медуза новости это что такое
«Медуза» заявила о потере доходов из-за признания иноагентом
Зарегистрированное в Латвии, но ориентированное на русскоязычную аудиторию издание «Медуза» предупредило о финансовых проблемах, возникших из-за признания проекта в России иноагентом.
Минюст внес юрлицо «Медузы» — SIA «Medusa Project» — в список иностранных СМИ, выполняющих функцию иностранного агента, 23 апреля 2021 года. Из-за этого «Медуза» уже потеряла рекламодателей, сообщается в обращении редакции на сайте издания.
«Мы резко снизили расходы. У нас больше нет офиса — ни в Риге, ни в Москве. Мы практически отказались от сотрудничества с внештатными авторами. Мы урезали зарплаты: сокращения составили от 30 до 50%», перечисляет редакция «Медузы» о последствиях потери рекламодателей. Но даже эти меры не позволят изданию, по собственной оценке, существовать дальше самостоятельно, поэтому «Медуза» попросила своих читателей оформить разовый или регулярный платеж на любую сумму.
Ежемесячно «Медуза» зарабатывала на размещении рекламы в среднем 20 млн руб., сообщил РБК главный редактор издания Иван Колпаков. Эти данные соответствуют финансовым результатам российского ООО «Редакция», на которое оформлено контент-бюро «Продано!» — оно, как указано на его сайте, с 2019 года продает, производит и размещает всю рекламу на «Медузе». В 2020 году выручка ООО «Редакция» по РСБУ составила 210 млн руб., чистая прибыль — 551 тыс. руб.
«Медуза» в цифрах
«Медуза» стала для рекламодателей «токсичной» компанией из-за обязательной пометки «сообщение распространено иноагентом» крупным шрифтом на любой публикации, включая рекламу, признает само издание.
Безусловно, в качестве приоритета рекламодатели ориентируются на качество площадки и на ее контент, где будет потенциально размещаться реклама, констатирует Юлия Грейс, директор по развитию бизнеса рекламной группы PHD (Media Direction Group). Но, учитывая российские реалии, мало кто из рекламодателей предпочитает работать с теми СМИ, которые находятся под вниманием органов государственной власти, объясняет Грейс. По ее прогнозу, «Медузу» может потенциально ожидать судьба телеканала «Дождь», которому потребовалось очень много времени, чтобы вернуть хотя бы часть рекламодателей после возникновения проблем с госорганами (в феврале 2014 года провайдеры начали отключать в своих сетях телеканал «Дождь», объясняя это скандальным опросом телеканала о блокаде Ленинграда).
Значительные бюджеты «Медуза» привлекает в том числе и от иностранных рекламодателей, и логики их отказа нет, констатирует Грейс. Однако есть исключительно желание рекламодателей оптимизировать будущие риски даже на этапе их потенциального объявления, указывает эксперт. В России рекламодатели не хотят получать дополнительные проблемы, если будут сотрудничать с компаниями, имеющими статус иностранного агента, согласен исполнительный директор компании DigitalBudget Александр Степанов.
Спустя две недели после вступления закона в силу Минюст признал иноагентами «Голос Америки» и телеканал «Настоящее время». В 2018 году государственный телеканал RT указывал, что в отчетности юрлица «Медузы» за 2017 год есть гранты от западных организаций — благотворительного фонда OAK Foundation, который основал британский миллиардер Алан Паркер (головной офис в Женеве), и шведского правительственного агентства SIDA.
Основательница «Медузы» анонсировала закрытие проекта
Генеральный директор и основательница новостного издания «Медуза» (внесено Минюстом в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента) Галина Тимченко анонсировала закрытие проекта. Об этом сообщает «Голос Америки» (внесен Минюстом в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента) со ссылкой на выступление Тимченко на виртуальной встрече в Институте Кеннана.
Тимченко отметила, что в мае издание потеряло более двух миллионов евро доходов из-за того, что попало в список иностранных агентов. Это решение Минюста привело к негативным для «Медузы» последствиям, считает учредительница.
«Проект будет закрыт, существующая бизнес-модель рухнула», — сказала Тимченко. Она подчеркнула, что даже во время запуска «Медузы» в 2014 году создатели проекта были готовы к такому исходу.
