мы русские люди нам война не к чему
Минусовка «Рождество – Мы русские люди».
| Исполнитель | Рождество |
|---|---|
| Название | Мы русские люди |
Найти похожие треки
Доступно только зарегистированным пользователям.
Сказали «Cпасибо» (27) :
Мы сидим за столом и пьем за свободу,
Здесь у каждого есть что рассказать,
Трем лицом об салат, значит все Слава Богу,
Как наш классик сказал: «Нас умом не понять».
Ведь это наше лето, это наша зима,
А это наша осень, это наша весна,
Ведь это наши стены, это наша земля,
И если что, мы ответим: «Не будите меня!»
Мы прощаем обиды с Богом в душе,
И всем мира желаем на грешной земле,
Пусть у каждого будет свой дом и родня,
Где под рюмку кричат: «Дай нам, Господи, сил и ума!»
Ведь это наше лето, это наша зима,
А это наша осень, это наша весна,
Ведь это наши стены, это наша земля,
И если что, мы ответим: «Не будите меня!»
Ведь это наше лето, это наша зима,
А это наша осень, это наша весна,
Ведь это наши стены, это наша земля,
И если что, мы ответим: «Не будите меня!»
«Пожалейте себя!»
Хотят ли русские войны? А если не русские, то кто и зачем
Начнем с того, что правильнее было бы сказать «российские», но из песни слова не выкинешь. Ответ на этот вопрос из известной послевоенной песни сегодня как никогда актуален. И имеет как минимум два ответа. В России говорят: нет, не хотят. А на Украине и на Западе говорят обратное: мол, Россия сосредотачивает войска на границе с Украиной, чтобы напасть на соседнее государство.
Конечно, и в России есть горячие головы среди экспертов и политиков, кто считает, что война неизбежна, и потому надо «дать по сусалам» Зеленскому и его команде, чтобы раз и навсегда устранить «этот гнойник на теле бывшей Российской империи». Но, к счастью, экстремисты не делают погоды в России, в отличие от Украины, где они прямо во власти сидят — и в МИДе, в Минобороны, и в Офисе президента.
Министр иностранных дел Украины обещает России гробы, начальник Генерального штаба мечтает въехать на Красную площадь на танке, да и президент Украины постоянно возбуждает интерес западных СМИ и политиков «российской агрессией», которую видит в передвижении российских войск вдоль украинских границ.
Что там и где двигается в России — вопрос отдельный, и мы в свое время о нем скажем. Сейчас же интересно другое. Давайте зададимся вопросом не о том, будет ли война, а вопросом «зачем?». Глава Минобороны Резников на английском успокоил украинцев
Зачем России война с Украиной?
Аксиому о том, что такую войну выиграет Россия, кажется, никто на Западе и даже на самой Украине не оспаривает.
Правда, какой-то мало кому известный «полковник в отставке» заявил на днях, что после первых залпов «русские ваньки» побегут, как зайцы. Оставим это утверждение на его совести, если она у него есть, конечно. Напомним лишь, что чеченскую кампанию, несмотря на неудачное начало, Россия выиграла, что Россия успешно действует в Сирии и, в отличие от украинской армии, хорошо вооружена, обучена и постоянно, что выгодно отличает российскую армию от советской, находится в боеготовности, поскольку регулярно части российской армии участвуют в учениях, что является в мирное время одним из главных условий готовности к боевым действиям. Поэтому победа России, случись такая война, является фактом неоспоримым.
А вот что будет после такой победы — вопрос более интересный. Вернее так: зачем России завоевывать Украину?
Попробуем рассмотреть все мало-мальски известные аргументы, высказываемые, в основном, так называемыми украинскими экспертами.
Четыре причины и лишь одно основание
1. Россия хочет завоевать Украину, потому что без Киева, являвшегося духовным центром Российской империи, Россия не может быть полноценной империей в нынешнем ее состоянии, утверждают «диванные» украинские стратеги.
