Документально подтверждено: в здании храма Христа Спасителя прописано 57 коммерческих фирм, из них только 15 организаций имеют оформленный договор аренды нежилых помещений, причем большинство этих оформленных договоров не зарегистрированы в Регистрационной палате, а средняя ставка арендной платы составляет 10 тысяч рублей за квадратный метр в год, что примерно в три раза ниже среднерыночной цены для нежилых помещений коммерческого использования в данном районе Москвы. Договора на аренду помещений храма, находящегося на балансе города Москвы, заключаются без проведения тендеров или торгов по определению арендной ставки. Контроль за использованием муниципального имущества со стороны Государственной инспекции по контролю за использованием объектов недвижимости города Москвы отсутствует. Фонд храма Христа Спасителя, распоряжающийся всем зданием храма, ежегодно показывает сотни миллионов рублей убытков и получает на их покрытие дотации из городского бюджета.
Краткая историческая справка
Кафедральный Соборный храм Христа Спасителя (собор Рождества Христова) в Москве был восстановлен как условная внешняя копия своего исторического предшественника, взорванного в 1931 году. На его восстановление более 10 миллионов человек внесли пожертвования, также значительные пожертвования внесены коммерческими структурами. В апреле 2004 года мэр Москвы Юрий Лужков подписал распоряжение, согласно которому объекты культурного и инженерно-технического назначения храма Христа Спасителя передаются в доверительное управление НО «Фонд храма Христа Спасителя» для ведения уставной деятельности. Фактически фонду ХХС переданы все помещения храма общей площадью 55 692 квадратных метра.
Структура управления фондом ХХС
Фонд ХХС управляется советом попечителей, сопредседателями которого являются Патриарх Московский и всея Руси Кирилл (Гундяев) и мэр Москвы Собянин С.С. Как говорится на сайте фонда: «Деятельность Фонда с первых его шагов несет на себе благословение Святейшего Патриарха. Он не только духовно окормляет нас, как пастырь Русской Православной Церкви, но является и непосредственным руководителем – настоятелем Храма Христа Спасителя, направляет повседневную жизнь Храма и деятельность Фонда».
Но фактически бизнес в ХХС на паритетных началах контролируют также чиновники мэрии совместно с представителями РПЦ МП, а исполнительный директор Поддевалин В.М. пытается угодить обоим кланам и себя не забыть тоже. Кроме того, с приходом мэра Собянина С.С. сумма дотаций, выделяемых из городского бюджета фонду ХХС, возросла в несколько раз и в 2012 году составила 372,5 миллиона рублей.
Возможность прикрываться связями как в московской мэрии, так и в патриархии позволила руководству фонда ХХС вести бизнес, не сильно озираясь на контроль со стороны государственных органов. Последняя проверка Государственной инспекцией по контролю за использованием объектов недвижимости города Москвы проводилась в 2004 году. В ответ на обращение о необходимости проведения проверки целевого использования помещений был получен отказ и со стороны Прокуратуры г. Москвы, и со стороны Государственной инспекции по контролю за использованием объектов недвижимости города Москвы.
Василий Поддевалин, инженер-железнодорожник по образованию, до назначения в храм работал начальником Управления делами Аппарата Совета Федерации Федерального Собрания РФ. Исполнительным директором НО «Фонд храма Христа Спасителя» стал в 2004 году по благословению Патриарха Алексия II. С приходом Василия Михайловича на эту должность в храме стала активно развиваться коммерческая деятельность. На прихрамовой территории за оградой появились сувенирные и ювелирные лавки, пиццерия, в здании храма в стилобатной части заработала автомойка на американском оборудовании, автостоянка на 305 машиномест, шиномонтаж, автосервис, столовая, химчистка. В аренду коммерческим структурам были сданы значительные офисные площади. Всего в настоящее время в храме прописаны 57 коммерческих фирм.