По словам Тимченко, самым серьезным ударом для издания стало то, что люди стали бояться общаться с журналистами «Медузы».
«Получить комментарий от российских правоохранительных органов и вовсе стало невозможно: им запретили общаться с «иноагентами», что вступает в противоречие с правом журналиста на получение информации», — заявила она, добавив, что за месяц издание потеряло восемь журналистов.
23 апреля министерство юстиции внесло «Медузу» в список иностранных агентов. Из-за этого решения издание столкнулось с финансовыми трудностями, так как лишилось рекламодателей. Официальный представитель МИД России Захарова заявила, что для ведомства данное издание «не стало меньшим или большим СМИ», и «она [«Медуза»] осталась иностранным средством массовой информации».
В сети говорят о закрытии «Медузы»*. Объясняем, что произошло
Издание «Голос Америки» пересказало речь генерального директора «Медузы»* Галины Тимченко во время виртуальной встречи в Институте Кеннана. Согласно этой статье, с момента внесения СМИ в список иноагентов убытки проекта составили более 2 млн евро, из‑за чего он может закрыться.
«Проект будет закрыт, существующая бизнес-модель рухнула, — цитирует «Голос Америки» Тимченко. Она отметила, что еще с момента запуска «Медузы» в 2014 году такой исход событий предполагался.
«Самое болезненное, что нас стали избегать не только рекламодатели, но и ньюсмейкеры: люди боятся с нами разговаривать. Получить комментарий от российских правоохранительных органов и вовсе стало невозможно: им запретили общаться с «иноагентами», что вступает в противоречие с правом журналиста на получение информации», — рассказывает гендиректор.
Журналисты издания также подвергаются риску, так как «все они лично должны также признать себя «иноагентами» и сдавать в российский Минюст отчеты». Галина Тимченко отмечает, что отчеты включают «84 страницы ежемесячно», так как сотрудники «буквально обязаны отчитаться о том сорте чая, который вы пьете на работе, расписав, куда идет каждый рубль». При этом если журналист уволится, в дальнейшем его будут упоминать как «бывшего иностранного агента».
Информацию о закрытии проекта опроверг главред «Медузы» Иван Колпаков. «Продолжаем выходить», — сказал он.
Позже Галина Тимченко подтвердила слова Колпакова:
В список СМИ-иноагентов «Медуза» попала 23 апреля. Гендиректор издания Галина Тимченко отметила, что Минюст не уведомил редакцию о внесении в перечень иноагентов. Редакция обжаловала решение министерства, однако иск был отклонен.
Источник «Открытых медиа» в администрации президента отметил, что такое решение может быть ответом на действия Латвии (там находится главный офис издания). Страна «последовательно блокирует вещание и сайты российских государственных каналов». В числе заблокированных каналов оказались RT и другие телеканалы холдинга МИА «Россия сегодня».
Позднее главред «Медузы» Иван Колпаков заявил, что «Медуза» может закрыться из‑за статуса иноагента, так как издание, вероятно, лишится большей части рекламодателей, источников и экспертов. Кроме того, авторы «Медузы» могут также быть признаны иностранными агентами. Они должны будут отчитываться перед Минюстом о доходах и расходах, а при нарушении в отчетности им грозят штрафы и даже уголовные дела.
* «Медуза» включена Минюстом в список СМИ, выполняющих функции иностранного агента.
«Бездоказательная мерзость»: в соцсетях реагируют на расследование «Медузы» о фигурантах дела «Сети»
Фигурантов дела «Сети» (террористическая организация, запрещена в России) 10 февраля признали виновными в организации деятельности террористического сообщества или участии в нем. Семеро обвиняемых получили сроки от 6 до 18 лет. Дело приобрело широкий резонанс, в поддержку фигурантов дела выступали многие общественные организации и деятели.
