оправдательный приговор по ст 290 ук рф судебная практика
Адвокат по взяткам
Вам нужен адвокат по взяткам?
Мои преимущества и принципы работы:
— моя высокая квалификация адвоката по взяткам подтверждена оправдательными приговорами.
— знаю на деле, как доказать подстрекательство к получению/даче взятки, провокацию взятки и фальсификацию результатов ОРМ;
— добивался признания судом результатов оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ) недопустимыми доказательствами;
— нацеленность на результат: добивался полного оправдания подзащитного несмотря на его «задержание с поличным» и признание им вины в получении взятки;
— никогда не берусь за бесперспективную работу, а только если реально могу помочь своему клиенту;
— досконально изучаю материалы уголовного дела. Работаю по принципу: адвокат должен найти то, на что никто не обратил внимание. Я умею и люблю удивлять;
— налажены контакты с ведущими экспертными организациями Москвы по оспариванию компьютерно-технических, видео-технических, фоноскопических и лингвистических экспертиз;
— работаю не только в Москве, но и по всей стране.
Порядок работы со мной:
1) Консультация по телефону – бесплатно.
2) В большинстве случаев принимаю решение о вступлении в дело только после изучения всех материалов уголовного дела.
3) По результату изучения материалов уголовного дела предлагаю конкретный план действий для достижения оправдательного приговора или смягчения обвинительного приговора, если оправдание невозможно.
4) При согласии клиента с предложенным планом, вступаю в уголовное дело и приступаю к реализации согласованного плана действий.
Мне нужна только победа. Я не участвую там, где победа невозможна! Репутация успешного адвоката по взяткам мне намного дороже, чем сиюминутная выгода.
Адвокаты в Татарстане добились оправдания подзащитного сразу по двум делам
14 июня Верховный Суд Республики Татарстан апелляционным определением по делу № 22-4252/2019 оставил без изменения оправдательный приговор в отношении зам. руководителя Управления ФССП России по Республике Татарстан Сергея Плющего, обвинявшегося в превышении должностных полномочий с получением взятки (ч. 3 ст. 290 УК РФ).
Это второй оправдательный приговор в отношении Сергея Плющего, устоявший в апелляции, – в марте ВС РТ апелляционным определением по делу № 22-2022/2019 подтвердил его невиновность в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК, то есть в превышении должностных полномочий с тяжкими последствиями.
Адвокат АП Республики Татарстан Артем Газизуллин, защищавший оправданного в суде апелляционной инстанции, рассказал «АГ», как защите дважды удалось добиться оправдания доверителя.
Обвинение в превышении должностных полномочий
Летом 2017 г. Сергею Плющему на основе проверок прокуратуры и УБЭП было предъявлено обвинение в превышении должностных полномочий (п. «в» ч. 3 ст. 286 УК). Обвиняемый был помещен под домашний арест, где, по словам защитника, находился полгода, и после завершения предварительного следствия был освобожден.
По версии следствия, в период 2012–2016 гг. Сергей Плющий, занимая на тот момент должность начальника Советского РОСП г. Казани, в целях завышения показателей работы отдела давал указания подчиненным приставам завершать исполнительные производства без наличия на то законных оснований.
Как отмечается в приговоре Вахитовского районного суда г. Казани от 30 января, приставы выносили указанные постановления, не имея оснований не доверять непосредственному начальнику и добросовестно заблуждаясь о наличии законных оснований для окончания исполнительных производств. В качестве обоснований они указывали фактическое исполнение в связи с взысканием задолженности либо возврат исполнительного документа по заявлению взыскателя, ссылаясь на платежные и иные документы, которых фактически не существовало.
При этом обвиняемый, как считало следствие, давая указания приставам, достоверно знал, что задолженность по исполнительным производствам не погашена, а исполнительные документы в отношении должников не отзывались. В результате в бюджет своевременно не поступили денежные средства в размере 514 908,1 рубля в качестве страховых взносов и иной задолженности. Тем самым органы ПФР «были ограничены и лишены возможности своевременного взыскания сумм задолженности с должников в связи с окончанием исполнительных производств, что привело к существенному нарушению их прав и дезорганизации их работы при выполнении возложенных на них государством задач».
Следствие утверждало, что, совершая указанные деяния из корыстной и иной личной заинтересованности, Сергей Плющий осознавал, что превышает служебные полномочия и злоупотребляет ими, предвидел наступление общественно-опасных последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов общества и государства, и желал этого. Таким образом, своими действиями он подорвал авторитет государственной власти и порядка управления, что выразилось в утрате доверия граждан к органам исполнительной власти РФ в лице УФССП.
В судебном заседании подсудимый вину не признал. Он пояснил, что на ежедневных совещаниях с приставами указывал на необходимость окончания исполнительных производств при наличии к тому законных оснований, но указаний оканчивать производства без наличия законных оснований не давал.