Будучи студентом-историком, он часто по пути на учебу проходил мимо бассейна «Москва». Когда-то на этом месте стоял один из главных храмов России, а теперь в огромной чаше плавали под открытым небом люди. Тогда он и представить себе не мог, что вскоре храм начнет возрождаться, и более того — что он сыграет в организации этого восстановления важную роль. Наш собеседник — директор Фонда Храма Христа Спасителя Сергей Семененко.
— Сергей Григорьевич, насколько облик современного Храма Христа Спасителя соответствует первоначальному виду Храма, который был построен в XIX веке?
— Храм, построенный в 90-х годах ХХ века, был задуман как аутентичное воссоздание исторического Храма Христа Спасителя, и для этого проектировщиками и строителями было сделано очень многое. Но, тем не менее, нужно понимать, что современный Храм строился в других условиях, были применены современные технологии. Понятно, что в старом Храме не существовало, скажем, лифтов, а сейчас в комплексе их 16. В старом Храме было иначе устроено отопление — в наши дни отопление осуществляется с помощью системы кондиционирования.
Современный Храм — это, конечно, комплекс, жизнедеятельность которого обеспечивает большое количество инженерного оборудования и высококвалифицированного персонала. Прежний Храм Христа Спасителя, конечно, не был, да и не мог быть оснащен таким образом. И сам проект отличается: раньше Храм находился на холме, а сейчас он находится на тех же высотах, но вместо холма устроена так называемая стилобатная часть, в которой размещены церковь Преображения Господня, музейные помещения, Зал церковных соборов, Трапезные палаты и технические помещения, обеспечивающие жизнедеятельность комплекса, — в старом Храме их не было.
— Как получилось, что Вы стали работать в Фонде Храма Христа Спасителя?
— В Фонд финансовой поддержки воссоздания Храма Христа Спасителя — так называлась тогда наша организация — я перешел на работу из Департамента общественных и межрегиональных связей правительства Москвы 1 февраля 1995 года. Сам Фонд был создан немного ранее — 7 сентября 1994 года. Меня пригласили на должность заместителя директора. В то время организация должна была заниматься исключительно сбором пожертвований для финансирования воссоздания Храма. Надо сказать, еще когда я работал в департаменте, я тесно общался с Фондом, его директором Игорем Марковичем Птичниковым. От него я и получил предложение перейти на работу в Фонд.
— Почему Вы решили поменять работу в госструктуре на работу в некоммерческой организации?
— Потому что это был крупнейший национальный проект и мне, тогда совсем молодому человеку, было интересно принимать участие в живой и активной работе. Тем более что в мэрии я уже получил необходимый опыт, который помог мне потом в Фонде.
— А что это за опыт?
— Я пришел на работу в мэрию специалистом, только получившим высшее образование. В правительстве Москвы я научился навыкам организационной работы, масштабу взгляда на определенные проблемы — ведь надо было решать задачи, касающиеся жизнедеятельности огромного мегаполиса, и даже рядовому чиновнику, которым являлся я, необходимо было иметь достаточно широкий кругозор для понимания этих задач и уметь разбираться в социально-экономических проблемах, в межрегиональных вопросах, взаимодействовать со средствами массовой информации, с общественными организациями. Безусловно, все это пригодилось мне в работе в Фонде.
— Но в мэрии у Вас мог быть хороший карьерный рост. Не жалеете о сделанном выборе?
— Действительно, в то время я получал приглашения на работу в различные государственные структуры, в том числе вышестоящие, но я уже определился: для меня интереснее участвовать в проекте воссоздании Храма Христа Спасителя, и я не жалею о принятом решении. По милости Божией, я оказался сопричастен к воссозданию величайшего памятника нашей современности и истории.
— После мэрии тяжело было переключиться на новый вид деятельности?