Зоя Светова
Правозащитница, журналистка
Таких беспомощных в профессиональном отношении материалов на «Медузе» раньше не читала, объяснить сие можно лишь спешкой. И второе: непонятно, зачем публиковать материал, если в послесловии вы указываете, что вскоре опубликуете тщательно проверенную версию. Тогда вопрос: а зачем вы публикуете непроверенную версию? Вот и ответ, в частности, и про спешку: чтобы опорочить фигурантов дела «Сети». Правозащитники и активисты, может, и продолжат за них вписываться, а политики уже вряд ли.
Анна Наринская
Журналистка, куратор
Опубликовано расследование, в котором утверждается, что двое обвиняемых по делу «Сети» совершили убийство. На мой личный взгляд, это расследование — пример журналистского непрофессионализма, необъективности, погони за просмотрами, которая оказывается превыше самых рамочных этических норм. (Хочу подчеркнуть, что я не говорю, что эту информацию не надо было публиковать вовсе: ее, на мой взгляд, нельзя было публиковать в таком виде, с такими лакунами, так односторонне). Это не отменяет того, что написанное там может оказаться правдой. А может не оказаться. Но — сомнение посеяно, нет дыма без огня и т. д. и т. п. Это и есть проверка нас — нет, меня — на вшивость.
Обвиняемых по делу «Сети» судили и посадили за мыслепреступление. Их пытали, выбивая из них показания о терактах, которые они, цитирую, «намеривались намериться совершить». Абсолютный произвол в отношении всех — повторюсь, всех — фигурантов этого дела очевиден. Конечно, легко (по себе знаю) вписываться за безупречных людей, которыми хочется исключительно восхищаться. Но люди неидеальны, и справедливость (а также наша защита и сочувствие) должна распространятся на неидеальных тоже. Приговоры по делу «Сети» должны быть отменены, все кто сидит — отпущены, а если есть основания для уголовного расследования относительно некоторых из фигурантов, оно должно быть проведено со всей тщательностью. Дело «Сети» — это ложь. Для меня здесь ничего не поменялось. (Цитата из фейсбука)
Роман Волобуев
Журналист, кинокритик, сценарист
Все-таки ничто не приводит русского человека в такую ярость, как кто‑то внезапно сделавший свою работу. Годы привычки к тому, что вокруг все или не делают ***** (ничего. — Прим. ред.), или делают полную противоположность тому, что у них на табличке написано, порождают какую‑то рефлекторную панику при виде любого худо-бедно работающего механизма. Например, репортер вдруг взял и репортаж написал — это же безобразие, зачем, караул, давайте его, гада, люстрируем. (Цитата из фейсбука)
Андрей Лошак
Журналист
WTF. (Простите, других слов нет.) (Цитата из фейсбука)
Роман Доброхотов
Журналист, общественный деятель, шеф-редактор The Insider
«Медуза» сделала большую ошибку, когда вывесила такой сырой текст про «Сеть» без должного фактчекинга, назвав это «расследованием», тем более когда чуваков из «Сети» так прессуют. И все же давайте не чморить и не хоронить «Медузу» раньше времени. И на старуху бывает проруха. (Цитата из твиттера)
Михаил Ходорковский
Бизнесмен, частный инвестор
Прочитал сегодня материал «Медузы» про фигурантов дела «Сети». Представил себя на их месте (мне это легко)… Считал бы, что такой материал и в такой ситуации заслуживал бы предварительного обсуждения со специалистами-расследователями из других изданий и правозащитных групп (знакомых с «технологиями»). А уже по результату — публикации. Возможно, с «особыми мнениями». Если это было сделано — хотелось бы знать. (Цитата из фейсбука)
Ольга Романова
Глава фонда «Русь сидящая»
То, что сделала «Медуза» — что и как, — отвратительно. Ссылку давать не буду, у них во всю морду висит. «На прошлой неделе, когда с редакцией связались люди из левой среды…» — это вообще что‑то совсем новое в практике журналистских расследований. Без фактов, без комментариев юристов, зато «в деле этого нет, но мы расскажем», какие в этой «Сети» были чудовища, хотя их не за это судили, и да, пытали, признаем, но… А давайте им добавим, вон отличник на первой парте руку тянет, первый ученик. Это не расследование, это ОБС называется. И очень похоже на слив. Как будто бы кто‑то держал редакцию за причинное место и что‑то припоминал. Такое ощущение, что не просто так перенесли приговор «Новому величию» на март. Готовят общественное мнение. Через «Медузу»? Увы, не удивлена. (Цитата из фейсбука)
