первый буддийский храм в европе
Где и когда в Европе был построен первый буддийский храм?
Санкт-Петербургский Буддийский Храм «Дацан Гунзэчойнэй»
Буддийский храм в Санкт-Петербурге (современное официальное название: Санкт-Петербургский Буддийский Храм «Дацан Гунзэчойнэй» ) — первый в Европе буддийский храм.
Представитель Далай-ламы в России Агван Доржиев получил разрешение на строительство храма в столице в 1900 году. Деньги на строительство были пожертвованы Далай-ламой XIII, Агваном Доржиевым, а также собраны буддистами Российской империи. Храм был построен архитектором Г. В. Барановским в соответствии с канонами тибетской архитектуры. Для научного руководства строительством был создан комитет ученых-востоковедов, куда вошли В. В. Радлов, С. Ф. Ольденбург, Э. Э. Ухтомский, В. Л. Котвич, А. Д. Руднев, Ф. И. Щербатской, Н. К. Рерих, В. П. Шнейдер. Строительство продолжалось с 1909 по 1915 год, однако первые службы в храме начали уже в 1913 году. Освящение храма состоялось 10 августа 1915 года. Настоятелем был лама Агван Лобсан Доржиев.
В 1919 году храм подвергся разграблению. В 1924 году вновь начал функционировать до 1935 года, когда храм был закрыт, а буддийские монахи репрессированы.
Санкт-петербургский храм строился в полном соответствии с тибетским архитектурным каноном. В 1913 г. в храме прошла первая служба, посвященная 300-летию династии Романовых. Церемония освящения храма состоялась в 1915 году. В 1919 году храм подвергся разграблению красноармейцами. Доржиеву удалось реставрировать храм, несмотря на царившую в стране разруху. Как и до революции он находился в постоянном диалоге с властью. Теперь его собеседниками были не Николай II и министр Извольский, а Ленин с Луначарским.
Но речь шла всё о том же: о свободе вероисповедания, культурном строительстве и их необходимости для процветания государства и его граждан. В 1929 году деятельность буддийской церкви Забайкалья была запрещена новым антирелигиозным законом. В 1935 году преследования буддийского духовенства начались и Ленинграде. В 1937 году в результате арестов и расстрелов буддийская община при храме перестала существовать. В ноябре 1937 года 85-летний Агван Доржиев был арестован в Бурятии. Он скончался в 1938 году в тюремной больнице города Улан-Удэ.
Самый красивый и самый северный. Как в Санкт-Петербурге появился буддийский храм и при чем здесь Нежин
В пятницу, 21 февраля, буддисты Санкт-Петербурга, да и всей России, отмечали 107 лет со дня открытия дацана Гунзэчойнэй — буддийского монастыря. «Гунзэчойнэй» переводится как «Источник святого учения Всесострадающего Владыки Отшельника».
Сам храм имеет удивительную и интересную историю. Автором первоначального проекта храма был студент Института гражданских инженеров Николай Березовский. Позже к проекту присоединились три архитектора — выпускники того же учебного заведения: Гавриил Барановский, Карл Бальди и Ричард Берзен. Санкт-петербургский историк-востоковед Вадим Жуков отметил интересное совпадение: фамилии всех архитекторов дацана начинаются на «Б». Как и название религии, к которой относится храм — буддизм.
