Просто люди до сих пор не знают, что появилась община. И тихо доживают свой век, храня в душе традиции. Недавно к отцу Вячеславу пришел мужчина, чтобы заказать молебен по умершей маме, которая сообщила перед кончиной, что она из старообрядцев. Человек пришел за помощью на похоронах и остался в общине. Но в основном формируют ее приезжие. Из Казахстана, Румынии, Молдовы, Нижнего Новгорода. Есть врачи, учителя, офицеры. Наконец, стала появляться молодежь. Ведь семьи старообрядцев обычно очень большие. У Виктора Саввича Питигина из Кишинева в семье 15 человек. У Константина Смирнова, сына Михаила Ивановича, одних только детей шестеро. У заместителя директора государственного бюджетного учреждения культуры «Воронежское государственное гастрольно-концертное объединение», то есть областной филармонии (в здании бывшего Дома офицеров) офицера Геннадия Голованова – пятеро детей. Его жена Елена часто готовит уху на всю общину, особенно на поминки и по праздничным дням.
Елена Голованова трапезные традиции привезла из Нижнего Новгорода
Каша для возвышения души
На кухню в молельном доме любой член общины может принести продукты и приготовить. Но Великий пост у старообрядцев очень строгий. Первый день поста и страстная пятница – полностью без еды, даже без хлеба и воды. В первую и в последнюю недели вся пища должна быть сырой и без масла. Михаил Иванович Смирнов так пост соблюдает всю жизнь. Никакого телевизора, интернета, ненужных разговоров. Только духовное самоуглубление и молитвы.
– Безусловно, пища влияет на духовное состояние человека. И если он ест много мяса, его духовный уровень понижается. А повышается он от овощей, фруктов, зерновых продуктов и хлеба. А если человек еще помолится, сходит на исповедь, то душа его раскрывается, как бутон, – рассказал отец Вячеслав.
Священноиерей Вячеслав
Завтрака у староверов нет, только обед и ужин. Нет и вторых блюд с жареными котлетами и гарнирами. Из жареного, пожалуй, только драники.
– «Второе» – это уже советские традиции. А у нас все в основном вареное: каши, щи, куриная лапша, которую сами раскатываем, туго скручиваем, режем. Еда должна как следует насытить, но легко перевариваться. Наш человек работящий, после еды на диван с ноутбуком не заляжет. Но мы не дикари и не отшельники, как нас иногда пытаются представить. Старообрядцы всегда были на пике прогресса. У них были сосредоточены лучшие станки и мануфактуры, четверть капитала всей царской России. Козьма Солдатенков, Павел Третьяков, Павел Рябушинский, Савва Морозов – это все наши люди, – рассказал отец Вячеслав.
У старообрядцев нет вторых блюд
Воронежские шишки по-алтайски
Отец Вячеслав приехал с семьей в Воронеж шесть лет назад с Алтая, из Усть-Каменогорска. На городскую квартиру денег не хватило. Купили старый дом в селе Тресвятское. И никто из домочадцев не пожалел.
– У нас там, как на Алтае, ничем не хуже! И зайцы, и лисы, и дятлы с кукушками. И свой сад. На зиму заготавливаем веточки яблони, вишни, малины и потом чай завариваем. А еще вчера мы с бабушкой пекли постные просфоры на воске. Тесто и противень натираем воском, и получается еще вкуснее, чем на масле, – рассказала Настя Акентьева, четырнадцатилетняя дочка священноиеерея Вячеслава.
Настя Акентьева приехала с родителями из Усть-Каменогорска
На Алтае в лесах староверы всегда «шишковали» – сбивали кедровые шишки, шелушили, заготавливали орешки впрок. В Воронеже шишковый промысел семьи отца Вячеслава свелся к приготовлению ароматного и целебного соснового сиропа. Весной, как появляются на соснах нежные зеленые шишечки, Настя и бабушка собирают их, складывают в банку, засыпают сахаром и настаивают до появления тягучего душистого сока. Потом все домочадцы пьют его перед едой по чайной ложечке.
