мадам де помпадур чем известна
Достоинства и пороки блистательной маркизы де Помпадур
В каждой эпохе есть люди, наиболее полно её олицетворяющие и в полной мере отвечающие её духу, стилю и нравам. Лицом эпохи рококо, несомненно, является Маркиза де Помпадур, урождённая Жанна Антуанетта Пуассон — фаворитка Людовика XV, сумевшая продержаться в около любвеобильного монарха целых 20 лет, цепко держа в своих холёных ручках ключ от французской казны.
Может быть дело в том, что такая судьба была ей предназначена свыше? Ведь предсказала же гадалка Жанне Антуанетте любовную связь с Его Величеством, когда девочке было всего 9 лет. А может быть «виноваты» амбиции, живой ум, богатая фантазия и целеустремлённость будущей фаворитки? В любом случае точно не обошлось без артистического таланта и искусства перевоплощения.
Людовик славился любовью к красивым и изящным дамам, а Жанна Антуанетта, как говорят, не могла похвастаться ни ослепительной внешностью, ни особой грацией. Её современники описываю внешность маркизы весьма противоречиво. От «…она была блондинкой со слишком бледным лицом, несколько полновата и довольно плохо сложена», до «…сущая красавица, с густыми и пышными волосами с каштановым отливом, имеющая идеальный овал лица, совершенной формы нос и рот, буквально созданный для поцелуев». Такая противоречивость говорит скорее в пользу «среднестатистической», нежели из ряда вон выходящей, внешности. На портретах кисти её современника Франсуа Буше маркиза выглядит восхитительно, однако она покровительствовала художнику, да и сама культура рококо исповедовала культ вечной молодости и красоты, так что мы не можем быть уверенны в достоверности достоинств маркизы, запечатлённых на холстах Буше.
Судя по всему добиться благосклонности Его Величества Жанне Антуанетте удалось в большей степени искусным использованием мелодраматического сюжета о ревнивом муже и запретной страсти к недостижимому королю, чем обольстительной внешностью. Однако попасть в спальню Людовика – это даже не половина дела — до Жанны Антуанетты здесь перебывало изрядное число женщин. Перевести отношения в другое качество, став для короля незаменимой, и сменить статус «одна из» на «фаворитка Его Величества» — вот что интересовало предприимчивую женщину.
Полгода потребовалось Жанне на то, чтобы король официально назвал её своей фавориткой, даровав ей титул маркизы де Помпадур. К этому времени она основательно изучила нрав Людовика, найдя его слабое место. В свои 35 лет король пресытился всевозможными развлечениями и был подвержен внезапным приступам меланхолии и скуки. Эта хандра и стала золотой жилой для новой фаворитки. Она освоила роль версальской Шехерезады и начала каждый вечер предлагать скучающему монарху нечто новенькое. Слава богу, король был не глуп и любил изящные искусства, поэтому маркиза потчевала его общением с представителями художественной и интеллектуальной элиты — Вольтером, Монтескье, Фрагонаром, Бушардоном, Буше, Бюффоном. Король был в восторге!
О маркизе де Помпадур чаще упоминают, как о женщине, умевшей манипулировать мужчинами, владеющей секретами омоложения, мастерицей «выдавать желаемое за действительное». Однако она была и просвещённой женщиной, и убеждённой меценаткой. Она считала себя ученицей Вольтера, занималась изданием его трудов и, во многом благодаря маркизе, Вольтер стал академиком и главным историком Франции, получив звание придворного камергера. Она издавала пьесы Корнеля и труды Дидро. А для Жана д’Аламбера (известного философа, механика и математика, члена Французской и Петербургской Академий) она выхлопотала пожизненную пенсию.
Маркиза изменила современную моду, введя в женский гардероб элементы мужской одежды, внедрила множество инноваций в парикмахерское искусство, изобрела новые техники макияжа, успешно играла на сцене, пела и приняла активное участие в организации знаменитой Севрской фарфоровой мануфактуры, распорядившись создать фабрику, не уступавшую саксонской. Первую партию изделий из французского фарфора маркиза продавала сама на организованной ею же выставке в Версале. Распродажа проходила под лозунгом: «Если тот, у кого есть деньги, не покупает этот фарфор, он плохой гражданин своей страны».
Имя маркизы де Помпадур навсегда увековечено в истории Севрской мануфактуры – в результате экспериментов, проводимых под её надзором в только что построенных мастерских, был получен особый розовый цвет, названный «Rose Pompadour».
