н и новиков что сделал кто такой

Николай Новиков

русский просветитель, издатель, журналист

Портрет Н.И. Новикова кисти Д.Г. Левицкого (фрагмент)

Николай Иванович Новиков родился (27 апреля) 8 мая 1744 года в родовом имении Тихвинское-Авдотьино Московской губернии. Учился в дворянской гимназии при Московском университете, но в 1760 году был исключен за самовольную отлучку.

В 1762 году Новиков проходил службу в Измайловском полку, затем работал в Уложенной Комиссии (1767–1768). Эта работа оказала большое влияние на взгляды Новикова. В 1769-1770 годах он выпускал журнал «Трутень». «Трутнями», по мнению издателя, были помещики, которые грабили крепостных крестьян. После «Трутня» Новиков пытался издавать еще два сатирических журнала – «Пустомеля» и «Живописец». Но он вынужден сдерживать остроту сатиры и поэтому прекращает выпуск и этих журналов.

Очередная и последняя попытка издания сатирического журнала относится к 1774 году – это был журнал против поклонения французским традициям «Кошелек», вышло из печати 9 его номеров, после чего и он прекратил свое существование. Сатира Новикова использовалась Фонвизиным, Крыловым, Грибоедовым для создания их произведений. Кроме самого Новикова, в его журналах публиковались многие ведущие писатели своего времени: Д.И. Фонвизин, А.Н. Радищев, А.П. Сумароков, В.И. Майков и другие.

Прекратив выпуск сатирических журналов, Новиков переключился на издание книг. Из печати одна за одной выходят: «Опыт исторического словаря о российских писателях», «Древняя Российская Вивлиофика, или собрание разных древних сочинений. », учебники по истории и географии, азбука, книги для детей, книги по медицине, педагогике, сельскому хозяйству, сочинения русских и европейских писателей. Всего в типографии Новикова было выпущено более 1000 наименований книг.

В 1780-х годах Новиков вновь выпускает журналы, такие как «Утренний свет», «Вечерняя заря», «Московское издание», газету «Московские ведомости», первый детский журнал «Детское чтение для сердца и разума», первый женский журнал «Модное ежемесячное издание, или Библиотека для дамского туалета».

В конце царствования Екатерины II Новиков подвергается преследованиям, а в 1792 году оказывается в Шлиссельбургской крепости, из которой был освобожден после смерти императрицы. Он был заключён в крепость ещё в полном расцвете сил и энергии, а вышел оттуда больным, постаревшим, бессильным.

До самой смерти он жил в своем имении в Авдотьино под Москвой, отказавшись от широкой общественной деятельности и заботясь лишь о нуждах своих крестьян. Там Николай Иванович Новиков и скончался (31 июля) 12 августа 1818 года.

Источник

НОВИКОВ НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ

В журнале «Ко­ше­лёк» (1774 год) Н.И. Новиков пуб­ли­ко­вал ма­те­риа­лы, по­свя­щён­ные об­ли­че­нию гал­ло­ма­нии в русском об­ще­ст­ве и за­щи­те нациаональной са­мо­быт­но­сти русской куль­ту­ры. Зна­чительная часть ма­те­риа­лов в этих жур­на­лах при­над­ле­жа­ла Н.И. Новикову, од­на­ко его ав­тор­ст­во в ря­де слу­ча­ев ос­па­ри­ва­ет­ся ис­сле­до­ва­те­ля­ми (напр., «Пи­сем к Фа­ла­лею» и ан­ти­кре­по­ст­ни­че­ско­го «От­рыв­ка пу­те­ше­ст­вия в ***И*** Т***»). Од­но­вре­мен­но Н.И. Новиков опуб­ли­ко­вал со­став­лен­ный им пер­вый в Рос­сии био­биб­лио­гра­фический спра­воч­ник «Опыт ис­то­ри­че­ско­го сло­ва­ря о рос­сий­ских пи­са­те­лях» (1772 год, вклю­чал све­де­ния о 315 русских пи­са­те­лях XI-XVIII веков).