«Если первоначально следствие озвучивало такие производства в количестве сотен штук, то до суда их дошло 49», – сообщил «АГ» Артем Газизуллин. По его словам, эти 49 исполнительных производств не были окончены и не были подписаны приставами ни вручную, ни электронной цифровой подписью, а правовые последствия их окончания не наступили. При этом адвокат добавил, что, если бы эти исполнительные производства действительно были окончены, возможность взыскания задолженности по ним не была бы утрачена. О том, что производства не окончены, свидетельствовало, в частности, полное погашение задолженности по ряду из них.
Защитник также отметил, что допрошенные в суде свидетели обвинения не подтвердили свои показания, данные ранее, и отрицали получение от подзащитного каких-либо указаний. «Свои показания, обличающие подзащитного, они объяснили давлением со стороны сотрудников правоохранительных органов с целью оговорить обвиняемого», – пояснил Артем Газизуллин.
Исследовав материалы дела, суд счел вину подсудимого в инкриминируемом ему деянии неподтвержденной, поскольку не были представлены бесспорные доказательства виновности, а обвинение было построено исключительно на предположениях, и вынес оправдательный приговор в связи с отсутствием в действиях подсудимого состава преступления. Таким образом, Сергей Плющий был оправдан.
Обвинение в превышении должностных полномочий с получением взятки
Как рассказал Артем Газизуллин, едва успело начаться судебное разбирательство по первому уголовному делу, зимой 2018 г. следствие возбудило в отношении Сергея Плющего второе, выдвинув более тяжкое обвинение – превышение должностных полномочий с получением взятки.
«Теперь он обвинялся в том, что за взятку в 100 тыс. руб. он в 2015 г. дал указание подчиненному приставу снять запрет на регистрационные действия с квартирой должника по исполнительному производству», – пояснил он. Обвиняемый вновь был помещен под домашний арест, где также провел около полугода.
По версии следствия, давая указание снять запрет на регистрационные действия, обвиняемый осознавал, что законные основания для этого отсутствуют, задолженность перед взыскателями должник не погасил, исполнительный документ фактически не исполнил. Как отмечается в приговоре от 19 апреля, на основании постановления пристава запрет регистрационных действий в отношении указанной квартиры был снят, и должник реализовал ее, таким образом завладев чужими денежными средствами путем обмана. Тем самым действиями обвиняемого потерпевшему был причинен материальный ущерб в особо крупном размере, а кроме того, был подорван авторитет госвласти и порядка управления.
Гособвинитель, считая вину подсудимого доказанной, ссылался на показания свидетелей, а также на другие исследованные письменные доказательства и материалы дела.
В судебном заседании Сергей Плющий также не признал вину, указав, что считает обвинения сфабрикованными. Он подчеркнул, что никаких взяток ему не передавалось, а действия пристава, вынесшей постановление о снятии запрета регистрационных действий, не соответствовали данным ей разъяснениям.
Изучив материалы дела, суд счел приведенные доводы обвинения необоснованными и указал, что обвинение, предъявленное органами предварительного следствия, не нашло подтверждения в судебном заседании. В приговоре также отмечается, что по эпизоду дачи взятки обвинение строится на показаниях свидетеля. «При этом суд относится к данным показаниям критически, считает их недостоверными и не может взять их за основу ввиду их противоречивости», – указывалось в документе.
По эпизоду превышения полномочий суд пришел к выводу, что при отсутствии в действиях подсудимого события преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК, у него отсутствовал и мотив для совершения действий, явно выходящих за пределы должностных полномочий. В итоге подсудимый был оправдан на основании п. 1 и 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ с правом на реабилитацию.
«Обвинение в получении взятки строилось только на показаниях взяткодателя и посредников. С поличным нашего доверителя не задерживали, предмет взятки не изымался, – прокомментировал приговор Артем Газизуллин. – Тщательный, доскональный и детальный допрос участников якобы имевшей место передачи взятки привел к положительному для нас результату. Заказчик и посредник передачи взятки по итогам допроса в суде не подтвердили ранее данные показания, положенные в основу обвинения, а непосредственный взяткодатель не смог с достоверной определенностью подтвердить обстоятельства передачи им взятки, и к его показаниям суд отнесся критически. В этой части суд оправдал нашего подзащитного за отсутствием события преступления».
Защитник также добавил, что доверитель не давал указаний незаконно снимать запрет на регистрационные действия с квартирой должника. «Совокупностью свидетельских показаний было доказано, что отмена запрета предполагалась только после погашения должником задолженности по исполнительному производству. И именно такие указания приставу давал наш доверитель. Суд, оправдывая его за отсутствием в действиях состава преступления, установил отсутствие бесспорных доказательств того, что им давались указания на совершение юридически значимых действий при отсутствии для этого законных оснований», – подчеркнул он.
Адвокат АП Республики Татарстан Сейран Ахмедов, защищавший Сергея Плющего в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, назвал его уголовное преследование правовым беспределом. «Мы пытались доказать следственному комитету, что оснований для возбуждения дела нет – отсутствуют событие и состав преступления. Как в итоге выяснилось, свидетелей “обработал” отдел по борьбе с коррупцией вместе со следственным комитетом, в связи с чем они давали лживые показания», – отметил он.
