Что такое юрист in house
Инхаус-юрист сегодня. Навыкам эффективной работы быть!
Технологии проникают во все сферы деятельности человека, при этом используются такие инструменты как машинное обучение и искусственный интеллект. А как обстоят дела в такой казалось бы традиционной сфере как юриспруденция?
Очень долго юристы оставались вне поля зрения, касающегося автоматизации. Но сейчас уже прочно обосновалась отрасль, которая представляет технологичные решения для автоматизации и цифровизации юридической деятельности – Legal Tech. Можно встретить даже такие решения как робот-юрист, который отвечает за подготовку правовой экспертизы и организацию судебного процесса, в том числе поиск суда для подачи иска, оплаты госпошлины, определению подсудности, формированию процессуальных документов.
С другой стороны, по мнению Антона Александровича Иванова, заведующего кафедрой гражданского права ГУ-ВШЭ, ранее Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ, полная машинизация права невозможна до тех пор, пока сохраняется человеческое общество, в котором люди наделены свободой воли и могут действовать нелогично или против правил. Периодическое отступление норм права от законов формальной логики – одна из лежащих на поверхности причин, которые препятствуют машинизации права. Источник: https://zakon.ru/blog/2017/12/06/o_glubine_mashinizacii_prava
Но, мы не будем говорить о замене юристов или «полной машинизации», поговорим о рутинной части юридической сферы, которая хорошо поддается автоматизации. И к этому юристам нужно быть готовым.
Предлагаю рассмотреть примерный перечень компетенций, которыми, на мой взгляд, должен обладать юрист в эпоху цифровизации. Примерным он является в силу того, что профессиональный стандарт в отношении профессии юриста, юрисконсульта на данный момент не утвержден. К тому же профстандарт как правило носит рекомендательный характер и обязательным является только в исключительных случаях, предусмотренных законом.
И в частности рассмотрим компетенции корпоративного (инхаус) юриста. Как правило такой специалист вовлечен во многие бизнес-процессы компании. Образ юриста на предприятии можно описать следующей поговоркой: «И швец, и жнец, и на дуде игрец». Но только одной универсальностью, подпитанной отличным багажом знаний, здесь не обойтись. Самое время вспомнить еще одну поговорку: «Один в поле не воин». Несомненно, нужна налаженная коммуникация между сотрудниками. Любая категория дел будь то подряд, оказание услуг, аренда или купли-продажа требуют постоянного взаимодействия с коллективом и работу в группе. Своевременная реакция и способность выработать механизм решения проблемы с минимальными финансовыми и временными издержками являются постулатами успешного разрешения юристом как внутренних вопросов, так претензионных и судебных споров.
Навыки работы с информационными системами тоже очень важный элемент компетенций юриста, рассмотрим подробнее.
Умение работать со справочно-правовыми системами
Пожалуй, основное умение юриста – это умение ориентироваться в законодательстве. При этом ориентация должна быть эффективной. Справочно-правовые системы где-то упростили, а где-то даже заменили функции юриста по актуализации, систематизации, формированию картотек нормативно-правовых актов и судебной практики, позволив получить необходимую информацию в несколько кликов.
В качестве примера можно привести «Консультант Плюс» и «ГАРАНТ». Порядку работы с которыми обучают еще в ВУЗе.
Умение использовать электронные сервисы
Для быстрой и эффективной работы необходимо уметь работать с электронными сервисами:
Чтобы начать работать, достаточно иметь подтвержденный аккаунт на https://www.gosuslugi.ru/ и соответствующую доверенность в случае представительства.
Умение работать в системах электронного документооборота
Системы класса ECM отлично справляются с задачами по переводу документов в электронный вид, их быстрому созданию, упорядоченному хранению, управлению жизненным циклом, а также задачами по управлению бизнес-процессами и взаимодействием сотрудников компаний и служащих органов государственной власти. При чем законодательство уже позволяет многие документы использовать и хранить полностью в электронном виде, не имея бумажного оригинала.
