переоценка дохристианский мистерий и мистических учений
Мистерии древние и христианские часть 5
СХОДСТВО ХРИСТИАНСКИХ И ЯЗЫЧЕСКИХ МИСТЕРИЙ И РИТУАЛОВ.
Мы все знаем, что все религии, все верования происходят из одного источника, от семи Великих Кумар, которые пришли к человечеству на заре его становления и ведут его (по крайней мере тех, кто устремлён) к купели рождения духа. Поэтому и обряды во многих верованиях сходны.
В статье «Корни ритуализма и обрядности в церкви и массонстве Елена Петровна Блаватская пишет следующее:
«Почти каждая крупная древняя церковь на континенте во времена, предшествующие средним векам, была когда – то языческим храмом, согласно тем приказаниям, которые отдавались епископами и римскими папами. Григорий Великий отдал, таким образом, распоряжение монаху Августину, своему миссионеру в Англии: «Разрушайте идолов, но никогда не трогайте храмы! Окропляйте их святой водой, помещайте в них мощи, и позволяйте народу совершать поклонение в тех местах, к которым они привыкли».
Далее Елена Петровна приводит слова кардинала Баронея о том, что епископ Франции принял и применял языческие церемонии для обращения их последователей ко Христу.
И она спрашивает: «Не те же ли самые ритуалы и церемонии исполняются сегодня в христианской Франции и других римско – католических странах в благодарную память о язычниках и их богах?»
(«Корни ритуализма в церкви и масонстве»).
Далее от Елены Петровны мы узнаем, что поклонение христиан в храмах возникло лишь во времена Деоклетиана. Ранее они имели отвращение к алтарям и храмам. И хочется вспомнить слова Иисуса Христа: « Не молитесь всяко, но в духе». А апостол Павел в первом послании коринфянам говорил, что Человек есть единственный храм Бога, в котором обитает Святой дух, Дух Бога.
Так в чем же сходство христианских ритуалов, мифов древности и древних мистерий?
В первые века нашей эры мистерии Митры составляли конкуренцию христианству. Но много сходства у христианства и с другими верованиями и мистериями.
Митра воспринимался как спаситель, указывающий людям путь к вечной жизни. Многие исследователи считают, что день рождения митры – 25 декабря – стал днём рождения Христа именно потому, что две религиозные системы существовали вместе в одном и том же месте. И для привлечения язычников Рождество Христово тоже стало отмечаться 25 декабря. Но в первые годы своего существования христиане не отмечали этот праздник.
Рождение митры 25 декабря в самую темную ночь в темной пещере символизирует рождение света и появление надежды на скорое возрождение природы после символической зимней смерти. Вероятно, первые Христиане вкладывали в космический акт рождения Иисуса Христа тот же смысл.
Сходство митраизма и христианства еще в том, что митраисты видели в Митре бога света и грядущего Спасителя и избавителя человечества. Христос – тоже Спаситель. Христос – сын Божий и митра – сын Божий.
Затем – круглый ритуальный хлеб, лежащий перед Митрой, нарезали на четыре части, возможно, для более удобного его преломления, но возможно для придания акту священной трапезы большего сакрального (то есть тайного) символа. Хлеб и сладкое вино – святое причастие митраистов – символизировало блаженство в будущей жизни в царстве доброго Митры. И у христиан оно обозначало приобщение к Иисусу Христу. Христианское таинство святого причастия творится как воспоминание о Тайной Вечере Иисуса Христа и апостолов. Ритуальная трапеза митраистов тоже является символическим воспроизведением священного пира Митры и его помощников.
Еще одно таинство христианской церкви имеет аналогию в ритуалах Митры – крещение – омовение неофитов, которое в понимании служителей культа митры способствовало очищению человека, посвящаемого в мистерии от прошлых грехов. Такое же омовение происходило при посвящении в мистерии Исиды и в Эвлестинских мистериях.
Жрецы Митры осуществляли помазанье посвящаемых мёдом, что напоминает христианское миропомазанье.
Сходство митраистских мистерий и христианства еще и в том, что там и там женщины не допускались до сана жрицы или священника. В мистериях Митры это происходило потому, что это было верование воинов, а в христианства – потому, что «князь мира сего» стремился унизить женское начало (ещё во времена Атлантиды). И в разгар Кали Юги ему это удалось.
Но Новая Эпоха – эпоха женщины. И во многих мистериях были жрицы, которым было доступно высшее знание. Это было и в мистериях Дионисия и Персефоны, в самофракийских мистериях Орфея, в кабирских мистериях
Мы знаем, что Елена Ивановна Рерих была жрицей Богини Истар (Изиды), была друидессой в мистериях друидов. И будучи Марией Магдалиной, она была ученицей Иисуса Христа, и через неё было дано его Учение (Большие и малые вопросы Марии Магдалины).
Вернёмся к соответствию обрядов и ритуалов христианства и древних мистерий.
Христианские священники во время своих обрядов иногда держат змеиный посох Меркурия (или Асклепия) в руках, что соответствует обрядам древних мистерий.
