макрография у детей что это

Макрография

Макрография (мегалография) – это почерк, характеризующийся написанием чрезмерно крупных графических элементов. При макрографии буквы и цифры имеют размер свыше 1 см, из-за чего на странице умещается не более 10-20 слов. Встречается в структуре неврологических синдромов (мозжечковой атаксии, церебрального глиоматоза), расстройств зрения и психики (микропсии), нарушений письма (оптической дисграфии). Пациенту с макрографией показано психоневрологическое, офтальмологическое, логопедическое обследование. При выборе лечебной тактики учитывается ведущий синдром, проводится медикаментозное лечение, психотерапия, логопедические занятия.

Причины макрографии

Овладение письмом

На начальном этапе обучения письму все дети пишут излишне крупными буквами, не соблюдают строку и поля на странице. Элементы несоразмерны друг другу, отличаются различной высотой и протяженностью, имеют разный наклон. Иногда отмечается слишком сильный нажим, тремор руки. Данные особенности письма у старших дошкольников объясняются недостаточной сформированностью зрительно-моторных координаций, сильным функциональным напряжением и быстрым утомлением при письме.

Однако крупные буквы в начальный период обучения письму не являются патологическим признаком. По мере тренировки руки почерк становится более ровным и уверенным, ученик научается соотносить размеры букв с границами строки. Если же тенденция к написанию больших графических элементов сохраняется и принимает стойкий характер, необходим поиск первопричины макрографии.

Аутизм

Начертание чрезмерно высоких и широких букв характерно для детей с высокофункциональным аутизмом. Исследования показывают, что буквы, которые пишут дети с РАС, в среднем на 1 см выше и на 4 см шире, чем у обычных детей. Размер и наклон букв в процессе письма у детей-аутистов постоянно меняется. Макрография при аутистических расстройствах объясняется сложностями с мелкой и крупной моторикой, оптико-пространственной и зрительно-моторной координацией.

Оптическая дисграфия

Изменение почерка по типу микрографии или макрографии встречается у детей, страдающих оптической дисграфией. Ведущий механизм – трудности овладения графическими символами из-за сниженного, рассогласованного контроля зрительной и моторной реализации акта письма. Наряду с заменами и смешением сходных букв, недописыванием или написанием лишних элементов отмечается своеобразие почерка: неровные, угловатые, «дрожащие» буквы, имеющие разную величину и наклон. Характерен медленный темп письма, большое мышечное напряжение при движениях кисти, быстрая утомляемость руки.

Мозжечковая атаксия

Расстройство моторных функций, в частности произвольных движений кистей рук, необходимых для реализации письма, происходит при поражении мозжечка различной этиологии. Мозжечковая атаксия может возникать при следующих нозологиях:

В речевом статусе выявляется специфическая мозжечковая дизартрия, для которой, в первую очередь, характерно расстройство устного высказывания. Речь становится прерывистой («рубленой»), диспросодичной, иногда больной выкрикивает отдельные звуки. На письме отмечаются явления макрографии: неуверенный размашистый почерк, укрупнение букв, трудности плавного соединения элементов.

Дальнозоркость

Мегалографическое письмо может указывать на наличие гиперметропии. При дальнозоркости чтение вблизи улучшается при увеличении размера шрифта. Аналогичная ситуация отмечается и на письме: почерк становится растянутым, с большими расстояниями между словами, буквы приобретают округлую форму и большой размер. У пожилых людей с пресбиопией почерк укрупняется, т. е. развивается возрастная макрография.

Микропсия

Данное расстройство может быть обусловлено как зрительными патологиями (паралич аккомодации, поражение желтого пятна сетчатки), так и психосенсорными нарушениями (синдром Алисы в стране чудес). При микропсии видимые объекты кажутся мелкими, уменьшенными в размерах, что не соответствует действительности. На письме может наблюдаться макрография. Нарушается реальное восприятие размеров букв, из-за чего пациент их изображает чрезмерно крупными.