Помимо достоинств маркиза де Помпадур обладала весьма существенным недостатком – она была расточительна и не стеснялась использовать государственную казну в личных целях. Для захоронения праха своей матери она купила место в монастыре капуцинов в Париже и повелела соорудить там роскошный мавзолей. Она одаривала родственников и знакомых, даря им должности, пожизненные ренты, титулы, награды, выгодно выдавая замуж и сватая богатых невест. Она скупала любое приглянувшееся ей поместье и основательно перестраивала его в духе современных веяний. Она владела таким количеством недвижимости, которое не снилось большинству французских аристократов. Она, не скупилась, устраивая феерические праздники, увеселительные прогулки и театральные постановки. Было подсчитано, что на свои увеселительные затеи она израсходовала 4 миллиона, а её «хвастливое меценатство» (как его называли злопыхатели) обошлось казне в 8 миллионов ливров.
Близость маркизы де Помпадур и Людовика длилась около 20 лет. Король перестал быть её любовником довольно скоро, лет через пять, предпочитая более молодых дамочек, но она оставалась его официальной фавориткой и советчицей. Более того, претенденток на любовь Людовика Помпадур отбирала сама и весьма тщательнейшим образом, стараясь выбирать хорошеньких, но глупеньких. Но уберечь короля от увлечения женщинами было невозможно, и в 1751 году король страстно влюбился в молоденькую ирландку Марию-Луизу о’Мэрфи, беззастенчиво посягнувшую на лавры маркизы Помпадур. За развитием этой интриги наблюдало пол-Европы. Папский посол сообщал в Рим, что дни Помпадур сочтены: «По всей видимости, главная султанша теряет положение». Он ошибся. Людовик не только оставил маркизе все ее привилегии, но она по-прежнему сопровождала его в деловых поездках. Король явно уважал маркизу и был ей за многое благодарен, поэтому никого особо не удивило то обстоятельство, что он даровал ей право умереть в Версале, хотя этой привилегией обладали исключительно особы королевской крови. 15 апреля 1764 года королевский хронист записал: «Маркиза де Помпадур, придворная дама королевы, умерла около 7 часов вечера в личных покоях короля в возрасте 43 лет».
Маркиза де Помпадур — хитрая, коварная и самая влиятельная фаворитка в истории
Маркизу де Помпадур неспроста называют самой влиятельной фавориткой в истории. Со временем её имя стало отождествляться с женским умом, хитростью и даже коварством. Завоевав сердце короля Франции, маркиза стремилась укреплять своё влияние.
Из любовницы она превратилась в надёжного друга, соратницу монарха. Она стала виртуозом в мастерстве плетения интриг, ловких расчётах течения придворной жизни. Эта женщина отличалась живым характером, неординарностью и своенравием, что нередко демонстрировала в отношениях с могущественным возлюбленным. Но каким образом ей удалось достигнуть этого? Какой стала судьба блистательной маркизы де Помпадур?
Трудное детство
Жанна-Антуанетта Пуассон (а именно такое имя получила при рождении знаменитая маркиза) появилась на свет в декабре 1721 года. Её отец занимался спекуляциями в торговле зерном. Из-за постоянных махинаций он задолжал более двух сотен тысяч ливров.
За такую сумму долга в те времена его вполне могли приговорить к смертной казни. Чтобы избежать наказания, Пуассон оставил жену и маленькую дочь, а сам пустился в бега. Семейное имущество было опечатано и продано, а несчастной жене Пуассона не хватало средств даже на еду.
К счастью, на помощь пришёл друг семьи, Ле Норман де Турнем, что стал добрым покровителем женщин. Вскоре он женился на мадам Пуассон, а маленькая Жанна-Антуанетта была определена в пансион. Правда, из-за коклюша она не смогла завершить обучение.
Несмотря на это, существует предание, будто уже с детства девочка знала о том, что ожидает её в будущем. Как гласит эта легенда, девятилетнюю Жанну-Антуанетту однажды привели к гадалке, и та рассказала ей, что через несколько лет сам король будет покорён красотой Пуассон.
Франсуа Буше «Мадам де Помпадур»
Замужество
Когда девушке исполнилось девятнадцать лет, её отчим устроил замужество. По его настоянию Жанна-Антуанетта стала супругой Шарля Гийома д’Этиоля. Он вполне подходил ей по возрасту, имел немалое состояние. После свадьбы пара отправилась в Этиоль, где располагалось родовое поместье Шарля Гийома.
Что примечательно, располагалось оно совсем недалеко от Версаля. Однако семейную жизнь сложно было назвать счастливой — мальчик умер во младенчестве, а дочь в 9 лет. Вот только сама Жанна-Антуанетта мало печалилась из-за этого. Не исключено, что в ней жила мечта воплотить предсказание в жизнь.