Митраистские жрецы, так же как и христианские священнослужители, воспринимали себя как посредников между людьми и божеством, и данной им властью могли исповедовать паству и отпускать грехи кающимся грешникам, налагая на них строгую епитимию.
Стремление к духовной чистоте митраизма предопределило суровые морально – этические требования к его последователям, и это опять же роднит митраизм с аскетическим христианством.
Даже понятие воинствующей церкви было воспринято христианством из идей митраизма. Сама организация церкви братьев во Христе во многом напоминает стройную организацию братьев митраистов, а высший сан католической церкви, как я уже говорила. Дублировал высшую ступень митраистских посвящений и назывался так же – Pater – «Отец», или просто Папа. По сей день христианские священнослужители высокого ранга – архиереи и архимандриты носят головной убор, называемый Митрой, доставшейся им в наследство от жрецов персидского божества, а митрополиты по-прежнему управляют столичными епархиями, что является лучшими свидетельствами живучести идей древних мистерий.
Можно еще долго перечислять сходство христианства с ритуалами и верованиями древних мистерий, но мне хочется подчеркнуть, что у них всех единый источник – Иерархия Света.
Известный христианский писатель Н.А. Бердяев тоже признает единство языческих и христианских ритуалов и верований, но, как и современные богословы (например, профессор Зелинский). Считает, что языческие мистерии – только подготовка сознания народа к откровению, данному Богом (Иисусом Христом).Они отождествляют Иисуса Христа с Единым Богом.
Наш разговор о сходстве языческих и христианских мистерий и ритуалов будет не полным, если не задать вопрос, есть ли в христианстве тайные ступени посвящения сейчас?
Я не могу ответить на этот вопрос точно, но думаю, что есть.
Об этом свидетельствует исихазм. Об этом же может свидетельствовать ритуал пострижения в монахи, когда на такого неофита одевается новая белая холщевая рубашка, которую никто до него и после него не носил, и он ползком добирается до цели через длинный коридор, что напоминает посвящение в мистерии Осириса и Изиды и символизирует смирение.
И в конце нашего разговора хочется ещё раз подчеркнуть, что сходство христианских и языческих мистерий не случайно. Все они исходят из Единого Знания, данного Учителями Человечества, от Иерархии Света.
Христианство и языческие мистерии.
Христианство и языческие мистерии.
Но тут возникает новое сомнение. Если признавать, что у христианства был основатель, то почему в образе Христа столь много сходств с несомненно мифическими образами — по крайней мере в некоторых деталях? В раннем христианстве был даже взгляд, что диавол, проникнув в тайну смерти и воскресения Христа, подсказал разным народам эту тайну, которая и определила содержание различных мистерий. Сближение же христианских фактов с мистериальными рассказами стало за последнее время не просто модным, но можно сказать навязчивым. С другой стороны и многие из верующих христиан, когда знакомятся, хотя бы поверхностно, с языческими мистериями, испытывают какой-то неприятный шок — именно в виду ряда сходств христианских и мистериальных черт. Мы должны поэтому подробно войти в изучение всего этого материала, но заметим тут же, что не только в вопросе о соотношении христианства и языческих мистерий, но и вообще при сопоставлении язычества и христианства, явно выступает необходимость христоцентрического понимания истории религии. Под этим мы разумеем то, что в христианстве, как в фокусе, сходятся разрозненные черты язычества, которое было полно предчувствий тех истин, которые в полноте и целостности находим мы в христианстве. Человечество, жившее во все эпохи под промыслом Божиим, бессознательно шло (как частично и сейчас еще идет) к принятию Христа — и эта подготовка и превращает само христианство в центральный факт в религиозной истории человечества. То, что открывалось язычеству в отдельных его религиозных движениях, все это получило в христианстве свое завершение, свою разгадку. Христоцентрическое понимание истории религии дает нам достаточное объяснение того, почему между христианством и язычеством есть столько сходных черт. И здесь с другой стороны становится понятной вся мнимая обоснованность того понимания христианства, которое превращает его в некую мозаику. Для каждой почти особенности христианства мы можем действительно найти аналогию в языческих религиях, — но это вовсе не вследствие «заимствования» христианством чего-либо из язычества (что бессмысленно, так как превращает органическую цельность христианства в эклектический набор, в подлинную мозаику), — а вследствие центрального положения христианства в истории; к христианству бессознательно тянулись нити из всех почти языческих религий. Христоцентричность религиозного процесса в истории достаточно поэтому объясняет смысл усматриваемых в христианстве и язычестве сходств. Войдем теперь ближе в сравнительное изучение языческих мистерий и христианства.