Биполярное расстройство

Для маниакальной стадии заболевания характерно возбуждение, скачка идей, что отражается на письме. Больные пишут много и увлеченно, однако мысли излагают бессвязно и непоследовательно. Буквы приобретают большие (иногда гигантские) размеры, из-за чего на одной странице умещается только несколько строчек или слов. За один раз больной может исписать целую тетрадь. Чаще всего неоправданно большими буквами пишутся местоимения «Я», «Вы». Письмо в целом небрежное, неразборчивое, иногда новые слова пишутся по уже написанному тексту. В фазу депрессии макрография сменяется микрографией.

Диагностика

При микропсии необходимо проведение комплекса диагностических мероприятий, направленных на выявление центрального механизма изменения почерка. Пациент нуждается в осмотре врача-невролога, офтальмолога. При необходимости проводится психолого-педагогическое обследование (консультация нейропсихолога, логопеда). Основные диагностические этапы:

Лечение

Макрография – это следствие основного неврологического, офтальмологического, нейропсихологического синдрома, поэтому ее коррекция не является самоцелью и не осуществляется изолированно. Более того, устранение мегалографии не всегда возможно. Так, при прогрессирующих заболеваниях головного мозга в далеко зашедших стадиях отмечается полный распад письменной речи.

Основной упор при проведении лечения направлен на ликвидацию причин основного заболевания, повлекшего за собой изменение почерка в виде макрографии. Иногда по мере улучшения соматического статуса почерк приобретает прежний вид.

Терапия основного заболевания

При заболеваниях, сопровождающихся мозжечковой атаксией, основу лечения составляет фармакотерапия (ноотропы, витамины, метаболические препараты, антикоагулянты и др.). Для укрепления мышц и нормализации координации моторики первостепенное значение имеет двигательная реабилитация: лечебная физкультура, механотерапия, эрготерапия.

В лечении макулодистрофии используется комплексный подход, включающий медикаментозную терапию (витамины, антиоксиданты, пептидные биорегуляторы), интравитреальные инъекции ингибиторов ангиогенеза, лазерную коагуляцию сетчатки, удаление эпиретинальных мембран. В случае макрографии, обусловленной аномалиями рефракции, осуществляется подбор очковой коррекции либо выполняются рефракционные операции по методике LASIK.

Пациентам с аутизмом рекомендована когнитивно-поведенческая терапия, обучение навыкам самообслуживания и социального взаимодействия. Психотерапевтическое лечение также показано лицам с дереализационным синдромом. Эффективны методы психоанализа, гештальт-терапии, поведенческой терапии.

Логопедическая коррекция

Логопедические занятия необходимы детям с оптической дисграфией, РАС, пациентам после инсульта, у которых на письме отмечается макрография. Ребенка или взрослого учат удерживать строку, писать буквенные символы одинакового размера высотой около 5 мм. Основные направления работы включают развитие или восстановление:

Источник

Коррекционный курс по нейрограмматике

Данные обследования школ и детских садов по этому вопросу, проведенного специалистами Министерства образо­вания и науки РФ (Цветкова Л. С. с соавт., 2006), показали, что 85 % детей, воспитанников детских садов и школ, нуждаются в помощи специалистов медицинского, психологического или коррекционно-педагогического профиля, а 25 % детей — в специализированной коррекционной помощи.

Наибольшую группу в массовой общеобразовательной школе, как отмечает большинство исследователей, традиционно составляют дети «группы риска».

Для освоения грамматики у детей должны быть следующие предпосылки:

3.Отношение к чтению.

4.Мотивация к письму, как к деятельности.

При обследовании детей школьного возраста выявляются следующие нарушения работы мозга, вызывающие трудности овладения грамотным письмом:

Наличие разнообразных трудностей усвоения грамматики детьми школьного возраста с ОВЗ приводит к необходимости создания коррекционного курса «Нейрограмматика», который включает следующие разделы:

Недостаток позотонической регуляции

Обеспечивается рефлекторной деятельностью стволовых отделов мозга и отвечает за поддержание удобной позы, баланса, мышечного тонуса.