Мадам д’Этиоль стала одной из самых известных женщин в своём регионе. Слава о её красоте, блестящем остроумии, находчивости быстро дошла до придворных. Восхищение ею выражал даже Вольтер. Банкир Жозеф Пари, являвшийся другом отца Жанны, понимал, что эта привлекательная женщина может помочь ему возвысится при дворе. Именно он и познакомил её с монархом.
Дочь мадам де Помпадур, Александрина-Жанна д’Этьоль (умерла в девятилетнем возрасте от острого перитонита), играющая с щеглом.
Встреча с королём
В 1735 году при дворе устраивали тисовый бал, на который гости должны были надеть костюмы тисовых деревьев. Король Людовик XV предпочёл ограничиться парадным нарядом и маской, а вот мадам д’Этиоль явилась в образе богини охоты.
Прекрасная и умная собеседница настолько очаровала монарха, что тот весь вечер общался лишь с ней. Следующая встреча произошла всего через три дня, а вскоре Жанна-Антуанетта была объявлена официальной фавориткой.
Красавица д’Этиоль получила в своё распоряжение несколько комнат Версаля, что соединялись с покоями короля потайным ходом. Через несколько месяцев после первой встречи с королём Жанна-Антуанетта получила значительное количество земель и титул маркизы вместе с усадьбой Помпадур.
Вы, конечно, подумали о том, что и сама маркиза, и король к моменту встречи уже находились в отношениях. Брачные узы не могли помешать их роману. Д’Этиоль вынужден был смириться — высокое положение его супруги не оставляло выбора, а королева Мария Лещинская сама заявила мужу, что после смерти десятого ребёнка не станет делить с ним ложе.
Мария Лещинская и дофин Людовик
Маркиза де Помпадур — “королева” Франции
В исторических трудах Людовик XV часто представлен в негативном свете — как развратный и ленивый человек, страдающий от многих пороков. По сути, правила Францией в ту пору маркиза де Помпадур.
От ее связи с королем Людовиком XV у нее было три выкидыша между 1746 и 1749 годами. Приблизительно в 1750 году она перестала проводить ночи в покоях короля, как советовали медики. Однако дружба с монархом была по-прежнему крепкой. Маркизе принадлежит интересное высказывание, что точно характеризует её:
“Любовь – это удовольствие на один сезон, дружба – на всю жизнь”.
На мой взгляд, эту женщину власть интересовала больше, чем сам король. Она нередко выбирала монарху юных любовниц, устраивая встречи в Оленьем парке, стояла во главе организации приёмов и празднеств.
Франсуа Буше «Маркиза де Помпадур»
Самая стильная фаворитка
Маркизу де Помпадур можно назвать иконой стиля своей эпохи. Тратя баснословные суммы на свои наряды, она придерживалась собственных вкусовых предпочтений. Её любимым блюдом был суп из трюфелей и сельдерея, что предварительно вымачивался в шоколаде.
Согласитесь, весьма претенциозный подход. В дальнейшем именем фаворитки короля стали называть причёску с использованием валика, вариации костюмов, стиль в интерьере.
Морис Кантен де Латур «Маркиза де Помпадур»
Но далеко не всегда дела Жанны-Антуанетты шли удачно. Как говорила она сама: “Политика и война – это не для красивых женщин”. Под её руководством прошло несколько военных походов, что не принесли желаемого результата. Это значительно сказывалось и на здоровье великой фаворитки.
В 1764 году она скончалась от рака лёгкого. Что удивительно, король воспринял известие о смерти Помпадур вполне равнодушно. На тот момент он был увлечён совсем другими женщинами.
Франсуа-Юбер Друэ «Мадам Помпадур за вышивкой». Один из последних прижизненных портретов
Маркиза де Помпадур стала одной из самых известных женщин в истории человечества. Она умело плела интриги, умела покорять сердца, была амбициозной и умной. Однако все эти достоинства оказались бессильны против времени и одиночества. Её судьба показывает, что нередко даже самые влиятельные и могущественные особы остаются одни перед лицом проблем и горестей. Несмотря на это, мир помнит маркизу де Помпадур сияющей красавицей, запечатлённой на портретах того времени.
Великие истории любви. Маркиза де Помпадур
Помпадур крепко держала в своих руках важнейшие нити политической жизни Европы. Но она вошла в историю вовсе не как общественный деятель, а как любовница, как фаворитка. Поэтому было бы интересно понять, что же удерживало непостоянного, ветреного Людовика возле этой женщины?