Где у хлеба голова
«Главная добродетель в наше время – постоянство»
– Многие из наших не покупают продукты со штрих-кодом. Но не еда делает нас старообрядцами. Вот Михаил Иванович ест раков, потому что наши в Румынии их едят. А в России, в лесах – запрещены. Наши деды говорят внукам: «Хлеб надо резать с головы. Где у хлеба голова?». И детишки вертят его и так, и эдак – где же голова? А это значит: сперва помолиться надо, а потом кушать. Только правильная молитва и служба в храме дарят человеку духовный и физический иммунитет. Так что самая большая добродетель в наше время – постоянство. Надо хранить верность. Это лучшее для спасения души из нынешних тупиков и катаклизмов, – добавил отец Вячеслав на прощание.
Какую пищу запрещено есть староверам
Старообрядцы издавна уходили от гонений в леса и пустыни, стараясь сохранить свою веру и свой уклад жизни. Правда, вместе с верой в отдаленных северных селениях сохранялись и стародавние, диковинные обычаи восточных славян, свои представления о мире и свои суеверия.
«Поганую пищу» не едят
Главное, что хотели бы сохранить староверы многих конфессий (а среди них есть и как и вполне привычные нам единоверцы, так и различные экзотические секты) – это чистоту от скверны, которую по их представлениям несет мир. Есть свидетельства, что даже единоверцы, покупая продукты в магазинах или на рынках, потом просят священников, чтобы те прочитали над продуктами молитву, очищающую от скверны.
Старообрядцы-беспоповцы вообще считают, что весь мир – скверна и нельзя себя сохранить в чистоте, пребывая в нем. Оскверниться можно через совместную трапезу и даже через простое общение с православными христианами (еретиками), с иноверцами или с людьми неверующими.
Именно поэтому они никогда не трапезничали с людьми других конфессий или, как они говорили, согласий, не молились с «неверными». Обязательной молитвой и поклонами «очищали» продукты, попавшие к ним с рынка, но по большей части вообще старались не есть такие продукты.
Особой строгостью в этом отношении отличались федосеевцы и филипповцы. Они до сих пор считают что пища, приготовленная «еретиками» или «неверными», должна освящаться по той причине, что все, кроме староверов, служат дьяволу, и даже если не поклоняются идолам, то все равно «бесы везде живут».
Купленная «на торжище» (на рынке) пища должна освящаться молитвою и сотней земных поклонов. При этом саму пищу нужно для освящения ставить перед образами. Во многих местах староверы придерживаются суеверия, что если напиток простоял ночь в открытом кувшине, то пить его уже нельзя – за ночь в него вошел бес, и он осквернен.
Из одной посуды с «еретиками» не пьют
Сибирские охотники, набредавшие во время странствий по тайге на поселения староверов, часто удивлялись, что староверы, дав им напиться воды, тот час же демонстративно выбрасывали кружку. Некоторые объясняли это тем, что старообрядцы опасаются болезней, занесенных охотниками. Но на самом деле посуда, из которой пил «неверный» считалась оскверненной и подлежала уничтожению.
По этой же причине староверы не позволяли черпать из своих колодцев воду чужой посудой или ведрами. После нарушения такого табу вода считалась оскверненной.
Российский этнограф Дмитрий Константинович Зеленин в работе «Восточнославянская этнография» указывал, что погаными, нечистыми у староверов считались домашние животные – кошки и собаки: если кошка понюхала тарелку или собака случайно слизывала с блюда остатки пищи, то такую посуду выбрасывали.
Впрочем, «поганую пищу» можно было снова сделать пригодной для употребления, освятив её святой водой. Если в колодец случайно попадала мышь или кошка, то следовало отлить из него 40 ведер воды, а оставшееся – заново освятить, налив туда святой воды.
Дом чист, а баня – погана
Этнографы отмечали болезненную чистоплотность среди староверов Сибири и Севера. В доме некрашеный пол мыли каждую субботу, скобля его ножами и посыпая крупным речным песком, несколько раз в году перед большими праздниками мыли и стены дома. Пол застилали половиками и дорожками, по которым ходили только в чулках или в носках. А если в доме была дочка на выданье, за чистотой следили особо. Иначе считали, что дочь никто не возьмет замуж.
Нечистой, скверной у староверов считалась баня, как место, в котором отсутствует Бог. Поэтому после бани староверы обязательно молились, чтобы снять с себя скверну, а присутствие ванной комнаты и туалета в городских квартирах почитали за осквернение жилища.
Посещать баню запрещалось во время великих праздников и во время строго поста.