— Я бы не сказал, что это был совсем уж новый для меня вид деятельности. В мэрии я занимался взаимодействием с общественными и межрегиональными структурами, и в Фонде мне предстояло заниматься тем же — нам необходимо было прежде всего работать с общественным мнением. Ведь не секрет, что были противники строительства Храма, которые аргументировали свою позицию тем, что Россия тогда, в 1994–1995 годы, находилась в сложном экономическом положении. В этой ситуации, безусловно, стоял вопрос, нужно ли реализовывать такой масштабный проект, не направить ли финансовые средства на какие-либо иные цели. В итоге было принято решение воссоздать Храм Христа Спасителя, который стал главным собором России. Сейчас без него трудно себе представить Москву.
«В те годы было трудно убедить людей, что нужно возродить храм»
— А трудно шел процесс восстановления храма?
— Я бы не сказал, что трудно. Скорее, на первом этапе нелегко было убедить многих людей в том, что необходимо в сложных социально-экономических условиях осуществлять этот масштабный проект. Но как только Храм начал строиться, эти сомнения практически исчезли — и в средствах массовой информации, и среди москвичей. Люди стали активно материально помогать, некоторые перечисляли в наш фонд свои пенсии и зарплаты. Я могу ответственно сказать, что не было ни одного региона России, который в то время не принял бы участия в воссоздании Храма, и я имею в виду не администрацию регионов, а простых граждан нашей страны, предприятия. Даже из Чечни, которая находилась в то время в состоянии гражданского конфликта, поступали пожертвования на воссоздание Храма Христа Спасителя. Но, безусловно, основной вклад внесли московские предприятия и обычные москвичи.
— К этому проекту привлекли строителей, которые до этого возводили жилые помещения, дома культуры, а тут им доверили воссоздавать Храм. Тяжело им было перестроиться?
— Генподрядчиком было выбрано Акционерное общество «Моспромстрой», которое специализировалось на строительстве промышленных объектов, а в то время начало заниматься еще и строительством жилья. Конечно, для него строительство культового сооружения, тем более такого масштабного, как Храм Христа Спасителя, который был спроектирован известным архитектором Константином Тоном, было непростой задачей. Но «Моспромстрой» и «Моспроект-2», который во главе с академиком Михаилом Посохиным выступил проектировщиком, на мой взгляд, блестяще справились с этой задачей.
— Как финансируется жизнедеятельность комплекса Храма Христа Спасителя сегодня и какова при этом функция Фонда?
— Фонд является доверительным управляющим, который обеспечивает бесперебойную работу всех систем жизнедеятельности Храма. Финансирование храмового комплекса смешанное — это средства бюджетной субсидии города Москвы и собственные средства, которые зарабатывает Фонд благодаря своей хозяйственной деятельности. Что это за деятельность? Прежде всего, обеспечение мероприятий, проходящих в Зале церковных соборов и Трапезных палатах, которые и позволяют нам пополнять бюджет храмового комплекса.
«Я пришел к вере, изучая историю»
— У Вас на рабочем столе лежит Библия. Вы ее каждый день читаете?
— Примерно 10 лет назад я завел для себя правило — каждый день прочитывать по одной главе из Священного Писания.
— А в каком возрасте Вы крестились?
— Мне было 27 лет. На мой взгляд, на это повлияло полученное мной первое высшее образование — я закончил исторический факультет Московского педагогического государственного университета. Я всегда интересовался историей, любовь к ней мне привил еще в детском возрасте мой дедушка, Леонид Григорьевич Семененко, который был моим первым учителем. Он был юрист, но всю жизнь интересовался историей и приучил меня читать историческую литературу, интересоваться отечественной и всемирной историей. Изучая историю, я пришел к вере, к пониманию Божьего присутствия в нашей жизни, и считаю, что чем более широкое и качественное образование люди получают, тем им проще подойти к Божественной истине.
А еще в этом же возрасте я создал семью, и моя супруга Светлана, будучи воцерковленным человеком, поддержала меня в моем решении принять крещение.