Кон­флик­ты с вла­стью у Н.И. Новикова на­ча­лись в 1784 года, ко­гда об­на­ру­жи­лось, что он опуб­ли­ко­вал два учеб­ни­ка, пра­во на из­да­ние ко­то­рых при­над­ле­жа­ло од­но­му из пе­тербургской ти­по­гра­фов. Они бы­ли кон­фи­ско­ва­ны, а день­ги за про­дан­ные эк­зем­п­ля­ры взы­ска­ны с Н.И. Новиковм. В 1786 году по ука­за­нию имп. Ека­те­ри­ны II со­став­ле­на опись всех книг, из­дан­ных Н.И. Новиковым (6 книг на ма­сон­скую те­ма­ти­ку за­пре­ще­но про­да­вать), а ми­тро­по­лит Мо­с­ков­ский Пла­тон (Лев­шин) ис­пы­тал Н.И. Новиков «в за­ко­не на­шем» (пра­во­сла­вии). Хо­тя Н.И. Новиков был при­знан доб­ро­по­ря­доч­ным хри­стиа­ни­ном, он ос­тал­ся под по­доз­ре­ни­ем у им­пе­рат­ри­цы. В 1788 году Ека­те­ри­на II за­пре­ти­ла про­дле­вать Н.И. Новиков срок арен­ды уни­вер­си­тет­ской ти­по­гра­фии. С 1790 года Н.И. Новиков на­хо­дил­ся под по­сто­ян­ным по­ли­цей­ским на­блю­де­ни­ем. Вес­ной 1792 года аре­сто­ван и дос­тав­лен в Санкт-Пе­тер­бург. Об­ви­нял­ся в об­ма­не ря­до­вых ма­со­нов в це­лях лич­но­го обо­га­ще­ния, в от­ступ­ни­че­ст­ве от пра­во­сла­вия, из­мен­ни­че­ских свя­зях с Прус­си­ей че­рез ор­ден ро­зен­крей­це­ров, ор­га­ни­за­ции за­го­во­ра про­тив им­пе­рат­ри­цы и по­пыт­ках при­влечь к не­му на­след­ни­ка пре­сто­ла. Доп­ра­ши­вал­ся так­же о по­лу­че­нии зо­лота с по­мо­щью фи­ло­соф­ско­го кам­ня.

Ука­зом 1(12) августа 1792 года Ека­те­ри­на II, убе­ж­дён­ная, что Н.И. Новиков дей­ст­ви­тель­но яв­ля­ет­ся гла­вой тай­но­го ма­сон­ско­го за­го­во­ра в Рос­сии, при­зна­ла его ви­нов­ным по всем пунк­там и дос­той­ным смерт­ной каз­ни, ко­то­рую за­ме­ни­ла на 15 лет за­клю­че­ния в Шлис­сель­бург­ской кре­по­сти. В но­ябре 1796 года, по­сле всту­п­ле­ния на пре­стол императора Пав­ла I, Н. ос­во­бо­ж­дён, все об­ви­не­ния с не­го сня­ты. По­след­ние го­ды жиз­ни Н.И. Новиков про­вёл в Ав­доть­и­не. Пы­тал­ся на­ла­дить су­кон­ное про­изводство, а так­же, по не­ко­то­рым све­де­ни­ям, в 1805 году вновь арен­до­вать ти­по­гра­фию Московского университета. За­ни­мал­ся при­ват­ным изу­че­ни­ем мис­тических со­чи­не­ний со сво­им со­рат­ни­ком по ма­сон­ской дея­тель­но­сти С.И. Га­ма­ле­ей. По­сле смер­ти Н.И. Новиков его ра­зо­рив­ше­му­ся се­мей­ст­ву по рас­по­ря­же­нию императора Алек­сан­д­ра I бы­ла ока­за­на по­мощь.

Сочинения:

Из­бран­ные со­чи­не­ния / Под­го­тов­ка тек­ста, вступ. ст. и ком­мен­та­рии Г. П. Ма­ко­го­нен­ко. М.; Л., 1951;

Са­ти­ри­че­ские жур­на­лы Н. И. Но­ви­ко­ва / Вступ. ст. и ком­мен­та­рии П. Н. Бер­ко­ва. М.; Л., 1951;

Смею­щий­ся Де­мок­рит. М., 1985;

Пись­ма Н. И. Но­ви­ко­ва. М., 1994.

Дополнительная литература:

Лон­ги­нов М.Н. Но­ви­ков и мо­с­ков­ские мар­ти­ни­сты. М., 1867. СПб., 2000;

Не­зе­ле­нов А.И. Н.И. Но­ви­ков, из­да­тель жур­на­лов 1769–1785 гг. СПб., 1875;

Бо­го­лю­бов В.Н. Н.И. Но­ви­ков и его вре­мя. М., 1916;

Вер­над­ский Г.В. Но­ви­ков. П., 1918; Се­мен­ни­ков В. П. Кни­го­из­да­тель­ская дея­тель­ность Н. И. Но­ви­ко­ва и Ти­по­гра­фи­че­ской ком­па­нии. П., 1921;

Ма­ко­го­нен­ко Г.П.Н. Но­ви­ков и рус­ское про­све­ще­ние XVIII в. М.; Л., 1952;

Бу­дяк Л.М. Но­ви­ков в Мо­ск­ве и Под­мос­ко­вье. М., 1970;