Читайте также
2. Отцы Церкви и языческие философы
2. Отцы Церкви и языческие философы Варлаам открыто заявляет, что некоторые значимые элементы его богословского метода заимствованы им у греческих философов. Мы уже видели, как он, опираясь на принципы Аристотелевой логики, определял их собственные границы и, исходя из
9.3 Сатана и его ангелы как языческие боги: отречение от Дьявола и его гордыни
9.3 Сатана и его ангелы как языческие боги: отречение от Дьявола и его гордыни У Юстина Мученика и других ранних Отцов Церкви мы видели, что Сатана и его ангелы считались не кем иным, как языческими богами. Эта идея неизбежно играла важную роль в церемониях обращения в
10:14 — 11:7 Языческие трапезы и вечеря Господня
10:14 — 11:7 Языческие трапезы и вечеря Господня 14 Павел призывает своих возлюбленных братьев избегать идолослужения. 15 Он побуждает их поразмыслить на эту тему и предлагает их вниманию две аналогии. Первая касается вечери Господней, а вторая — употребления в пищу
Глава 1. Языческие источники
Глава 1. Языческие источники Христианство бесспорно представляет одно из самых величественных явлений в истории человечества. Нами невольно овладевает чувство удивления, когда мы изучаем историю христианской церкви: она насчитывает уже два тысячелетия и все еще стоит
I. Христианство, как абсолютная религия. Христианство и наука. Христианство, христианския испоедания и другия религии
I. Христианство, как абсолютная религия. Христианство и наука. Христианство, христианския испоедания и другия религии Как истинная религия и постольку, поскольку оно истинно, христианство является системою положений об абсолютном в его отношении к относительному,
3. Языческие Мистерии и Христианство.
3. Языческие Мистерии и Христианство. Язычество, как религиозный факт. Языческие мистерии — высшая, предельная точка в религиозном развитии язычества, — и чем больше наука раскрывает перед нами их содержание и смысл, тем глубже проникаем мы в религиозный мир язычества,
4. Языческие Мистерии и Христианство.
Повеление уничтожить языческие святилища
Повеление уничтожить языческие святилища Вот установления и правила, Заветом определенные, которые вы должны тщательно исполнять в той стране, которую Господь, Бог ваших отцов, отдает вам во владение на все дни жизни вашей на земле.2 В стране, из которой вы изгоните
Языческие ритуалы — не для народа Божьего
Языческие ритуалы — не для народа Божьего Вы — сыны Господа, Бога вашего, а посему не причиняйте себе увечье, нанося порезы, и не выстригайте пряди волос на лбу, когда скорбите об умерших. 2 Ведь вы — святой народ у Господа, Бога вашего; и Он избрал вас из всех народов, что
Языческие заимствования
Языческие заимствования Христианство имеет сильное сходство с греческой и египетской мифологиями. Традиционно считается, что египетские верования были усвоены греками, а уже от них перенесены в христианство. В силу непрямой адаптации религиозных концепций однозначно
Добро пожаловать, или посторонним вход воспрещен. Языческие мистерии и христианские Таинства
Иерей Владимир Хулап — кандидат богословия, клирик храма св. равноап. Марии Магдалины г. Павловска, референт Санкт-Петербургского филиала ОВЦС МП
Длинная процессия медленно тянется из Афин к морю. Здесь все совершают ритуальное омовение, приносят жертву и проводят весь день в строгом посте, отказываясь даже от воды. С наступлением ночи облаченные в священные одежды женщины начинают бегать по берегу с факелами, ища кого-то и оглашая воздух безутешными криками.
Чем же были античные мистерии? Само слово μυστήριον происходит от глагола « μύω » — «закрывать (уста)», «скрывать», «хранить молчание». Тем самым перед нами — тайные культовые практики, и именно в этой таинственности заключалось их отличие как от общественного государственного культа, так и от повседневных домашних ритуалов той эпохи.
Поэтому они обычно совершались по ночам, а участвовать в них могли только те посвященные, которые прошли через определенные обряды инициации — строгий пост, очистительные жертвы, ритуальные омовения.
Мистерии были чрезвычайно популярны, и это объясняется довольно просто: в религии человек ищет личного контакта с высшими силами, но этого ему не могли предоставить ни тогдашняя пышность официальных государственных жертвоприношений, ни те обряды, которые совершались в греческой семье, скорее «по инерции».
Придя из Малой Азии и Египта, мистериальные культы получили широкое распространение в Греции и Риме с VII века до Рождества Христова по IV век нашей эры.
Наряду с елевсинскими мистериями самыми известными были культы Кибелы и Атиса, Исиды и Осириса, солнечного бога Митры и бога виноделия Диониса.
Жажда спасения
Истоки мистерий лежат в глубокой древности. Вероятно, они восходят к вегетационным обрядам, связанных с наблюдением процесса ежегодного умирания и возрождения окружающей природы. Поскольку природу персонифицировали и представляли в виде того или иного божества, в этом новом личностном облике ее судьбу можно было сравнивать с судьбой человека. Подобно природе человек должен умереть, однако подобно ей он хотел бы вновь ожить. Неудивительно, что большинство мистериальных божеств были в той или иной мере связаны с процессами жизни и смерти: похищенная Аидом в подземное царство Персефона, которую находит и вызволяет ее мать Деметра; жестоко убитый титанами и оживший Дионис; Митра, убивающий священного быка, из которого появляются все растения и животные.
Характерно, что в мистериях акцент делался не на каком-то развитом догматическом учении, но на регулярном совершении определенных ритуалов.