Третий защитник, адвокат АП РТ Рамиль Валеев, особо отметил бескомпромиссную позицию подзащитного. «Когда дело доходит до суда, в большинстве случаев обвиняемый приходит к мысли, что в любом случае получит наказание, и начинает искать варианты, которые могли бы способствовать его смягчению. Наш доверитель проявил выдержку и до конца отстаивал позицию своей невиновности. Наша задача была лишь представлять доказательства его невиновности, хотя мы и не должны ее доказывать», – рассказал адвокат.
Не согласившись с приговорами, сторона обвинения обжаловала их в ВС РТ.
В апелляционном представлении по первому приговору, датированном 11 февраля (имеется в распоряжении «АГ»), районная прокуратура указала, что заявлений от свидетелей об оказании давления на них со стороны правоохранителей в ходе предварительного следствия не поступало, а основания сомневаться в правдивости и объективности их показаний отсутствуют.
Также в документе подчеркивалось, что, поскольку в постановлениях о прекращении исполнительных производств есть реквизиты, свидетельствующие о факте их вынесения, отсутствие подписи на бумажном носителе не имеет значения при оценке вынесенного по такому производству решения.
По мнению прокуратуры, суд не учел, что принятые в 2012–2016 гг. компетентными госорганами решения о взыскании с граждан в доход государства денежных задолженностей, находившихся на исполнении приставов отдела УФССП по РТ, руководителем которого являлся Сергей Плющий, остались неисполненными, в связи с чем госбюджет РФ недополучил свыше 500 тыс. руб.
В апелляционном представлении от 29 апреля на второй приговор (также есть у «АГ») прокуратура отметила, что обвиняемый, давая подчиненным незаконные указания, действовал из корыстной заинтересованности после получения взятки, при этом осознавая, что законные основания для снятия запрета регистрационных действий отсутствуют. По утверждению гособвинения, суд не принял во внимание, что должник, в чью пользу было вынесено спорное постановление о снятии запрета регистрационных действий, был привлечен к уголовной ответственности за мошенничество при продаже квартиры.
Доводы подсудимого и защиты о принятии первым мер по недопущению незаконной регистрации договора купли-продажи обремененной квартиры путем повторного запрета на регистрационные действия, как полагала прокуратура, были прикрытием для оправдания неправомерных действий подсудимого.
Таким образом, оправдательные приговоры были сочтены необоснованными и подлежащими отмене, а уголовные дела – направлены на новое рассмотрение.
Как отметил Артем Газизуллин, в возражениях на апелляционное представление по первому приговору защита указывала, что исполнительные производства окончены не были, а если и были бы, то не могли повлиять на показатели работы отдела РОСП. Также защита подчеркивала, что свидетели обвинения в ходе судебного процесса не подтвердили показания, данные в ходе предварительного следствия, а их показания в суде соответствовали показаниям других свидетелей, изначально отрицавших наличие незаконных распоряжений со стороны обвиняемого.
В возражениях на апелляционное представление по второму приговору защита обратила внимание, что инкриминируемой подзащитному взятки не было вообще, незаконных указаний подчиненной об отмене запрета на совершение регистрационных действий с квартирой должника он не давал, что подтверждалось свидетельскими показаниями и последовательностью событий.
Апелляция согласилась с выводами о невиновности подсудимого
Как указано в апелляционном определении Верховного Суда Республики Татарстан от 19 марта по первому уголовному делу, судебная коллегия согласилась с выводом, что показания свидетелей, данные ими в суде, достоверны, поскольку их допрос производился в открытом заседании, и они согласуются с показаниями других свидетелей, полученными в ходе предварительного следствия.
ВС РТ также подтвердил правильность оценки судом того, что показания свидетелей-должников о неоплате ими страховых взносов по исполнительным документам не свидетельствуют о даче подсудимым незаконных указаний о прекращении исполнительных производств. «Принимая решение об оправдании подсудимого, суд правильно оценил, что следствие и государственное обвинение не представило убедительных доказательств того, что подсудимый давал судебным приставам-исполнителям незаконные указания об окончании исполнительных производств. Поэтому стороной обвинения не было доказано совершение С.С. Плющим как должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий», – сообщается в определении апелляции.
ВС РТ также назвал правильными выводы первой инстанции о том, что постановления о прекращении исполнительных производств, не подписанные надлежащим образом должностными лицами, не имеют юридической силы, а также о том, что с учетом значительного количества оконченных исполнительных производств в течение 2012–2016 гг. (более 100 тыс. ежегодно) прекращение за указанный период 49 производств не могло повлиять на оценку эффективности деятельности отдела. «Вопреки доводам апелляционного представления о неисполнении решений суда и неполучении государством денежных средств в размере 514 908,1 рубля, оконченные исполнительные производства возобновлены, 14 исполнительных производств прекращены в связи с исполнением, из которых 4 исполнительных производства окончены еще до возбуждения уголовного дела», – указано в документе.
Таким образом, указал Суд, подсудимым не было совершено действий, существенно нарушивших интересы общества и государства, с причинением тяжких последствий, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционного представления прокуратуры не имеется.
Как указано в апелляционном определении от 14 июня по второму уголовному делу, судебная коллегия ВС РТ пришла к заключению, что приговор подлежит оставлению без изменения, а выводы первой инстанции основаны на проверенных в заседании доказательствах и письменных материалах уголовного дела, которые исследованы полно, всесторонне и объективно в условиях состязательного процесса.
