православные храмы в токио

Портал о Японии

Японская Православная Церковь и Русская Православная Церковь в Японии.

Если в Токио поинтересоваться православной церковью, то первым делом вам расскажут о храме святого Николая (или Никорай-до, как его называют). Находится этот храм русско-византийской архитектуры конца XIX века на холме Суругадай на станции Отяномидзу, и резко выделяется на фоне остальных зданий, хотя и нельзя сказать, что противоречит окружающему пейзажу, а можно даже сказать, гармонично вливается в него. Не найти его невозможно, указатели приведут вас прямо от станции. Официально называясь Кафедральным собором Воскресения Христова, храм является кафедральным в Токийской епархии, а его предстоятель – архиепископ Токийский, митрополит всея Японии Даниил (Икуо Нусиро). Построенный в конце XIX века Николаем Японским, первым миссионером православия в Японии, храм был разрушен во время Кантоского землетрясения 1923 г. и отреставрирован, а теперь его можно назвать главным храмом Японской автономной православной церкви. Всего в Японии 70 православных храмов и около 36 тыс. православных верующих. Службы в храме святого Николая проводятся строго по расписанию и в соответствии с православными обычаями. Присутствовать на литургии, однако, может кто угодно, вне зависимости от национальности и вероисповедания.

Как же проходит служба в японской православной церкви и сильно ли она отличается от службы в русской? Попробуем описать это на примере храма святого Николая в Токио.

Нужно заметить, что разница бросается в глаза сразу при входе в храм. И не только в глаза. Внутреннее убранство огромного храма с белыми стенами со сравнительно небольшим количеством икон (что уже непривычно) ослепляет блеском золотых обрамлений, величием и пышностью, расставленные рядами стулья невольно напоминают о католической церкви, свечи кажутся не совсем «правильного» размера и пахнут тоже как-то «неправильно». Одним словом, в храме другая атмосфера. Если можно говорить о «православной атмосфере», то она вполне православная (за исключением того, что половина прихожанок не покрывает голову, а некоторые приходят в брюках), но она другая. Это специфическая атмосфера японской православной церкви. Прихожане в большинстве своем японцы. Среди служителей можно было заметить лишь одно русское лицо. Кроме японских и русских прихожан, службу посещают и верующие из Африки, и из арабских стран.

Многочисленный хор состоит из японцев и стоит, как полагается, в правой передней части церкви, перед огромным пюпитром и под руководством дирижера. Поет он стройно и гармонично, что еще более подчеркивается отличной акустикой храма. Удивительно красиво звучит и пение служителей церкви из алтарной части как бы в ответ хору.

Служба проходит по установленному порядку, с чтением Библии по-японски (которое, кстати, раздают на русском языке), с совместными молитвами и проповедью в конце. За исключением небольших вставок, все происходит на японском языке, что стало возможным благодаря Николаю Японскому, который перевел большинство текстов на японский язык, так же соотносящийся с современным, как современный русский соотносится со старославянским. Несмотря на то, что в церкви поставлены стулья, во время службы на них никто не сидит. До начала службы происходит облачение архиепископа Даниила в центральной части церкви под пение хора.

Служба оставляет светлое и радостное ощущение, как и должно быть, но не покидает чувство некоторого отчуждения. Может быть, потому что служба на японском, может быть, так влияет несколько иная обстановка. Как бы то ни было, расстраиваться не стоит, потому что в Токио есть и русская православная церковь, сохраненная без каких-либо изменений. Называется она Подворье Русской Православной Церкви Московского Патриархата в Японии и находится в северной части центрального Токио в тихом переулке. У церкви нет своего помещения, и она ютится в здании, предоставляемом Посольством России в Японии. В этой церкви можно встретить, в основном, русских прихожан, потому что это русская православная церковь, только в Японии, и настоятель ее тоже русский – протоиерей Николай Кацюбан, который поддерживает активное сотрудничество с Японской Православной Церковью. Основная деятельность Подворья направлена на наших соотечественников – православных верующих, временно или постоянно проживающих в Японии. Просветительскую деятельность церковь проводит только в своих пределах, а как представительство Русской Православной Церкви в Японии Подворье осуществляет информационное посредничество между Русской Православной Церковью и другими Церквами, религиозными общинами, общественными организациями Японии, а также организацией паломничества японских верующих в Россию. Подворье произошло от японских приходов в ведении Московского Патриархата во время формирования Православной Церкви в Японии.