Ли­хот­кин Г.А. Ок­ле­ве­тан­ный Ко­ло­ви­он. Л., 1972;

Дер­бов Л.А. Об­ще­ст­вен­но-по­ли­ти­че­ские и ис­то­ри­че­ские взгля­ды Н. И. Но­ви­ко­ва. Са­ра­тов, 1974;

Н. И. Но­ви­ков и об­ще­ст­вен­но-ли­те­ра­тур­ное дви­же­ние его вре­ме­ни. Л., 1976;

Мар­ты­нов И.Ф. Кни­го­из­да­тель Н. Но­ви­ков. М., 1981;

Не­кра­сов С.М. Апо­стол до­б­ра: По­ве­ст­во­вание о Н. И. Но­ви­ко­ве. М., 1994;

Но­ви­ков и рус­ское ма­сон­ст­во. М., 1996.

Источник

Глава одиннадцатая. Судьба Николая Новикова

Екатерина нашла занятие образованному и начитанному юноше. В 1767 году Новиков был включен в число депутатов, которым было поручено ведение протоколов в комиссии для сочинения проекта «Нового Уложения». Императрица считала это поручение делом высокой важности и предписала «к держанию протокола определить особливых дворян со способностями».

Участие в работах комиссии ознакомило Новикова со многими важными вопросами, выдвинутыми русской жизнью, и с условиями русской действительности, стала важным этапом в формировании его просветительских взглядов.При докладах о работах комиссии Новиков стал лично известен Екате-рине. 1 января 1768 года именным указом он был выпущен из гвардии в армию поручиком с назначением в Муромский пехотный полк Севской дивизии, продолжая при этом служить при Комиссии.

В 1769 году Екатерина II выпустила первый в России сатирический журнал — «Всякая всячина». Сатира в нём была не совсем обычной, сегодня мы бы назвали такое, скорее, анекдотом или шуткой. «Всякая всячина» придерживалась умеренно-моралистических взглядов и высмеивала не лица, а пороки. Политических тем журнал старался избегать, а если и касался их, то только тех, на которые давали одобрение представители власти.

Повсеместно демонстрируемая Екатериной приверженность идеям Просвещения не соответствовала её внутренней политике. В то время, как Дидро и Вольтер отстаивали мысль, что каждый человек рождается свободным, выступали за равенство всех людей и устранение средневековых форм эксплуатации, деспотических форм государственного управления, Екатерина была убеждена в закономерности и необходимости в России самодержавия. При ней происходило дальнейшее ухудшение положения крепостных крестьян, усиливалась их эксплуатация, росло неравенство вследствие предоставления ещё больших привилегий дворянству. Частые высказывания императрицы о «неусыпной заботе о благе всех подданных» являлись ничем иным, как фикцией.

Екатерина вступила на престол при обстоятельствах, которые заставляли ее и внутри страны, и за её пределами искать союзников, приверженцев, оправдателей, хвалителей. Понятно, что, обращаясь на Запад, желая там внушить уважение и доверие к себе, своей силе и прочности своего престола, она не могла не остановиться на Вольтере.

В 1769 году после прекращения работы Комиссии Новиков вышел в отставку и стал издавать еженедельный сатирический журнал «Трутень». Как и «Трудолюбивая пчела» Сумарокова это было одно из первых изданий такого типа в России. Этот журнал проводил мысль о несправедливости крепостного права, протестовал против злоупотреблений помещиков властью, бичевал неправосудие, взяточничество и т.п.,выступал с обличениями представителей очень влиятельных сфер, вплоть до придворных особ. Новиков решился вступить в полемику с самой Екатериной II, поскольку был одним из первых, кто заметил в поведении императрицы лицемерие и неискренность.

В такой обстановке между «Трутнем» и «Всякой всячиной» не могло не возникнуть литературной борьбы, которая впоследствии перешла в борьбу политическую. Журнал Новикова был своеобразной оппозицией, нападавшей на орган пропаганды правительства. По словам своего секретаря Храповицкого, Екатерина считала Новикова «умным и опасным человеком», и, в свою очередь, не отказывалась от нападений на своего оппонента.

По вопросу о содержании сатиры «Трутень» вступил со «Всякой Всячиной» в острую полемику. В полемике принимали участие и другие журналы, разделившиеся на два лагеря. «Всякая Всячина» проповедовала умеренность, снисходительность к слабостям, «улыбательную сатиру», осуждая «всякое задевание особ». «Трутень» же стоял за смелые, открытые обличения.

