музыка кажется медленнее чем обычно
В ритме нейронов Как мозг воспринимает музыку
Павел Вишневый Алехин. Фото: Предоставлено JBL
В каком-то смысле рассуждать про музыку — все равно что танцевать про архитектуру. Люди годами ломают голову, разбираясь в «правильных» и «неправильных» созвучиях, спорят о лучших жанрах и исполнителях. Но один из самых любопытных вопросов — это формирование индивидуального вкуса. «Лента.ру» при поддержке JBL разбиралась, почему одним людям нравится одна музыка и глубоко неприятна другая, а другим — наоборот.
Успеть за 30 секунд
Исследователи под руководством Роберта Заторре из Института неврологии в Монреале провели эксперимент, в ходе которого девятнадцати добровольцам, заранее сообщившим о своих музыкальных вкусах, предложили оценить 60 музыкальных треков. Испытуемые слушали эти произведения впервые. Участники эксперимента должны были оценить понравившиеся треки по принципу аукциона, заплатив за них из собственных средств 0.99, 1.29 или 2 доллара, и получить диск с этими композициями.
Во время эксперимента каждого участника подключили к аппарату функционального МРТ, так что исследователи наблюдали, как мозг реагирует на разные произведения. И хотя продолжительность треков составляла всего 30 секунд, этого оказалось достаточно, чтобы мозг определил, нравится ему музыка или нет. В ответ на понравившуюся музыку в мозге активировалось несколько зон, но самым чувствительным оказалось прилежащее ядро — область, которая активизируется, когда что-либо оправдывает наши ожидания. Оно входит в центр удовольствия головного мозга и проявляет активность при опьянении и половом возбуждении.
Кристаллизация вкуса
Как и многое другое, наши музыкальные предпочтения начинают формироваться еще в раннем детстве. Происходит занятный процесс кристаллизации — мы бессознательно проводим параллель между услышанной музыкой и возникающей самоидентичностью. В определенной степени каждый человек сложился таким, каким сложился, благодаря той музыке, что слышал в детстве. Даже если не учитывать вкусы родителей, прослушивание всегда сопровождается различными факторами, причем не всегда приятными. Например, просмотром фильма, семейным скандалом или участием в праздновании дня рождения. Таким образом ребенок начинает ассоциировать мелодию с впечатлениями — хорошими или не очень.
Исследования показывают, что в итоге к «тяжелым» жанрам обращаются подростки с внутренним конфликтом, к попу и хип-хопу — ориентированные на активное вращение в социуме, а к джазу и классике тяготеют исследователи с логическим типом мышления, которые воспитывались в благоприятной среде.
Как считает ученый Петр Джоната, полюбившиеся в юном возрасте мелодии часто остаются с нами и во взрослой жизни. При их прослушивании активизируются зоны мозга, ответственные за приятные воспоминания, и побуждают проигрывать знакомые мотивы снова и снова. Кроме того, определяясь в дальнейшем с музыкальным жанром, мы неосознанно стремимся предугадать ощущения, опираясь на предыдущий опыт, поэтому поклонник Вивальди, скорее всего, заскучает под ненавязчивый поп-мотив.
Фото: Предоставлено JBL
В ритме нейронов
Музыкальный вкус напрямую зависит еще и от биоритмов нашего мозга. Для холериков с сильной нервной системой характерна высокая амплитуда этих биоритмов, а для чувствительных меланхоликов — низкая. Нетрудно догадаться, что первые предпочтут более быстрые треки — например, хард-рок, вторые же способны на протяжении долгого времени следить за развитием гармонии в джазе и классике. Точно так же флегматик в хорошем настроении может наслаждаться гитарными перегрузами, а сангвиник — усилить свои чувства минорной балладой.
Темп и характер композиции тоже способны влиять на наши биоритмы. Поэтому энергичная музыка, как правило, повышает настроение, а медленная заставляет грустить. Из этого следует, что удачно составленный плейлист поможет настроиться на нужный лад. Подобный вывод ограждает любителей классики от обвинений в снобизме, поскольку доказывает, что все музыкальные жанры одинаково важны.