На первый взгляд сложно и разобрать, что это церковь: небольшой дом, самая обычная калитка, куполов нет и в помине. Но потом замечаешь, что над входом крест, что вокруг толпятся соотечественники, женский хор тихонько разучивает песнопения, а когда заходишь внутрь, то сразу понимаешь: вот она, та самая атмосфера, и свечи правильного размера, и запах тот, и иконы как будто более знакомые. Обстановка в этой маленькой церквушке, можно сказать, домашняя: батюшка знает всех прихожан по имени, да и прихожане знакомы друг с другом, активно участвуют в жизни церкви и поют в хоре, возглавляемом двумя японками, которые, однако, говорят и поют по-русски. Служба проходит на русском языке с небольшими японскими вставками. Священнослужители же и русские, и японцы, при этом японский батюшка свободно читает проповеди на русском языке. Подворье собирает деньги на строительство храма: ведь церковь должна быть церковью не только внутри, но и снаружи, даже если она на иностранной земле.

Так что Японская Православная Церковь и Русская Православная Церковь в Японии – это два различных института, которые, однако, сотрудничают и участвуют в совместных мероприятиях. Дай Бог, и наша церковь в скором времени построит достойный храм и объединит еще больше русских православных верующих, оторванных от дома.

Ольга Забережная,
фотографии автора и Татьяны Баклуновой

Источник

bibliognost_ru

bibliognost_ru

Японское Православие для иностранцев, да и для самих японцев, прочно ассоциируется с величественным токийским кафедральным Воскресенским собором, более известным как «Никорай-до». Мало кто, однако, знает, что всего в городе пять православных храмов, а именно, три японских: упомянутый собор, часовня при нём и церковь в Яматэ, и два, принадлежащих Московской Патриархии: церкви на Хонкомагомэ и в Мэгуро. Если информацию о Никорай-до легко можно найти в Интернете, то сведения о других храмах отрывочны и плохо проиллюстрированы. Постараемся показать, как они выглядят.

1. Собор Воскресения Христова в Токио («Никорай-до») [место]

Крупный крестообразный в плане храм в византийском стиле выстроен в 1884-1891 гг. на возвышенном месте по проекту арх. М. А. Щурупова (1815-1901). Работами руководил английский арх. Дж. Кондер (1852-1920), освящение состоялось 8 марта 1891 г. Здание было сильно повреждено в 1923 г. во время Великого землетрясения Канто, после которого восстановительные работы продолжались до 1929 г. С 1962 г. имеет статус важного памятника культуры Японского государства. В настоящее время, в связи со сложным финансовым положением ЯПЦ, неправославные японцы могут осмотреть собор, только уплатив 300 иен за вход.

Вид на Воскресенский собор с севера.

Вид на Воскресенский собор с востока.

Купол Воскресенского собора.

Вид на Воскресенский собор с северо-запада.

2. Часовня Николая, архиепископа Японского, в Токио [место]

Кубическая одноглавая часовня под четырёхскатной крышей, с небольшой апсидой. Стоит по правую руку от входа в Воскресенский собор. Выстроена в память канонизации свт. Николая, освящена 19 марта 1978 г. В обычное время заперта.

Западный портал часовни.

3. Церковь Рождества Христова в Яматэ [место]

Ворота церковной ограды.

Замок на воротах. Типовой, но тоже интересен.

Интерьер храма на втором этаже здания.

Обратимся теперь к храмам Московского Патриархата.

4. Церковь Николая Чудотворца на Хонкомагомэ [место]

Домовая церковь, расположенная на первом этаже двухэтажного здания Подворья РПЦ МП в Токио. Освящена в 1994 г. митрополитом Феодосием Нагасима. Внешних атрибутов храма не имеет.

Вид здания подворья со двора.

Интерьер Никольского храма.

«Тайная вечеря» над Царскими вратами.

Престол Никольского храма.

5. Церковь Александра Невского в Мэгуро [место]

Участок для постройки храма был завещан Подворью РПЦ МП прихожанкой С. И. Кравцовой. Хотя это случилось в 1977 г., но ввиду различных препятствий только в 2006 г., после судебного разбирательства, Церковь вступила во владение наследством. Подготовительные работы на участке начались в январе 2008 г., а уже 12 сентября того же года храм был освящён. Строительство велось японской компанией, элементы внутреннего убранства привезены из России.