Сергей Пархоменко
Журналист, издатель
«Расследование» «Медузы» невозможно прочесть и понять как связный и разумно структурированный текст: это огромный ком непромятой глины, где все в кучу, навалом, кувырком. Так серьезные профессиональные медиа не работают. Однако мне доводилось читать совсем другие расследования «Медузы». Они ни в чем не были похожи на это нынешнее. Это те, которые я сам как член жюри номинировал на премии «Редколлегия», за которые потом голосовал и которые в конце концов выигрывали премию. Поэтому у меня есть вопрос к тем редакторам и авторам «Медузы», с которыми я знаком. И это не риторический вопрос, а настоящий, в расчете на ответ. Что случилось? Зачем была эта спешка? Почему нельзя было работать над текстом и его аргументами еще неделю? Куда боялись опоздать? Кого и с чем боялись пропустить вперед? (Цитата из личного телеграм-канала)
Никита Могутин
Журналист, основатель телеграм-канала Baza
Текст «Медузы» по делу «Сети» — это, конечно, не расследование. Это колонка «Мнения» — на их же сайте. Но куда важнее для меня иное: Колпаков, Тимченко и остальные вдруг почувствовали себя «Базой». К ним в руки (как — мне похер) попала очень важная информация. Они ей верят и считают ее на 100 процентов важной. Выдают — и вдруг налетают дурачки и доброхотовы, требующие пруфов на крови. И все ваши прекрасные дисклеймеры вдруг не спасают, оказывается, всем на них похер. Ваня Колпаков, Галина Тимченко — я очень надеюсь, что вы уверены в чистоплотности ваших журналистов-расследователей так же, как мы в своих. А пока — добро пожаловать в ваше любимое «ненадежный источник». Налепите его себе на лоб. Ну или на любое другое свободное и освещенное место. (Цитата из личного телеграм-канала)
Виктор Шендерович
Писатель, драматург, журналист
На удивление прямой и короткой оказалась тропинка «Медузы» от корпоративного высокомерия («мы активизмом не занимаемся») до сливного бачка. Невозможно себе представить, чтобы Тимченко и Ко не понимали: эта публикация не имеет отношения к журналистике. Вполне, конечно, отдавали они себе отчет и во впечатлении, которое должна произвести на нас эта вываленная наружу бездоказательная мерзость. Значит, либо владельцев ресурса взяли за яйца — очень больно и за какие‑то особенные, неизвестные нам яйца, когда выбора уже нет и сделаешь все, что прикажут, — либо мы имеем дело со стратегией. Первое впечатление от этой истории — мы присутствуем при самоубийстве. Но потом вспоминаешь Прилепина с его антисемитским и сталинским каминг-аутом и понимаешь: да нет же, никакое не самоубийство — удачный маркетинговый ход. Кучка либералов отвалится от тебя с воплями проклятий, но сколько бонусов взамен! Как расширятся возможности. Какой новый рынок откроется и распахнет тебе свои объятия… (Цитата из фейсбука)
Михаил Зыгарь
Журналист, глава креативной студии «История будущего»
Власти России сами не понимают масштабов пандемии COVID-19 в стране — главное из нового исследования «Медузы», «Медиазоны» и «Холода»
«Медиазона», «Холод» и «Медуза»* выпустили второе исследование, посвященное регистру Минздрава о больных COVID-19 в России. В новой публикации журналисты ответили на вопросы и претензии чиновников, аналитиков и читателей, а также попытались выяснить, сколько действительно людей перенесли коронавирус в стране. «Сноб» пересказывает главное из исследования
О первом исследовании и вопросах к нему:
Первое совместное исследование трех изданий вышло 20 июля. После изучения номеров QR-кодов, которые выдавали переболевшим COVID-19, журналисты пришли к выводу, что в них фигурировали данные из закрытого регистра Минздрава, созданного для отслеживания заразившихся. В списке оказалось как минимум 29 миллионов записей, что в пять раз больше официальной статистики по заболевшим, которую ежедневно публикует оперативный штаб.