Таблетка от печали
Одна из важных функций музыки заключается в том, что в значимые моменты жизни она является своеобразным спусковым механизмом для выхода эмоций. И хотя такие качества, как доброжелательность и эмоциональная неустойчивость, не влияют на жанровые предпочтения, они могут предсказать, как мы будем использовать музыку.
Исследования показали, что коммуникабельные люди и экстраверты обычно испытывают при прослушивании более интенсивные эмоции, чем интроверты — в особенности от позитивных композиций. В то же время те, кто находится в эмоционально нестабильном состоянии, используют музыку как таблетку, способную регулировать их чувства. Психика экстравертов легче подстраивается под особенности композиции, поэтому они способны глубже почувствовать музыку и понять исполнителя, а также острее реагируют на грустные композиции.
Британский психолог Джон Слобода установил, что наиболее сильное впечатление на взрослого человека производит музыка, которая обманывает наши ожидания, сочетая в себе ожидаемое с неожиданным. Мелодии, вызывающие интенсивные эмоции, запускают выработку дофамина в центрах мозга, отвечающих за удовольствие. Тот же самый эффект оказывает шоколад. Мы чувствуем себя хорошо, и это состояние хочется воспроизводить бесконечно.
Фото: Предоставлено JBL
Обнадеживающий вывод
Даже отец эволюционной теории Чарльз Дарвин был озадачен способностью человека воспринимать музыку и называл ее одной из самых загадочных способностей, «коими одарено человечество».
Антрополог Жильбер Руже, живший в 1946 году в племени африканских пигмеев, обнаружил, что неучастие в ритуале совместного музицирования считается у них ужаснейшим из преступлений. Он высказал предположение, что музыка — это ранняя форма коммуникации между людьми.
Правда, далекие предки современных людей, жившие в африканской саванне, не могли позволить себе роскошь размышлять о том, что они услышали — визг безобидной обезьяны или хищного льва. Именно благодаря этому музыка, минуя сознание, воспринимается древними участками мозга, которые контролируют эмоции и провоцируют моментальный выброс адреналина. Поэтому музыке не нужны слова, чтобы произвести на нас впечатление.
Однако для того, чтобы получить от музыки максимум, а опыт прослушивания был максимально приятным, нужно научиться слушать музыку. Одним из важнейших факторов, помимо условий, в которых человек ее слушает, является то, с помощью чего он это делает. Компания HARMAN представила сразу две новые модели полностью беспроводных наушников, продолжающие доступную линейку бренда: внутриканальные JBL TUNE 125TWS и вкладыши JBL 225TWS. Эти наушники позволят полностью погрузиться в любую композицию — от джаза до рэпа.
На повторе: почему мы слушаем любимую музыку снова и снова
Анна Веселко
Всем нам известно это состояние, когда песня буквально застревает в голове. Причем она не обязательно должна быть хорошей: иногда мы не можем выбросить из головы песню, которая популярна, но нам субъективно не нравится. Почему так? Все дело в воздействии повторения, и его способность заставить нас запоминать или принимать участие — это лишь малая часть происходящего. Публикуем перевод статьи Элизабет Хельмут Маргулис, директора лаборатории музыкального познания в Университете Арканзаса и пианистки, которая разбирается в этом феномене, опираясь на различные исследования.
Согласно мнению большинства психологов, люди предпочитают то, что им знакомо, по крайней мере с тех пор, когда Роберт Зайонц ❓ Американский психолог польского происхождения. впервые продемонстрировал «эффект знакомства с объектом» в 1960-х годах. Неважно, идет ли речь о фигурах, картинках или мелодиях, люди сообщают, что во второй или третий раз после просмотра или прослушивания они начинают нравиться им все больше. И, кажется, люди неправильно приписывают повышенную беглость своего восприятия не предыдущему опыту, а качеству самого объекта. Вместо того чтобы думать: «Я видел этот треугольник раньше, поэтому он мне нравится», — они, кажется, думают: «Ну и дела, мне нравится этот треугольник. Это заставляет меня чувствовать себя умным». Эффект распространяется и на прослушивание музыки, однако в последнее время появляется все больше свидетельств того, что особая роль повторения в музыке связана с большим, чем простой эффект знакомства.