«Суд, исследовав доказательства как стороны обвинения, так и доказательства стороны защиты по делу в их совокупности, а также доводы сторон, привел их анализ и правильно пришел к выводу об отсутствии достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих факты передачи С.С. Плющему денежных средств в качестве взятки и превышения им своих должностных полномочий», – сообщается в документе. Там же подчеркивается, что первая инстанция обоснованно руководствовалась требованиями ст. 14 УПК о том, что все неустранимые сомнения толкуются в пользу подсудимого и обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. «Сторона обвинения мер по устранению сомнений не приняла и данных, их опровергающих, суду не представила», – отмечается в определении.
Защитники выразили удовлетворение исходом дела. По словам Сейрана Ахмедова и Рамиля Валеева, суды обеих инстанций согласились с доводами защиты и дали оценку нарушениям, допущенным стороной обвинения. «Возьму на себя смелость назвать исход уголовного преследования нашего доверителя уникальным – дважды правоохранители пытались привлечь его к уголовной ответственности, и оба раза суд его оправдал», – резюмировал Артем Газизуллин.
Апелляционное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 27.12.2016 N 19-АПУ16-16
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 27 декабря 2016 г. N 19-АПУ16-16
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего судьи Ботина А.Г.,
судей Романовой Т.А., Пейсиковой Е.В.,
при секретаре Мамейчике М.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного Руденко С.Н. и его адвоката Таран Е.А., апелляционному представлению государственного обвинителя Гончаровой Л.А. на приговор Ставропольского краевого суда от 6 сентября 2016 г., по которому
Руденко С.Н., ранее не судимый,
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовой Т.А. о содержании приговора, существе апелляционных жалоб и представления, выступление адвоката Артеменко Л.Н. в защиту интересов осужденного Руденко С.Н., поддержавшей доводы, изложенные в апелляционных жалобах, и не согласившейся с обоснованностью апелляционного представления, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Киселевой М.А., которая поддержала апелляционное представление в части и полагала об отсутствии оснований для отмены либо изменения приговора по основаниям, указанным в апелляционных жалобах, Судебная коллегия
Руденко С.Н. признан виновным в том, что являясь должностным лицом субъекта Российской Федерации, получил через посредника взятку в значительном размере в виде денег за совершение действий в пользу взяткодателя, которые входили в его (Руденко С.Н.) служебные полномочия.
Преступление совершено в период с 25 мая по 20 июля 2013 г. в с. района края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционных жалобах и дополнении к ним:
Адвокат Таран Е.А. в защиту интересов осужденного Руденко С.Н. просит приговор отменить, а Руденко оправдать в связи с отсутствием события преступления и в его действиях состава преступления. В обоснование ссылается на то, что допрошенные в судебном заседании свидетели подтвердили совершение в отношении Руденко провокационных действий; суд обосновал свои выводы о виновности Руденко недопустимыми доказательствами, что привело к вынесению незаконного, необоснованного и чрезмерно сурового приговора.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Горбунова И.В. просит приговор отменить, одновременно ставит вопрос о признании Руденко виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ, назначении ему по данной статье наказания в виде 8 лет лишения свободы со штрафом в размере 60-кратной суммы взятки, что составляет 4 200 000 рублей, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях. В обоснование своей позиции приводит доводы о том, что суд пришел к необоснованному выводу об отсутствии в действиях Руденко вымогательства взятки, так как после отказа братьев И. выполнять работы на территории домовладения Руденко высказывал угрозу неизбежности принятия им решения о лишении И. права управления транспортными средствами, угрожал тем самым незаконным привлечением его к административной ответственности, хотя позже по решению другого судьи производство по административному делу в отношении И. было прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава правонарушения; с учетом того, что данный состав преступления формальный, как полагает государственный обвинитель, то действия Руденко после высказывания угроз, несмотря на последующее его согласие рассмотреть материал на других условиях, не влияют на квалификацию содеянного им как взятки, сопряженной с вымогательством; в подтверждение своего решения об исключении данного квалифицирующего признака из действий Руденко суд исказил в приговоре показания И. свидетелей П. и И. не приведя в них сведений о заявлениях Руденко лишить И. водительских прав; назначенное Руденко наказание является несправедливым вследствие его чрезмерной мягкости; суд без достаточных оснований признал перечисленные им обстоятельства в совокупности исключительными, не учел в достаточной мере характер и повышенную степень общественной опасности преступления, совершенного лицом, состоящим в должности судьи; допустил существенное нарушение уголовно-процессуального закона, возложив на осужденного в течение испытательного срока обязанность выплатить сумму штрафа, что противоречит порядку исполнения приговора в части дополнительного наказания.
В возражениях на апелляционные жалобы осужденного и адвоката государственный обвинитель Горбунова И.В. предлагает признать изложенные в них доводы несостоятельными.
Постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ.