Зато обязательное посещение бани предписывалось после купания в море или в реке. Считалось, что старовер, моясь в реке или в море, «сам себя осязал», а значит, грешен. Для очищения ему полагалось прочитать одну лeстовку (лестовкой назывались специальные четки) и положить сто поклонов.
«Нечистым» у староверов считалось даже мыло. Постиранное мылом белье следовало как следует прополоскать в проточной воде, а посуда после такого мытья была оскверненной.
Деньги – та еще скверна
Строверам не разрешается молиться в грязной одежде или неумытым. Перед молящимся обязательно должен был лежать «подручник» – специальный коврик, который нужен был для того, чтобы старовер, полагая земной поклон, не прикасался рукой к нечистому полу.
Все, что расположено у человека ниже пояса, считается грязным, и если во время молитвы старообрядец прикоснулся к чему-нибудь, следовало пойти помыть руки и дополнительно помолиться.
Грязными признавались и деньги, после них тоже мыли руки, а если не было такой возможности, то церковную свечу держали через бумагу, дабы не прикасаться к освященной вещи оскверненными руками.
Дело доходило до того, что беспоповцы отказывались хоронить и поминать тех единоверцев, которые умирали «в миру», не очистившись.
Даже церковь считалась оскверненной, если в нее заходил язычник или еретик. Для очищения такой скверны у раскольников существовали свои молитвы, например, «Чин на отвeрзeние церкви, от еретик осквeрншeйся», «Чин на очищение церкви, eгда неверных внидeт кто, или от пияных проказ, или от младенца сквeрна».
В большинстве этих странных традиций православные христиане видят недоверие к Богу и суеверия. Они следуют словам Христа: «Слушайте и разумейте! Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что выходит из уст, оскверняет человека» (Мф. 15:10).
Правила гигиены старообрядцев: что с ними не так
Старообрядцы издавна уходили от гонений в леса и пустыни, стараясь сохранить свою веру и свой уклад жизни. Правда, вместе с верой в отдаленных северных селениях сохранялись и стародавние, диковинные обычаи восточных славян, свои представления о мире и свои суеверия.
«Поганую пищу» не едят
Главное, что хотели бы сохранить староверы многих конфессий (а среди них есть и как и вполне привычные нам единоверцы, так и различные экзотические секты) – это чистоту от скверны, которую по их представлениям несет мир.
Есть свидетельства, что даже единоверцы, покупая продукты в магазинах или на рынках потом просят священников, чтобы те прочитали над продуктами молитву, очищающую от скверны.
Старообрядцы-беспоповцы вообще считают, что весь мир – скверна, и нельзя себя сохранить в чистоте, пребывая в нем. Оскверниться можно через совместную трапезу и даже через простое общение с православными христианами (еретиками), с иноверцами или с людьми неверующими.
Именно поэтому они никогда не трапезничали с людьми других конфессий или, как они говорили, согласий, не молились с «неверными». Обязательной молитвой и поклонами «очищали» продукты, попавшие к ним с рынка, но по большей части вообще старались не есть такие продукты.
Особой строгостью в этом отношении отличались федосеевцы и филипповцы. Они до сих пор считают что пища, приготовленная «еретиками» или «неверными» должна освящаться по той причине, что все, кроме староверов, служат дьяволу, и даже если не поклоняются идолам, то все равно «бесы везде живут».
Купленная «на торжище» (на рынке) пища должна освящаться молитвою и сотней земных поклонов. При этом саму пищу нужно для освящения ставить перед образами.
Во многих местах староверы придерживаются суеверия, что если напиток простоял ночь в открытом кувшине то пить его уже нельзя – за ночь в него вошел бес, и он осквернен.
Из одной посуды с «еретиками» не пьют
Сибирские охотники, набредавшие во время странствий по тайге на поселения староверов, часто удивлялись, что староверы, дав им напиться воды, тот час же демонстративно выбрасывали кружку. Некоторые объясняли это тем, что старообрядцы опасаются болезней, занесенных охотниками. Но на самом деле посуда, из которой пил «неверный» считалась оскверненной и подлежала уничтожению.
По этой же причине староверы не позволяли черпать из своих колодцев воду чужой посудой или ведрами. После нарушения такого табу вода считалась оскверненной.