Короче говоря, повторение — поразительно распространенная черта музыки, как реальной, так и воображаемой
Такая трансформация, действительно, необычна. Мы думаем, что слушать, как говорит, и слушать, как поет, — это разные вещи, которые отличаются объективными характеристиками самого звука, что кажется очевидным. Но иллюзия преобразования речи в песню показывает, что одна и та же последовательность звуков может казаться либо речью, либо музыкой в зависимости от того, повторяется ли она.
Иллюзия демонстрирует, что значит «услышать нечто» в музыкальном смысле. «Музыкализация» переключает ваше внимание со значения слов на контур отрывка (паттерны высоких и низких частот) и его ритмы (паттерны короткой и длинной продолжительности) и даже стимулирует вас начать напевать или отстукивать ритм.
Повторение — ключ к аспекту музыки, основанному на участии. Моя собственная лаборатория в Университете Арканзаса провела небольшое исследование с использованием рондо, повторяющейся музыкальной композиции, которая была особенно популярна в конце XVII века. В нашем исследовании люди, которые слышали классические рондо с точным повторением, сообщали о большей тенденции к отбиванию ритма или подпевке, чем те, кто слышал рондо с небольшим изменением припева. С другой стороны, классические рондо предоставляют очень мало возможностей для участия аудитории, зато примечательно, что музыкальные ситуации, которые явно требуют широкого участия людей, обычно предполагают еще большее повторение: подумайте о том, сколько раз пропевается одна и та же фраза на церковных службах. Даже во многих обычных музыкальных ситуациях, которые не требуют прямого участия (например, прослушивание радио во время езды на машине), люди все равно всячески участвуют в процессе: от легкого покачивания в такт до полноголосого пения. […]
В ходе отдельного исследования в моей лаборатории было проверено, может ли повторение сделать музыкальные фрагменты более музыкальными. Мы генерировали случайные последовательности нот и предъявляли их слушателям в одном из двух форматов: оригинальном или зацикленном. В зацикленном состоянии случайная последовательность воспроизводится не один, а шесть раз подряд. В начале исследования люди слушали последовательности, которые воспроизводились автоматически, одна за другой, некоторые из них были в своей первоначальной форме, а некоторые были зациклены. Позже испытуемые слушали каждую случайную последовательность по отдельности, только один раз, без повторов, а затем оценивали, насколько музыкально она звучит.
В общем, люди слушали достаточно много последовательностей, и все они стремились слиться в их сознании воедино: испытуемые не помнили явно, какие сегменты они слышали как повторы и слышали ли они их раньше в принципе. Тем не менее последовательности, представленные в зацикленной форме, они неизменно находили более музыкальными. Даже без помощи явной памяти повторение случайных последовательностей наделяло их чувством музыкальности. Независимо от составного материала кажется, что грубая сила повторения может музыкализовать последовательности звуков, вызывая глубокий сдвиг в том, как мы их слышим.
Антропологам может показаться, что все это им отдаленно знакомо, ведь ритуалы, под которыми я подразумеваю стереотипные последовательности действий, например церемониальное мытье чаши, также используют силу повторения, чтобы сосредоточить ум на непосредственных чувственных ощущениях и деталях, а не на более широких практических аспектах.
В 2008 году психологи Паскаль Буайе и Пьер Льенар из Вашингтонского университета в даже заявили, что ритуал формирует отчетливое состояние внимания, в котором мы рассматриваем действия на гораздо более базовом уровне, чем обычно. Вне ритуала отдельные жесты обычно не интерпретируются, они поглощены нашим пониманием более широкого потока событий. Ритуал же переключает внимание с общей картины событий на составляющие.