Прелестная Жанна с детства знала, что ее полюбит не кто-нибудь, а король Франции. Так предсказала ей гадалка, сказав буквально следующее: «А вы, Жанна Пуассон, будете любимы самим королем!» Что должна была подумать девочка, чьи родственники были всего лишь буржуа? Правда есть версия, что отец Жанны-Антуанетты Пуассон был лакеем, выбившимся в интенданты, проворовавшимся и бросившим семью. С фамилией Poisson, что в переводе с французского означает «рыба», да еще и без заветной приставки «де», в королевском окружении делать было попросту нечего. Король Франции выбирал любовниц из самых знатных фамилий. Кстати в будущем, уже будучи маркизой, самолюбивая фаворитка с легкостью могла бы откреститься от подобного родителя, но тогда ей пришлось бы признать, что она вовсе внебрачное дитя. Дело в том, что ее отцом называли также дворянина-финансиста Нормана де Турнэма. Предполагалось, что именно он дал девочке, появившейся на свет в 1721 году, великолепное образование и всячески принимал участие в ее судьбе. И не зря. Жанна явно была одарена незаурядными способностями: прекрасно рисовала, музицировала, обладала небольшим, но чистым голосом и настоящей страстью к стихам, которые она великолепно умела декламировать. Окружающие неизменно выражали восторг, давая мадемуазель Пуассон необходимую уверенность в себе.
Жанна поверила в предсказание и в благосклонность судьбы. Она шла к своему триумфу год за годом, шаг за шагом. В возрасте 19 лет Жанна пошла под венец с племянником своего покровителя, а возможно, и отца. Жених был мал ростом и совершенно некрасив, но зато богат и страстно влюблен в невесту. Так девица Пуассон рассталась со своей незавидной фамилией и стала мадам д’Этиоль. Ее семейная жизнь текла безмятежно, спустя два года она родила дочь Александру, что, впрочем, не смогло заслонить в ее сознании мечты о короле, гвоздем засевшие в ее хорошенькой головке.
Всякое свое появление в будуарах многочисленных подруг, равно как и в гостиных высшего света, куда ей открыли дорогу имя и богатство мужа, Жанна использовала с выгодой. Слухи, сплетни, а порой и правдивая информация — все шло в копилку ее представлений о жизни короля и его двора.
Она уже знала, что на тот момент король был занят герцогиней де Шатору. И тут начали проявляться главные черты ее характера — настойчивость и целеустремленность. Она стала регулярно ездить в Сенарский лес, где имел обыкновение охотиться король. Однако попасться на глаза ей пришлось отнюдь не королю, а амбициозной герцогине де Шатору, быстро рассекретившей цель ее лесных прогулок. И Жанне было запрещено появляться в этих местах. Такой щелчок по носу на какое-то время отрезвил соискательницу, но карты, похоже, все-таки не врали. Герцогиня де Шатору, будучи двадцати семи лет от роду, скоропостижно умерла от пневмонии, и мадам д’Этиоль восприняла это как сигнал к действию.
Если учиться у маркизы, то следует верить в свою звезду и шаг за шагом идти к цели. Все в ваших руках, поэтому опускать их никак нельзя. Франция Галантного века — это сложный запутанный мир, состоявший из сословных предрассудков и прочих бессмысленных преград на пути к славе. Сейчас все гораздо проще, однако настойчивость и вера все же необходимы.
Первая скрипка 
8 февраля 1745 года в Парижской ратуше, которая и по сей день стоит на том же месте, во время бал-маскарада Жанна впервые встретилась с королем лицом к лицу. Впрочем, поначалу на ней была маска, но монарх, заинтригованный поведением незнакомки, попросил ее открыть лицо. Вероятно, впечатление было более чем благоприятное…
Людовика XV называли человеком с «крайне сложным и загадочным характером» и «рано уставшим» королем. О нем говорили, что его «скромность была качеством, которое превратилось у него в недостаток».
А так как раскрепощеннее всего Людовик чувствовал себя в обществе женщин, во Франции короля считали «похотливым грешником».
…Людовик XV родился в 1710 году. В пять лет, после смерти прадеда короля Людовика XIV, наследовал трон. Когда ему было 9, в Париж приехал российский император Петр для проведения переговоров «о сватанье за короля из наших дочерей, а особливо за среднею», Елизавету. Версаль не пришел в восторг от перспективы женить Людовика на дочери «портомои». Происхождение жены русского императора Екатерины было хорошо известно. И брак не состоялся. Красивая и бойкая Лизетка, как звал Петр свою среднюю дочь, осталась дома и явно не прогадала, став императрицей российской.
В 11 лет Людовику нашли подходящую невесту — Марию Лещинскую, дочь польского короля Станислава. Когда королю исполнилось 15, их поженили. Супруга была семью годами старше него, чрезвычайно набожна, скучна и малопривлекательна. По некоторым данным, за первые 12 лет брака она родила Людовику десятерых детей. Королю, бывшему все эти годы примерным супругом, и политика, и экономика, и собственное семейство осточертели настолько, что он начал заниматься в основном тем, что доставляло ему истинное удовольствие — изящными искусствами и не менее изящными женщинами.