Российский этнограф Дмитрий Константинович Зеленин в работе «Восточнославянская этнография» указывал, что погаными, нечистыми у староверов считались домашние животные – кошки и собаки: если кошка понюхала тарелку или собака случайно слизывала с блюда остатки пищи, то такую посуду выбрасывали.
Впрочем, «поганую пищу» можно было снова сделать пригодной для употребления, освятив её святой водой. Если в колодец случайно попадала мышь или кошка, то следовало отлить из него 40 ведер воды, а оставшееся – заново освятить, налив туда святой воды.
Дом чист, а баня – погана
Этнографы отмечали болезненную чистоплотность среди староверов Сибири и Севера. В доме некрашеный пол мыли каждую субботу, скобля его ножами и посыпая крупным речным песком, несколько раз в году перед большими праздниками мыли и стены дома. Пол застилали половиками и дорожками, по которым ходили только в чулках или в носках. А если в доме была дочка на выданье, за чистотой следили особо. Иначе считали, что дочь никто не возьмет замуж.
Нечистой, скверной у староверов считалась баня, как место, в котором отсутствует Бог. Поэтому после бани староверы обязательно молились, чтобы снять с себя скверну, а присутствие ванной комнаты и туалета в городских квартирах почитали за осквернение жилища.
Посещать баню запрещалось во время великих праздников и во время строго поста.
Зато обязательное посещение бани предписывалось после купания в море или в реке. Считалось, что старовер, моясь в реке или в море, «сам себя осязал», а значит, грешен. Для очищения ему полагалось прочитать одну лeстовку (лестовкой назывались специальные четки) и положить сто поклонов.
«Нечистым» у староверов считалось даже мыло. Постиранное мылом белье следовало как следует прополоскать в проточной воде, а посуда после такого мытья была оскверненной.
Деньги – та еще скверна
Строверам не разрешается молиться в грязной одежде или неумытым. Перед молящимся обязательно должен был лежать «подручник» – специальный коврик, который нужен был для того, чтобы старовер, полагая земной поклон, не прикасался рукой к нечистому полу.
Все, что расположено у человека ниже пояса, считается грязным, и если во время молитвы старообрядец прикоснулся к чему-нибудь, следовало пойти помыть руки и дополнительно помолиться.
Грязными признавались и деньги, после них тоже мыли руки, а если не было такой возможности, то церковную свечу держали через бумагу, дабы не прикасаться к освященной вещи оскверненными руками.
Дело доходило до того, что беспоповцы отказывались хоронить и поминать тех единоверцев, которые умирали «в миру», не очистившись.
Даже церковь считалась оскверненной, если в нее заходил язычник или еретик. Для очищения такой скверны у раскольников существовали свои молитвы, например, «Чин на отвeрзeние церкви, от еретик осквeрншeйся», «Чин на очищение церкви, eгда неверных внидeт кто, или от пияных проказ, или от младенца сквeрна».
В большинстве этих странных традиций православные христиане видят недоверие к Богу и суеверия. Они следуют словам Христа: «Слушайте и разумейте! Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что выходит из уст, оскверняет человека» (Мф. 15:10).
Пищевые табу старообрядцев: какую еду они считали «поганой»
Старообрядцы издавна уходили от гонений в леса и пустыни, стараясь сохранить свою веру и свой уклад жизни. Правда, вместе с верой в отдаленных северных селениях сохранялись и стародавние, диковинные обычаи восточных славян, свои представления о мире и свои суеверия.
«Поганую пищу» не едят
Главное, что хотели бы сохранить староверы многих конфессий (а среди них есть и как и вполне привычные нам единоверцы, так и различные экзотические секты) – это чистоту от скверны, которую по их представлениям несет мир. Есть свидетельства, что даже единоверцы, покупая продукты в магазинах или на рынках, потом просят священников, чтобы те прочитали над продуктами молитву, очищающую от скверны.
Старообрядцы-беспоповцы вообще считают, что весь мир – скверна и нельзя себя сохранить в чистоте, пребывая в нем. Оскверниться можно через совместную трапезу и даже через простое общение с православными христианами (еретиками), с иноверцами или с людьми неверующими.
Именно поэтому они никогда не трапезничали с людьми других конфессий или, как они говорили, согласий, не молились с «неверными». Обязательной молитвой и поклонами «очищали» продукты, попавшие к ним с рынка, но по большей части вообще старались не есть такие продукты.