Приведенные в приговоре обстоятельства содеянного в полной мере подтверждаются совокупностью показаний И. и и П., данными ими в ходе следствия и в суде, в которых они, как непосредственные участники произошедшего события, последовательно утверждали об обстоятельствах достигнутой П. с судьей Руденко договоренности о том, что Руденко рассмотрит находившийся у него в производстве материал и примет решение о возврате И. водительского удостоверения, изъятого у него за отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а Руденко получит от него при посредничестве П. за эту услугу деньги в сумме 60 000 рублей, увеличенной позже до 70 000 рублей.
Сопоставив и проанализировав показания потерпевшего И. свидетелей И. П. суд обоснованно признал их достоверными, поскольку они согласуются с другими доказательствами по делу, которыми установлен факт наличия в производстве судьи Руденко административного дела в отношении И. а также с результатами оперативно-розыскной деятельности, которые были получены с соблюдением Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», переданы в установленном порядке в распоряжение органов следствия, осмотрены и приобщены к делу, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам.
Все указанные доказательства, включая протоколы осмотра детализации телефонных соединений, дисков с записями встреч и разговоров И. и с П. где между ними обсуждались вопросы, касающиеся условий и обстоятельств передачи денег Руденко, П. с Руденко, которые договаривались о встрече, а также с результатами состоявшегося наблюдения и оперативного эксперимента, свидетельствующими о приезде П. в домовладение к Руденко, получении П. 60 000 рублей у И. с заверениями его, со слов Руденко, о возврате «прав» в понедельник, и состоявшемся визите П. к Руденко уже с деньгами, после чего при обследовании у Руденко в барсетке были обнаружены денежные банкноты, аналогичные по своему номиналу, серии и номерам, выданным для проведения оперативного эксперимента, проверены и оценены судом в соответствии с положениями ст. 87, 88 УПК РФ.
Доводы Руденко о том, что денежные средства были ему подброшены, проверялся судом первой инстанции путем допроса свидетелей А., С. И. и сопоставления их показаний с результатами оперативно-розыскных мероприятий, зафиксированными в различных документах и с данными протоколов следственных действий. Оценив все эти доказательства в совокупности, суд установил, что обнаруженные в барсетке 60 000 рублей, были туда положены Руденко. Тот факт, что в протоколе обследования не указано, что Руденко, достав деньги из носка, попытался их спрятать в барсетку, не влияет на достоверность результатов оперативного эксперимента, поскольку обстоятельства обнаружения денег подтвердили допрошенные в судебном заседании свидетели.
В приговоре суд использовал показания А., С. И., данные ими в судебном заседании, а также показания С. из протокола его допроса, об исследовании которого в протоколе судебного заседания имеются соответствующие сведения.
Законность проведенных оперативных мероприятий не ставит под сомнение выдача И. по акту в каждом случае не одних и тех же денежных купюр в качестве предмета взятки.
Отсутствие в упомянутых Руденко протоколах выводов об идентичности обнаруженных денежных купюр, тем, которые использовались в ходе оперативных мероприятий, не является процессуальным недочетом, умаляющим доказательственное значение этих протоколов, поскольку сопоставление и проверка внесенных в них сведений относится к процессу оценки доказательств.
Те недостатки, которые, по мнению осужденного, имеет заявление И. (т. 1, л.д. 30), не свидетельствуют, что оно было получено с нарушением закона. Из содержания заявления следует, кто является ее автором и что оно адресовано правоохранительным органам. Поскольку данное заявлением является согласием на участие в проведении оперативного эксперимента, а не сообщением о преступлении, отобрание у И. подписки об уголовной ответственности за заведомо ложный донос в соответствии со ст. 306 УК РФ и указание в заявлении на количество денежных средств не требовалось. Данное заявление было получено от И. в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», поэтому его регистрация и написание на нем каких-либо резолюций также не требовалось.
Судом сделан правильный вывод о том, что акт возврата И. 22 июня 2013 г. сотрудникам правоохранительных органов денежных средств в сумме 30 000 рублей и акт возврата 1 июля 2013 года 20000 рублей из выданных ему 30000 рублей в совокупности с установленными в судебном заседании обстоятельствами, не подтверждают отказ Руденко от получения взятки. Так, согласно показаниям П. и И., не взяв 22 июня 2013 г. часть суммы, Руденко объяснил это тем, что не изучил еще досконально дело, а во втором случае, когда по его инициативе П. приехал к нему с деньгами, взял из них 10 000 рублей, ссылаясь на то, что эта сумма необходима сверх оговоренных 60 000 рублей, которые нужно ему передать после вынесения им решения в пользу И.
Таким образом, отказ Руденко от денег не носил безусловный характер и в каждом конкретном случае объяснялся сложившейся ситуацией. В пользу этих выводов следует рассматривать поведение Руденко в целом, свидетельствующее о том, что заявление об обращении к нему с предложением коррупционного характера он в компетентные органы не подавал и объективно выполненными действиями подтвердил наличие у него корыстного умысла на получение денежного вознаграждения от И. получив через П. 10 000 рублей, а 20 июля 2013 г. 60 000 рублей.