Ниже предлагаю рассмотреть основные бизнес-процессы, в которые вовлечены юристы.
Договорная деятельность компании
Участие в процессе согласования проектов договорных документов, является основной обязанностью инхаус-юриста.
Любая современная система электронного документооборота обладает стандартным модулем для работы с договорами.
При этом юрист даже может являться «владельцем» этого бизнес-процесса. Тогда он должен обладать знаниями не только на уровне рядового пользователя, но и понимать, как целиком выглядит процесс с точки зрения системы, что из себя представляет маршрут согласования, его этапы, какие макеты и шаблоны договорных документов используются. Контролировать их актуальность. Приучать других пользователей соблюдать договорную дисциплину в соответствии с нормами действующего законодательства и внутренними локально-нормативными актами. Юрист заинтересован в развитии и оптимизации договорной работы, он может подсказать, как без рисков, можно упростить согласование.
При помощи использования ECM-системы можно добиться:
Подготовка претензий, исковых заявлений
Прежде чем приступить к подготовке претензионного письма или искового заявления, юристу необходимо изучить фактические обстоятельства и собрать доказательственную базу, т.е. сформировать документы.
В претензионно-исковой, судебной работе право вторично, первичны факты. Действия юриста для поиска фактов, как минимум будут складываться по следующему сценарию:
В отсутствие ECM-системы или навыков ее эффективного использования, юрист не сможет справиться с поставленной задачей оперативно. Необходимо будет подключать смежные отделы, загружать запросами по поиску в архиве нужных томов и снятия копий с документов. А значит терять время, так как такое обращение скорее всего будет исполняется от одного до трех рабочих дней, а иногда и больше, в зависимости от положений внутренних регламентов организации, загруженности сотрудников и объема истребуемой документации. И особенно если идет речь о бумажных документах.
О каких инструментах и возможностях ECM-систем нужно знать юристу, чтобы сократить не только свои временные издержки на подготовку претензий/исков, но и сотрудников смежных отделов?
Позволит в пару кликов найти нужный договор и ответственное лицо за его исполнение. Проанализировать историю его создания и согласования. При необходимости можно распечатать и приложить договорные документы к претензии/исковому заявлению или использовать электронную копию при подаче документов (иска, заявления и т.п.) через электронные сервисы – https://my.arbitr.ru/, https://ej.sudrf.ru/.
Умение планировать и вести учетУчет судебных разбирательств
Для того чтобы правильно выстроить работу, связанную с участием в судебных разбирательствах необходимо ее спланировать. Можно попробовать вести вручную судебный календарь в почтовом органайзере к примеру, Microsoft Outlook. Действительно такой инструмент позволит вам не забыть о судебном заседании, конечно, если вы своевременно занесли в него соответствующую информацию. При этом вопрос о мониторинге общего количества судебных разбирательств, их состоянии, ответственным сотрудникам, за которыми закреплено дело, остается открытым.
Самым простым вариантом для этого при использовании ECM-системы является создание соответствующего справочника судебных дел. Количество атрибутов может быть разным, но основой должны выступать:
В итоге мы получим простой и довольно эффективный инструмент учета судебных дел. Используя панель фильтрации, можно быстро получить актуальную картину по состоянию дел и загрузке сотрудников.
Даже если вы очень любите работать с почтовым органайзером, то его можно синхронизировать с системой. При этом можно наладить интеграцию с календарём. По каждой стартованной задаче на участие в судебном разбирательстве, можно прямо из проводника системы создать встречу в календаре Microsoft Outlook.
Напоминаю, что я привел самый минимум процессов, в которых участвуют инхаус-юристы. Также актуальными могут являться:
Так что впереди еще много возможностей для автоматизации. Но возвращаясь к приведенному вначале статьи высказыванию А.И. Иванова, отмечу, что автоматизация в сфере права должна восприниматься как вспомогательный, а не господствующий инструмент.