Именно так работает и повторение в музыке: оно нужно, чтобы сделать нюансированные, выразительные элементы звука более доступными и склонить человека к участию
Даже непроизвольное повторение, вопреки нашим собственным музыкальным предпочтениям, имеет силу. Вот почему музыка, которую мы ненавидим, но которую слышим снова и снова, может иногда невольно вовлекать нас. Повторяющееся воздействие заставляет один звук почти неизбежно соединяться с другим, поэтому, услышав одну строчку песни, мы тут же вспоминаем последующую. Немногие высказывания имеют такую непреодолимую связь между одной частью и другой. Поэтому, если мы действительно хотим, чтобы части речи, информация были жестко связаны друг с другом, например когда мы запоминаем какой-то список, мы можем переложить его на музыку и пару раз повторить.
Можете ли вы превратить что-нибудь в музыку, просто повторяя? Нет, кажется, в музыкальном звуке все же есть что-то особенное. Несколько исследований, в которых музыкальные приемы, такие как ритм, повторение и периодичность, были перенесены в не слуховые области (например, мигающие огни), показали, что отличительные черты умственной обработки, связанные с музыкой, труднее выявить, когда основной материал не является звуковым.
Также стоит отметить, что есть много аспектов музыки, которые не затрагиваются повторением : так, оно не может объяснить, почему минорный аккорд кажется темным, а ослабленный аккорд звучит зловеще. Тем не менее оно могло бы объяснить, почему серия этих аккордов может звучать эмоционально возбуждающе.
Ошеломляющая распространенность повторов в музыке во всем мире не случайна. Музыка приобрела свойство повторения не потому, что она менее сложна, чем речь, — просто это важная часть того волшебства, которое она творит. Повторяемость на самом деле порождает тот самый вид слушания, который мы считаем музыкальным. Он прокладывает в нашем сознании знакомый полезный путь, позволяя нам сразу предвосхищать то, что последует дальше, и участвовать в том, что мы слушаем.
Как музыка влияет на память, концентрацию и интеллект
Прослушивание музыки — это не только приятно, но еще и полезно. Музыка способна влиять на наши эмоции, поэтому пение и даже простое прослушивание композиций может облегчить борьбу с нарушениями настроения, депрессией, тревожными расстройствами и другими психическими проблемами. Многие исследователи считают, что музыка может воздействовать на различные отделы мозга и благодаря нейропластичности улучшать отдельные его функции. Норвежские преподаватели нейробиологии музыки Аре Бреан и Гейр Ульве Скейе рассказывают, действительно ли она оказывает эффект на память, силу воли и другие когнитивные способности.
РБК Тренды публикуют главу из книги «Музыка и мозг. Как музыка влияет на эмоции, здоровье и интеллект». Материал подготовлен в коллаборации с издательством «Альпина Паблишер».
Исполнительные функции
Исполнительные функции — это процессы, протекающие в мозге и отвечающие за когнитивный контроль (то есть за внимание, концентрацию, способность противостоять искушению), рабочую память и ментальную гибкость (способность быстро переключать внимание между разными задачами). Этими способностями управляют лобные доли — благодаря им мы способны фокусироваться на целях и средствах и менять поведение с помощью силы воли, исходя из изменений во внешней среде.
Обучение игре на музыкальном инструменте требует развития именно таких качеств, как фокусировка внимания, рабочая память, умение переключать внимание между разными задачами (чтение нот, взаимодействие с другими музыкантами, решение сложных технических проблем), а также выносливость. На эти качества музыкальное образование действительно оказывает эффект. Например, одно из исследований продемонстрировало улучшение исполнительных функций у детей уже на 20-й день занятий. Еще одно исследование показало, что объем рабочей памяти у детей, занимавшихся музыкой в течение 18 месяцев, увеличился, если сравнивать с данными контрольной группы, где испытуемые в тот же самый период обучались по общей научной программе (исследование под руководством Родена, 2012). Но опять же, очень сложно отличить эффект, который оказывает именно музыка, от общего эффекта, который достигается благодаря систематической практике.
Интеллект и образование
Существуют задокументированные свидетельства того, что в среднем люди, которые учились музыке, имеют более высокий уровень образования и IQ. Но чем вызвана эта связь? Может ли один общий скрытый фактор (например, социально-экономическое положение родителей) объяснить оба явления — или есть прямая связь между интеллектом и музыкальностью, не зависящая от других факторов? Ответов на эти вопросы по-прежнему нет.