Этот аргумент ложный по двум основаниям. Киев с того момента, как Россия стала империей (при Петре Первом), никогда не был духовным центром, вернее, был одним из таких центров. Но главными центрами Империи были Москва и Санкт-Петербург, куда приезжали и становились духовными лидерами или великими учеными Гоголь и Булгаков, Шевченко и Королев.
На сегодня Киев — центр антироссийскости как главной идеологии государства Украина. И потому завоевывать его, чтобы получить в составе России антироссийскую (духовно и культурно) Украину, в этом смысле, по меньшей мере, глупо, а с точки зрения практической — нецелесообразно. Понятно, что все эти подоляки, арестовичи, ницои и фарионы никуда не денутся, а будут гадить исподтишка и в открытую, опираясь на западную поддержку и гранты. Киев давно уже не центр русской, а, скорее, центр антироссийской идеологии. Кому он в этом виде нужен?
2. Еще забавнее звучит другой аргумент диванных стратегов. Мол, Россия нападет на Украину, чтобы, завоевав ее, ускорить процесс ввода в строй «Северного потока — 2» и вообще в качестве мести за газовую войну, которую последние тридцать лет перманентно Украина вела против России.
Ну, во-первых, если бы Россия действительно хотела «отомстить» за газовые войны или, еще лучше, если бы хотела забрать себе газопровод, на который на Украине последние 30 лет разве что только не молились, то делать это надо было России еще 7-10 лет назад. Сейчас, когда уже построен «Северный поток — 2», и сама месть не имеет смысла (она, собственно, и воплотилась в СП-2) и газопровод никому, кроме самой Украины, не нужен. Резников ушел от ответа о применении «Джавелинов» в Донбассе
А вот война с Украиной, и это во-вторых, начнись она по инициативе России, как раз может остановить дальнейшую эксплуатацию СП-2 как главная санкция Запада в ответ на «российскую агрессию». В этом смысле, наоборот, Украина заинтересована в российско-украинской войне, поскольку это возвращает украинский газопровод в первоначально востребованное состояние.
Грубо говоря: Россия точно не заинтересована в войне с Украиной из-за газопровода, поскольку в результате такой войны она может потерять свой новенький, еще не используемый СП-2. А вот для Украины такое решение вопроса — война и отказ Европы от СП-2, как реакция на «агрессию России» очень даже желательно. Именно такой исход украинские власти и представляют для себя победой над Россией. «Проиграть войну, но выиграть газопровод».
3. Еще один аргумент, который часто приводят в украинских СМИ и соцсетях — Россия хочет получить Украину, поскольку ей необходимы ее ресурсы.
Ну, тут вопрос, прежде всего, о каких ресурсах может идти речь?
Мигранты, то есть человеческий ресурс, — так их и так в России по разным подсчетам от 2 до 3,5 млн человек с Украины, многие уже получили гражданство. И если нужны будут такие ресурсы и далее, то ничего России не мешает их привлекать без войны.
Если имеется в виду сельское хозяйство, знаменитые чернозёмы Украины, которые позволяют получать богатые урожаи пшеницы, подсолнечника, бахчевых культур, овощи, великолепное животноводство и т. д., то это вряд ли. Нет, всё это так или почти так (за исключением животноводства, которое в настоящее время находится в некотором упадке), но только России-то это зачем?
За последние 10-12 лет Россия как-то незаметно стала одним из процветающих сельскохозяйственных государств мира, которое не только себя полностью обеспечивает основными продуктами питания, но и поставляет на мировые рынки пшеницу и некоторые другие зерновые культуры. А никаких других ресурсов, уникальных для России, у Украины нет. Того же леса, древесины в России имеется в десятки раз больше, чем на Украине. Ну, а про газ и нефть говорить не будем — этих ресурсов в сравнении с Россией у Украины нет. Железной рудой Россия обеспечивает себя сама и так же экспортирует в значительно больших объемах, чем Украина.