Инхаус или консалтинг – кому проще начать свой бизнес
Те, кто работал в юридическом консалтинге, значительно чаще открывают свой юридический бизнес, чем инхаус-юристы. Для этого есть объективные причины: особенности поставленных задач, взаимодействия с клиентом и структуры компаний. Кому проще найти себя в юридическом бизнесе – бывшему инхаусу или экс-сотруднику крупной юрфирмы – и какие преимущества и недостатки имеют оба сценария? Об этом рассказали управляющие партнёры российских юридических компаний.
Только опыт в инхаусе – юридической службе внутри компаний – может дать юристу возможность понять, что необходимо для бизнеса клиента. Так считает Александр Аронов, глава юридической компании «Аронов и партнёры», начавшей работу в начале 2016 года. Аронов – выходец из инхауса и до открытия собственной компании успел поработать и в корпорациях, и в госструктурах. Такой профессиональный путь – скорее исключение, чем правило для российского юррынка: число тех, кто начал свой бизнес, выйдя из инхауса, среди управляющих партнёров минимально. Классический сценарий – «исход» из консалтинга, причем нередко из зарубежной компании. Какие преимущества даёт будущему руководителю работа в инхаусе и консалтинге, какая «стартовая площадка» больше подходит для начала своего бизнеса и в чём особенности обоих вариантов – Право.ru узнало у самих руководителей юрфирм.
Инхаус: аргументы «за»
Анастасия Асташкевич, глава компании «Асташкевич и партнёры», проработала по специальности 15 лет. Десять из них она провела в юридических департаментах крупных компаний. «Когда ты продумываешь тонкости крупных проектов, подобных строительству «Южного потока», ты уже точно понимаешь, что нужно бизнесу», – говорила Асташкевич в ходе конференции Право.ru, посвящённой юридическим стартапам. При этом мотивация директора фирмы и мотивация юриста в консалтинге разная: решить задачу с юридической точки зрения и решить ее, преследуя определенную предпринимательскую цель, – далеко не одно и то же. Понимание предпринимательской идеи, заложенной в бизнес компании, – одно из основных преимуществ, о котором упоминают выходцы из инхауса. «Клиенту не нужны красивые отчеты, презентации и заключения. Клиенту нужно понять, как можно при минимальных издержках наиболее быстро и эффективно решить возникшую проблему», – говорит Александр Аронов.
Из этого вытекает и другой положительный момент: возможность реализовывать проекты «под ключ». «Это могут быть проекты, разные по масштабу и сроку, с огромным количеством вводных и участников», – говорит Александр Аронов. Для их реализации у выходца из инхауса есть огромный опыт. «У инхауса есть опыт ведения разноплановых дел: трудовых, антимонопольных, корпоративных, арбитража», – подтверждает и Анастасия Асташкевич.
Среди плюсов юриста-инхауса для клиента он также называет готовность оперативно включиться в работу на любом этапе: то, к чему специалисты из консалтинга, по опыту Аронова, оказываются готовы далеко не всегда.
Те, кто начинал карьеру не в консалтинге, приходят в юридический бизнес не только из корпораций – хорошим началом карьеры может быть и госслужба. «Конечно, работа чиновником накладывает на людей определённый отпечаток, там свой стиль и своя специфика. Однако в органах власти можно получить бесценный опыт на старте», – замечает Павел Катков, управляющий партнёр юридической фирмы «Катков и партнёры». Есть области, в которых данный опыт крайне полезен: работа в Роспатенте, в суде, в правоохранительных органах, при правильном подходе может сослужить хорошую службу юристу при дальнейшем его развитии в консалтинге, отмечает он.
Три правила для стартаппера-инхауса от Александра Аронова:
Минусы инхауса – плюсы консалтинга
Тем не менее, для тех юристов, кто хочет открыть свою компанию, имея за спиной только опыт работы в бизнесе или госструктурах, есть и плохие новости. Одна из них – клиентов скорее всего придётся набирать с нуля. Наработанной контактной базы у тех, кто был корпоративным юристом, как правило, нет.