Борьба была неравная: «Трутень» вынужден был умерить тон, совершенно отказаться от обсуждения крестьянского вопроса, затем Новиков, получив намёк о возможном закрытии журнала, в апреле 1770 года перестает его издавать. Попытка продолжить сатирическую линию в новом журнале «Пустомеля» (июнь-июль 1770), прервались на втором номере.

В 1772 году Новиков выступил с новым сатирическим журналом «Живописец»,- лучшим периодическим изданием XVIII века. «Живописец» проводил те же идеи, что и «Трутень»: в ряде статей, из которых одни принадлежали И. П. Тургеневу, другие приписывались А. Н. Радищеву, он сильно и горячо ратовал против крепостного права. В 1775 Новиков издал сборник «Живописец», в которой собрал лучшие статьи из одноименного журнала и «Трутня» в переработанном виде.

Екатерину раздражала растущая популярность Николая Новикова. Она видела в его изданиях «свободоязычие», которое может привести к последствиям «для спокойствия ее и всеобщего вредным». Похвалы Павлу, раздававшиеся из масонского общества, только усилили ее внимание к деятельности Новикова.
Он обладал удивительными организаторскими способностями. В 1779 году совместно с И.Г. Шварцем учредил «Дружеское ученое общество», целью которого было издание полезных для общества книг, печатавшихся в четырех типографиях. Уже к 1783 году было издано 79 книг. Они были выставлены на продажу в книжных лавках и Московском университете.

В том же году Новиков создал первую московскую публичную библиотеку, пользование которой было бесплатным. Благотворительным деянием данного общества стало открытие педагогических и переводческих курсов. Они предназначались для пятидесяти бедных, но одарённых студентов московского университета. На этих курсах их готовили к просветительской работе.

Когда после пяти лет заключения Василия Нарышкина в Петропавловской крепости Екатерина не выпустила его на свободу, Николай Новиков реагировал на словоотступничество императрицы новыми литературными нападками. С 1782 года он в качестве приложения к «Ведомостям» стал издавать сборник «Городская и деревенская библиотека или Забавы и удовольствие разума и сердца в праздное время», который содержал в себе нравоучительные и забавные истории, разного рода веселые, печальные, смешные и удивительные приключения. Это приложение было рассчитано теперь уже не на образованную элиту, а на массового рядового русского обывателя.

Во втором рассказе старуха влюбляется в 20-летнего молодчика, с которым за его ласки она расплачивается, «опустошая мешки казенные». В третьем рассказе женщина, «имея седину в голове, … искушением беса начинает думать, будто она в состоянии сочинять стихи и прозу, марает любовные сказочки, кропает идиллии, эклоги и другие мелкие сочинения, но успехов не видит».

Прочитав эти рассказы, Екатерина была в ярости от дерзостей этого мальчишки (Новиков был моложе её на 15 лет), которого она сама же вывела в люди. Но героиня его рассказов, в которой читатель узнавал императрицу, прямо об этом не говорилось, и потому у Екатерины не было достаточных оснований для преследования автора.

На что надеялся Новиков, выступая со столь смелыми, если не сказать, дерзкими обвинениями в адрес императрицы? На свой авторитет, как признанного писателя и книгоиздателя? Но могло ли это остановить императрицу? Или на своих именитых спонсоров и членов его масонского кружка? Среди них были действительно весьма важные персоны, с которыми императрица вынуждена была считаться. Но стали бы они его выручать, если бы над ним разразилась буря монаршего гнева? Сомнительно.

Хотя иезуиты, как и масоны, занимались и наукой, и образованием, и воспитанием юношества, широко развивали миссионерскую деятельность, но их нравственные теории оправдывали ложь, лицемерие, двуличность, и даже клятвопреступление. Краеугольным камнем их деятельности являлся принцип «для достижения цели все средства хороши», что противоречило идеям православия.

Эта статья, опубликованная вслед за решением императрицы о поддержке иезуитов, невольно вызывала у читателя мысль, что «она и сама такая», что в значительной мере соответствовало действительности. Узнав об этой статье, Екатерина приказала изъять номера «Прибавлений к Ведомостям», заявив, что она, «дав покровительство наше сему ордену, не может дозволить, чтобы от кого-либо малейшее предосуждение оному учинено было». Все это только обострило неприязнь императрицы к Новикову, если не сказать, что вызвало у неё желание стереть его в порошок.

Особенно острое недовольство Екатерины II вызвало стремление Новикова и его друзей привлечь в масонскую ложу наследника престола Павла Петровича. Императрица лихорадочно искала повод, чтобы разделаться с недругом, и никак его не находила. Предпринятое расследование деятельности Новикова выявило, что его типография печатала масонскую литературу, а также протестантскую, что шло вразрез с догматами Русской православной церкви.Это был шанс.