Канадский психолог профессор Э. Гленн Шелленберг в нескольких исследованиях пытался сделать поправку на социально-экономическое положение родителей. Он обнаружил положительную корреляцию между обучением музыке и IQ у детей 6‒11 лет, а также связь между обучением музыке в детстве, IQ и академическими успехами молодых людей. Был проведен целый ряд длительных исследований, во время которых детей наблюдали в течение долгого времени. Эти исследования показали те же результаты. По всей видимости, обучение музыке все-таки оказывает положительный эффект на общий уровень IQ, а также на академические успехи. Большинство исследователей полагает, что обучение музыке напрямую влияет на исполнительные функции. Этому есть разумное объяснение: обучение музыке предъявляет серьезные требования к ребенку и развивает координацию рук, а также способность концентрироваться на чем-то в течение долгого времени, внимание и рабочую память. Благодаря этому в организме ребенка происходят изменения, поддающиеся измерениям, например, увеличивается размер мозолистого тела, что улучшает связь между полушариями. Кроме того, вероятно, раннее обучение музыке дает ребенку опыт того, что интеллектуальный труд, требующий концентрации, выдержки и постоянной практики, приносит радость и положительные результаты. Этот опыт повышает вероятность того, что ребенок будет упорнее трудиться в школе и в будущем решит уделить как можно больше внимания обучению.
Эффект от игры на музыкальном инструменте в детстве и юности сохраняется на долгое время. В исследовании Ханны-Плэдди и Маккей приняли участие люди в возрасте от 60 до 83 лет. Оказалось, что у тех, кто в детстве и юности более 10 лет играл в оркестре, в среднем лучше память, кроме того, они также зрительно лучше воспринимают пространство — по сравнению с людьми, у которых не было такого опыта. Музыканты не теряют своих способностей. Но начать учиться музыке никогда не поздно — даже если в детстве вы ей не занимались. Исследование людей в возрасте от 65 до 80 лет, которые только в этом возрасте начали учиться играть на фортепиано, показало, что через шесть месяцев у них значительно улучшилась рабочая память, моторные навыки и темп восприятия. Их результаты сравнивали с результатами группы тех, кто занимался другими видами деятельности (например, физическими упражнениями и рисованием). В 2014 году группа шведских ученых под руководством Бальбага исследовала 157 возрастных пар близнецов. Оказалось, что у тех, кто играл на музыкальном инструменте всю жизнь, вероятность развития деменции в старости была намного ниже, чем у их братьев и сестер, никогда не занимавшихся музыкой.
Возраст мозга можно определить с помощью МРТ. Ученые исследовали МРТ мозга пациентов, хранившиеся в базе данных, выведя некие средние показатели, характерные для разных возрастов. А потом сравнили эти показатели с хронологическим возрастом испытуемых. Это слегка напоминает калькулятор возраста: необходимо ввести пульс в состоянии покоя, рост, вес, объем талии и так далее, и вы получите свой биологический возраст, который может сильно отличаться от хронологического. В 2018 году группа исследователей под руководством Рогенмосера сравнила мозг профессиональных музыкантов, музыкантов-любителей и тех, кто никогда не занимался музыкой. Выяснилось, что в среднем мозг музыкантов был моложе (то есть выглядел моложе на МРТ-снимках) настоящего возраста испытуемого. Однако по результатам исследования вовсе не была выявлена зависимость вида молодости мозга от количества занятий музыкой. Оказалось, что моложе всего именно мозг музыкантов-любителей. У профессиональных музыкантов мозг в среднем был моложе — но в меньшей степени. Результаты вызвали дискуссию: может, профессиональный музыкант испытывает такой сильный стресс, что он снижает положительный эффект от занятий музыкой? И приносит ли музыканту-любителю пользу наличие других интеллектуальных задач, возникающих в течение рабочего дня? Исследование показало, что для стимуляции работы мозга разнообразие видов деятельности полезнее, чем однообразие. И к музыке это тоже относится.