Не встретившиеся экспедиции
Березовский — человек с крайне непростой судьбой. Он окончил приют принца Петра Георгиевича Ольденбургского — воспитательное учреждение для детей, лишенных возможности получать воспитание в семье. В 1902 году Березовский поступил в Институт гражданских инженеров, где учился целых 14 лет. Причиной тому были перерывы из-за научных экспедиций. Одной из них руководил его двоюродный брат — дворянин, орнитолог, археолог и этнограф Михаил Березовский. Это была экспедиция в Кучарский оазис Китайского Туркестана (ныне это округ Аксу Синьзян-Уйгурского автономного района КНР) 1905-1907 годов. В той экспедиции Николай Березовский делал зарисовки. Они с кузеном исследовали древние буддийские храмы в оазисе. Бодхисаттва из Черкасс: кто и как возродил буддологию в Ленинграде
«Ученые выехали из Петербурга 2 ноября 1905 г. и прибыли в Кучу 6 февраля 1906 г. Они посетили Таджит, Кумтуру, Кучу, Кизыл, Кириш. За время путешествия было обнаружено более 20 древних городищ. Окрестности Таджита впервые исследовал именно М. М. Березовский. В развалинах буддийских храмов он обнаружил следы фресок, фрагменты мелких терракотовых скульптур, обрывки рукописей. Исследователи сделали большое количество фотоснимков. В Кумтуре ученые осмотрели огромный монастырь. Михаил Михайлович снял ряд прекрасных фотографий, а Николай Матвеевич зарисовал фрагменты и изготовил несколько калек фресок. В Кизыле внимание исследователей было сосредоточено на развалинах монастыря с прилегающей к нему группой пещер, игравших роль подсобных помещений. Здесь Березовские собрали большое количество мелких фрагментов рукописей, бус, монет. Самой интересной оказалась находка гипсовых форм для формовки деталей фигур и орнаментов. Около Кириша экспедиция осмотрела и изучила небольшое ущелье Сым-Сым с 48 пещерами. Здесь также были сняты планы пещер, сделаны фотографии и зарисовки найденных росписей. Экспедиция М. М. Березовского в нескольких местах (список мест сохранился в Архиве востоковедов ЛО ИВ АН СССР в фонде М. М. Березовского) нашла рукописи на санскрите, уйгурском и «тохарском В» языках», — описывает экспедицию исследователь Н.Назирова.
Все полученные в той экспедиции знания позже пригодятся Березовскому, когда он будет работать над проектом буддийского храма.
Кстати, за эту экспедицию Николай Березовский по предложению буддолога, академика Российской академии наук Сергея Ольденбурга был награжден.
При этом российские исследователи действовали не в пример аккуратнее, чем западные.
«В то время в Синьцзяне вели исследования французский ученый Поль Пеллио, работавший на Британию венгр Марк Аурель Стейн, немецкий профессор Альберт Грюнведель. Соотечественник профессора, Альберт Фон Лекок, из-за болезни вынужденный отправиться назад в Европу, успел прославиться тем, что бесцеремонно расхищал древние статуи Будды и срезал со стен храмов приглянувшиеся фрески. Наши ученые относились к памятникам старины гораздо бережнее. Так, в том же 1907 году, в окрестностях города Куча исследовали развалины древних буддийских культовых сооружений Михаил Михайлович Березовский и его двоюродный брат Николай Матвеевич Березовский, профессиональный художник. Все интересные объекты записывались, фотографировались и тщательно зарисовывались», — описывает в своей книге «Барон Маннергейм в 52-м драгунском (18-м гусарском) Нежинском полку. Азиатская экспедиция 1906-1908» эту разницу историк Александр Карский.
Сам Маннергейм, служивший тогда полковником в Нежинском гусарском полку, кузенов не застал. Его экспедиция миновала этот район. Но, уверен Карский, российский консул в Урумчи Николай Коротков, несомненно ознакомил Маннергейма с находками, сделанными соотечественниками и самим консулом, который сам был востоковедом, увлеченным археологией.
Вряд ли Маннергейм догадывался, что итогом и его экспедиции, экспедиции Березовских, а также усилий буддийского духовенства в самой Российской империи станет появление в Санкт-Петербурге буддийского храма. Тогда Россия налаживала отношения с Далай-ламой XIII. Последний принимал Маннергейма. Настоящая столица Украины. Стоит ли Петербург на казацких костях
«Мне пришлось видеть Далай-ламу два раза. Раз во дворе, когда он выходил, чтобы сесть на коня для ежедневной прогулки верхом, а другой раз во время особой для меня аудиенции. Последняя была, вопреки моим ожиданиям, дана мне без всяких затруднений… Во время моего приема он сидел на золоченом кресле, поставленном на возвышении из досок против окна в конце небольшой приёмной комнатки. По обеим сторонам этого возвышения стояли два широкоплечих тибетца средних лет, с угрюмыми лицами темно-бронзового цвета. Далай-лама с видимым интересом расспрашивал о Государе Императоре, России, нынешней силе армии и т. д. По его указанию, почти сейчас после ответа на мой поклон, был доставлен ему кусок белой шелковой материи, т. н. «Хатан», который он торжественно, собственноручно передал мне с просьбой от его имени по приезде моём в Санкт-Петербург представить Государю Императору», — описывал Маннергейм встречу с главой буддистов.