В декабре 1785 года в указе архиепископу Платону Екатерина писала: «призовите к себе помянутого Новикова и прикажите испытать его в законе нашем, равно и книги его типографии освидетельствовать: не скрывается ли в них умствований, не сходных с простыми и чистыми правилами веры нашей православной и гражданской должности, и что окажется, донесите нам, и Синод наш уведомьте».

Новиков был призван для объяснений в московскую Управу благочиния. И в январе 1786 года в ответном послании архиепископ Платон сообщал императрице:
«поручик Новиков был мною призван и испытуем в догматах православной нашей греко-российской церкви, а представленные им, Новиковым, ко мне книги, напечатанные в типографии его, были мною рассмотрены.
Как пред престолом божьим, так и пред престолом твоим, всемилостивейшая государыня императрица, я одолжаюсь по совести и сану моему донести тебе, что молю всещедрого бога, чтобы не только в словесной пастве, богом и тобою, всемилостивейшая государыня, мне вверенной, но и во всем мире были христиане таковые, как Новиков.

Что же касается до книг, напечатанных в типографии его, Новикова, и мною рассмотренных, я разделяю их на три разряда:
В первом находятся книги собственно литературные, и как литература наша доселе крайне еще скудна в произведениях, то весьма желательно, чтобы книги в этом роде были более и более распространяемы, и содействовали бы образованию.
Во втором я полагаю книги мистические, которых не понимаю, а потому не могу судить оных.

Наконец, в третьем разряде суть книги самые зловредные, развращающие добрые нравы и ухищряющие подкапывать твердыни святой нашей веры. Сии-то гнусные и юродивые порождения так называемых энциклопедистов следует исторгать, как пагубные плевела, возрастающие между добрыми семенами».

Оснований для расправы было явно недостаточно, нотем не менее в 1786 году императрицей было повелено запретить продажу книг,«наполненных странными мудрствованиями» напечатанных Новиковым, а в 1788 году по личному распоряжению Екатерины он был отстранен от руководства московской типографией. При первых известиях о Французской буржуазной революции 1789 года надзор за Новиковым еще более усилился.

«Богу Всемогущему премудрому и всеблагому Слава; Семенъ Васильевичъ Нарышкинъ на семь мъстъ погребенный 18 сентября 17 … года». И эпитафия:
В благочестии родясь и утвержденный
В любви ко ближнему и Богу непременный
Почтительный был сын и нежный верный друг,
Несчастный в случаях и счастливый супруг.
От нежных чувствий он чувств здравия лишился
И, девять лет страдав, в жизнь вечну поселился.

Не арестом ли Василия была вызвана эта болезнь? И не явилось ли причиной смерти Семёна известие о кончине брата в крепости? Напомню, что он был осуждён в 1776 году, а известие о его смерти появилось в 1786-ом. Разница – в девять лет!

Екатерина в это время в сопровождении почти трёхтысячной свиты следовала с инспекцией в Крым. Знала ли она о смерти Семёна Нарышкина? Наверное, знала, Ведь со столицей у неё была постоянная курьерская связь, и о смерти сановника рода Нарышкиных её не могли не известить. А если это так, то при её иезуитских наклонностях она не могла не порадоваться, что еще одного её недруга не стало.

Вернувшись в столицу, Екатерина распорядилась убрать все бюсты Вольтера из комнат дворца в подвалы. Из Эрмитажа неизвестно куда исчезли картины Жана Гюбера, живописавшие Вольтера в Фернее. Через генерал-прокурора Самойлова она распорядилась конфисковать в Тамбове полное собрание вольтеровских произведений, как «вредных и наполненных развращением». Строжайше запретила печатать его сочинения «без цензуры и апробации Московского митрополита».

Русские правящие круги поняли теперь, какую зажигательную революционную силу таят в себе сочинения французского просветителя, и от «игры в вольтерьянство» перешли в лагерь яростных противников Вольтера. Появилось множество брошюр и памфлетов, где нравственный облик французского просветителя изображался в самом неприглядном виде.

Несмотря на это граф П.С. Потемкин с тревогой писал императрице, что последователи французов, «обояющие слепые умы народные мнимою вольностью, умножаются». Ей доносят, что в окружении её сына Павла строят планы возведения его на престол, и она всерьез обдумывает, как лишить его этой возможности в пользу еще малолетнего внука Александра.

Новиков продолжал издательскую деятельность, добавив к ней еще и деятельность благотворительную. Особенно больших масштабов она достигла в голодном 1787 году, когда он, и его соратники устроили специальные магазины, в которых каждый нуждающийся мог бесплатно получить зерно и хлеб. После окончания голодного года эти магазины продолжали работать.