Источник

Токийский кафедральный Воскресенский собор в истории Японской Православной Церкви

В этом прошении отразились представления святителя Николая о пути и подвиге архиерейском, сочетающем личное подвижничество с общественным служением, отразилась его забота о судьбе японской паствы. Святейший Синод, оценив миссионерские труды архимандрита Николая и его высокие душевные качества, запросил его согласия на хиротонию во епископа, и он ответил, что если из России не может быть назначен в Японию епископ, то тогда он согласен. Ему был предоставлен отпуск в Россию, и архимандрит Николай в конце лета 1879 года, по его словам, «бросился на первый отходящий пароход, чтобы не опоздать, если Бог даст, спасти Миссию и здешнюю Церковь от разрушения».

Святейший Синод дал епископу Николаю право собирать пожертвования для Миссии и Японской Церкви, и тот старался чаще служить и выступать с проповедями и воззваниями о помощи не только в Петербурге, но и в Москве, Киеве, Новгороде и других городах. Откликнулись, по выражению Владыки Николая, «добрые люди», представители разных сословий, и он собрал более 130 тысяч рублей для возведения в Токио собора, который стал центром Японского Православия.

В марте 1884 года в Токио, на холме Суругадай, где помещалась Православная Миссия, началось строительство соборного храма. Для огромного собора места не хватало, поэтому пришлось приложить немало усилий, чтобы искусственно, земляными насыпями, сравняв их с холмом, увеличить площадь строительства. Через семь лет, в марте 1891 года, строительство собора завершилось. Это был величественный храм, украсивший японскую столицу. Он был построен в русско-византийском стиле, в виде креста, высота до верхушки золотого креста на куполе, который был виден за 20 километров, составляла 35 метров. Колокольня с восемью большими и малыми колоколами была построена высотою в 40 метров. Вмещал собор около двух тысяч человек.

Ко дню освящения собора со всех уголков Японии стали стекаться в Токио паломники-христиане. (Согласно рапорту епископа Николая Святейшему Синоду, к 31 декабря 1890 года в Японской Православной Церкви насчитывалось 216 общин и в них 18 625 христиан.) Из 18 японских священников прибыли 16 и 5 диаконов. Среди пастырей выделялись первенец Японского Православия Павел Савабе, обращенные им ко Христу и одними из первых в Японии принявшие Крещение Иоанн Оно, Петр Сасагава и Матфей Кангета.

На следующий после освящения день в переполненном молившимися соборе Владыка Николай служил молебен о здравии жертвователей, а на другой день была совершена панихида об упокоении душ усопших благотворителей и благоукрасителей храма.

Архимандрит Сергий (Страгородский) отмечал: «Удивительное богатство сосудов в новом соборе. Я думаю, редкий в России собор может теперь равняться с нашим. Мне думается, что не только собор, но даже и все миссийские церкви, какие потом будут открываться лет на сто вперед, можно будет снабдить утварью, особенно сосудами. Да, наши православные умеют жертвовать. Навеки останется памятен для японцев этот щедрый дар Матери-Церкви».

Пример русских братьев и сестер по вере, щедро жертвовавших на нужды Японской Православной Церкви, особенно пригодился после революции 1917 года.

Русско-японская война 1904-1905 годов вызвала в России негативные настроения по отношению к Японии, в результате чего значительно сократились пожертвования на Миссию. Это привело к увольнению многих катехизаторов. Через семь лет после окончания войны, в 1912 году, скончался святитель Николай. На шестой год после его кончины, в 1917 году, в России произошла революция. Японская Миссия утратила финансовую поддержку.

Для Японской Церкви, которая почти полностью зависела от пожертвований со стороны православных из России, финансовые потери являлись жизненным вопросом. Однако с весны 1918 года все японские приходы стали самостоятельными в материальном отношении и за счет пожертвований своих прихожан содержали духовенство и катехизаторов, церкви и молитвенные дома. Но все же из-за нехватки средств пришлось закрыть семинарию и женскую школу.

Через шесть лет после революции в России, в 1923 году, великое землетрясение Канто сильно повредило собор и произвело колоссальные разрушения в Миссии. Однако намного хуже материальных разрушений было постепенное угасание духовной жизни в Миссии, по выражению одного верующего, «собор стал грустным». Произошло это еще до землетрясения, в силу вышеуказанных экономических причин. Итак, 1 сентября 1923 года страшное бедствие обрушилось на кафедральный собор Воскресения Христова. Обратимся к записям архиепископа Сергия (Тихомирова), приехавшего в Японию в 1908 году и ставшего преемником архиепископа Николая на посту главы Японской Православной Церкви.