— Как историк Вы размышляли об уничтожении храмов в 30-е годы ХХ столетия?
— Безусловно. Как я говорил, я учился в Московском педагогическом университете, основное здание которого находится на Пироговской улице, совсем недалеко от Храма Христа Спасителя. Мы часто, будучи студентами, гуляли по набережной в районе бассейна «Москва», и конечно, мы все знали, что на этом месте существовал величественный Храм, и поражались варварскому решению советского правительства об его уничтожении. Как историку мне было понятно, что идеология коммунизма не терпела присутствия рядом религии. Большевики насильственным способом пытались уничтожить все, что было связано с верой в Бога. Безусловно, атеистический, богоборческий режим не мог смириться с существованием в центре столицы одного из зримых символов православной России — Храма Христа Спасителя.
Поэтому, к сожалению, в 30-е годы его и постигла трагическая судьба.
И не только его, было разрушено множество храмов в Москве и по всей России, а те, которые уцелели, подвергались поруганию, в лучшем случае в них размещались различные светские учреждения и даже склады. Конечно, это делалось не случайно, такова была политика государственной власти того периода, политика богоборчества. Сегодня мы оцениваем это как преступление против нашего народа, против нашей истории, против Церкви. Отрадно, что в наше время государственная власть, и предприниматели, и простые граждане понимают необходимость искупить определенную историческую вину, возрождая и строя храмы. Сейчас в Москве осуществляется программа строительства новых православных храмов, ведь город растет, развивается, возникают большие жилые массивы там, где раньше были маленькие деревни или вообще ничего не было — множество людей, живущих теперь здесь, нуждаются в духовном окормлении.
— Гуляя студентом рядом с бассейном «Москва», могли Вы себе представить, что Вам придется участвовать в воссоздании Храма Христа Спасителя?
— Нет, конечно, не мог. В то время трудно было представить, что этот грандиозный проект будет вообще осуществлен.
— А бывают ситуации — на работе, в повседневной жизни, — когда Вы советуетесь со священником, с духовником?
— Я думаю, у каждого православного человека бывают такие ситуации. И безусловно, при принятии серьезных решений, касающихся коллектива, лучше побеседовать с духовным отцом.
«Продавать билеты в храм — недопустимо»
— Почему, на Ваш взгляд, люди, причисляющие себя к либералам, часто делают Русскую Православную Церковь объектом для нападок?
— Для меня, как историка, это достаточно странно, потому что в принципе либеральная идеология подразумевает свободу мысли, в том числе свободу вероисповедания. Поэтому классические либералы должны относиться к религии очень терпимо. Но у нас, к сожалению, я бы сказал, есть такое квазилиберальное сообщество, которое почему-то считает необходимым упражняться в нападках именно на Русскую Православную Церковь. Я думаю, это связано с антигосударственной направленностью убеждений этих людей. Они воспринимают Русскую Церковь как часть русского государства и полагают, что ослабление и разрушение устоев православия, попытки опорочить церковную организацию, саму Церковь Христову, позволит ослабить и государство.
Наверное, в этом своем злом умысле они правы, потому что история Российского государства неразрывно связана с историей Церкви, которая сыграла ведущую роль в становлении его как великой многонациональной и многоконфессиональной страны, в которой многие годы сохраняется межнациональный мир и согласие. Церковь является тем институтом, который во многом формирует общественное сознание, нормы поведения, правила жизни людей, и ослабление этого института, безусловно, приведет к ослаблению основ государства и государственной власти. Но мы знаем, что Господь поругаем не бывает, и все эти клеветнические измышления, злобные нападки, которые, сопровождали христианство на протяжении всей истории, рано или поздно пройдут, а наша Русская Православная Церковь будет существовать и служить Господу.
— Храм Христа Спасителя частично финансируется государством, что вызывает критику у либералов. Но например, в той же секулярной Германии существует церковный налог, который никого не возмущает. Может, было бы разумно ввести церковный налог и в России?