Однако в 1791 году контракт на издание книг с московским университетом продлен не был. Типографическая компания прекратила свою деятельность.
В 1787 году в империи широко готовилось празднование 25-летия восшествия на престол Екатерины II. В честь этого события была объявлена амнистия широкому кругу осуждённых. Комендант Кексгольмской крепости премьер-майор Я. Гофман запросил генерал-прокурора Вяземского о том, не распространяется ли эта амнистия и на узников Кексгольма. Вяземский обратился с этим запросам к Екатерине и получил твёрдый ответ: «Всем тем арестантам остаться на прежнем положении».

13 апреля 1792 года в связи с появлением в продаже «Истории об отцах и страдальцах Соловецких» Екатериной, посчитавшей Новикова автором этого произведения, московскому главнокомандующему князю А.А. Прозоровскому было указано произвести у Н.И. Новикова обыск, а самого Новикова допросить.
Что так насторожило императрицу? Не без оснований можно предположить, что она заподозрила, не предпринимает ли он попыток разыскать Василия Нарышкина среди сумасшедших, томившихся в это время в неволе на территории Соловецкого монастыря?

Уже 14 апреля во исполнение указа был произведен обыск в Гендриковском доме и в книжных лавках и магазинах. 24 апреля 1792 года у себя в поместье Авдотьино был арестован и сам Н. И. Новиков. Выяснилось, что никакого отношения к «Истории об отцах и страдальцах Соловецких», написанной Семеном Денисовым Новиков не имел. Но его по-прежнему держали в Москве в собственном доме «под крепким караулом». Допрашивал его сам А.А.Прозоровский.

Императрице стало известно, что московские масоны ведут тайные переговоры за границей с самим Павлом о вовлечении великого князя в руководство масонскими организациями в России, сплочении русских масонов вокруг великого князя. Во всем этом нельзя было не увидеть подготовку дворцового переворота. Императрица сделала решительный шаг и подписала московскому главнокомандующему А.А.Прозоровскому указ об аресте Н. Новикова. В 1792 году Новиков был арестован. Это случилось вскоре после неожиданной кончины его жены, вызвавшей у него сильные и болезненные переживания. Николай Иванович был морально и физически подавлен.

Главнокомандующий Москвы Прозоровский и шеф Тайной экспедиции Шешковский перевезли его в этот, один из самых страшных российских застенков в глубокой тайне, в закрытой карете и под чужим именем. Императрица сама разработала маршрут: «Дабы оное скрыть от его сотоварищей, прикажите вести его на Владимир, а оттуда на Ярославль, а из Ярославля на Тихвин, а из Тихвина на Шлюшин и отдать тамошнему коменданту. Везти же его так, чтобы его никто видеть не мог».

В крепости новые допросы делал ему Шешковский. Наконец, 1 августа 1792 года императрица без какого-либо суда подписала указ о заключении Новикова в Шлиссельбургской крепости на 15 лет.

Кто знает, может быть с Николаем Новиковым Екатерина намеревалась поступить так же, как и с Василием Нарышкиным, но этого не случилось. 17 ноября 1796 года не стало и самой Екатерины. На Российский престол вступил её сын Павел.

Возвратившись в Петербург из инспекционной поездки в Кексгольмскую крепость, Макаров информировал государя о положении заключенных там жён и детей Пугачева. О безимянном узнике в его отчёте ничего не сказано. Потому ли, что он числился там, как повредившийся в уме, или по какой-то другой причине – не известно. Но и в отношении жён и детей Пугачева государем было повелено: «Оставить в нынешнем положении».

Не был освобожден из монастырской тюрьмы и кошевой атаман Запорожской Сечи Петр Калнишевский. Чем это было вызвано – непонятно, не достаточным ли усердием Макарова, или тем, что он, будучи назначенным обер-секретарём Тайной экспедиции еще Екатериной, продолжал преданно ей служить и после смерти императрицы и её верного слуги – Степана Шешковского, случившейся годом раньше.

Как бы там ни было, Василий Нарышкин продолжил томиться в бывшем пороховом погребе Кексгольмской крепости.

Источник

galik_123

Наводы

Неизвестный художник. Портрет Н.И. Новикова. С оригинала Д.Г. Левицкого. Конец XVIII в.

Издательская деятельность Николая Ивановиче Новикова (1744-1818) была поистине невероятной. Он печатал 30% книг, выходивших в то время в России. Новиков организовал книжные магазины в шестнадцати городах и стал первым в России профессиональным книготорговцем, кроме того, он устраивал и бесплатные библиотеки. Просветительская деятельность Новикова в те годы была совершенно новаторской, просвещение читателей шло, прежде всего, через светскую литературу.