Доводы Руденко о том, что 19 июля 2013 г. в судебном заседании им было принято решение о привлечении И. к административной ответственности и оглашена резолютивная часть постановления, не нашли своего подтверждения в суде первой инстанции. Проанализировав показания потерпевшего И. в совокупности с показаниями свидетелей М. М., М., Б. и письменными материалами дела, в том числе с протоколом выемки журнала посетителей судебного участка, сопоставив их между собой и дав им надлежащую оценку, суд верно установил, что такое решение Руденко не принималось, в судебном заседании И. как по свидетельству его самого, так и свидетелей И. и П., не оглашалось и не вручалось, в материалах административного дела, которое находилось с водительским удостоверением И. в домовладении Руденко, оно отсутствовало, в помещении суда обнаружено не было, очевидцем его вынесения Руденко в судебном заседании 19 июля 2013 г. никто из сотрудников суда не являлся. Хранившийся в компьютере помощника судьи текстовый файл с резолютивной частью постановления от 19 июля 2013 г. о назначении И. административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на 1 год 10 месяцев, был изготовлен по указанию Руденко его помощником Б. вне рамок производства по делу об административном правонарушении и, судя по времени, после того, как И. покинул здание суда. Вынесение Руденко указанного решения не было засвидетельствовано Б. в инициированном с нею Руденко телефонном разговоре, состоявшемся 20 июля 2013 г. после событий, связанных с уличением его в получении взятки, в котором он путем постановки перед нею наводящих вопросов пытался таким способом подтвердить свою версию. Изложенные И. обстоятельства проставления им своей подписи в предложенной секретарем судебного заседания расписке, которая рассматривалась им как обязательство о явке в следующее судебное заседание, признаны судом заслуживающими внимания в результате их оценки в совокупности с иными доказательствами по делу, в том числе с данными о периоде нахождения И. в здании судебного участка и сведениями о времени изготовления на компьютере текстового файла с резолютивной частью судебного решения.
Не основаны на материалах дела доводы осужденного о том, что обсуждение И. и П. вопроса об обращении к нему за помощью происходило не в мае, а в конце апреля 2013 г., когда он судьей не работал. В судебном заседании потерпевший И. пояснил, что 20 апреля 2013 г. в отношении него был составлен протокол об административном правонарушении, недели через три после этого его вызвали в суд к судье Руденко, после чего он позвонил брату и рассказал о случившемся, брат обсудил этот вопрос с П., а тот, в свою очередь, поговорил с Руденко по поводу возврата ему водительского удостоверения. Из показаний свидетеля И. следует, что П. пообещал ему переговорить с Руденко после того, как стало известно, что дело об административном правонарушении будет рассматриваться именно судьей Руденко. Свидетель П. дал аналогичные показания, сообщив в них, что И. рассказал ему, что у его брата забрали удостоверение, и дело передали судье Руденко, после чего он пообещал узнать об этом у последнего.
Суд обоснованно признал несостоятельной версию Руденко о совершении провокации взятки, отверг ее по мотивам, изложенным в приговоре. Указанные выводы суда основаны на исследованных доказательствах, тщательной проверке законности и обоснованности действий сотрудников правоохранительных органов при производстве оспариваемых осужденным оперативных мероприятий, на исследовании дела оперативного учета в отношении Руденко.
Использованным в процессе доказывания результатам оперативно-розыскной деятельности суд в соответствии со ст. 14, 17, 88 УПК РФ дал должную оценку во взаимосвязи с иными собранными по делу доказательствами, на что указал в приговоре.
Проверены судом и признаны не основанными на материалах дела утверждения стороны защиты об использовании судьей Ставропольского краевого суда С. и председателем районного суда П. И. в целях организации с его помощью в отношении Руденко провокации взятки. Доказательств того, что, обращаясь в правоохранительные органы с заявлением, И. поступал так, не имея свободы выбора, и под воздействием со стороны С. и П. суду представлено не было. Не свидетельствует об этом установленный судом факт обращения И. с консультацией к С. и содержание состоявшегося разговора И. и П. на личном приеме. Обусловленность своих действий указаниями иных лиц отрицал при допросе сам И.
Не имеется объективных данных о том, что в силу своего состояния здоровья И. не мог осознанно и адекватно относиться к происходившим событиям, на чем настаивает в жалобе осужденный.
Вопреки мнению Руденко, не содержит каких-либо данных, опровергающих его виновность, записанный 10 июня 2013 г. разговор между ним и И. во время посещения последним суда, где Руденко выясняет у И. достоверность сведений относительно состоявшейся у него встречи с П. и диктует И. ходатайство о необходимости вызова свидетелей.
Доказательством отсутствия со стороны правоохранительных органов либо иных лиц провокационных действий в отношении Руденко следует рассматривать привлечение к оперативным мероприятиям не осведомленного о них П., который как до начала этих мероприятий, так и в ходе их, вел непосредственно переговоры с Руденко о содействии И. в возврате водительского удостоверения, денежном вознаграждении за это и его размере, передал Руденко деньги в сумме 10 000 рублей, а затем 60 000 рублей и сам в дальнейшем понес уголовное наказание, как соучастник.