Приводит к трудностям удержания статичной позы, нарушениям целенаправленной концентрации на речевом и зрительном материале, размашистость и нерасчетливость выполнения графомоторных функций.

Коррекционная работа: правильная организация места занятий, дыхательные упражнения с пропеванием гласных звуков, самомассажи с проработкой проблемных функций: растираем части лица, сопровождая согласными звуками, массажируем ладони и стопы ритмическими ударами, массажируем пальцы су-джоком и называем слова, начинающиеся на определенную букву, «буквенные классики».

Слабость активационной деятельности и недостаток концентрации

Обеспечивается работой среднего мозга. Истощаемость, снижение интереса к деятельности, отвлекаемости, апатии или расторможенности, неусидчивости. Неравномерность начертания букв (микро- или макрография), задержка становления автоматизированного письма.

Коррекционная работа: упражнение «Тренер и дети», «Бессмысленное письмо», «Уничтожь ералаш», двигательные игры со стоп-сигналом.

Продолжение в документе «Коррекционный курс по нейрограмматике».

Источник

Другие нарушения речи

Существуют другие нарушения речи, приведём здесь их названия и определения.

Акайрия (от греч. kairos — мера, надлежащая норма) — повторение пациентами одних и тех же вопросов, жалоб в тех же самых выражениях и интонациях по нескольку раз в день без какой-либо на это необходимости. Проявление назойливости, прилипчивости. Другие названия: симптом Аствацатурова (1928), симптом Турзо, симптом навязчивых ламентаций (от итал. lamento — жалоба, плач).

Акатаграфия (от греч. katagrapho — записывать) — перестановка слогов в словах, слов в предложениях. Симптом лобно-органического повреждения.

​	При нарушениях речи советуем обратиться к психиатру

Акатафазия (от греч. kataphasis — утверждение, согласие) — аграмматизмы в экспрессивной речи, связаны с нарушением грамматической и синтаксической организации речи. По другим сведениям, проявляется использованием в речи фонологически близких слов вместо адекватных семантически; в этом смысле близка к вербигерации.

Ангофразия (от греч. angst — страх) — включение между слов фраз посторонних и ничего не означающих гласных, двугласных и носовых звуков, а также слов, замедляющих и делающих аритмичной речь (а-а-а, э-э-э, енг, анг, так сказать, вот, ну и др.). Связана со страхом публичных выступлений и делающаяся позже дурной привычкой.

Брадилалия, брадифразия, брадилогия, брадифазия (от греч. bradis — медленный) — замедление темпа речи, симптом заторможенного мышления. Характеризует депрессию, органическое повреждение таламуса и чёрной субстанции мозга, а также мозжечка. Мозжечковая брадилалия сочетается со скандированной речью и нарушением просодической стороны речи.

Брадилексия — замедление темпа чтения у пациентов с общей замедленностью движений — брадикинезией. Наблюдается при экстрапирамидной патологии, эпилепсии, кататоническом субступоре, истерии (в последнем случае носит как бы нарочитый характер).

Глоссолалия (от греч. glossa — язык) — аффективно обусловленное ускорение речи с появлением в ней множества парафазий и неологизмов. Описана при радении в некоторых сектах, в состоянии эзальтации, истерического экстаза, суженного сознания. Возникает остро, обычно у внушаемых индивидов, нередко под влиянием индукции. Речь эмоционально окрашена, сопровождается общим возбуждением. Отличается от неоглоссии тем, что последняя не связана с аффектом и обнаруживает тенденцию пациентов к изобретению собственного языка.

Дислогия — неспособность точно и недвусмысленно выражать свои мысли устно. Связана с неясностью понятий, отчего выбираемые слова обладают другими, запутывающими коннотациями (от лат. con — вместе, noto — отмечаю, обозначаю), меняющими семантику высказываний. Аналогичной бывает при этом и письменная речь.

Диспросодия — нарушение мелодики речи, отчего последняя напоминает иностранный акцент. То же, что и апросодия.