Сейчас в Историческом музее проходит выставка «Н.И. Новиков и русское просвещение» к 275‐летию со дня рождения выдающегося русского просветителя Николая Ивановича Новикова. Его место в истории русской культуры определяется в первую очередь небывалым размахом, который он сумел придать изданию и распространению книг в России.

Миниатюрный бюста Н.И. Новикова, модель которого выполнена скульптором‐керамистом Н.Я. Данько к столетию со дня смерти просветителя по портрету работы художника Д.Г. Левицкого в мастерских Императорского фарфорового завода

Николай Иванович Новиков родился в дворянской семье в селе Авдотьино-Тихвинское Бронницкого уезда 8 мая 1744 года и был назван Николаем в память Святителя Николая Мирликийского. Учился в гимназии при Московском университете. В начале 1762 года Н.И. Новиков был определён рядовым в лейб-гвардии Измайловский полк. В ночь переворота в пользу Екатерины II он стоял часовым у подъёмного моста измайловских казарм, за что был произведён в унтер-офицеры. Во время военной службы Новиков начал проявлять интерес к книжному делу: издал две переводные французские повести и сонет. В 1767-1768 годах Новиков работал в комиссии по составлению проекта нового уложения. Не чувствуя в себе призвания к государственной службе вообще, в 1773 году Николай Иванович вышел в отставку в чине поручика. В течение ряда последующих лет он занимался изданием сатирических журналов. За эти пять лет журналистской деятельности сформировались взгляды Н.И. Новикова на воспитание граждан, общество, государство и крепостничество. Одновременно с изданием словарей и журналов он пробывал себя и как книгоиздатель.

Святитель Николай Чудотворец. Икона. Россия. XVIII в. Оклад – Москва. 1775 г. Мастер Я. Фролов. Дерево, левкас, темпера, серебро; золочение, канфарение, чеканка. По сторонам образа Николы чеканены образы Спасителя и Богоматери.

Выставка разделена на две тематически части: «Петербургский период литературной и издательской деятельности» и «Блестящее московское десятилетие».
Из изданий петербургского периода на выставке экспонируются сатирические журналы, «Опыт исторического словаря о российских писателях», «Древняя российская вивлиофика». В сатирических журналах «Трутень», «Пустомеля», «Живописец», «Кошелек» Новиков обличал крепостное право, произвол помещиков, невежество, французоманию дворянства. Он стал зачинателем российской профессиональной журналистики, основателем частного издательского дела в стране.
В «Трутне» публиковались известные русские писатели: Д.И. Фонвизин, В.И. Майков, Ф.А. Эмин и другие, но большинство важных статей принадлежало самому Новикову. Несмотря на большой успех, критика существующих законов и порядков вызвали недовольство официальных кругов и привели к закрытию журнала.

Трутень. Санкт-Петербург. 1769 г. Первый сатирический журнал Н. И. Новикова.

Мастерская Ф. Я. Алексеева. Вид на улице Малой Лубянке на церковь иконы Гребневской Богоматери и Никольские ворота Китай-города. Российская империя. 1800-е гг. Бумага, акварель, белила, тушь.

Ф. Я. Алексеев, ученики. Вид на Воскресенские ворота, здание Главной аптеки и Монетный двор со стороны Красной площади. 1800-е гг. Бумага на бумаге, акварель, тушь, карандаш графитный, чернила.

Приняв на себя нелегкие обязанности университетского «типографщика», Новиков заменил устаревшее типографское оборудования, выписал из‐за границы новые шрифты, закупил бумагу, краски, столярные и слесарные инструменты, постепенно превратив Университетскую типографию, по свидетельству современников, в одно из лучших полиграфических предприятий Европы.
На выставке представлены документы с автографами Н.И. Новикова: опись, составленная при передаче Новиковым Университетской типографии ее новому арендатору А.А. Светушкину и письмо Новикова в Опекунский совет Московского Воспитательного дома по поводу платы за печать «Известий Императорского Воспитательного дома».

Отношение Типографии Императорского Московского университета в Опекунский совет Императорского Воспитательного дома… Москва. 30 июля 1779 г. Подпись – автограф Н. И. Новикова

Журнал «Экономический магазин» выходил как приложение к газете «Московские ведомости». В этом научно-популярном издании публиковались статьи по сельскому хозяйству, полезные советы, рецепты и наставления для деревенских жителей. Редактором журнала и автором статей был русский писатель-мемуарист, ученый, ботаник А.Т. Болотов.

Экономической магазин. Москва. 1787 г.

В 1788-1789 годах в типографии Н.И. Новикова были изданы 12 томов «Деяний Петра Великого». Основываясь на документах, письмах, народных преданиях, воспоминаниях очевидцев, Голиков в своем труде впервые систематизировал данные о петровских преобразованиях.