К моменту встречи на бал-маскараде с Жанной д’Этиоль этому «красивейшему мужчине в своем королевстве», прозванному Людовиком Прекрасным, исполнилось 35 лет.
В Европе ни для кого не было секретом, что король Людовик глуповат (хотя на самом деле это не совсем соответствовало истине). Именно так, ни больше ни меньше. Он совершенно не разбирался в политике, почти не касался книг и предпочитал охоту и маскарады всем остальным видам досуга. Жанна д`Этиоль, уже получившая титул маркизы де Помпадур, очень быстро поняла, что Людовик вовсе не прочь взвалить на нее ношу государственного управления. Он доверял своей любовнице больше, чем самому себе. При этом король был страшно самолюбив и никогда не забывал, кто в доме хозяин. Те министры, которые действовали хотя и в правильном направлении, но в обход королевской «воли», быстро оказывались в опале. Помпадур в отличие от зарвавшихся вельмож это хорошо осознавала, поэтому, принимая свое решение, всегда озвучивала именно «волю короля». Ну и не забывала шепнуть Людовику, сколь он гениален и прозорлив.
Возьмите на заметку: даже если вы — великий стратег и Наполеон в юбке, не забудьте сказать мужчине, что именно он принял судьбоносное решение. Есть такая пословица «Мужчина — голова, а женщина — шея», поэтому вертеть головой следует с умом.
Шарм важнее красоты
Скорее всего, мы никогда уже не узнаем, как выглядела маркиза де Помпадур в реальности — портреты Галантного века дают лишь обобщенно-приблизительное, а точнее — приукрашенное представление о внешности человека. Стиль рококо делал всех одинаково розовыми, пухлыми и нежными. Но современники в один голос говорили, что наружность Жанны Помпадур — самая заурядная. Да, она не лишена миловидности, грации, очарования, но, во всяком случае, обворожительной ее никак не назовешь! В Версале были женщины гораздо красивее. Но Жанна с юных лет училась очаровывать. Она знала, как и что следует произносить, как преподнести себя в беседе, в танце, даже за обеденным столом. Она, как никто, умела подбирать ткани для платьев, банты, рюши и драгоценности для декорирования своей в общем-то не самой запоминающейся внешности. Она четко знала, что ей идет, а что — нет.
Так или иначе, но ее «непонятного цвета глаза» оказались напротив королевских не только на бал-маскараде, но и на последовавшем за ним представлении итальянской комедии. Жанне надо было сильно изловчиться, чтобы получить место рядом с его ложей. В итоге король пригласил мадам д’Этиоль поужинать, что и стало началом их связи.
Хотя после свидания король заявил доверенному лицу, подкупленному предусмотрительной Жанной, что мадам д’Этиоль, конечно, очень мила, но ему показалось, что она не совсем искренна и явно не бескорыстна, а еще было замечено, что наследный принц, видевший «эту даму» в театре, нашел ее вульгарной…
Из всего этого становилось ясно, что продвижение Жанны к заветной цели не будет беспроблемным. Следующего свидания ей удалось добиться с большим трудом. Свою роль в этой последней попытке она играла с азартом отчаяния. Королю был предложен просто-таки мелодраматический сюжет: несчастная пробралась в дворцовые апартаменты, рискуя пасть от руки ревнивого мужа, только затем, чтобы взглянуть на обожаемого человека. А дальше — «пускай погибну я…»
Король не стал кричать «браво», он поступил лучше, пообещав Жанне, что по возвращении с театра военных действий во Фландрии произведет жертву ревности в официальные фаворитки.
Мадам д’Этиоль доставлялись королевские послания, многозначительно подписанные: «Любящий и преданный». Осведомленная о мельчайших привычках и предпочтениях Людовика, она отвечала ему в легком, пикантном стиле. Читать ее письма и наводить в них окончательный блеск доверялось аббату де Берни, знатоку изящной словесности. И вот однажды ею была получена королевская депеша, адресованная маркизе де Помпадур. Жанна, наконец, получила титул хоть и угасшего, но старинного и почтенного дворянского рода.
В любви, как на войне: стоит тщательно изучить свои сильные и слабые стороны, чтобы замаскировать недостатки и подчеркнуть достоинства. Для этого нужно перестать льстить себе и себя успокаивать и попытаться быть объективной. Шарм неуловим, но он гораздо важнее красоты.
«Вас много — а Жанна одна»
Как оказалось даже в то время: есть вещи, которые не менее важны, чем сексуальная гармония. Доверие, дружба, простое человеческое общение и теплота в отношениях — именно это давала Жанна своему королю. Одна из любовниц Людовика однажды зашла столь далеко, что в разговоре с ним назвала Жанну «старухой». Судьба зарвавшейся красотки была решена — король тут же отвернулся от нее: «Вас много, а Жанна — одна».