Подготовиться придётся и к сложностям с маркетингом. «Мы не являемся медийными лицами. В инхаус бизнес не вкладывает деньги для продвижения его имени. Бизнесу не нужны статьи юриста, его выступления в качестве спикера на конференциях. Бизнесу нужен результат его работы. В консалтинге все наоборот, и здесь инхаусам приходится догонять», – отмечает Александр Аронов.
Другая сложность – слишком узкая специализация, если в течение долгого времени приходилось работать в одной отрасли, мало опыта и понимания функционирования других отраслей, говорит Анастасия Асташкевич. Согласен с ней и Андрей Корельский, управляющий партнёр юридической компании КИАП. «Если ты был специалистом в химической отрасли, то уже не будешь таким же крутым, например, в деревообработке. И здесь опыта инхауса уже недостаточно для того, чтобы говорить: «Я универсал в разных отраслях и понимаю разные виды деятельности», – приводит пример Корельский.
Обращают внимание юристы и на ещё одну сложность – больше психологическую, чем юридическую. «Консалтинг дает необходимый взгляд на клиентов, понимание сути адвокатской профессии, дает возможность почувствовать на собственной шкуре и радость, и недовольство клиентов. В инхаусе у тебя лишь один клиент – твоя компания, и навыков работы с внешним миром, полным других консультантов, может оказаться недостаточно», – говорит Евгений Жилин, управляющий партнёр юридической компании «Юст».
Творцы и продавцы
Разница ощущается и когда дело доходит до необходимости продавать. Консалтинговому юристу нужно быть «продающим» партнёром, уверен Андрей Корельский: «Волка кормят ноги – нужно постоянно общаться, быть проактивным. Опыт консалтингового юриста при стартапе позволяет ему иметь больше навыков – в том числе общения, вопросов, связанных с продажами». Такого же мнения придерживается и Максим Кульков, управляющий партнёр юридического бутика ΚΚ&P. Он убеждён: начинать свое дело в юридическом бизнесе гораздо проще после работы в консалтинге.
Максим Кульков, управляющий партнёр KK&P:
«Главное отличие топового юриста или партнера в консалтинге от топового инхауса в том, что первый умеет продавать услуги, а второй не умеет, каким бы хорошим юристом или управленцем он не был. «Под умением продавать» я имею в виду не только поиск новых клиентов для предложения им юруслуг. Прежде всего – это клиентоориентированность, то есть умение схватить суть потребностей клиента, чтобы удовлетворить их максимально эффективным для последнего образом. Только годы работы в консалтинге, опыт консультирования десятков и сотен клиентов развивают такие способности».
Что заставляет инхауса уйти?
Уход из инхауса в консалтинг на рынке стал наблюдаться чаще. Однако это не тренд, а индивидуальное решение, как правило связанное с тем, что юрист хочет разнообразить практику и уйти с накатанных рельсов, уверена Анастасия Асташкевич.
«Моя мотивация заключалась в том, что проекты стали однотипными, работа – рутинной. В итоге появилось желание сменить вектор и попробовать себя в адвокатуре», – рассказывает Асташкевич. После ухода из инхауса она пошла стажёром к Хейфецу. Год «чёрной работы» показал: то, что закладывает классическая адвокатура – колоссальный опыт.
Принимая решение о выходе в самостоятельное плавание, важно не переоценить свои возможности, предупреждает Екатерина Тиллинг, старший партнёр и сооснователь юридической фирмы «Тиллинг Петерс».