Сорокаметровая колокольня переломилась и упала шпилем на купол собора, пробив его. Раздался колокольный звон, и надломленная колокольня, треснув в сводах окон, громадными столбами, с колоколами языками вверх развалилась, разрушив ризницу, завалив кирпичами западный вход в собор, всегда открытый для обозрения публики. Крест с купола лежал у юго-западного угла собора.

Пожар, спутник землетрясений, не мог не случиться, потому что в 12 часов дня, когда затрясло Токио, в городе не было ни одного дома, где не горела бы плита на кухне, приготовляя обед. 2 сентября, на второй день землетрясения (колебания почвы происходили в течение нескольких дней по много раз в день), Миссия представляла собой догорающее пепелище: сгорели дотла оба миссийских дома, семинария, женское училище, три деревянных дома служащих Миссии.

Это решение возрождать собор Воскресения Христова, принятое японцами, многие из которых потеряли все из-за великого землетрясения Канто, красноречиво свидетельствует о глубоком укоренении Православия в Японии.

К 14 декабря 1929 года ремонт и реконструкция Воскресенского собора были закончены, и Японская Православная Церковь получила возможность торжественно совершить его освящение. Собор после реконструкции представлял собой величественное здание в виде креста правильной формы с неширокими крыльями. Высота его от пола до купола составила 26 метров. Электричества в соборе не было, потому что, по выражению Владыки Сергия, «душа любит молиться в полусвете лампадок и ликовать с восковой свечкой в руках».

В воскресенье, 15 декабря 1929 года, состоялось освящение возрожденного собора, затем на новоосвященном престоле была совершена Божественная литургия, по окончании которой по традиции для всех собравшихся устроили угощение.

В собор, украшенный прекрасными копиями произведений Васнецова и Нестерова, вошла частица русской души, и для русских людей, заброшенных судьбой в Японию в лихолетье, восстановление его явилось вторым Светлым Воскресением.

К вечеру дня храмоосвящения из Москвы пришла поздравительная телеграмма за подписью митрополита Сергия с Синодом (в то время митрополит Сергий (Страгородский), проработавший шесть лет в Японии помощником архиепископа Николая, был заместителем Местоблюстителя Патриаршего престола). Церковь-Матерь, Русская Православная Церковь радовалась и молилась за рожденную ею юную Церковь Японскую.

По поводу этой телеграммы необходимо отметить следующее. Рожденная Русской Церковью Церковь Японская, существующая в стране, где государство и религия разделены, восприняла от Апостола Японии архиепископа Николая православное христианство только как «чистое, правое учение Христа», без всякого политического привкуса и, как писал архиепископ Сергий, «без всяких прилагательных: греческое, русское, монархическое и т. п. Церковь Японская верила и верит: «источник ее чистого Православия, и только его, есть теперь Московская Патриархия и иерархи, ее возглавляющие»».

Как известно, после революции 1917 года сношения Японской Церкви с Церковью-Матерью были прерваны, но с 1927 года, с возобновлением официальных почтовых связей с Московской Патриархией, обе Церкви, хотя и редко (за три года всего семь раз), но обменивались письмами и телеграммами. При этом, как подчеркивал Владыка Сергий (Тихомиров), Японская Церковь не интересовалась политической ориентацией Московской Патриархии или ее отдельных членов. Однако ему приходилось выслушивать много упреков за то, что он продолжает общаться с Москвой, несмотря на то, что уже всему миру было известно о тех гонениях, которым подвергается Церковь в Советской России.

В докладе о положении Церкви в Японии, сделанном архиепископом Сергием в 1928 году в связи с указом Московской Патриархии о награждении его бриллиантовым крестом для ношения на клобуке (через три года он был возведен Москвой в сан митрополита), подчеркивалось, что «Японская Православная Церковь является не одной из епархий Православной Церкви Русской, но совершенно самостоятельной Церковью, чисто японской религиозной организацией, подчиняющейся юрисдикции японского министерства народного просвещения по департаменту религиозных дел и в нем зарегистрированной».

Японская православная община, сумевшая впервые за время своего существования собрать в особо крупных размерах пожертвования на возрождение кафедрального собора, подтвердила тем самым свою жизнеспособность как самостоятельная национальная Церковь.

После освящения Воскресенского собора Японская Православная Церковь вступила в период относительного спокойствия, так как в предшествующие «смутные времена» те, кто должен был уйти из Церкви, ушли, а те, кто должен был остаться в ней, остались. Но, к несчастью, в Японии вскоре стали подниматься милитаристские настроения и начала развертываться политика экономической и военной агрессии в отношении Китая.