Остается в этом разделе промышленность Украины, некогда бывшая одной из самых передовых в Европе. Да, еще 30 лет назад Украина была космической державой, имевшая свои мощности в авиа- и автомобилестроении, в Николаеве находились крупнейшие предприятия по строительству военных и гражданских кораблей, во Львове, например, делали телевизоры и автобусы, в Харькове — турбины для гидроэлектростанций и танки и так далее.
Но беда для Украины в том, что все это, в основном, в прошлом. Космическая отрасль и судостроительная почти полностью разрушены, автомобильная уничтожена, авиастроительная еле-еле дышит. Как и почему это произошло — вопрос отдельный, и Украина.ру неоднократно об этом писала.
Ясно одно: Украина как промышленная держава, создающая не слябы для Запада, а товары с дополнительной стоимостью, то есть корабли, самолеты и танки, практически не существует и в этом смысле не только для России, а по прошествии 30 лет хозяйствования и для Запада не представляет никакого интереса. Резников пригрозил жесткой реакцией НАТО и США на «агрессию» России
Более того, случись война, которая закончится победой России, стране-победительнице нужно рассчитываться с долгами Украины (70-80 млрд долларов), а если восстанавливать всё, что было украдено и разграблено с порезкой на металлолом, нужно как минимум, по подсчетам украинских же экономистов, от 200 до 300 млрд долларов, которых у России, как, впрочем, и у Запада, нет.
4. Остаётся последняя причина, которая может стать основанием войны между Россией и Украиной — попытка насильственного возвращения Украиной Донбасса. То есть, говоря попросту, переход вялотекущего гражданского конфликта на востоке страны в активную фазу, то есть начало активных действий Вооруженных сил Украины против гражданского населения с применением тяжелой техники, байрактаров, танков, установок «Град».
Начать и быстро проиграть
В этом случае, Россия, конечно, будет вынуждена вступить в военный конфликт с Украиной с тем, чтобы предотвратить гуманитарную катастрофу в Донбассе, где уже находится около полумиллиона ее граждан.
Но тут важно не только последствие таких действий, но и основание. Для того, чтобы Россия вступила в войну с Украиной, надо, чтобы именно Украина начала военные действия против гражданского населения. Никаких других оснований для начала войны, которые могли бы заставить Россию в ней участвовать, нет.
Понимая все негативные последствия такого развития событий (санкции Запада, изоляция России, крах проекта СП-2), руководство РФ не допустит вступления в войну даже в результате обычных провокаций со стороны украинских воинских частей. Война со стороны Украины должна начаться в этом случае по-настоящему, с массовым истреблением населения. Только это может заставить Россию применить свои Вооруженные силы для защиты Донбасса.
Это прекрасно понимают и на Украине, на Банковой и Грушевского, где находятся Офис президента и правительство страны. Поэтому когда министр обороны Украины Алексей Резников в пятницу, 3 декабря, на заседании Верховной Рады заявляет, что Россия начнет войну с Украиной в конце января, он, видимо, имеет в виду, что на конец января назначено наступление украинской армии на Донбасс с целью принудительного возвращения Донбасса.
Прекрасно понимают всю эту чудовищную по своей сути аргументацию, которую мы привели выше, и власти Украины. И поэтому они планируют как-то исхитриться, переведя гражданский конфликт в горячую стадию, быстро (желательно в течение нескольких первых часов) получить международную дипломатическую и военную поддержку со стороны Запада, иначе ВСУ ждет позорное поражение с последующим отказом победителя содержать побеждённых, то есть еще большее разорение и обнищание страны с непрогнозируемым восстанием народа против власти и возможной фрагментацией государства. Резников договорился с главой Пентагона вместе «обороняться» от России
И вот в этом-то и заключается, как нам кажется, главная актуальная задача украинской власти — как добиться от Запада гарантий поддержки в случае, если сама Украина, нарушив все свои международные обязательства, в том числе вопреки Минским соглашениям, начнет войну в Донбассе, в результате которой гражданский конфликт перейдет в российско-украинскую истребительную войну.