Такие теплые отношения во многом помогли построить дацан, устное разрешение на строительство представитель Далай-ламы XIII Ангван Доржиев получил еще в 1901 году. В 1909 году Доржиев купил на северной окраине города участок, где позже было суждено появиться, как утверждают некоторые источники, самому северному на планете и самому крупному в Европе буддийскому храму.
Строительство с препятствиями
После приобретения участка на севере Санкт-Петебурга Доржиев, по рекомендации принца Ольденбургского, обратился за разработкой проекта храма к Березовскому. Последний как раз недавно вернулся из экспедиции в Китайский Туркестан. Той самой, где он был рисовальщиком, да таким, что его труд высоко оценили востоковеды Российской империи. Березовский хорошо знал буддийские постройки, обладал чувством прекрасного и был неплохим архитектором. Неудивительно, что 15 апреля 1909 года проект был утвержден Строительным отделением Санкт-Петербургского губернского правления.
Сам Березовский не стал официальным руководителем строительства дацана — поскольку был на тот момент всего лишь студентом.
«Формально возглавил строительство по просьбе А. Доржиева преподаватель ИГИ архитектор-художник К. В. Бальди, а составитель проекта Н. М. Березовский числился заведующим постройкой (вероятно, так как не имел законченного архитектурного образования). Однако в мае 1909 г. последовало распоряжение градоначальника о приостановке строительных работ по возведению храма: проект студента Березовского должен был быть «пересоставлен» кем-то из профессиональных архитекторов. Выбор пал на Г. В. Барановского, который в октябре 1909 г. составил новый проект с небольшими изменениями, художественно обогатив и сделав его более выразительным и импозантным. Он же руководил строительством до апреля 1912 г. Завершал постройку на заключительном этапе Р. А. Берзен», — описывает административные перипетии строительства санкт-петербургский историк-востоковед Вадим Жуков. Открытие Кнорозова: Как рожденный под Харьковом ученый «вернул» коренным американцам письменность
Тем временем на дацан в Санкт-Петебурге ополчились черносотенцы.
«Эти жестокие и злобные люди постоянно присылали мне письма со словами: «Если ты не уберешься, то неминуемо будешь убит. А этот буддийский храм будет разбит и разрушен до основания. Убирайся и никогда не возвращайся! Задохнись этим поганым дымом и умри!» С этими словами посылали мне дымовые шашки…» — писал в мемуарах сам Доржиев.
Строительство буддийского храма было запрещено, но после встреч представителей буддийской общины с императором строительство продолжилось. В итоге 21 февраля по старому стилю (6 марта по новому), в день трехсотлетия дома Романовых, буддийский храм был открыт. Впрочем, окончательно достроили и освятили храм лишь 10 августа 1915 года.
Однако действовать ему было суждено недолго. В конце 1916 года регулярные богослужения в храме прекратились, а в 1919-м его и вовсе разграбили. Храм начал снова работать в 1924 году. Но спустя 17 лет оставшиеся монахи и жившие при храме люди были арестованы НКВД. 1937 год стал роковым для буддизма и буддологии в Ленинграде. Храм передали физкультурникам. Позже в советское время там находилась военная радиостанция и лаборатории Зоологического института Академии наук СССР. Лишь 9 июля 1990 года храм передали Центральному духовному управлению буддистов СССР, а в следующем году он получил название «Дацан Гунзэчойнэй» — имя, которое ему дали при освящении.
«Дацан Гунзэчойнэй»: Как в Санкт-Петербурге в начале XX века появился буддийский храм, сохранившийся до наших дней
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
На самом деле «Дацан Гунзэчойнэй» – это сокращенное название, а полностью оно звучит (если переводить с тибетского на русский) так: «Источник Святого Учения Всесострадающего Владыки-Отшельника». Появилось это здание в городе на Неве более ста лет назад.