Будьте всегда разной! 
14 сентября 1745 года новоиспеченную маркизу король представил приближенным как свою подругу. Можно удивляться, но наиболее лояльно отнеслась к ней… жена короля, привыкшая к тому времени буквально ко всему. Придворные же тихо негодовали. Со времен Габриэль д’Эстре, ставшей первой в истории Франции официальной фавориткой монарха — Генриха IV Наваррского, это почетное место занимала дама хорошей фамилии. Им же предлагалось любить и жаловать едва ли не плебейку. Маркизе тут же дали прозвище Гризетка с явным намеком на то, что в их глазах она мало чем отличается от особ, добывающих себе пропитание пошивом дешевой одежды и прогулками по вечерним парижским улицам.
Только ли фаворитка?
Жанна понимала, что, пока король не будет целиком в ее власти, титул фаворитки вряд ли можно будет удержать надолго. А незаменимой для него она могла стать только в том случае, если сумеет изменить само качество его жизни, избавить от меланхолии и скуки, ставших в последнее время постоянными спутниками Людовика. А значит, Жанне предстояло сделаться эдакой версальской Шахерезадой.
Помпадур, зная, что ее друг подвержен меланхолии, старалась его развлечь — она каждый день рассказывала ему что-нибудь занимательное. Как правило, это были очередные парижские сплетни или искусно преподнесенная «криминальная хроника». Она любила угощать его интересными блюдами — у Помпадур был самый искусный повар. Каждый раз, встречаясь с королем, она наряжалась в новый наряд один краше другого. Более того, она устраивала для Людовика настоящее «шоу одного актера»: пела, танцевала, декламировала стихи — лишь бы король не впал в тоску. 
(Жан-Франциск де Трой. За чтением Мольера) Это превращение совершилось быстро. Маркиза де Помпадур сделала ставку на изящные искусства, столь любимые Людовиком. Теперь каждый вечер в ее гостиной король обнаруживал интересного гостя. Бушардон, Монтескье, Фрагонар, Буше, Ванлоо, Рамо, знаменитый естествоиспытатель Бюффон — вот далеко не полный список представителей художественной и интеллектуальной элиты, которые окружали маркизу. На особом счету был Вольтер. Жанна познакомилась с ним еще в юности и считала себя его ученицей. Наряду с произведениями Корнеля маркиза занималась изданием и его трудов.
Именно при содействии маркизы Помпадур Вольтер обрел славу и достойное место академика и главного историка Франции, получив к тому же звание придворного камергера. 
Вольтер посвятил маркизе «Танкреда» — одно из самых знаменитых своих произведений. К тому же специально для ее дворцовых праздников написал «Наваррскую принцессу» и «Храм Славы», прославив таким образом свою покровительницу и в стихах, и в прозе.
О! маркиза уже тогда знала: ничто не убивает любовь так, как обыденность и монотонность. Однако разнообразие в отношениях — это не только постельные эксперименты.
Маркиза де Помпадур покровительствовала художникам, на равных общалась с Вольтером, вела важнейшие переговоры и фактически правила Францией на протяжении восемнадцати лет. Быть разной — значит быть многогранной. Меняйтесь, учитесь чему-то новому, умейте видеть самые простые вещи с неожиданной стороны. Развивайтесь и будьте интересны прежде всего самой себе — и тогда вы совершенно точно никогда не останетесь в одиночестве.
Когда маркиза умерла, Вольтер, один из немногих, нашел теплые слова в адрес покойной: «Я глубоко потрясен кончиной госпожи де Помпадур. Я многим обязан ей, я оплакиваю ее. Какая ирония судьбы, что старик, который… едва в состоянии передвигаться, еще жив, а прелестная женщина умирает в 40 лет в расцвете самой чудесной в мире славы».
Столь изысканное общество развлекало короля, открывая ему все новые и новые грани жизни. В свою очередь, гости маркизы — люди бесспорно талантливые — в глазах общества повышали свой социальный статус, обретая тем самым существенную поддержку. С самого начала своего фавора маркиза почувствовала вкус к меценатству и не изменяла этому пристрастию всю свою жизнь. 
В 1751 году свет увидел первый том французской Энциклопедии, или «Толкового словаря наук, искусства и ремесел», открывавший новую эпоху в познании и истолковании природы и общества. Автор идеи и главный редактор Энциклопедии — Дени Дидро — убежденный противник абсолютизма и церковников, не стал в глазах маркизы Помпадур изгоем, она и ему помогала издавать его произведения. При этом неоднократно старалась уберечь его от гонений, призывая Дидро быть осторожнее, хотя ее усилия в этом направлении были абсолютно безрезультатными.