— Я думаю, что данный вопрос требует всестороннего осмысления и обсуждения. На мой взгляд, какие-то принудительные церковные налоги в настоящее время вводить не нужно. Мне кажется, что поддержка своей церкви, своей общины, должна осуществляться людьми самостоятельно. Другое дело, может быть, можно вести речь о каких-то специальных сборах, но они должны носить исключительно добровольный характер, всякое принуждение здесь может нанести только вред.
— А по-Вашему, может ли Церковь заниматься коммерческой деятельностью, чтобы себя обеспечивать?
— Надо правильно понимать, что подразумевается под такой коммерческой деятельностью. Если говорить с позиции Гражданского кодекса, то коммерческая деятельность — это извлечение прибыли. Конечно, Церковь не может ставить перед собой такие цели. Она ни на ком не наживается. И как я понимаю, ни одна церковь не позиционирует себя как коммерческая организация, которая своей уставной задачей ставит извлечение прибыли. Но безусловно, Церковь должна вести хозяйственную деятельность, которая позволит ей обеспечить собственную жизнедеятельность и содержание храмовых комплексов, церковного образования, церковных органов управления.
Мы живем в стране с суровым климатом, поэтому у нас высокие расходы на коммунальные услуги. Помимо этого, нужно обеспечивать безопасность храмовых сооружений, поддерживать их в достойном состоянии, чтобы люди могли прийти туда и общаться с Богом, а не отвлекаться на бытовые неудобства. Но Церковь должна вести хозяйственную деятельность, соответствующую статусу храма. При храме может быть торговля сувенирной продукцией, православной одеждой, церковной продукцией и какой-либо иной, которую допустимо реализовывать на территории храмовых комплексов.
Я думаю, ни одна Церковь в мире не существует без пожертвований и собственной хозяйственной деятельности, иначе сама жизнь Церкви, церковного прихода, церковной общины не будет обеспечена элементарными условиями для существования.
— Но некоторые люди считают, что в самом храме все должно быть бесплатно: свечи, записки, требы…
— Я думаю, что сама формулировка, что что-то может быть бесплатным, допустима только в рамках коммунистического общества. К сожалению, это недостижимый идеал. На практике же путь к этой бесплатной системе обеспечения пролегает через тюрьмы, лагеря. Иначе в условиях реальной жизни за все приходится платить. Например, за те же свечи или иные церковные предметы — они же являются продуктом определенного производства, у которого есть конкретные затраты. Предприятию, которое занимается изготовлением свечей, нужно платить налоги, зарплату сотрудникам, оплачивать коммунальные услуги, аренду производственных помещений, нести транспортные и иные накладные расходы. Поэтому каждая свеча имеет свою цену. И я не вижу ничего дурного в том, что человек, придя в храм, приобретает за свои деньги свечи.
Сейчас существует разная практика, в некоторых храмах свечи можно взять и внести любое пожертвование. Мне такая практика кажется вполне допустимой, но всем нам нужно понимать, что ничего не происходит бесплатно. Ведь бесплатно невозможно взять в магазине хлеб или воду — все производится, все имеет свою цену и должно быть оплачено. Священник, диакон, хористы, люди, работающие в храме, в том числе уборщицы, тоже должны на что-то жить, что-то есть, платить за ту же квартиру, содержать и обеспечивать своих детей, пользоваться медицинскими услугами, которые уже во многом носят платный характер. Эти люди, как и любые трудящиеся, должны получать оплату за свой труд.
— А может Церковь быть независимой от государства?