Автор идеи – тибетский лама
В 1908-м тибетский далай-лама подал российскому правительству ходатайство о строительстве в России буддийского храма (дацана) и получил «добро». Его начинание поддержали отечественные востоковеды и даже Петр Столыпин. Кстати, буддизм в Россиийской Империи был официально разрешен еще при Елизавете II, так что подобное прошение не вызвало негативной реакции в обществе. Тем более что на петербургской земле, где было решено возвести храм, в начале прошлого века проживало около 200 буддистов (в основном волжско-донские калмыки и забайкальские буряты).
Через год на земельном участке, который выкупил бурятский лама Агван Доржиев, начали строить храм. Деньги пожертвовали ламы и проживающие на территории России буддисты.
Храм спроектировал Гавриил Барановский (автор многих известных зданий – например, Елисеевского магазина на Невском), переработав проект инженера Николая Березовского. Затем проектом занимался архитектор Р.Берзен.
Внутреннее помещение расписывал буддийский монах О. Б. Будаев по эскизам Николая Рериха. Доподлинно известно, что великий русский художник занимался в основном оформлением интерьеров внутренней части храма на финальной стадии строительства. Например, он был автором эскизов стилизованных под модерн цветных витражей светильников в главном зале.
Также современники Рериха говорили, что он как большой знаток буддийской культуры консультировал авторов и реализаторов проекта, благодаря чему храм удалось выстроить по всем правилам тибетской архитектуры. Кроме того, строительство курировал специальный комитет, состоявший из авторитетных российских ученых востоковедов.
1915-м строительство завершилось, но службы в храме шли и раньше, начиная с 1913-го.
Архитектура дацана
Здание получилось красивым, ярким, выдержанным в традициях буддийских храмов, что выглядело очень необычно для архитектуры этих мест. Стены трехэтажного храма покрыты красно-лиловым гранитом, окна обрамлены серым гранитом, антаблемент выполнен из ярко-красного кирпича. Все это смотрится очень самобытно. Башню, с которой соединено здание, украшает позолоченная верхушка, называемая «ганчжир». Здесь также можно увидеть традиционный символ буддистов «колесо дхармы», расположенное на самом верху здания между отлитых из меди фигурок газелей (они символизируют проповедь) и много других интересных вещей. Все они человеку несведущему кажутся лишь интересными элементами декора, но для буддистов имеют большой смысл.
Над входом в храм можно увидеть тибетские надписи, смысл которых состоит в том, что входить в здание нужно лишь со светлыми и добрыми мыслями, оставив все плохое за его пределами.
У входа в здание восседают львы. Говорят, что они символизируют два начала – женское и мужское.
Кстати, в храме проводят экскурсии, так что желающие поближе узнать значение всех «украшательств» с точки зрения буддийской веры могут воспользоваться услугами местного гида-монаха.
В южной части двора здания расположены барабаны с тибетскими надписями. У прихожан принято обходить их поочередно, двигаясь по часовой стрелке, и крутить. При этом нужно думать о том, что тебя в данный момент беспокоит, и мысленно просить у высших сил ответа.
На территории храма можно увидеть интересные флажки – «лунг-та». Они – разного цвета и вешают их посетители, предварительно написав на них свое имя. Считается, что при этом нужно загадать желание или задать какой-то вопрос, и делать это тоже нужно с добрыми мыслями. Цвет флажка выбирается не случайно – согласно тибетской философии, у каждого цвета свое значение.
А что внутри?
Внутренняя часть храма не менее примечательна. Помимо цветных витражей с буддийскими символами и разноцветного плиточного пола, здесь есть много красивых предметов, которые у представителей этой религии считаются святынями. Например, статуя Будды, которая была привезена в храм из Монголии в 1990-х. Она появилась здесь вместо давно утраченной: первую сразу после строительства храма подарил российским буддистам царь Сиама, но в 1919-м статую разбили большевики, решив, что в ней спрятаны сокровища.
Современная статуя выполнена из папье-маше и покрыта позолотой. Ее высота – несколько метров.
Во время буддийских молебнов или обрядов в центре зала сидят ламы.
Как известно, в буддийский храм имеют право входить представители всех вероисповеданий, так что осмотреть питерский дацан не только снаружи, но и изнутри может любой.