Другому представителю славной плеяды деятелей французского Просвещения — Жану Лерону д’Аламберу, она помогала материально, а незадолго до своей кончины успела выхлопотать ему пожизненную пенсию. Среди подопечных мадам Помпадур, по некоторым свидетельствам современников, был и знаменитый создатель памятника Петру I в Петербурге — скульптор Фальконе. 
Знаменитый вольнодумец Жан-Жак Руссо, хоть и обижался на маркизу за то, что она не представила его королю, все равно был благодарен ей за помощь в постановке на сцене его «Сибирского прорицателя», где маркиза с большим успехом выступила в мужской роли Коллена.
Вообще театр — та сфера, которая оказалась бы для нее истинным призванием, повернись судьба иначе. В ней явно погибла большая и крайне разноплановая — и комедийная, и драматическая, и гротесковая, способная к тому же петь и танцевать, — актриса.
Страсть к преображению до неузнаваемости и созданию потрясающих туалетов, определивших стиль целой эпохи, бесконечные поиски и новации в области парикмахерского искусства и макияжа — во всем этом видится не только желание удержать непостоянного короля, но и насущная потребность богато одаренной натуры маркизы.
Она использовала любую подходящую возможность, дабы обрести зрителей и слушателей. Как свидетельствовали современники, она играла и в прекрасно оборудованных театрах, и на маленьких сценах особняков французской знати.
Очередное купленное маркизой имение носило название Севр. Не питавшая симпатии ни к чему немецкому и возмущавшаяся засильем саксонского фарфора, она решила создать там собственное фарфоровое производство.
В 1756 году здесь были построены два великолепных здания: одно — для работников, другое — для самого предприятия. Маркиза, часто наезжавшая туда, поддерживала и ободряла рабочих, находила опытных мастеров, художников, скульпторов. Эксперименты шли днем и ночью — маркиза была нетерпелива и не любила проволочек. Она сама участвовала в решении всех проблем, помогала в выборе форм и красок для будущих изделий. Редкий розовый цвет фарфора, полученный в результате, назвали в ее честь — «Rose Pompadour». В Версале маркиза устроила большую выставку первой партии продукции, сама распродавала ее, заявляя во всеуслышание: «Если тот, у кого есть деньги, не покупает этот фарфор, он плохой гражданин своей страны».
Фото сервского фарфора.
В Версальском дворце маркизой был задуман и воплощен Камерный театр. В январе 1747 года состоялось его открытие: давали мольеровского «Тартюфа». Актеров на сцене вместе с занятой в спектакле маркизой было едва ли не меньше, чем зрителей в зале: приглашено было лишь 14 персон. Каждый входной билет добывался ценой неимоверных усилий и даже интриг. Успех спектакля превзошел все ожидания. Король был в восторге от игры Жанны. «Вы самая очаровательная женщина во Франции», — сказал он ей после окончания спектакля.
Те же, кто имел удовольствие побывать на певческих выступлениях маркизы, утверждал, что «она прекрасно чувствует музыку, очень выразительно и вдохновенно поет, наверное, знает не менее сотни песен». 
(Спальня мадам де Помпадур в Версале)
Очевидное превосходство маркизы Помпадур над прошлыми фаворитками короля и дамами высшего света всячески укрепляло ее положение как при дворе, так и при Людовике. И она пользовалась этим, не боясь прослыть нескромной. Впрочем, это качество и без того не было сильной стороной ее натуры. И во внешней, и в частной, скрытой от чужих глаз, жизни мадам Помпадур правила свой бал.
Она была очень щепетильна в вопросах этикета и церемониала. Важные визитеры — придворные и послы — принимались ею в роскошном парадном зале Версаля, где располагалось только одно кресло — остальным присутствующим полагалось стоять.
Она добилась того, чтобы к ее дочери обращались как к особе королевской крови — по имени. Прах своей матери маркиза с большими почестями перезахоронила в самом центре Парижа — в монастыре капуцинов на Вандомской площади. На этом месте, специально откупленном маркизой, был сооружен роскошный мавзолей. Родственники маркизы, а также все те, кому она благоволила, дожидались своего часа: кто-то из них выдавался замуж за родовитого жениха, кому-то сваталась богатая невеста, дарились должности, пожизненные ренты, титулы, награды.
А в итоге — нескрываемое, а порой и публичное осуждение ее расточительности. Было подсчитано, что на свои увеселительные затеи она израсходовала 4 миллиона, а ее «хвастливое меценатство» обошлось казне в 8 миллионов ливров.