— Наша конституция декларирует, что Церковь отделена от государства, и мне кажется, это в определенной степени отголосок прежнего атеистического режима. Я не считаю, что можно механически отделить Церковь от государства. И государство, и Церковь существуют для определенных целей, которые связаны с общественной жизнью и формами существования народов, населяющих ту или иную территорию. Поэтому разделять или противопоставлять Церковь и государство, наверное, не стоит. Скорее наоборот, надо говорить, что государство и Церковь должны иметь между собой определенные точки соприкосновения, но при этом не вторгаться в компетенцию друг друга.
— На Западе за посещение храмов в небогослужебное время берут плату. А у нас возможно ввести подобную практику?
— В Храме Христа Спасителя очень простая практика: с 10-00 до 18-00 он открыт для всех посетителей, для всех желающих, единственное пожелание, чтобы внешний вид человека, посещающего храм, соответствовал православной традиции. А продавать билеты на входе в церковь, я думаю, в нашей стране неприемлемо. Я не хотел бы осуждать или обсуждать систему, сложившуюся в других странах, наверное, она имеет право на существование. Но применительно к нашей стране и к нашему городу она недопустима.
Храм Христа Спасителя — успешный бизнес-центр и бездонная яма для миллиардов Собянина
Субсидии от мэрии и теневой бизнес главной церкви Москвы
Около 4 миллиардов субсидий выделил столичный бюджет за 20-летнюю историю Храма Христа Спасителя, и это не считая оплачиваемых городом работ по благоустройству прилегающей территории. Между тем, особо нуждающимся в такой поддержке храм не является: для богослужений используется всего 13 процентов площадей, а остальные приносят неплохую прибыль, правда, о большей части доходов узнать не представляется возможным.
Щедрость мэров
Сам Храм Христа Спасителя и его территория принадлежит Москве, но всей недвижимостью распоряжается Фонд Храма Христа Спасителя (ФХХС). Как выяснили «Открытые медиа», за 20 лет с момента восстановления церковного комплекса ФХХС получил из бюджета Москвы 3,9 млрд рублей. Но это только субсидии, которые при Юрии Лужкове были на уровне 140-170 млн рублей в год, а при Сергее Собянине в 2017-2019 годах превысили 400 млн рублей. На следующий год московские власти запланировали передать ФХХС 325 млн рублей.
Но бюджетные деньги идут храму не только в виде субсидий. Интернет-издание подсчитало, что за 2018 и 2019 годы на содержание, капитальный ремонт и озеленение территории храмового комплекса Москва дополнительно потратила 1,7 млрд рублей.
К примеру, весной 2018 года Департамент по конкурентной политике Москвы заказал ремонт стилобатной части храма за 1,64 млрд рублей. Потом город добавил еще 43 млн рублей на ремонтно-восстановительные работы балюстрады храмового комплекса.
«Открытые медиа» выяснили, что в течение семи лет на конкурсах по благоустройству прихрамовой территории выигрывает компания Максима Сивцова ООО «ГринЛайн». Общая сумма этих ее контрактов с 2012 по 2019 год составила 120,8 млн рублей.
Интересно, что даже за обустройство детской площадки у храма из городского бюджета ушло 8,1 млн рублей, в то время как на обычную хорошую детскую площадку московские власти выделяют порядка 2-2,5 млн рублей.
Информация о том, кто и каким образом в ФХСС решает, на что пойдут выделенные деньги, публично не раскрывается.
Доходный храм
Вообще о реальных доходах церковного фонда узнать сложно, поскольку значительная их часть не проходит по графе «коммерческая деятельность». Из того же, за что ФХХС посчитал необходимым отчитаться, известно, что в прошлом году прибыль у него была 1,6 млн рублей при общей выручке в 9,7 млн рублей. В 2017 году эти показатели были на уровне 84 тыс. рублей и 125,1 млн рублей соответственно. Ранее минимальную выручку фонд имел в 2009 году — 25 млн рублей, а максимальную — в 2013 — 188 млн рублей.