Эффект Моцарта
В 1993 году в журнале Nature Фрэнсис Раушер опубликовала результаты одного эксперимента. Его часто ставят в пример, когда говорят, что музыка теоретически способна оказывать эффект дальнего переноса. Одна группа молодых людей слушала Сонату ре мажор для двух фортепиано (K. 448) Моцарта в течение 10 минут. Вторая группа слушала расслабляющую музыку, а третья сидела в тишине. Группы менялись местами, и каждый испытуемый в итоге оказывался во всех трех вариантах условий. После каждого этапа эксперимента испытуемые получали задание мысленно сложить и разрезать лист бумаги, а затем представить, объект какой формы получится, если снова сложить этот лист. Задания такого рода проверяют способность к пространственному восприятию и входят во все тесты на проверку уровня интеллекта. Раушер обнаружила, что лучше всего молодые люди выполняют задание после прослушивания Моцарта — рост IQ составил примерно 8 баллов. Полученные результаты тут же были опубликованы в СМИ под заголовками вроде «Моцарт сделает вас умнее» — и вот уже словосочетание «эффект Моцарта» стало термином.
Но давайте не будем торопиться и подумаем, нет ли ничего странного в самой форме исследования? Выбранное произведение Моцарта способно развеселить и взбодрить человека и, конечно, весьма отличается от расслабляющей музыки или полной тишины (от нее мы становимся вялыми). Кроме того, подобные задания считаются одними из самых сложных в тестах на определение уровня интеллекта. Необходим также высокий уровень концентрации и интеллектуальных усилий, и есть множество свидетельств тому, как сильно уровень возбуждения и настроение влияют на способность выполнять сложные интеллектуальные задачи. Положительные эмоции увеличивают количество дофамина в префронтальной коре. Согласно относительно новой теории именно этот факт объясняет, почему многие когнитивные задачи испытуемые выполняют гораздо быстрее и успешнее при наличии стимуляции умственной деятельности. Может, решающим фактором в вопросе, как все группы справятся с заданием, был именно уровень возбуждения, а также связанная с ним способность приложить некое усилие?
В последующие годы бесчисленное количество исследователей пыталось проверить и оспорить результаты Фрэнсис Раушер. В 1999 году во время эксперимента Нантаис и Шелленберг давали трем группам задания на определение уровня IQ после прослушивания того же самого произведения Моцарта, фортепианного произведения Шуберта и аудиозаписи с голосом диктора. По результатам этого эксперимента не было обнаружено никакой разницы в результатах, полученных от разных групп. Кроме того, когда испытуемых спросили, что им понравилось больше — Моцарт, Шуберт или рассказанная диктором история, была выявлена удивительная закономерность. Те, кому нравился Моцарт, лучше справлялись с заданием после прослушивания Моцарта, а те, кому больше нравились Шуберт или история, рассказанная диктором, соответственно, лучше справлялись после их прослушивания.
Еще одно испытание было проведено исследовательской группой под руководством Томпсона (2001). Ученые выбрали для работы «Адажио» Альбинони, медленное и печальное произведение. Испытуемые лучше справлялись после сонаты Моцарта, чем после сидения в тишине, а после Альбинони и тишины не было обнаружено никакой разницы в том, насколько качественно выполнено задание. А как только исследователи начали следить за уровнем возбуждения и настроением испытуемых, эффект Моцарта полностью исчез. Проводились эксперименты и на детях 10‒12 лет. На них больший эффект оказывали популярные мелодии, а не Моцарт, но лишь ненадолго. В итоге во всех подобных исследованиях эффект и от Моцарта, и от другой музыки был весьма кратковременным. Ни один эксперимент так и не доказал, что музыка может оказывать длительный эффект на способность решать интеллектуальные задачи.
В целом можно опровергнуть факт наличия особого влияния музыки на интеллект человека. Однако неудивительно, что все указанные исследования подчеркивали необычную способность музыки влиять на наши эмоции. А ведь многим из нас музыка нужна именно того, чтобы взбодриться или успокоиться, расслабиться или развеселиться, порадоваться или погрустить. В этом и заключается магия музыки — и, возможно, это и есть тот самый эффект Моцарта.