Главный ориентир – стабильность, степень и уровень которой помогут определить откровенные ответы самому себе на следующие три основных вопроса:
первый вопрос – об уровне собственного профессионализма, то есть насколько высоки уровень и качество моего собственного профессионального сервиса, который я могу предложить клиентам;
второй – кто мои клиенты? То есть какие у меня есть в арсенале текущие или ближайшие проекты, а также формы сотрудничества, которые мне их помогут обеспечить;
и третий вопрос – моя команда: я сам, либо мои партнеры-единомышленники, либо еще и команда юристов-исполнителей, которые помогут мне донести мою высокую компетенцию до клиента и обеспечить выполнение текущих задач.
Если специалист, принимающий решение о выходе в стартап, обладает указанными ресурсами, то не важно, откуда он начинает свое свободное плавание – из инхауса или из консалтинга. Стабильное уверенное начало ему будет обеспечено.
Впрочем, один из основных факторов, толкающих юристов – и из консалтинга, и из инхауса – начать своё дело: интерес к развитию и здоровые амбиции. «Мне интересно. Я получаю удовольствие от работы и от того, что сформировал команду единомышленников. Со мной работают только те люди, которые мне интересны, с которыми мне комфортно, я инвестирую время и деньги в собственное дело», – говорит Александр Аронов.
Когда важен баланс
И всё же, каковы бы ни были плюсы и минусы карьерных сценариев, оптимальным вариантом всегда оказывается «золотая середина».
Преимуществом команды новой юридической фирмы будет наличие опыта работы и в консалтинге, и в корпоративных управлениях, уверен Иван Апатов, глава консалтинговой компании White Collar Marketing. Преимущества работы в консалтинге очевидны — умение работать в сфере услуг, опыт работы с различными участниками рынка. Работа в корпоративных управлениях даёт глубокое понимание отраслевых проблем, а также опыт оценки поставщиков услуг, соответственно понимание психологии заказчика, отмечает он.
Когда в одном лице сливается консалтинг и инхаус, юрист способен видеть ситуацию с разных сторон и может найти баланс между плюсами и минусами опыта в обоих видах деятельности, соглашается и Андрей Корельский. О балансе в работе он знает не понаслышке: хотя начинал он как консалтинговый юрист, в своё время был и инхаусом в департаменте крупной холдинговой структуры. «Тогда я воспринимал консультантов несколько в штыки – у меня был свой департамент, свои люди, которые многое делали лучше, чем предлагаемые консультанты со стороны. Но когда я начал работать в консалтинге, позиция немножко – а может и значительно – поменялась», – рассказывает Корельский. «В итоге пригодились навыки и инхауса, и консалтингового юриста – в том числе и в стартапе, который я создал спустя 8 лет после начала практической деятельности уже обладая опытом в обеих отраслях. Это помогло взять лучшее с обеих сторон юридического рынка,» – заключает он.
Когда инхаус-юрист эффективней аутсорсера
Я видел немало статей, поющих оду аутсорсу. Без отпусков и перерывов, не платишь налоги и взносы, разноплановость команды, опыт и ум партнёров, простое подключение дополнительных ресурсов на пиковых нагрузках и прочее. Просто идеальный вариант. Подозрительно.
О преимуществах инхауса рассказывают гораздо реже, поэтому я решил сам об этом высказаться.
Надеюсь, тот факт, что я партнёр аутсорсинговой юридической компании, добавит объективности статье 🙂
Каждый день у штатного юриста есть восемь часов на решение задач компании. Возможно и больше, если юрист любит работать сверхурочно.
У аутсорса такой возможности нет. Он сопровождает как минимум несколько разных компаний и распределяет свою нагрузку, чтобы уделить внимание всем страждущим. Разумеется, в экстренных случаях аутсорс может работать несколько дней без перерыва над задачами одного клиента, но это неизбежно приводит к снижению общего качества услуг и завалу.
Следовательно, инхаус может за пять рабочих дней решить существенно больше задач компании, чем аутсорс. Главное, чтобы эти задачи были.