И.И. Голиков. Деяния Петра Великаго, мудраго преобразителя России… Москва. 1788 г. И. И. Голиков – предприниматель, историк, биограф Петра I.

В. И. Майков. Елисей или Раздраженный Вакх, поэма. Москва. 1788 г.

Н.И. Новиков играл заметную роль в истории московского масонства. В 1775 году он примкнул к масонам и был посвящен в высокие масонские степени. Идеологом масонства Н.И. Новиков не являлся. Возможности масонских лож, главным образом финансовые, он использовал для просветительской и издательской деятельности. Тем не менее, масонские учения оказали влияние на его религиозно-нравственное мировоззрение.

На выставке представлены редкие памятники из фондов Исторического музея, рассказывающие о ритуале и символике братства «вольных каменщиков» в конце XVIII столетия в России.

Это подлинные масонские знаки отличия, ритуальные предметы (наугольник, мастерок, циркуль, молоток, ключ), масонские рукописи, алхимические трактаты, а также гравюры с изображением обряда посвящения в степень мастера. Во многом благодаря масонству Н.И. Новиков смог осуществить свои благотворительные и просветительские проекты, издавать духовно‐нравственную литературу. Сочинения «отца церкви» Иоанна Златоуста, немецкого богослова И. Арндта, знаменитого шотландского алхимика и эзотерика А. Сетона и другие, изъятые в книжных лавках и имении Новикова после его ареста, являются большой редкостью.

Кроме документов и книг представлен миниатюрный портрет известного масона и переводчика С.И. Гамалеи, работы неизвестного художника XVIII века. На миниатюре имеются две надписи: на металлической рамке резными буквами: «С. И. Гамалея. Искренний верный и сердечный друг мой и благодетель детей моих родился 26 маiя 1743». После разгрома новиковского кружка, Семен Иванович Гамалея безвыездно проживал в имении Новикова, где умер и похоронен. Во время заключения Н.И. Новикова в Шлиссельбургской крепости Гамалея заботился о его малолетних детях.

Неизвестный художник. Портрет С. И. Гамалеи (1743-1822). Начало XIX века. Кость, гуашь, чернила. Надпись на обороте – «Портрет этот принадлежит Н.И. Новикову»

Деятельность Новикова была в полном расцвете, когда над ним уже собиралась гроза. Напечатанная Новиковым «ругательная» история иезуитов, которым покровительствовала императрица, была запрещена. В 1790 году в Москву назначен был главнокомандующим князь Прозоровский, человек невежественный, жестокий. Он посылал на Новикова доносы, вызвавшие командировку в Москву графа Безбородко, для производства негласного дознания. Безбородко не нашел никаких поводов к преследованию Новикова. Прозоровский просил о присылке знаменитого следователя того времени, Шешковского, и представлял о неудобствах передачи дела Новикова обыкновенному суду. Еще до окончания следствия императрица указом от 10 мая 1792 года повелела тайно перевезти Новикова в Шлиссельбургскую крепость, где новые его допросы вел Шешковский. Ука­зом 1 августа 1792 года Ека­те­ри­на II, убе­ж­дён­ная, что Н.И. Новиков дей­ст­ви­тель­но яв­ля­ет­ся гла­вой тай­но­го ма­сон­ско­го за­го­во­ра в Рос­сии, при­зна­ла его ви­нов­ным по всем пунк­там и дос­той­ным смерт­ной каз­ни, ко­то­рую за­ме­ни­ла на 15 лет за­клю­че­ния в Шлис­сель­бург­ской кре­по­сти. 15 июня 1794 году на Болотной площади в Москве было сожжено 18656 книг, изданных в типографиях Новикова.

Император Павел I в первый же день своего царствования освободил Новикова в надежде призвать его на государственную службу. Однако Новиков вышел из крепости разорённый и больной, и вынужден был отказаться от всякой общественной деятельности, и от компенсации.

Остаток жизни Новиков провел в крайней бедности. До самой своей смерти (31 июля 1818 года) он прожил почти безвыездно в Авдотьине, заботясь о нуждах своих крестьян и об их просвещении.
За­ни­мал­ся при­ват­ным изу­че­ни­ем мис­тических со­чи­не­ний со сво­им со­рат­ни­ком по ма­сон­ской дея­тель­но­сти С.И. Га­ма­ле­ей. По­сле смер­ти Н.И. Новиков его ра­зо­рив­ше­му­ся се­мей­ст­ву по рас­по­ря­же­нию императора Алек­сан­д­ра I бы­ла ока­за­на по­мощь.

Источник