Идиоглоссия (от греч. idios — свой, собственный) — нарушение речи, при котором некоторые обычные слова заменяются другими, лишёнными смысла, или непонятными звуками (Perri). Описана при олигофрении. Тем же термином обозначают неспособность издавать горловые и нёбные звуки при отсутствии органической и функциональной патологии аппарата речи.

Ксенолалия (от греч. xenos — чужой) — изменение структуры звуков речи таком образом, что она начинает походить на иностранную. Наблюдается при экстрапирамидной патологии, сенсорной афазии.

Макрография — письмо с чрезмерно крупными буквами, отчего на одной странице едва умещаются 2–3 десятка слов. Вероятно проявление двигательной дискоординации органического происхождения, встречается при микропсии, может быть связана с иными, неясными причинами. К макрографии не относится психологически понятная особенность такого письма. Так, девочка пишет деду крупными буквами, зная, что тот недослышит.

Макрофония — очень громкая речь. Наблюдается у маниакальных пациентов, в состоянии кататонического возбуждения, а также у индивидов со снижением слуха.

Микрография — письмо с чрезвычайно маленькими буквами. Наблюдается при паркинсонизме, депрессии, иногда — кататонии, встречается при макропсии.

Микрофония — очень тихая речь. Наблюдается при органической патологии мозга, истерии, депрессии.

Оговорки — подмена одних слов, фраз другими, не соответствующими предмету мысли. Не следует смешивать с проявлениями вербальной парафазии. Оговорки заключают в себе некие скрытые от сознания пациента мысли. Так, верующий благодарит газету за «освящение» важных тем. Вероятно, в это время он думал о чём-то связанном именно с освящением чего-то, но эти мысли не вполне осознавал, не обратил на них достаточного внимания. Или оратор говорит, что намерен подчеркнуть «это предложение», так как во время своего выступления не отрывается от написанного текста. Содержание некоторых оговорок явно указывает на то, что пациенту не хотелось высказывать соответствующие мысли. Например, он благодарит кого-то за «уход» от встречи вместо того, чтобы сказать о своём нежелании видеть этого человека.

Тут как бы сталкиваются две противоположные мысли, из которых высказывается соответствующая желанию. Наконец, оговорки могут не иметь никакого психологического содержания. Так, больная эпилепсией отмечает, что вместо слова «холодильник» она произносит почему-то «телевизор», словом «книга» называет «печь» и т. д. «Я, — продолжает она, — заговариваюсь, понимаю, что говорю не то, а слова вылетают не те, что нужно, а такие, о чём я совсем в это время и не думаю». Речевых припадков у больной не обнаружено, но в данном случае нельзя, по-видимому, исключить возможность их появления. Иногда подмены слов и фраз могут предшествовать появлению речевого автоматизма, указывая тем самым на скрытое существование другой, антагонистической личности. Возможно также, что оговорки возникают и при нарушениях самовосприятия, если принять, что формирование мысли — это и есть акт самоосознавания.

Олигофазия (от греч. oligos — малый) — чрезвычайно скудный запас слов, обычно недостаточный для выражения повседневных впечатлений. Описана А.Н.Бернштейном (1912) у пациентов, страдающих эпилепсией. Обеднение активного лексикона сочетается при этом с упрощением грамматической структуры устной и письменной речи. Обнаруживается в затруднениях называния показываемых пациентам предметов, а также их изображения. Острая послеприпадочная олигофазия выступает проявлением преходящей амнестической афазии. Прогрессирующая олигофазия характеризует развитие эпилептического слабоумия, является типичным признаком последнего (Блейхер, 1963). Олигофазия, кроме того, — обычное явление олигофрении. Степень последней в большинстве случаев находит выражение в объёме активного и пассивного лексикона. Значительно снижается активный, в меньшей степени — пассивный словарный запас при органических ослабоумливающих процессах. Нормы лексикона, очевидно, зависят от принадлежности пациентов к той или иной культуре.