Эту подспудную задачу украинской власти, которая хочет навязать Западу гарантии своей защиты, хорошо понимают политики Запада. Отсюда увещевания Виктории Нуланд и некоторых других, менее известных политиков Запада, адресованные украинскому руководству — договариваться с Россией, наладить диалог.
Проблема в том, что украинская власть в результате собственных ошибок и неадекватности находится в том политическом (внешней и внутренней политики) и экономическом состоянии, когда решить все или почти все проблемы государства, попавшего в тупик истории, можно только путем краткосрочной, пусть и проигранной войны, в которой Запад обвинит Россию и в очередной раз даст Украине денег на ликвидацию ее, войны, последствий. Главное для украинской власти, чтобы такая война была краткосрочной и ограничилась Донбассом.
Сможет ли Зеленский и его ближайшее окружение преодолеть этот соблазн относительно «быстрого решения», покажут их действия в ближайшие два месяца.
«Мы зря воевали с русскими. Они непобедимы…»
Солдат вермахта, прошедший «московским маршем» 75 лет назад, понял русских и даже полюбил их
«Здесь! Здесь мы сидели! – Генрих с ностальгической радостью стучит пальцем по стеклу. – Стадион! Смотри, Рике, отсюда нас отправили шагать по Москве!»
Рике – собственно, Ульрика, его жена, приехавшая вместе с ним в Москву, – смотрит на серые стены «Динамо» без восторга. Жёны всегда так смотрят на реликты из военного прошлого мужей.
Он был откровенен…
23 августа 1939 года. Подписание межправительственного соглашения. Фото: www.globallookpress.com
И теперь, больше чем полвека спустя, так ли уж немыслимо совместное, русских и немцев, противостояние шакальей англосаксонской цивилизации? Да это необоримый союз будет!
Но о политике мы с Генрихом не говорим. Мы пьём его сливовую настойку у него в садике и вспоминаем войну. Точнее, он вспоминает, а я не могу отделаться от мысли, насколько же он похож на моего отца. Они встретились в Москве – бывший солдат вермахта, отсидевший в нашем плену, и бывший моряк Балтийского флота, ушедший на войну в 16 лет добровольцем и после Победы служивший в советских оккупационных войсках в Германии. Нет, не по-братски, конечно, встретились. Но рюмку вместе выпили. Чтобы не воевать больше Германии и России никогда. И Генрих рассказывает, почему он такого не хочет…
Анатолий Цыганов. Старшина 2-й статьи. 1944 г. Фото из личного архива автора
«Я много понял на той войне»
Я многое стал понимать именно в России, рассказывает этот очень похожий на моего отца старик. Россия безбрежна. Добро и зло, ложь и правда, подвиг и предательство – в ней безбрежны. Другие. Просторы и снег.
И кровь. Было много крови на этой войне.
«Поначалу мы на войну шли с воодушевлением. Ну, не на конкретно эту, потому что России побаивались все. А вообще. Когда там с Польшей началось, с Францией…
Нет, честно: не разделял идей национал-социалистов. Но, не разделяя их бредней, я всё же поддерживал то, что они делали для Германии. Это было, как если б Фридрих Барбаросса проснулся! В ответ на поражение и на унижение немцы поднялись, как птица Феникс из пепла. Из ничего, из жуткой бедности, нищеты, кризиса – вдруг мощь, уверенность, экстаз какой-то национальный. Я помню, тогда мы считали только справедливым, что Польшу заняли – вроде как довоенное положение восстановили. Что Францию оккупировали – за Версаль отомстили…
А с вами война была тяжёлой.
Помню, нам, солдатам, доводили: дескать, мы напали на русских, чтобы разгромить их мощь, пока они не напали на нас. Но внутри себя мы всё больше начинали сомневаться. Чем дальше заходили в эти просторы. И чем большее сопротивление встречали. Не верь тем, кто говорит, будто весело ему было в бою с русскими. Страшно было, ужасно было. А рукопашная!