После революции…
Сразу после 1917-го дацан пережил разорение, в нем располагались совершенно разные организации (например, тут квартировались красноармейцы), но само здание особо не пострадало. В 1968 году ему присвоили статус памятника архитектуры. В 1990-м храм вернули буддистам и он был отреставрирован.
Сейчас в храме, а также за его пределами ламы проводят религиозные ритуалы. Например, на днях прихожане совершали «лусууд» — на набережной Большой Невки умиротворяли хозяев воды нагов.
Буддисты верят, что из-за того, что человечество не относится бережно к живым существам и природе, духи гневаются и могут причинять людям вред. Если же к нагам отнестись с уважением, они, напротив, дадут энергию и духовное просветление. Во время этого обряда люди просят у духов прощения и приносят подношения – чаще всего это продукты белого цвета (например, молоко) и сладости. Ламы же молятся и в своих мыслях превращают эти дары в «лекарства», которые должны исцелить духов, после чего подношения нужно с почтением бросить воду.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Удивительная история первого буддийского храма в Петербурге — дацана Гунзэчойнэй
Буддийский храм «Дацан Гунзэчойнэй» находится в Санкт-Петербурге. Его строительство в 1900 году — заслуга далай-ламы XIII Агвана Доржиева и буддистов Российской империи. Из нашего материала вы узнаете об интереснейшей истории этого храма. Жители говорят, что он прошёл испытания огнём и водой, но всё-таки выстоял.
До 1916 года в дацане были регулярные богослужения, но вскоре монахи уехали из Петрограда, так как у храма не было средств к существованию. В 1919 его разграбили, библиотеку уничтожили, навсегда пропали ценные бумаги из архива Агвана Доржиева, рассказывающие о взаимоотношениях России, Англии, Тибета и Китая за последние 30 лет.
После окончания Первой мировой войны в дацан возвращаются прихожане, с 1924 по 1935 храм снова работает. Вскоре начинаются преследования буддийского духовенства. Органы НКВД арестовывают группу лам, а впоследствии чекисты громят всё в здании. Под эту волну попадает и 85-летний Агван Доржиев, он погибает в 1938 году в тюрьме.
Во время Великой Отечественной войны в дацане устанавливают военную радиостанцию, которая пробыла там аж до 60-х и использовалась как «глушилка», после храм делают лабораторией института зоологии.
В 1990 году исполкомом Ленгорсовета было принято решение всё-таки отдать здание обратно буддистам. В 1991 года храму дали название, которое он имеет сейчас, — Дацан Гунзэчойнэй, что является аббревиатурой тибетского имени данного ему при освящении.
Сегодня храм работает в обычном режиме, здесь проходят лекции и медитативные курсы, праздники, а также консультации у лам.
Стоит отметить, что возобновление службы в дацане помогло развитию буддизма в Петербурге и России. К 2000 году в городе было более десяти буддийских обществ, которые рассказывали о своих традициях.Туристы также посещают дацан, чтобы познакомиться поближе с культурой, посмотреть 5-метровую статую Будды в алтарном зале, которая была создана монгольскими мастерами из папье-маше и сусального золота, расписные колонны, мозаичные изображения божеств. Во дворе храма можно загадать желание. Там располагаются барабаны мантр, в каждом из них молитва, написанная десять тысяч раз. Можно покрутить барабан и ваша мечта воплотится в жизнь.
Режим работы: Пн., Вт., Чт., Пт., Сб., Вс.: 10:00 — 19:00. На сайте также находится расписание молебнов, его меняют каждый месяц.
Адрес:
Приморский проспект, 91.
Буддийский храм (Белград)
Калмыцкий буддийский храм в Белграде (серб. Калмички будистички храм у Београду ) — исторический храм, действовавший в 1928—1944 годах и обслуживавший духовные нужды калмыцких эмигрантов, бежавших от Гражданской войны в России. В его постройке участвовал Эренджен Хара-Даван. Храм был частично разрушен во время Битвы за Белград и через несколько лет снесён.
Часто называется «первым буддийским храмом в Европе» и во всяком случае входит в число самых первых в Европе храмов тибетского буддизма наряду с буддийским храмом в Санкт-Петербурге, если не учитывать собственно калмыцкие хурулы на территории Калмыкии.