В их центре находилось «драматическое» представление сцен из жизни божества. Все посвященные в той или иной мере принимали участие в этом сакральном представлении, стремясь тем самым стать причастными жизни божества и надеясь, что душа человека после смерти сможет обрести «спасение» ( σωτηρία ). Для более надежной гарантии этого спасения люди старались быть посвященными в возможно большее количество мистерий. Поскольку государственная религия была ориентирована только на земное благополучие, мистерии стали своего рода ее личностным дополнением. Именно поэтому их высоко ценили такие выдающиеся личности, как Софокл и Платон. Цицерон говорил о мистериях, что они «учили их участников жить радостно и умирать с надеждой».
При совершении мистерий наиболее популярны были те культовые формы, которые могли ввести человека в состояние экстаза, «вывести его из себя», раздвинуть границы реальности: шумная музыка, танцы, определенные виды пищи и напитков, контраст света и тьмы и т. д. Воспоминание о крайних формах таких обрядов до сих пор сохранилось во многих европейских языках. Всем известное слово «оргия» происходит от «эргон» («дело» — того же самого корня, который находится и в составе нашего слова «литургия» («общее дело»)), его значение общеизвестно и указывает на необузданность и бесчинства, которые царили на некоторых мистериях. Оргии Вакха (он же Дионис) или вакханалии были настолько ужасны — дело иногда доходило до того, что неистовствующие женщины разрывали на части живых животных, — что римский сенат запретил их особым указом в 186г. до Р.Х.
Погружаясь в них, мы чувствуем себя подобно путешественнику в тропиках. Он радуется пышной растительности, яркому великолепию цветов и птиц.
Однако его нога часто попадает в гниль, душные запахи одурманивают его чувства, в чаще подстерегает хищный зверь и извивается ядовитая змея».
Близнецы-братья?
Тайна, открытая миру
У апостола Павла термин μυστήριον встречается довольно часто, обозначая тайну спасения мира, совершенного во Христе. Эта премудрая воля Божия о спасении мира пребывает в тайне (1 Кор. 2, 7), она от века сокрыта у Бога, Творца мира (Еф. 3, 9). Сокрытый и непостижимый божественный план открылся и осуществился во Христе. То, что было скрыто от прежних поколений, теперь явлено апостолам (Еф. 3, 5), задача которых — возвещать эту тайну Божия спасения во Христе всем народам (Рим. 14, 24).
Итак, христианская «мистерия» кардинальным образом отличается от мистерий языческих. Если в последних речь шла о сохранении в строжайшей тайне их содержания, доступного только немногочисленным посвященным, то тайна спасения мира во Христе, «тайна благовествования» (Еф. 6, 19) открывается всем людям, независимо от их национальности, профессии, образования и социального положения. Сам Бог «открыл нам тайну Своей воли по Своему благоволению» (Еф. 1, 9) — «тайну Христову» (Еф. 3, 3), которая, конечно, в результате этого не становится менее таинственной и глубокой.
Мистерии ложные и истинные
Второй период — это время борьбы христианских авторов II-IIIв. с мистериями, которые за это время обрели большую популярность и начали представлять серьезную угрозу для роста христианства ввиду своей привлекательности для широких масс населения.
Одновременно некоторые литургические элементы христианского Крещения и Евхаристии имели ряд схожих внешних черт с мистериальными практиками (омовение водой, запечатление участников особым знаком, трапезы из хлеба и вина, в которых могли принимать участие только посвященные).
Очевидно, такое сходство вызвало определенный соблазн, поэтому около середины IIв. Р. Х. св. Иустин Философ († ок. 165г.), повествуя в своей «Апологии» об установлении Евхаристии на Тайной Вечере, делает следующее замечание: «То же самое злые демоны из подражания научили делать и в таинствах Митры; ибо, как вы знаете или можете узнать, — при посвящении вступающего в мистерии, предлагается там хлеб и чаша с водою».
С ним полностью согласен западный автор Тертуллиан († ок. 220г.), который говорит, что дьявол «подражает даже самим священным таинствам в идольских мистериях. И он сам крестит некоторых, — тех именно, кто верит в него и верен ему: он обещает взамен снятие грехов в этой купели. И Митра чертит там знаки на лбах своих воинов, празднует он и приношение хлеба, представляет образ воскресения».
Отцы Церкви резко и бескомпромиссно выступали против мистерий, но одновременно, руководствуясь миссионерским стремлением, они неоднократно увещали язычников: приходите к нам — истинные мистерии у нас!
Мы встречаем подобный призыв у Климента Александрийского († 215г.): «Приди, безумец, приди к разумению! Я покажу тебе Логос и мистерии Логоса, и истолкую их тебе согласно твоим собственным представлениям. Здесь возлюбленная Богом гора — не предмет священных трагедий, но посвященная драмам Истины… на ней не безумствуют женщины, поглощенные плотской похотью, но дщери Божии, благие агницы, прорицающие о священных оргиях Логоса… Хор состоит из праведников, он поют гимн Творцу мира… О воистину священные мистерии, о чистый свет! Иерофант (первосвященник) — Господь, Он ведет миста к свету и дает ему печать; Он показует Отца верующим… Это праздник моих мистерий. Если хочешь, приди и ты, прими посвящение!»