Строительство было второй, после театра, страстью маркизы. Она владела таким количеством недвижимости, которое вряд ли даже снилось любой другой королевской фаворитке. Каждое ее новое приобретение подразумевало основательную перестройку, если не снос, и обязательно во вкусе хозяйки. Зачастую маркиза сама набрасывала на бумаге контуры будущего здания. Причем в этих проектах тяготение к архитектурным формам рококо неизменно сочеталось со здравым смыслом и практичностью.
Если маркизе не хватало денег на очередную строительную затею, она продавала уже возведенное здание и с увлечением принималась воплощать в жизнь новую идею. Последним ее приобретением стал замок Менар, которым в его переоборудованном варианте ей так и не удалось попользоваться.
Принцип изящной простоты и максимальной приближенности к живому миру природы был положен маркизой и в планировку парков. Она не любила больших разрегулированных пространств и излишней помпезности. Заросли жасмина, целые опушки нарциссов, фиалок, гвоздик, островки с беседками в сердцевине неглубоких озер, кусты роз излюбленного маркизой «оттенка утренней зари» — вот ее предпочтения в ландшафтном творчестве.
Королевские дворцы и загородные резиденции Людовика также подвергались изменениям в соответствии с ее вкусами. Не избежал этого и Версаль, где маркиза недалеко от королевского парка повелела соорудить небольшой уютный дом с парком и храмом с беломраморной статуей Адониса. 
Визит в знаменитый Институт благородных девиц, находящийся в Сен-Сире, навел маркизу на мысль создать в Париже Военную школу для сыновей ветеранов войны и обедневших дворян, на что и было получено у короля, не проявившего особого энтузиазма по поводу этой затеи, разрешение.
Строительство началось в одном из самых престижных районов столицы — возле Марсова поля.
Проект здания был заказан первоклассному зодчему Жак-Анжу Габриэлю, создателю знаменитой площади Согласия. Начавшееся в 1751 году строительство было прервано из-за недостаточного государственного субсидирования. Тогда маркиза вложила недостающую сумму из собственных сбережений. И уже в 1753 году в частично отстроенных помещениях школы начались занятия. В дальнейшем помог налог, которым Людовик обложил любителей карточной игры, целиком пошедший на завершение строительства.
С 1777 года в это учебное заведение стали принимать лучших учеников провинциальных военных училищ, в числе которых в октябре 1781 года на обучение прибыл 19-летний кадет Наполеон Бонапарт.
…Уже к своему 30-летию маркиза де Помпадур почувствовала, что любовный пыл Людовика иссякает. Она и сама понимала, что давняя болезнь легких делает свое разрушительное дело. Ее былая красота поблекла, и вернуть ее вряд ли было возможно.
Охлаждение августейшей особы во все времена означало безвозвратный уход бывшей фаворитки в тень и дальнейшее забытье, если не опалу.
Маркиза де Помпадур была только 5 лет любовницей короля, а еще 15 — другом и ближайшим советником по многим вопросам, порой и государственной важности.
Холодный рассудок маркизы и ее железная воля подсказали ей выход из положения. В тишине двух ничем не примечательных парижских улиц она сняла дом в пять комнат, скрытый густой кроной деревьев. Этот дом, получивший название «Олений парк», стал местом свидания короля с дамами, приглашенными… маркизой.
Король появлялся здесь инкогнито, девушки принимали его за некоего важного господина. После того как мимолетная страсть короля к очередной красотке улетучивалась и оставалась без последствий, девушку, снабдив при этом приданным, выдавали замуж. Если же дело кончалось появлением ребенка, то после его рождения младенец вместе с матерью получал весьма значительную ренту. Маркиза же продолжала оставаться официальной фавориткой Его Величества. 
Закат.
(Эта картина была написана после ее смерти) 15 апреля 1764 года королевский хронист записал: «Маркиза де Помпадур, придворная дама королевы, умерла около 7 часов вечера в личных покоях короля в возрасте 43 лет».
…Когда похоронная процессия повернула по направлению к Парижу, Людовик, стоя на балконе дворца под проливным дождем, сказал: «Какую отвратительную погоду вы выбрали для последней прогулки, мадам!» За этой, казалось бы, совсем неуместной шуткой скрывалась истинная печаль. Он тяжело перенёс утрату. В течение пяти лет после смерти Жанны у короля не было постоянной любовницы. А через пять лет королю предложили 25-летнюю проститутку Жанну Бекю, знаменитую мадам Дю Барри, но это другая история.
Маркиза де Помпадур была похоронена рядом с матерью и дочерью в усыпальнице монастыря капуцинов. Теперь на месте ее захоронения находится улица де ла Пэ, проходящая по территории снесенного в начале XIX века монастыря.