Фото: www.globallookpress.com
И вот я тогда начал понимать: русских не одолеть. Да, они поначалу неумело воевали. Один батальон наступает, другой стоит, на него смотрит. А потом оба отходят. Но при этом себя никогда не жалели. Чем дольше шла война, тем чаще было, что русские продолжали драться, цепляться, кусаться, пока не умирали.
Не потому ли вы и выиграли войну, что, несмотря на поражения, продолжали драться? Сопротивлялась уже не армия, а мальчишки, срочно мобилизованные и брошенные в огонь. И там тогда я понял: русские отдают много, но и забирают сполна. И жизни они кладут не потому, что их не жалеют, а потому, что приняли это как цену. Раз уж таков заклад поставлен, то и драться они будут до конца.
Генрих Закс – бывший солдат, бывший штрафник, бывший пленный
Судьбу солдата вермахта Генриха Закса типовой на назовёшь.
Не типово было уже то, что он дожил до конца войны: 22 июня будущий таксист был в первых рядах вторгшихся германских войск. Среди немецких солдат, встретивших тот летний рассвет на поле боя, до майской ночи с восьмого на девятое четыре года спустя дошло не сильно больше, чем наших.
Не типово то, что Генрих умудрился попасть в штрафную роту. У себя, у немцев. Дисциплина подкачала, говорит. Правда, не уточняет, в чём подкачала. Лишь криво улыбается: «Так называемые полевые штрафные части. У нас их называли Himmelfahrtskommando – «команда для путешествия на небо». Нас использовали на самых опасных работах. Мне попало – стать истребителем танков. Кое-кому – минные поля расчищать. А кому-то вообще страшное – первыми в атаки идти».
Фото: www.globallookpress.com
Впервые, по его словам, он поймал себя на мысли, что ему немного жалко Россию, в 1943 году. И очень страшно за Германию. Русские платили невероятно громадную цену за то, чтобы победить. И за такую цену, которую заявили за свою победу русские, они обязательно должны были спросить. Со всех.
И вот это тоже было, точило. Постоянно думалось о том, как всё-таки, почему нас заставили убивать друг друга?».
«В плен меня взяли в Белоруссии. Всё получилось само собой: нас обошли на соседнем участке, мы начали отступать и на лесной дороге буквально упёрлись в большую колонну русских. Они первые нас увидели. Бегут, кричат: «Хенде хох!»
Фото: www.globallookpress.com
«Московский марш»
В ходе операции «Багратион» была разгромлена группа армий «Центр». За два месяца германские войска потеряли свыше 400 тысяч солдат и офицеров, в том числе свыше 250 тысяч – безвозвратно. Из 97 немецких дивизий и 13 бригад – 17 дивизий и 3 бригады были полностью уничтожены, а 50 дивизий потеряли от 60 до 70% личного состава. Из 47 немецких генералов, командовавших войсками и гарнизонами, 10 было убито, а 21 попал в плен. Среди них – два командира корпусов, начальник инженерной службы, комендант района обороны и семнадцать командиров дивизий.
«Долго шли, – вспоминает Закс. – Потом дошли до какой-то станции, остановились. Подошёл паровоз, погрузили нас в товарные вагоны, повезли. Три дня везли. Привезли, как оказалось, в Москву. Мы, конечно, не знали, что нас для такого знаменитого спектакля назначили.
На стадионе мы дня два или три сидели, уж не помню. Пожарные воду привезли. Но хватало только, чтобы попить. А умыться, помыться – уже нет. Форма грязная – все были в том же, в чём в плен попали.
Фото: www.globallookpress.com
Все гадали, для чего нас тут собрали. Самое разное предполагали. Большинство думало, что в Москве работать будем – дома строить или развалины разбирать.