Христианская мистагогия
Наконец, наступил IVв., когда христианство стало разрешенной, а затем и государственной религией. Враг в лице языческих соперников перестал быть опасным, не было больше нужды воевать с ним. С этого времени христианские авторы, уже не стесняясь, используют выражения из мистериального языка для описания христианского богослужения.
Возникает даже своего рода богословская «мода» говорить о Таинствах на языке мистерий: готовящий уверовавших к вступлению в Церковь называется «мистагог», а его учение — «мистагогия» («тайноводство»), крещеные — это «посвященные», а само Крещение обозначается как «просвещение» и т. д.
В этот же период возникает т. н. «дисциплины тайны» (disciplina arcani). Ее предметом были определенные богослужебные действия и тексты: чинопоследования Крещения и Евхаристии, текст Символа веры, молитва «Отче наш».
Все эти действия и слова должны были храниться в тайне от некрещеных — язычников и катехуменов, покидавших храм до начала собственно Таинства Евхаристии. И даже до сих пор мы произносим в молитве перед Причастием древние слова: «Не бо врагом Твоим Тайну повем» — «Я не сообщу Твоим врагам Тайну ( μυστήριον )».
Тексты Псевдо-Дионисия Ареопагита, возникшие ок. 500г., полны мистериальных выражений: речь в них постоянно идет об «иерургии» (священных обрядах), «иерологии» (священном языке), «телете» (обрядах посвящения) и т. д. Именно они впоследствии оказали большое влияние на развитие византийской литературы, которую данная терминология отличает от текстов прежней эпохи.
Конечно, говоря об этом различии, важно помнить, что речь идет только о внешней словесной оболочке, а не о сути.
Прообраз и исполнение
Итак, перед нами не зависимость христианских Таинств от языческих мистерий, а яркое свидетельство гибкости христианства и его готовности обращаться к миру на понятном ему языке.
Христианство, распространявшее Благую весть в области эллинистической культуры, успешно использовало термины мистериальных религий, чтобы сделать свою проповедь более доступной для язычников.
В свою очередь греко-римский мир был в определенной мере подготовлен через мистерии — последнее слово языческих религий — к принятию христианской проповеди. Они были той подготовительной школой, тем жертвенником с надписью «Неведомому Богу», которую проходили язычники — подобно тому как Ветхий Завет был подготовкой к принятию Христа для иудеев.
Конечно, налицо существенные различия: там — миф, здесь — историческая реальность, Иисус Христос, «распятый за нас при Понтии Пилате».
Там — лишь персонифицированный природный процесс, ежегодное весеннее возрождение жизни, здесь — дело Божественной благодати и любви для искупления человечества.
Там все остается природным и чувственным, человеку не выдвигаются никакие нравственные требования, здесь же необходимо полное изменение и обновление жизни.
Но все то, к чему язычники стремились в своих мистериях, и даже намного больше, принес в мир Христос. Сын Божий пришел в мир, пострадал, умер и воскрес, тем самым открыв дорогу всему человечеству ко спасению. Он дал реальную, а не призрачную возможность обретения новой жизни и истинного избавления от проклятия смерти. Все тайное стало явным.
Языческие мистерии и христианские таинства
Знакомство с творениями христианских отцов-апологетов: Татиана, Тертуллиана, И. Мученика. Анализ истоков человеческой веры. Особенности влияния язычества на развитие духовности человека. Мистерии как тайные культы в составе различных языческих религий.
Языческие мистерии и христианские таинства
Рассматривая тему языческих мистерий и христианских таинств, можно видеть, насколько она глубока. Мистерии всегда вызывали определенный интерес, прежде всего, в силу своей малоизученности. Актуальность данной темы обосновывается наличием совершенно разных суждений и догадок о значимости мистерий в древности. Кроме того, в связи с присутствием в христианстве элементов, напоминающих мистерии, требует опровержения, например, мнение о возникновении христианских таинств из мистериальных языческих культов. При более серьезном рассмотрении данного момента особенно интересен становится мистериальный культ Митры, который имеет немало общего с христианством.
При оценке мистериальных культов с точки зрения православного богословия использовались творения ранних христианских отцов-апологетов: Татиана, Тертуллиана и Иустина Мученика, а также святителя Иоанна Златоуста.
В основу анализа христианских Таинств было положен труд митрополита Макария Булгакова «Догматическое Богословие», а также, труд Малкова П. Ю. «Введение в Литургическое Предание: Таинства Православной Церкви».
В данной работе мы рассмотрим само понятие религии и ее истоки, исторически переходящие из состояния познания Истинного Бога в состояние языческого символизма. Далее мы обратимся к рассмотрению символической и обрядовой области мистериальных культов, дабы критически проанализировать возможность их происхождения от христианства. После этого мы проанализируем некоторые вопросы, касающиеся мнимой схожести христианства с язычеством и богоустановленности Таинств, а также отношения к ним человека.
При всем разнообразии существующих религий, мы можем выделить в них элементы, основополагающие для любой религии. Взяв за основу религию, как связующую нить Бога с человеком, мы видим эти элементы:
Первый из них есть наличие идеи Бога, которая в зависимости от самой религии имеет различные по форме и степени ясности выражения.