Палинграфия — обратное или зеркальное письмо. Не следует смешивать с палиграфией. Проявление в письме палилалии. Оба симптома часто сочетаются при кататонии, поражении стриарной системы мозга. Наблюдается при постэнцефалитическом паркинсонизме, болезни Пика, псевдобульбарном синдроме.

Палинлексия — обратное или зеркальное чтение.

Паралексия — правильное чтение без понимания смысла прочитанного.

Речь витиеватая — напыщенная, с выражением ложного пафоса речь, оставляющая впечатление многозначительной, несколько заумной. Наполнена громоздкими грамматическими оборотами, лишена простоты, ясности, недвусмысленности. Симптом резонёрства.

Речь геев — у мужчин выглядит как жеманная, с кокетливыми интонациями речь. У женщин, напротив, отличается грубыми интонациями и подчёркнуто мужскими выражениями.

Речь зеркальная — произнесение слов с их конца. Описана при шизофрении, детском аутизме.

Речь манерная — словесное гримасничанье, речь вычурная, ломаная. Свойственна гебефреническим пациентам.

Речь монотонная — речь с недостаточно выделенными интонациями голоса словами, фразами. Наблюдается при паркинсонизме, а также при эмоциональном притуплении.

Речь пуэрильная (от лат. puerilis — детский) — речь, напоминающая детскую: картавая, сюсюкающая, с детскими искажениями слов и интонациями. Симптом пуэрилизма (варианта истерического психоза), а также кататоно-гебефрении.

Речь реактивная — автоматические, как бы рефлекторные речевые реакции на звуки, но не на содержание посторонней речи, смысл которой не воспринимается. Описана при сенильной деменции А.В.Снежневским.

Речь рифмованная — неуместное использование в повседневной речи рифмования слов, большей частью по их созвучию. Встречается у маниакальных и кататонических пациентов, а иногда у пациентов с эпилепсией.

Речь скандированная или разрубленная на слоги (от лат. scando — размеренно читать) — замедленная речь с произнесением слов по слогам, иногда с распевными интонациями. Наблюдается при повреждении мозжечка — рассеянном склерозе. Один из симптомов пентады Марбурга (1936), включающей также битемпоральное побледнение дисков зрительных нервов либо их атрофию, выпадение брюшных рефлексов, нистагм и интенционный тремор. Пентада характеризует проявления рассеянного склероза. Включает в себя триаду Шарко (1865): нистагм, интенционный тремор и скандированную речь.

Речь слащавая — речь вкрадчивая, льстивая, со склонностью употреблять уменьшительно-ласкательные и хвалебные обороты. Расценивается как выражение дефензивного (от фран. defetnsive — охранять; обороняться) компонента эпилептоидной пропорции темперамента, то есть склонности накапливать готовность к ответной реакции (в противоположность склонности к импульсивным реакциям). Наблюдается у ряда пациентов с эпилепсией, а также у некоторых эпилептоидных психопатов.

Речь спастическая — беспорядочная по ритмике, скачкообразная речь при спастическом состоянии мышц аппарата артикуляции. Может быть также при нейролептическом экстрапирамидном синдроме.

Речь эксплозивная (от лат. explodo — извергать с шумом) — аритмичная речь, в которой периоды растягивания и задержки вокализации сменяются словесными «выбросами», во время которых речь ускоряется и делается несоразмерно громкой. Описана при поражении полушарий мозжечка.

Тахилалия (от греч. tachi — ускорение) — ускоренный темп речи, наблюдается у маниакальных пациентов, при некоторых других формах психического возбуждения. Не следует смешивать с речевой поспешностью — склонностью к скорым и необдуманным ответам на вопросы.

Фонастения — тихая, переходящая порой в шепотную и беззвучную речь депрессивных пациентов.

Источник

Изменение почерка

Изменения почерка ‒ это ухудшение манеры письма, обусловленное различными патологическими процессами. Может выражаться нарушением наклона, величины и формы букв, силы нажима на ручку, расстояния между словами, междустрочного интервала. Изменения почерка наблюдаются при ряде неврологических, психиатрических синдромов, нарушениях зрения и опорно-двигательной системы, а также в процессе естественного старения. Для диагностики причин данного явления проводится обследование ЦНС (МРТ, ЭФИ, УЗИ), нейропсихологическое тестирование, определение зрительной функции. Лечение может включать фармакотерапию, психотерапию, коррекцию зрения.