Ссылка Руденко на то, что И. с ним вне рамок судебного заседания не встречался и никаких разговоров по поводу передачи денег не вел, не свидетельствует о невиновности Руденко, поскольку из обстоятельств дела, признанных судом доказанными, следует, что он получил взятку через посредника П., с которым и обсуждал эти вопросы.
Участие И. в различных встречах и переговорах по поводу достижения П. с Руденко договоренности о принятии им за взятку нужного И. судебного решения, объяснимо его родственными отношениями с последним и наличием искренней заинтересованности в благополучном для брата исходе судебного разбирательства административного дела.
Оснований для совершения оговора Руденко П., а также И., которым обстоятельства достижения с Руденко договоренности о передаче взятки и ее условиях, были известны как очевидцам либо со слов П., судом не установлено. Не усматривает таких оснований также Судебная коллегия.
Несостоятельны утверждения Руденко о совершении И. его оговора из-за неприязненных отношений, возникших по причине вынесения им решения о лишении И. водительских прав, так как ни И., ни П. никогда не признавали, что такое решение судьей Руденко выносилось.
Признание И. потерпевшим не противоречило положениям уголовно-процессуального закона, поскольку следственные органы связывали передачу им взятки в результате ее вымогательства, что причиняло ущерб его законным правам и интересам.
Суд не имел оснований считать показания И. и и П. недопустимыми доказательствами, так как в них они добровольно рассказывали органам следствия и суду о событиях, участниками которых они являлись, либо об обстоятельствах, ставших им известными из иных, указанных ими, источников.
Показания названных лиц соотносительно друг друга и иных доказательств по делу не содержат каких-либо существенных и не устраненных судом противоречий, подлежащих толкованию в пользу осужденного.
Содержание внесенных в протокол судебного заседания вопросов, поступивших П. и его ответы на них, не дают Судебной коллегии повода согласиться с утверждениями осужденного об оказании на свидетеля со стороны государственного обвинителя или суда какого-либо незаконного воздействия.
Приобщение к материалам дела приговора в отношении П. не противоречит положениям УПК РФ, так как в нем установлена роль П. в преступных событиях, подлежащих доказыванию по делу в отношении Руденко. Вместе с тем, указанный приговор, постановленный в отношении П. не предрешал вопрос о виновности Руденко С.Н. в совершении преступления, за которое он осужден.
На законность процедуры оперативного эксперимента не влияет местонахождение И. во время приезда 20 июля 2013 г. к дому Руденко П. и И. Факт участия И. в оперативных мероприятиях документирован должным образом, им по акту были получены денежные средства, которые при посредничестве П. были переданы Руденко согласно имевшейся с тем договоренности о вынесении за денежное вознаграждение решения по административному делу в пользу И.
Суд правильно со ссылкой на показания П., И. и содержание зафиксированных между ними и Руденко с П. разговоров отверг достоверность утверждений Руденко об имевшем место обращении его к П. с просьбой привезти цемент, а не деньги. Учитывая совокупность этих доказательств суд дал верную оценку показаниям свидетеля Б.
Следует также отметить, что суд был вправе обосновывать свои выводы показаниями любых свидетелей, если они относимы к делу, независимо от того, по чьей инициативе показания этих лиц стали предметом исследования в заседании суда.
Отказ государственного обвинителя от вызова и допроса свидетелей не свидетельствует об отсутствии в распоряжении суда достаточной доказательственной базы для постановления в отношении Руденко обвинительного приговора.
Судебная коллегия находит, что содержание исследованных судом доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств; фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания разговоров или иных документов таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, не установлено.
Позиция осужденного в указанной части основана не на чем ином как собственной интерпретации исследованных доказательств и признания их важности для дела без учета установленных ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд.
Законность, обоснованность и справедливость постановленного приговора независимы от обстоятельств, связанных с передачей изъятого у Руденко после событий 20 июля 2013 г. административного дела в производство другого судьи.
Нарушений судом уголовно-процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого решения, Судебной коллегией не установлено.
Судебное разбирательство дела, как следует из протокола судебного заседания, проходило на основе принципов состязательности и равноправия сторон перед судом.
Ходатайства осужденного о вызове свидетелей, в том числе понятых по административному делу, адвокатов Саромецкого и Токовой, были рассмотрены судом с учетом значимости для исхода дела обстоятельств, на выяснении которых настаивала сторона защиты. Необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, Судебной коллегией не установлено.
Мотивированное разрешение судом ходатайств не в пользу стороны, их заявившей, не может свидетельствовать об обвинительном уклоне суда.
Удовлетворив ходатайства Руденко об исследовании письменных доказательств, суд предоставил ему право не только их огласить, но и, как следует из протокола, одновременно обратить особое внимание суда на не те либо иные изложенные в них сведения.
Разрешение судом ходатайств Руденко С.Н. не в день их подачи не свидетельствует о нарушении требований ст. 271 УПК РФ и не влечет отмену приговора, поскольку не влияет на его законность и обоснованность.
Судом в полной мере было реализовано право на публичность, открытость и гласность процесса. Судебное разбирательство состоялось с участием сторон в открытом судебном заседании; каких-либо решений, ограничивающих доступ к информации, касающейся хода судебного рассмотрения дела и его результатов, судом не выносилось.