Когда юрист находится в соседнем кабинете — это очень удобно. Многие вопросы можно «просто спросить», пройдя десять метров. Инхаусу удобней жонглировать своей загрузкой, расставляя приоритеты, ведь он может пройти те же десять метров и попросить постановщиков договориться между собой. Или пройти 20 метров в кабинет к боссу и запросить приоритеты. Инхауса в любой момент можно сорвать на переговоры, на проверку, на решение какой-то экстренной ситуации.
С аутсорсом всё не так. Даже коммуникация в мессенджерах, которая предполагает оперативность, проходит с заметной паузой. Что уж говорить об электронной почте. Классические сроки решения задачи аутсорсом (если нет чего-то экстренного) — дни. В случае инхауса это могут быть часы.
Этот фактор очень важен для компаний, у которых всё быстро меняется. Участие в планёрках, разговоры в курилках и на обеде, живое общение даёт инхаусу важное преимущество — он обладает информацией о том, как обстоят дела в компании.
Он знает вещи, о которых постановщик и не догадается сказать аутсорсеру, посчитав это неважным. Аутсорсер будет работать по вводным месячной давности, в то время как хороший инхаус, держа нос по ветру, уже скорректирует свои решения и рекомендации под новые обстоятельства.
Какой же итоговый вывод? Универсальных вариантов нет (ваш кэп).
Разумеется, можно и сочетать, если есть необходимость.
А на что вы ориентируетесь, когда ищете юриста для бизнеса?
Возможно, вам будут интересны наши другие статьи на vc.ru:
Больше полезной информации о договорах можно найти на YouTube-канале и в Telegram.
Корпоративный юрист вчера, сегодня, завтра
До появления в нашей стране бизнеса не было и корпоративных юристов. С возникновением в конце 1980 годов частных компаний наметилась потребность в их юридическом сопровождении, а также в специалистах в области налогового, договорного, банковского и других отраслей права. Восполнять этот пробел взялись активно создаваемые фирмы по оказанию юридической помощи, а также пришедшие на национальный рынок иностранные компании. Так в России появился юридический консалтинг, инхаус, ильфы и рульфы. О том, как сейчас развивается корпоративное право, обсудили на X ежегодном Юридическом форуме России, организованном газетой «Ведомости».
Изначально российские юридические фирмы представляли из себя разного рода объединения адвокатов, которые назывались «коллегии», «гильдии», «палаты» Модель их работы была построена по советскому образцу и предусматривала обслуживание одним адвокатом одного клиента по разному кругу вопросов. Такое положение не могло удовлетворить потребности бизнеса в получении широкого спектра услуг и ведении масштабных проектов. Клиенты хотели получить консультацию под ключ, что подразумевало наличие команды специалистов разного профиля. Спасать ситуацию взялись иностранные юридические фирмы (англ. International Law Firm, ILF или российский эквивалент – ильф).
Первыми ильфами, которые пришли на российский рынок, были Baker & McKenzie (1989), PricewaterhouseCoopers (1989), White & Case (1989), Deloitte Touche Tohmatsu Limited (1990), Chadbourne & Parke (1990). Во главе российских офисов западных юридических фирм были, как правило, иностранцы, которые начали набирать себе команду местных специалистов. При этом обязательным условием для получения ставки консультанта как в начале становления корпоративного права в России, так и сегодня является безупречное знание хотя бы одного иностранного языка и наличие юридического образования в вузе с высоким рейтингом. Анастасия Никифорова, партнер Odgers Berndtson, считает, что при найме юристов работодатели отдают предпочтение кандидатам, получившим образование в МГУ имени М. В. Ломоносова, МГЮА им. О. Е. Кутафина, ГУ-ВШЭ и МГИМО (У) МИД России. «Надо отметить, что хорошее образование – важный, но не единственный фактор, способствующий построению успешной карьеры. Большое значение имеют способности человека, мотивация, лидерские качества: коммуникативные навыки, готовность брать на себя ответственность, добиваться результата», – полагает Анастасия.
МНЕНИЕ_90.jpg "nortoncaine 6771 (2) 90")
МНЕНИЕ.jpg "fat2(1)")