Физиология почерка

Почерк – это индивидуальная графическая техника, которая реализуется в результате письма. В основе письменного навыка лежит зрительно-моторная координация – согласованная работа зрительного и двигательного анализаторов. Почерк формируется в результате обучения письму и регулярной практики.

Манера письма человека меняется с годами. В течение школьного обучения происходит постепенное совершенствование почерка ученика, и примерно к 6-7 классу вырабатывается автоматизм письма. Данные изменения отражают графическую зрелость моторных навыков. Однако окончательное формирование почерка заканчивается только к 25—30 годам. Почерк взрослого человека имеет свои индивидуальные черты, которые обусловлены:

К индивидуальным характеристикам почерка относят форму и размер графических элементов, наклон букв, нажим на ручку, направление и непрерывность линий, интервал между словами и строками. Анализ особенностей почерка индивида является предметом изучения графологии и лежит в основе почерковедческой экспертизы.

Причины изменения почерка

У одних людей почерк остается стабильным на протяжении всей жизни, у других претерпевает изменения под влиянием различных состояний. Изменения почерка могут происходить в результате:

Диагностическими признаками, указывающими на патологические изменения почерка, являются:

Причины макрографии

Изменения почерка по типу мегалографии характеризуются высотой строчных букв, значительно превышающей нормальный размер (0,5 см). В этом случае буквы выходят за границы строки, при этом на листе бумаги помещается всего несколько слов. Данный признак характерен для следующих состояний:

Причины микрографии

Уменьшение размеров букв менее 3 мм делает почерк человека плохо читаемым, неразборчивым. Такие изменения почерка встречаются при ряде нервно-психических и глазных заболеваний:

Источник

Агрис А.Р., Ахутина Т.В. Регуляция активности у детей с трудностями обучения по данным нейропсихологического обследования. // Национальный психологический журнал. – 2014. – № 4(16). – С. 96-102.

Аннотация

В статье исследуется вопрос слабости функций I блока мозга (процессов регуляции активности) у детей младшего школьного возраста с трудностями обучения. Исследование проводилось на детях 1-5 классов с выраженными трудностями в обучении и на выборке первоклассников с различной успешностью в обучении. Основным методом исследования являлось нейропсихологическое обследование на базе батареи А.Р. Лурии (Лурия, 1969, 1973), а именно, варианта для детей 5-9 лет, разработанного в лаборатории нейропсихологии факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова (Ахутина и др., 2008, 2012; Полонская, 2007). Показано, что среди детей обеих выборок можно выделить группы по различному состоянию функций I блока: с преобладанием гиперактивности-импульсивности, с преобладанием утомляемости и низких темповых характеристик и без выраженного дефицита функций I блока. Продемонстрирована тесная связь дефицита I блока мозга и школьной успеваемости. Выявлено, что для детей с гиперактивностью свойственна выраженная слабость процессов программирования и контроля и зрительных и зрительно-пространственных функций, со слабостью как левополушарной аналитической, так и правополушарной холистической стратегии переработки информации. Дети с низким когнитивным темпом характеризуются менее выраженной слабостью программирования и контроля и заметными слухоречевыми и кинестетичекими трудностями, то есть преобладанием дефицита левополушарной аналитической стратегии. Выявлена неравномерная возрастная динамика различных компонентов высших психических функций (ВПФ) при трудностях обучения. Так, от 1 к 4-5 классу симптомы утомляемости/низкого темпа и кинестетические трудности практически не демонстрируют положительной динамики в отличие от всех остальных компонентов ВПФ.