Второй есть сам человек, но не просто биологическое существо, обладающее естественными потребностями, но существо, носящее в себе личность, душу. Существо, созданное Богом и имеющее душу, способную вступать в общение и единение с Ним.
Возможность вступить в духовное единение с Богом дается человеку посредством веры и жизни, которая должна соответствовать догматам религии. В этом духовном единении человек осознает себя уже не просто самим собой, а относится к себе, как к личности, связанной с Божеством, и в этой связи человеку открывается Бог. Открывается, как высшая ценность и истинная Любовь.
Профессор А. И. Осипов говорит нам также о таких признаках религии, как культ, вера в существование сверхъестественного мира [3]. Однако, все они тем или иным образом связаны с вышеуказанными основными признаками.
Без сомнения, первые люди, Адам и Ева знали свет истинной религии. Какова же была их религия?
1.1 Истоки человеческой веры
Образ Божий в человеке был искажен грехом, но не был уничтожен, и оставалась способность к воссоединению с Творцом. Жизнь человека после грехопадения проходила в состоянии ожидания спасения, люди постепенно уклонялись от истины. Теперь человеческий род слепо искал Бога. Падший человек был бессилен самостоятельно восстановить чистоту своей природы. И сам Творец берет на себя борьбу за Свое создание [7] и, многими способами предуготавливая, ведет человеческий род к спасению, через закон, прообразовательные знамения, пророчества, чтобы впоследствии даровать нам спасение в Господе нашем Иисусе Христе. По мысли митр. Макария Булгакова языческие народы за их нечестие не были достойны того духовного покровительства, какое было даровано избранному народу Израиля [8]. Однако же, по своей бесконечной благости Бог не мог оставить их без спасения. Язычники слепо искали Бога, и, хотя их вера была искажена, оставалось еще в них чувство религии.
1.2 Религиозность в язычестве
Как же именно влияло язычество на развитие духовности человека, и какие черты сопутствовали ему? Безусловно, отрицательные. Но постепенно древняя философия и мудрость, хоть неловко и медленно, все-таки возвращались к вере в единого Бога (Деян. 17, 23). Однако, религиозный путь человека во мраке идолопоклонства скорее напоминал слепое блуждание во тьме. На это указывает само разнообразие появившихся религиозных верований. Впрочем, как бы не было велико множество существовавших культов, большинство из них носило в себе одни и те же характерные признаки. По словам А. И. Осипова это натурализм, идолопоклонство, магизм и мистицизм [11].
Идолопоклонство суть поклонение изображениям богов. Идолопоклонниками в прямом смысле можно назвать приверженцев политеистических религий, где вера выражалась в приверженности различным культам (например, в древнегреческой религии культу Зевса или культу Гекаты). В переносном смысле идолопоклонство является поклонением своим страстям, и здесь мы просматриваем четкую аналогию с натурализмом. По сути, идолопоклонство можно рассматривать как результат натуралистического жизненного принципа.
Понимая взаимосвязь данных элементов, мы можем сказать, что и в язычестве совершался положительный религиозный процесс. Неоспоримо, что язычники искали Бога (Деян. 17, 27), хотя, как правило, поиск был связан с отдельными личностями и зачастую являлся путем попыток безблагодатного самообожения человека [16]. Тем не менее, в пути своего блуждания во тьме язычества человечество постоянно соприкасалось с пониманием неизбежности смерти. Идея рока и неизбежности судьбы прослеживается еще с древнейших времен. Представления о душе и посмертном существовании были расплывчатыми, постоянно менялись. Тем не менее, вопрос о загробной жизни человека вполне законно породил идею спасения в умах язычников. Эта идея и дала толчок к развитию культов, впоследствии названных мистериальными.
Культы мистерий требовали посвящения, о котором известно, что оно играло серьезную роль в мистериальном религиозном сознании. К посвящению относились с трепетом, а в некоторые культы, например, мистерии друидов Галлии и Британии, к посвящению допускали только лишь по прохождении серьезного испытательного срока, либо кандидат в неофиты должен был выделяться чистотой и безупречностью своей жизни [22]. Посвящение отделяло неофита от «стада профанов», теперь он становился причастным тому, что обычно являлось недоступным обычным людям. Непосвященные смотрели на него теперь с благоговением, а может и завистью.
В мистериях Митры ритуал посвящения был сопряжен испытаниями бичеванием, холодом и огнем. Кроме того, строгой жизнью посвящаемые должны были готовить себя к воспринятию секретных тайн мистериального символизма. Здесь мы видим уже понимание человеческим разумом необходимости обдуманного и осознанного соединения с божеством.
2.1 Роль символизма в мистериальных культах
вера язычество культ
Почему же мифологический символизм играл такую важную роль в существовании мистерий? Следует помнить, что язычество вообще все насквозь пронизано символизмом в отличие от христианства, всецело опирающегося на земную жизнь Христа. Этот символизм язычества является своеобразным выражением религиозной мысли, обликом религиозной идеи [24]. Таким облечением для религиозных идей мистериальных культов явился миф. Чтобы понять роль мифотворчества в религиозности мистерий древности, следует понимать, что опыт мифотворчества в большей части был сопряжен с живым подражанием образам, ранее существовавшим. Вообще, миф в сознании древнего человека никогда не мыслился в роли сказки или вымысла, а осознавался, как событие не просто реальное, но и сакральное [25].