Из всей огромной площади храмового комплекса 55,7 тыс. кв. м лишь 13% (7,7 тыс. кв. м) используется для «богуслужебной деятельности». Об этом говорится в решении мирового судьи района Арбат, который рассматривал иск ФХХС к юристу Михаилу Аншакову за клевету. Аншаков утверждал, что в религиозных целях используется менее 7% площадей.
«Для коммерческой деятельности используется стилобатная часть храма — подземное пространство высотой 17 метров — в которой помимо концертных, банкетных залов и трапезных разместились автопарковка на 305 мест, автомойка, охранная фирма, химчистка, кафе, культурный центр и несколько магазинов. Еще сдаются в аренду и помещения над куполом храма, а также киоски и павильоны на его территории», — выяснили «Открытые медиа». По данным системы «Контур.Фокус» по адресу храма на Волхонке, 15 зарегистрированы 24 организации и компании.
Прицерковный бизнес
Первым бизнесменом при храме стал Василий Поддевалин, который возглавил ФХХС в 2005 году. Вскоре там появилось принадлежащее его детям Михаилу и Елене охранное предприятие «Колокол», а затем автомойка — ООО «Мытный двор». Автомойка до сих пор контролируется ими и является одним из наиболее успешных бизнес-проектов при храме — с 2014 года на мойке автомобилей компания заработала 73 млн рублей.
В 2013 году на место Василия Поддевалина пришел его бывший зам Сергей Семененко. У него до 2014 года была доля в двух ювелирных фирмах с одинаковым названием «Врата-8».
Есть на территории храма и дом моды ASET, принадлежащий племяннице миллионера и экс-сенатора от Чечни Умара Джабраилова Айзе Джабраиловой. По данным интернет-издания, на Волхонке, 15 у богатой чеченской модницы мастерская по пошиву и бутик, куда пройдешь только по предварительной записи.
А вот в магазин «Александрит» можно пройти без записи, но за деньги, поскольку рядом смотровая площадка, куда требуется билет. Также над алтарем снимает помещение коллегия адвокатов «Шабанов и партнеры».
Рядом с храмом на арендуемых у ФХХС 400 кв. м работает ресторан итальянской кухни IL Патио. На прилегающей территории присутствует агентство «Детейлинг-ПРО» Александра Абрамова, наводящее лоск на дорогие автомобили. В рекламе расположенной у храма фирмы демонстрируются полуобнаженные девушки.
Существовавший до прошлого года на нижних ярусах храма автосервис Lord Rover уже ушел с арендуемых площадей. «Ограничений много, арендную плату с каждым годом увеличивали, добавляли дополнительные накрутки», — рассказал интернет-изданию бывший менеджер автосалона.
Журналисты между тем выяснили, что официальные ставки аренды в храме не очень высоки. Опрошенные арендаторы рассказали о примерно 10 тыс. рублей за кв. м в год.
Фондовые услуги
ФХХС занимается не только сдачей церковных площадей в аренду. Так, он оказывает услуги по парковке автомобилей. При этом минимальный срок, на который можно поставить машину на прицерковной территории — полгода. За это нужно заплатить 95 тыс. рублей.
Берет фонд деньги и за сдачу в аренду помещений для различных торжеств, конференций, представлений, выставок, похорон и поминок. При этом в общем доступе прейскуранта этих услуг почему-то нет. «Вам нужно вызывать специалиста и все согласовывать, составлять договор», — заявил «Открытым медиа» диспетчер Виталий из ритуальной службы.
Храмовый комплекс вмещает также и рестораны, в частности патриарший, где принимают VIP-гостей и устраивает банкеты патриарха. Попасть туда коммерсанты почитают за честь. Так, торговый дом «Триумф Гурмэ» бесплатно предоставивший на одну из рождественских трапез черную икру, получил одно приглашение за стол.
Если у вас есть информация о коррупционных нарушениях столичных чиновников, пишите в рубрику ПАСМИ«Сообщить о коррупции».
.jpg "Untitled 4(98)")