Содержание
История
Первые белоэмигранты — калмыки-казаки прибыли в Сербию через Турцию в 1920 году. Среди эмигрантов был ряд представителей высокого духовенства, в том числе багши хурула Платовской станицы Манчуда Буринов и багши Денисовской станицы Санджи Умальдинов.
Значительная группа калмыков — несколько сотен человек — поселились в конце года на окраине Белграда в селе Мали Мокри Луг (современная община Звездара). Это была самая крупная колония калмыков в Европе. В сентябре 1923 калмыки открыли первый буддийский храм в арендованных помещениях в непосредственной близости от штаб-квартиры их ассоциации, и доверили его попечению трех монахов во главе с бакшой Гави-Джимбой (Манчудой) Буриновым. В 1925 году они переехали в другой дом, так как первый был слишком мал для проведения служб. С этого времени появляются документы о финансовой поддержке со стороны местных властей.
В ряде случаев калмыцкие лидеры обращались за помощью к властям. Так, в 1925 они попросили Министерство по делам религии о финансовой помощи. Копия этого письма была направлена Патриарху Сербской православной церкви Димитрию. Имеется сочувственное письмо Патриарха в Министерство, где он призывает Министерство помочь калмыкам. [1]
В 1928 году Ассоциация калмыков предприняла шаги, чтобы построить постоянное место поклонения. В декабре 1929 храм был торжественно открыт.
До постройки постоянного храма, в 1928, умер первый глава калмыцкого духовенства в Белграде бакши Манчуда Буринов, и его место почти на весь период существования храма занял Санджи Умальдинов (1882—1946).
Сбором средств на постройку постоянного здания храма занимался полковник Абуша Алексеев, президент строительного управления (и президент Ассоциации калмыков), и его помощник и секретарь Эренджен Хара-Даван. Денежные пожертвования шли от калмыков по всей Европе. Здание было построено за несколько месяцев во многом благодаря бесплатному труду калмыцких строителей.
Наиболее значительную помощь храму на этом этапе оказал белградский коммерсант Милош Ячимович (1858—1940), выделивший участок принадлежавшей ему земли (примерно 530 кв. м.) под строительство храма. Он также подарил калмыкам 10 000 кирпичей и более 7 500 досок, цемент и другие материалы. Эта щедрая помощь привлекла к храму внимание других обеспеченных представителей сербского общества, среди которых были и члены королевского дома.
Построенное в результате здание могло вмещать до 150 человек.
В декабре 1929 года буддийский храм в Белграде был торжественно освящён. Освящение возглавлял бакша Намджал Нимбушев, приехавший по этому случаю из Парижа.
Новость о храме широко распространилась в буддийском мире, и с ним установили контакты Общество Маха Бодхи, Гималайский институт Николая Рериха и другие международные буддийские организации. В 1930 году Н. К. Рерих подарил монастырю старинную тибетскую танку. На 1944 год в монастыре было уже 16 танок.
Храму длительное время не хватало храмовой статуи Будды. Её предоставила Япония в 1934 году, после обращения главы эмигрантов в Югославии к послу Японии в Румынии. Вскоре из Токио пришёл груз, содержавший большую статую и ряд ритуальных принадлежностей.
Храм служил калмыкам для заключения браков, проведения панихид и других социальных нужд, что ярко отличало этот храм от собственно тибетских. Здесь же появилась воскресная школа, где проводились занятия по калмыцкому языку и буддизму. В то время Религия была обязательным школьным предметом, и калмыцких школьников отправляли в храм для уроков по буддизму, откуда они возвращались в школу с оценками, проставленными ламой.
В 1935 году состоялась реконструкция, призванная увеличить внутреннее пространство храма.
Калмыцкая колония в Белграде прекратила своё существование в конце Второй мировой войны, когда калмыки, боясь преследований Советской Армии, бежали в Германию, а затем в США и страны Западной Европы (в первую очередь во Францию).
Закрытый храм сильно пострадал во время битвы за Белград (октябрь 1944), была разрушена верхняя часть крыши («Башня»). Некоторое время здание служило домом культуры и помещением профсоюзной организации, а несколько лет спустя было разрушено, и на фундаменте храма было воздвигнуто новое двухэтажное здание.