Согласуясь с вышесказанным, можно уточнить характеристику мистериального мифа, как символически данного бытия самосознания:
Составляя историю подвигов сверхъестественных существ или героев и представляясь сказанием одновременно сакральным и истинным, миф всегда имеет отношение к «созданию» и дает человеку возможность ритуально познать (то есть пережить во время ритуального воспроизведения мифа) происхождение вещей [27]. Мистериальный миф является символически изложенной возможностью спасения личности от руки судьбы, где возможность реализуется во время ритуального воспроизведения ее символа-прототипа.
2.2 Характеристика мистериальных культов
В Малых мистериях использовался миф о похищении Персефоны Аидом. Беспечно играя с океанидами на Нисейском поле, Персефона собирала прекрасные цветы. Внимание ее привлек красивый и необычный цветок, и, срывая его, Персефона не заметила, как из-под земли появился Аид, который унес дочь Деметры с собою в подземное царство. По мнению Мэнли П. Холла здесь посвящаемым неофитам излагалось учение о душе человека, которую символизирует Персефона [36]. Миф говорит о том, что истинная обитель души есть высший мир, где она освобождается от материальности, а тело лишь гробница души.
К Великим мистериям кандидаты допускались только лишь по прохождении ими Малых мистерий. Эти мистерии были посвящены Деметре, матери Персефоны. В основу Великих мистерий были положены ее скитания в поисках дочери. При помощи интуиции и разума Деметра нашла свою дочь и вернула земле плодородие, которое ранее было утрачено вследствие печали богини. Таким образом, Великие мистерии символизировали принципы духовного возрождения, открывали посвященным возможности избавления от своего материального невежества и, вероятно, обучали душу способности оставлять тело на время сна, дабы она могла приобщиться к свету духовного мира, оставив узы материального тела [37].
Исходя из вышесказанного, что суть Элевсинских таинств заключалась в обретении счастья в загробной жизни. Посвященным в Элевсинские мистерии обещалось счастье после смерти [38]. Однако, это были лишь общие черты, тема бессмертия отдельной личности так и не нашла своего раскрытия в этом культе. Именно по причине своей символичности и необоснованности на единственном источнике Истины Элевсинские мистерии не обрели учения и той благодатной силы, которую дает человечеству Бог.
Вакханалии, существовавшие как элемент Дионисических мистерий, по сути были экстатическими неистовствами на почве возвращения личности в «дионисическое», первобытное сознание. Вакханалия была ритуалом, где человек получал возможность выпустить наружу свои потаенные чувства, вернуться от логической организации разума к естественному, природному, освежающему началу [41]. Человек, убегая от себя самого, погружался в свою же чувственную природу, и сопровождали это антиуподобление Богу вакханалии, оргии и экстаз. Еврипид так описывает бег вакханок:
«О, как мне любо в полянах,
Когда я в неистовом беге,
От легкой дружины отставши,
В истоме на землю паду,
Священной небридой одета.
Стремясь ко фригийским горам,
Я хищника жаждала снеди:
За свежей козлиной кровью
Гонялась по склонам холма.
Но чу! Прозвучало: «О Вакх, эвое!»
Млеком струится земля, и вином, и нектаром пчелиным,
Смол благовонных дымом курится.
Прянет тогда Дионис…[42]»
Из Египетских мистерий особо примечателен культ Озириса и Исиды. Миф гласит о том, что, воцарившись, Озирис избавил Египет от коварства и невежества. Плутарх об этом повествует так: «Воцарившись, Озирис тотчас отвратил египтян от скудного и звероподобного образа жизни, показал им плоды Земли и научил чтить Богов; а потом странствовал, подчиняя себе всю землю и совсем не нуждаясь для этого в оружии, ибо большинство людей он склонял на свою сторону, очаровывая их убедительным словом, соединенным с пением и всевозможной музыкой» [50]. На время странствий Озириса бразды правления Египтом Исида взяла в свои руки. Всюду встречаемый с благодарностью и почестями, Озирис вернулся в Египет. Брат его, Сет устроил заговор (прослеживается аналогия со скандинавским богом Локи) вкупе с семьюдесятью двумя богами. Тайно сняв мерку с тела Озириса, Сет изготовил сундук и на праздничном пиру в шутку пообещал подарить его тому, кому он придется впору. Когда в сундук лег Озирис, Сет с приспешниками заколотили сундук и бросили его в Нил. Узнав об этом Исида облеклась в траур, срезала прядь волос и отправилась искать тело. Далее миф об обретении тела Озириса местами содержит элементы древнегреческого мифа о Деметре, искавшей свою дочь Персефону, что говорит нам о влиянии греческих культов на египетскую религию. Когда до Исиды доходит слух о местонахождении сундука с телом Озириса, она идет к колодцу города Библоса в образе нищенки и ждет, пока там ее не находят служанки из царского дворца. Оставшись там жить и нянчить царского сына, Исида из благодарности к царице Астарте пожелала сделать ее сына бессмертным, но царица своим криком мешает ритуалу. Исида приказывает отдать ей балку, поддерживающую крышу дворца и, достав оттуда сундук с телом Озириса, оплакивает его. Спрятав сундук, Исида отправляется к своему сыну, Гору, но тем временем сундук находит Сет и разрубает тело Озириса на четырнадцать частей и разбрасывает по всем сторонам света. Плутарх повествует о том, что Исида, отыскивая части тел, хоронила их, и найдены были все части, кроме гениталий, изображение которых богине пришлось создавать самой [51]. Этот миф об Осирисе, изложенный Плутархом, дополнен сведениями различных египетских источников [52]. Известно, что посланный богом Ра Анубис помог Изиде воскресить Озириса путем мумификации. Озирис оживает в царстве мертвых, где и становится правителем.