Потом всё изменилось. Вдруг вечером дали усиленный паёк – хлеб, кашу, даже сало. Велели привести себя хоть в какой-то порядок. Но фактически сделать было нельзя ничего – ни иголок, ни ниток ни у кого не было. Да и не хотелось по команде большевиков прихорашиваться. Единственное, что все поняли – что предстоит что-то важное для русских. Поговаривали даже, что сам Сталин к нам пожалует, посмотреть на нас…
Поделили нас на офицеров и солдат. Вывели за ворота. Тут я и обратил внимание на стадион – я сам до войны в футбол неплохо играл. Хотя русские тогда в мировом спорте не участвовали, но слухи про них ходили самые разные. Будто чуть ли не обезьяна у какой-то команды в воротах стояла… Так что интересно было, хоть и мало что видно за деревьями.
Фото: www.globallookpress.com
Охраняли нас сильно – наверное, русские боялись, что мы что-нибудь сотворим. Красноармейцы с примкнутыми штыками, довольно много. А перед воротами ещё кавалеристы с саблями наголо. Ну, некоторые весельчаки шутили, что это почти как почётный эскорт. А кое-кто казаков вспоминал…
Потом наших генералов подвели. Я в передней «коробке» шёл, так что видел. Даже не думал, что их так много пленили. Мы ж ничего не знали про подлинные размеры разгрома».
Их прошло почти 60 тысяч…
Колонн немецких военнопленных было две. Шли они в противоположных направлениях по Садовому кольцу. Из общего количества проконвоированных через город 57 600 военнопленных, в том числе 19 генералов, говорится в официальном рапорте об этом событии, 4 человека были направлены в санлетучку ввиду ослабления. Остальные прошли нормально.
«Ну… плохо это, конечно, было, – вздыхает прошедший в правой колонне, к Курскому вокзалу, Генрих Закс. – Унизительно. Как зверей провели, зоопарк. Хотя за годы после войны я вполне начал понимать русских – мы ведь вам столько принесли горя и несчастий, что даже странно, как к нам ещё по-человечески относились.
Гражданские русские стояли вдоль дороги, в основном женщины и дети. Мальчишки бежали за нами, что-то кричали, смеялись. А взрослые в основном молча стояли, смотрели. Одна женщина, правда, потом, позже выбежала, плеваться начала, что-то кинула. Но её успокоили.
Выглядели мы действительно неважно. Небритые, немытые, кто-то в подштанниках, кто-то босиком, кто-то без мундира. У меня, слава богу, остались мои разбитые фетровые сапоги – они никого из красноармейцев не заинтересовали. А те товарищи, которые шли босиком или в одних портянках, страдали довольно сильно.
Фото: www.globallookpress.com
Но самое унизительное, что туалетов не было предусмотрено. И ни остановиться, ни в сторону отойти, естественно, нельзя. Вот многие товарищи и справляли нужду прямо на ходу. А люди по сторонам смотрели на такое и кричали: «Германски никс культура!» Смеялись, пальцами указывали.
Ну, так и прошли до вокзала. А там нас погрузили в вагоны и повезли по лагерям. Я на Урал попал, мы там немецкое оборудование, вывезенное по репарациям, устанавливали. Но это уже другая история, долгая. Я домой только в 1949 году вернулся».
Что таится в русских?
«Почти десять лет так или иначе я провёл в России – с июня 41-го по декабрь 49-го… Немного может увидеть пленный, а понять – ещё меньше. Но я, кажется, многое в вас, русских, тогда и понял. Есть в вас, русских, что-то, что… Не ухватишься, не поймёшь, не определишь. Как вы сами. С европейской внешностью – у вас совсем не европейское мышление.
У вас души неприглаженные. У европейца очень многое в центре собрано, потому он устойчивый, последовательный. А у русских середки нет: либо – либо. Может быть, это нас, немцев, к вам и притягивает…
Что-то от древнего человечества. Из другой цивилизации.
Одно жаль: не так я с вами встретился тогда, в юности моей. И словно огромный чёрный паук лежал на ней, на всей моей молодости. Война. И очень хочется мне теперь что-то сделать, чтобы он исчез».