Особой строгостью в этом отношении отличались федосеевцы и филипповцы. Они до сих пор считают что пища, приготовленная «еретиками» или «неверными», должна освящаться по той причине, что все, кроме староверов, служат дьяволу, и даже если не поклоняются идолам, то все равно «бесы везде живут».
Купленная «на торжище» (на рынке) пища должна освящаться молитвою и сотней земных поклонов. При этом саму пищу нужно для освящения ставить перед образами. Во многих местах староверы придерживаются суеверия, что если напиток простоял ночь в открытом кувшине, то пить его уже нельзя – за ночь в него вошел бес, и он осквернен.
Из одной посуды с «еретиками» не пьют
Сибирские охотники, набредавшие во время странствий по тайге на поселения староверов, часто удивлялись, что староверы, дав им напиться воды, тот час же демонстративно выбрасывали кружку. Некоторые объясняли это тем, что старообрядцы опасаются болезней, занесенных охотниками. Но на самом деле посуда, из которой пил «неверный» считалась оскверненной и подлежала уничтожению.
По этой же причине староверы не позволяли черпать из своих колодцев воду чужой посудой или ведрами. После нарушения такого табу вода считалась оскверненной.
Российский этнограф Дмитрий Константинович Зеленин в работе «Восточнославянская этнография» указывал, что погаными, нечистыми у староверов считались домашние животные – кошки и собаки: если кошка понюхала тарелку или собака случайно слизывала с блюда остатки пищи, то такую посуду выбрасывали.
Впрочем, «поганую пищу» можно было снова сделать пригодной для употребления, освятив её святой водой. Если в колодец случайно попадала мышь или кошка, то следовало отлить из него 40 ведер воды, а оставшееся – заново освятить, налив туда святой воды.
Дом чист, а баня – погана
Этнографы отмечали болезненную чистоплотность среди староверов Сибири и Севера. В доме некрашеный пол мыли каждую субботу, скобля его ножами и посыпая крупным речным песком, несколько раз в году перед большими праздниками мыли и стены дома. Пол застилали половиками и дорожками, по которым ходили только в чулках или в носках. А если в доме была дочка на выданье, за чистотой следили особо. Иначе считали, что дочь никто не возьмет замуж.
Нечистой, скверной у староверов считалась баня, как место, в котором отсутствует Бог. Поэтому после бани староверы обязательно молились, чтобы снять с себя скверну, а присутствие ванной комнаты и туалета в городских квартирах почитали за осквернение жилища.
Посещать баню запрещалось во время великих праздников и во время строго поста.
Зато обязательное посещение бани предписывалось после купания в море или в реке. Считалось, что старовер, моясь в реке или в море, «сам себя осязал», а значит, грешен. Для очищения ему полагалось прочитать одну лeстовку (лестовкой назывались специальные четки) и положить сто поклонов.
«Нечистым» у староверов считалось даже мыло. Постиранное мылом белье следовало как следует прополоскать в проточной воде, а посуда после такого мытья была оскверненной.
Деньги – та еще скверна
Строверам не разрешается молиться в грязной одежде или неумытым. Перед молящимся обязательно должен был лежать «подручник» – специальный коврик, который нужен был для того, чтобы старовер, полагая земной поклон, не прикасался рукой к нечистому полу.
Все, что расположено у человека ниже пояса, считается грязным, и если во время молитвы старообрядец прикоснулся к чему-нибудь, следовало пойти помыть руки и дополнительно помолиться.
Грязными признавались и деньги, после них тоже мыли руки, а если не было такой возможности, то церковную свечу держали через бумагу, дабы не прикасаться к освященной вещи оскверненными руками.
Дело доходило до того, что беспоповцы отказывались хоронить и поминать тех единоверцев, которые умирали «в миру», не очистившись.
Даже церковь считалась оскверненной, если в нее заходил язычник или еретик. Для очищения такой скверны у раскольников существовали свои молитвы, например, «Чин на отвeрзeние церкви, от еретик осквeрншeйся», «Чин на очищение церкви, eгда неверных внидeт кто, или от пияных проказ, или от младенца сквeрна».
В большинстве этих странных традиций православные христиане видят недоверие к Богу и суеверия. Они следуют словам Христа: «Слушайте и разумейте! Не то, что входит в уста, оскверняет человека, но то, что выходит из уст, оскверняет человека» (Мф. 15:10).