Собственно, смысл этих мистерий состоял в попытке вернуть к жизни Бальдра [56]. Неофит этого культа символизировал самого Бальдра. Посвящаемый проходил девять пещер, символизировавших девять миров в скандинавской мифологии, а затем подходил к статуе самого Бальдра, приносил клятву и пил священный напиток, после чего ему открывались тайны мудрости Одина, и посвящаемый считался вновь родившимся, не проходя врат смерти [57]. В символизме этих мистерий мы также видим очередной миф об умирающем боге, несмотря на некоторую схожесть Локи с Иудой Искариотом и Бальдра с Христом. Миф о Бальдре скорее похож на грубую карикатуру, нежели на примитивное изложение истории о Христе.
3. Христианское богослужение. Таинства
Поскольку человек должен спастись в полноте природы уже здесь, на земле, Таинства воздействуют на него не только в духовном, но и в физическом плане. Таким образом, Таинства необходимы для нашего обожения. Они являются истинной реальностью богопричастности, а не просто символом, соединяющим нас с миром Божественным: «Сколь многие говорят: желал бы я видеть лицо Христа, образ, одежду, сапоги! Вот ты видишь Его, прикасаешься к Нему, вкушаешь Его. Ты желаешь видеть одежды Его, а Он дает тебе не только видеть Себя, но и касаться, и вкушать, и принимать внутрь» [75].
В жизни первых христиан все, что совершалось в храмовой жизни было неотделимо от Литургии, сама церковная жизнь была евхаристична. В состав Литургии входили и другие Таинства, кроме Евхаристии. Кроме того в составе Таинств ранее состояли и те священнодействия, которые сейчас отделены от них: освящение воды, отпевание умерших, освящение храма. В этом можно убедиться, читая свидетельства святых отцов и писателей Церкви, например, «Исповедание Православной веры» святого Григория Паламы: «Мы держим все церковные предания, письменные и неписьменные, и прежде всего тайное и всесвятое служение, и причастие, и общение, и собрание, от которого другие служения получают свое совершенство, и где в воспоминании Того, Который истощил Себя неистощимо и воплотился, и страдал нас ради, священнодействуются и богодействуются, по Того божественному повелению и по Его собственному действию, самые божественные предметы, Хлеб и Чаша, и делаются жизнодательным Телом и Кровью, и даруются в несказанное Причастие и общение тем, которые благочестиво приступают» [76].
Впоследствии, из этого общего священнодействия были выделены семь Таинств, которые Церковь и отделила от остальных чинов и священнодействий. Разделение это показывает нам, что в отличие от других священнодействий лишь в Таинствах происходит наше освящение и обожение. Именно в усвоении благодатных плодов Таинств происходит изменение нашей сущности и человек преображается, как личностно, так и биологически [77].
Вполне естественным является то, что христианство в развитии богослужения зависело от исторической среды, в которой развивалось. Особенно это касается Ветхого Завета, которому принадлежит большое место в наших службах, однако, следует помнить, что христианская Церковь также и отошла в некоторых элементах от ветхозаветных традиций [78]. Кроме того, христианское Откровение, данное Богом, позволило переосмыслить некоторые элементы язычества и включить их в качестве обрамления христианской религии. Были установлены новые христианские праздники, «день Господень» был перенесен на следующий после субботы день и, кроме того, Евхаристия стала основной частью Литургии. Это стало причиной для обвинения во влиянии языческой среды на христианство, однако, во всех этих пунктах Церковь шла путем рецепции, то есть переработки ранее существовавших традиций нехристианских, например:
Обобщение языческого культа солнца и христианского празднования воскресения Христова произошло в результате совпадения дней празднования. День, в который воскрес Христос, следующий после еврейской субботы, в эллинистической традиции был днем солнца, из-за чего и был вложен иной смысл в осознание христианского праздника. Кроме того, Господь часто именовался христианами Светом, Он есть Бог наш, показавший нам Свет Истинный: не подобно ли солнцу явился Он, говоря «Аз есмь Свет мира» [79]? Христиане брали символы из античной традиции, дабы с их помощью показать то, что в религиозности античной являлось лишь интуитивно [80].