Принята к публикации: 20.11.2014

Ключевые слова: процессы регуляции активности; нейродинамические (активационные) компоненты деятельности; низкий когнитивный темп; гиперактивность; импульсивность; трудности в обучении; детская нейропсихология

Доступно в on-line версии с 31.12.2014

Дефицит активационных (нейродинамических) компонентов деятельности является наиболее часто встречающим­ся нейропсихологических симптомом среди детей с трудностями освоения навыков счета, чтения и письма (Пылаева, 1998). Показано, что слабость регу­ляции активности у детей тесно связана со снижением их академической успе­ваемости (Глозман и др., 2007). По мнению ТВ. Ахутиной и ее коллег (Ахутина и др., 2012), этот дефицит характерен в той или иной степени для большинст­ва детей с трудностями обучения. Он не встречается отдельно от слабости фун­кций II и III блоков мозга, но сочетается с ними и отягощает их.

В зарубежных исследованиях про­блема дефицита нейродинамики рас­сматривается преимущественно в рам­ках изучения влияния когнитивной нагрузки (processing (cognitive) load) и скорости переработки информации (processing speed) на эффективность познавательной деятельности (Sweller, 1988; Sweller et al., 1998). Степень когни­тивной нагрузки непосредственно свя­зана с соотношением автоматических и контролируемых процессов при вы­полнении конкретной задачи (Shiffrin, Schneider, 1977): чем больше процессов нуждаются в произвольном контроле, тем больше степень когнитивной на­грузки и энергоемкость и тем ниже воз­можная скорость переработки инфор­мации.

У детей с трудностями обучения вы­явлен значительный дефицит скорости переработки информации (Richards et al., 1990; Shanahan et al., 2006; McGrath et al., 2011; Compton et al., 2012). Показана тесная связь замедления скорости пере­работки информации и переключения внимания с дислексией (Tallal et al., 1997; Hari, Renvall, 2001) и дискалькулией (Askenazi, Henik, 2010). В работах Б.Ф. Пеннингтона с соавторами (Shanahan et al., 2006; McGrath et al., 2011) дефицит темповой стороны переработки инфор­мации описывается как неаддитивный (underadditive) компонент, т.е. общий для различных нарушений нейрокогнитивного развития фактор риска (напри­мер, для СДВГ и дислексии). Кроме того, выявлено, что при трудностях обучения нарушается баланс автоматических и контролируемых процессов в пользу по­следних из-за проблем своевременной автоматизации навыков (Waber, 2010).

Наиболее интенсивно дефицит нейродинамических компонентов психи­ческой деятельности изучается в рамках исследования синдрома дефицита вни­мания и гиперактивности (СДВГ), который рассматривается как сочетанное нарушение процессов программирова­ния и контроля деятельности и регуля­ции активности (Заваденко, 2005; Nigg, 2005; Brown, 2005; Barkley, 2006; Willcutt, 2010). В настоящее время классическая для исследования СДВГ модель дефици­та управляющих функций (Barkley, 1997) дополнена когнитивно-энергетической моделью, в которой важнейшая роль от­водится процессам регуляции активно­сти (Sergeant, 2000, 2005; Meere van der, 2005). Их слабость проявляется в таких симпомах дефицита нейродинамики, как снижение скорости переработки ин­формации, нестабильность времени ре­акции (Shanahan et al., 2006; Willcutt et al., 2008; Willcutt, 2010; Mahone, 2011), трудности поддержания оптимального уровня бодрствования (alerting) и бди­тельности (vigilance) (Крупская, Мачинская, 2006). Нейровизуализационные исследования свидетельствуют о много­численных изменениях в функциониро­вании различных мозговых систем при СДВГ, в том числе, структур, традици­онно связываемых с функциями I бло­ка мозга (De La Fuente et al., 2013). При регистрации электроэнцефалограммы у детей с СДВГ можно выделить 2 основ­ных варианта нарушений электрофизиологической активности мозга:

Исследования СДВГ позволили вы­делить такой кластер симптомов, как низкий когнитивный темп (sluggish cognitive tempo), близкий к синдрому де­фицита внимания без гиперактивности (СДВ) (McBurnett et al., 2001; Hartman et al., 2004; Garner et al., 2010; Barkley, 2014; Becker et al., 2014). Для детей с низким темпом деятельности характерны сни­жение скорости переработки информации (Weiler et al., 2000), проблемы поддержания оптимального для рабо­ты функционального состояния и кон­центрации внимания (W hlstedt, Bohlin, 2010; Barkley, 2014). Дефицит управля­ющих функций у пациентов с низким когнитивным темпом является по сравнению с СДВГ достаточно сглаженным и затрагивает, в первую очередь, навыки самоорганизации и решения поведенче­ских задач (self-organization and problem solving) (Barkley, 2014; Bauermeister et al., 2012; Becker, Langberg, 2014). Вопрос о связи регуляторных, когнитивных и двигательных нарушений при СДВГ привел зарубежных исследователей к выделению единого симптомокомплекса дефицита внимания, двигатель­ного контроля и восприятия (Gillberg, 2003). В их работах показана тесная связь симптомов СДВГ и расстройст­ва координации движений (РКД). Для РКД характерны снижение или неста­бильность темповых характеристик де­ятельности и процессов планирования и контроля, проблемы переработки кинестетической и зрительно-простран­ственной информации, а также замед­ленная автоматизация навыков (Wilson, McKenzie, 1998; Piek, Pitcher, 2004; Piek et al., 2007; Querne et al., 2008). По мнению исследователей, дефицит регуля­ции активности/нейродинамики может являться одним из наиболее сущест­венных механизмов трудностей в ов­ладении моторными, когнитивными и регуляторными навыками при различ­ных вариантах нейрокогнитивных расстройств развития (Shanahan et al., 2006; Waber, 2010; McGrath et al., 2011).

Материал и методы исследования.

В первой части экспериментального исследования приняло участие 76 детей с первого по 4-5 классы (возраст от 7 лет 8 мес. до 11 лет 9,5 мес.) с трудностями обучения, проблемами нейрокогнитивного развития и нарушениями нейро­динамики, верифицированными по ито­гам психолого-медико-педагогического консилиума и нейропсихологического обследования. Среди детей преоблада­ли мальчики (60 из 76 детей). Основные медицинские диагнозы, выставленные неврологом и/или психиатром: СДВГ (18 детей), трудности обучения (22 ре­бенка), речевые нарушения (15 детей), невротические расстройства (9 детей), нарушения поведения (4 ребенка), церебрастенический синдром (14 детей). У 35 детей выявлены признаки резиду­ально-органического поражения цен­тральной нервной системы. Признаков тяжелых неврологических и психиче­ских нарушений по итогам врачебного обследования не обнаружено. К обсле­дованию привлекались только право­рукие дети. Первая часть исследования проводилась на базе ГБОУ Центра психолого-медико-социального сопрово­ждения «Зеленая ветка» САО г. Москвы. На этой выборке детей, отобранной по критерию установленных вне исследо­вания трудностей, как в сфере обучения, так и в сфере регуляции активности, планировалось выделить различные варианты дефицита нейродинамики, оце­нить их связь с другими компонентами высших психических функций (ВПФ) и с проблемами в обучении, проанализи­ровать возрастную динамику активаци­онного дефицита.

Во второй части экспериментального исследования приняли участие 64 уча­щихся 1 класса (средний возраст 7,9 ± 0,4 года) с различной успешностью ос­воения программы массовой школы. По наблюдениям педагогов и родителей, а также данным анализа тетрадей и сле­дящей диагностики в условиях школы у 25 детей данной выборки наблюдались трудности в освоении школьных навы­ков. Остальные 39 детей успешно осваи­вали школьную программу. Вторая часть исследования проводилась на базе сред­них общеобразовательных школ г. Мо­сквы (ГБОУ СОШ № 191, 49, 847, 2006). В этой части исследования, в которой участвовали дети одного возраста, но с различной успешностью в обучении, планировалось проверить и дополнить данные о вариантах дефицита нейроди­намики и их связи с другими компонен­тами ВПФ и с проблемами в обучении, выявленными в первой части исследо­вания.

Источник