Согласно протоколу судебного заседания приговор был оглашен в полном объеме, а не его резолютивная часть, как на это обращается осужденным внимание. Замечаний на протокол в этой части осужденным, либо другими участниками процесса не приносилось.
Все иные замечания, поданные на протокол судебного заседания, поступившие в суд 3 и 5 октября 2016 г. (аналогичные по содержанию) были рассмотрены судьей в соответствии с установленной процедурой и фактически незамедлительно. Оснований для вызова лиц, подавших замечания, с целью уточнения их содержания, судья не установил, что не противоречит ч. 2 ст. 260 УПК РФ, которая ставит принятие такого решения в зависимость от усмотрения судьи. Постановление, вынесенное по результатам рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания, отвечает требованиям закона.
Квалификация действий Руденко основана на установленных фактических обстоятельствах дела.
Изложенные в апелляционном представлении доводы о том, что для квалификации действий Руденко по признаку вымогательства взятки имели значение лишь изначально высказанные Руденко угрозы о лишении И. водительских прав по причине отказа его от выполнения работ по укладке плитки, вне зависимости от того, что в дальнейшем стороны достигли соглашения об иных условиях взятки, являются, по мнению Судебной коллегии, необоснованными. Указанная позиция не находит своего объяснения в ссылках государственного обвинителя на формальный состав преступления, предусмотренного ст. 290 УК РФ, что подразумевает невключение в объективную сторону преступного деяния в качестве обязательного признака лишь общественно опасных последствий. Суд, между тем, давая правовую оценку действиям Руденко, верно исходил из соглашения об условиях взятки, существовавшего на момент ее передачи.
Не ставит под сомнение правильность квалификации содеянного Руденко и не является свидетельством того, что он угрожал И. заведомо незаконным привлечением к административной ответственности, факт прекращения 5 сентября 2013 г. другим судьей административного дела в отношении И. из-за отсутствия в его действиях состава преступления, так как о невиновности И. в совершении административного правонарушения Руденко до судебного разбирательства дела знать не мог, и опровержения этому в материалах дела не имеется.
Судебная коллегия не усматривает нарушений права осужденного на защиту в том, что его действия были переквалифицированы с п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 329-ФЗ), по которой квалификационной коллегией судей Ставропольского края было дано согласие на возбуждение в отношении его уголовного дела, на менее тяжкий уголовный закон, в связи с исключением признака вымогательства взятки. С учетом требований ст. 10 УК РФ суд обоснованно квалифицировал действия Руденко по ч. 4 ст. 290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2016 г. N 324-ФЗ).
Назначенное Руденко наказание нельзя признать чрезмерно мягким и несправедливым. Суд установил перечень обстоятельств, признанных смягчающими, рассмотрев которые в совокупности с другими обстоятельствами, влияющими на меру наказания, относящимися к личности виновного, содеянному им и условиям жизни его семьи, пришел к выводу о возможности назначения Руденко наказания с применением положений ст. 64 и 73 УК РФ. Никаких убедительных доводов, опровергающих эти выводы суда в апелляционном представлении, поданном в срок, установленный ст. 389.4 УПК РФ, государственным обвинителем приведено не было. Дополнительное обоснование государственным обвинителем своей позиции о несправедливости приговора сводится преимущественно к недостаточному учету судом общественной опасностью совершенного Руденко преступления и его должностного положения, что, по мнению Судебной коллегии, не может рассматриваться в отрыве от конкретных обстоятельств дела и других перечисленных в ст. 60 УК РФ обстоятельств, учитываемых при назначении наказания.
Вместе с тем, возлагая на осужденного в порядке ст. 73 УК РФ обязанность в течение испытательного срока уплатить штраф, назначенный ему в качестве дополнительного наказания, суд таким образом изменил порядок исполнения дополнительного наказания и к тому же поставил в зависимость от надлежащего выполнения этой обязанности возможность отмены условного осуждения, что противоречит смыслу уголовного закона.
Судебная коллегия полагает необходимым внести соответствующие изменения в этой части в приговор, установив осужденному для исполнения дополнительного наказания отсрочку на срок, равный испытательному, с учетом всех тех обстоятельств, которые принимались судом во внимание при назначении наказания и приведены в приговоре.
В апелляционных жалобах и представлении не содержится иных доводов, которые свидетельствовали бы о незаконности приговора и вызывали сомнения в правильности выводов суда первой инстанции о доказанности события преступления, причастности к нему осужденного, его вины, законности и справедливости вида и срока наказания.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.26 и 389.28 УПК РФ, Судебная коллегия
приговор Ставропольского краевого суда от 6 сентября 2016 г. в отношении Руденко С.Н. изменить:
— исключить из перечня обязанностей, возложенных на него в соответствии со ст. 73 УК РФ обязанность в течение испытательного срока уплатить сумму штрафа, назначенного по приговору суда в качестве дополнительного наказания;
— отсрочить исполнение назначенного ему дополнительного наказания в виде штрафа на срок 3 года.
В остальной части указанный приговор оставить без изменения апелляционные жалобы и представление без удовлетворения.