В Минздраве назвали приведенные в исследовании данные «не более чем фантазиями» и заявили, что в регистр включают записи не только о заболевших COVID-19, но и о больных пневмонией и вакцинированных от коронавируса, а также другие неназванные «категории» россиян. 21 июля, рассказали в министерстве, в регистре было 39 миллионов записей. Там также сообщили, что уникальный номер регистровой записи формируется нелинейно с учетом нескольких факторов. О каких факторах идет речь, в ведомстве не уточнили.
Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков признался, что прочел исследование на «Медузе», но «ничего не понял из того, что там написано». По его словам, работа трех изданий — это «компиляция просто непонятно чего».
Аналитик данных Александр Драган выразил сомнение в том, что в регистре Минздрава применяют сплошную последовательную нумерацию и что там нет зарезервированных пулов пустых номеров. Он же счел маловероятной версию о том, что номера выбывших из регистра пациентов, у которых СOVID-19 не подтвердился, присваивают другим пациентам.
Что выяснили журналисты после первого исследования:
Сколько людей в России на самом деле переболели COVID-19:
Чтобы составить объективную картину о реальном числе заболевших COVID-19, издания проанализировали данные трех независимых источников — сероопроса, проведенного в Европейском университете в Санкт-Петербурге, современные оценки летальности коронавируса и значения избыточной смертности в России, а также официальные данные о числе госпитализированных. Все эти данные говорят о том, что в статистику оперштаба и Минздрава попадает лишь незначительная часть инфицированных, а в реальности их как минимум в пять раз больше.
Сероопрос, на который ссылаются журналисты, проводили в Петербурге с весны 2020 года. Это исследование распространенности антител к коронавирусу, по методике аналогичное обычным социологическим опросам. Согласно его результатам, только к началу апреля 2021-го в Петербурге COVID-19 перенесли 45 процентов горожан, то есть не менее 2,4 миллиона человек. В официальной статистике к тому времени было чуть больше 395 тысяч заболевших.
Если судить по избыточной смертности с апреля 2020-го по май 2021-го в 515 тысяч смертей, то общее число инфицированных в России должно составить более 62 миллионов человек, не менее 40 миллионов из которых болели с симптомами. Это число получается при делении избыточной смертности на IFR — рассчитанную учеными летальность от COVID-19, то есть долю умерших от всех инфицированных. Результаты этого метода подсчета с высокой точностью совпадают с данным сероопроса в Петербурге — единственном в России городе, где такое исследование проводилось.
За все время пандемии в России госпитализировали 3,62 миллиона человек — почти две трети от всех заболевших, попавших в официальную статистку. Такой доли нет ни в одной стране мира, что говорит об огромном недоучете случаев COVID-19. Для сравнения: в США на 35,35 миллиона официально подтвержденных случаев заражения приходится 2,37 миллиона госпитализаций (6,7 процента), во Франции это соотношение равно 7,6 процента, а в Германии — 5,3 процента. В России при таком соотношении госпитализаций и зарегистрированных больных должно было быть от 32,3 до 54 миллиона заразившихся.
Какие выводы сделали «Медиазона», «Холод» и «Медуза»:
До сих пор эксперты и журналисты считали, что публичная статистика по коронавирусу в России неточна, что власти должны знать реальные данные, чтобы принимать решения о введении и отмене ограничений, пишут авторы исследования. В итоговом отчете за 2020 год Минздрав указывал (.pdf), что именно регистр заболевших «служил основанием для принятия управленческих решений», поскольку в него «оперативно вносилась информация о случаях заболеваний, лечении и исходах пациентов.
Исследование «Медиазоны», «Холода» и «Медузы» показывает, что высшим федеральным чиновникам сообщается «та же явно заниженная статистика», если верны выводы журналистов о том, что регистр признает переболевшими только около шести миллионов человек. «Это значит, что и федеральные, и региональные власти в России принимают решения, не имея достоверных сведений о большей части случаев заболевания COVID-19», — заключают авторы исследования.
*СМИ признано Минюстом иностранным агентом
Следить за событиями удобно в нашем новостном телеграм-канале. Присоединяйтесь