В 1930 году архиепископ Сергий был возведен в сан митрополита. На состоявшемся в том же году Соборе Японской Православной Церкви было внесено предложение об избрании епископа из японцев, о независимости Японской Церкви, об изменениях в проведении Соборов. Выдвигавшие предложения о полной независимости Церкви увязывали это с государственной политикой Японии, а Соборы должны были стать органом, принимающим постановления, как тогдашний парламент страны. Более того, велись дебаты о том, что на следующем Соборе должно присутствовать равное число делегатов от священнослужителей и верующих. Можно сказать, ситуация в Церкви стала отличаться от той, какой она была при святителе Николае Японском.

Обстановка в стране становилась мрачной. Людей, посещавших иностранные посольства, обыскивали и нередко арестовывали. Японское правительство ввело ограничения на основные права и свободы граждан. И хотя на Соборе 1936 года митрополит Сергий заявил, что в Японии, в отличие от Советской России, конституцией гарантируется свобода религии, но на самом деле Церковь подвергалась различным регламентациям со стороны контрольного органа, каким для нее являлось министерство просвещения. Христианство считалось религией врагов, нередко можно было увидеть расклеенные по городу плакаты с призывами убивать верующих. В такой обстановке в 1936 году, в год 75-летия прибытия в Японию архиепископа Николая, в память об этом событии в «Николай-до» была издана книга «Жизнеописание Николая» с приложением проповедей Апостола Японии. Эта книга имела особый смысл для Японской Православной Церкви, напоминала о подвиге ее Первосвятителя.

В 1939 году парламент Японии принял закон, по которому всем религиозным организациям страны предписывалось до апреля 1941 года пройти регистрацию в министерстве просвещения для оформления статуса юридического лица. Без изменений зарегистрировали Англиканскую Церковь Японии, адвентистов седьмого дня, однако восемнадцать других протестантских деноминаций, чтобы пройти регистрацию, вынуждены были слиться в «Объединенную церковь Христа», все католические приходы прошли под наименованием «Японская общая церковь Отца Небесного». Из множества нехристианских объединений получили регистрацию 13 синтоистских и 28 буддийских. Японская Православная Церковь была зарегистрирована отдельно как «Религиозная организация Японская Православная Церковь Христова».

Сам факт такой регистрации лишний раз подтвердил, что Православная Церковь в Японии жизнеспособна, самостоятельна и является неотъемлемой частью японского общества.

Новый закон вступал в действие с осени 1940 года. Он запрещал иностранцам стоять во главе всякой религиозной общины, поэтому Владыка Сергий лишился права руководить Японской Православной Церковью и был вынужден покинуть свое место, передав на Соборе 1940 года временное управление Церковью одному из кандидатов в епископы, Арсению Ивасава Хэйкити. Стали пророческими слова митрополита Санкт-Петербургского Антония, напутствовавшего в 1908 году Владыку Сергия: «Считайте себя будущим преемником архиепископа Николая и последним русским епископом в Японии. Поэтому подготовляйте себе преемника из японцев».

В июне 1931 года глава Русской Зарубежной Церкви митрополит Антоний (Храповицкий) обратился к архиепископу Сергию (Тихомирову) и под угрозой запрещения в служении предложил ему подтвердить свою принадлежность к Собору русских иерархов за рубежом, но получил решительный отказ. Церковный комитет подготовил документы для хиротонии, и 27 февраля 1941 года Иоанн Оно в сопровождении диакона Эндо выехал в Харбин. Там 14 марта иерархами Русской Зарубежной Церкви во главе с митрополитом Харбинским и Манчжурским Мелетием (Заборовским) и была совершена его епископская хиротония. Епископ Николай (Оно; † 1956) стал первым архиереем японцем в Японской Православной Церкви.

В 1941 году, впервые в истории «Николай-до», в нем не служили на Пасху. Верующие, не приемлющие Русскую Православную Церковь Заграницей, заперли ворота и не пропустили епископа Николая (Оно) и пришедших с ним прихожан на территорию собора. Новому епископу ничего не оставалось делать, как проводить пасхальное богослужение в доме диакона.

Постепенно острота конфликта спала. Повседневная жизнь прихожан «Николай-до» стала такой же, как та, которую вели жители Токио в условиях военного времени: они шили мешочки и посылали в них подарки на фронт, было создано общество по сбору пожертвований на нужды государства, каждое первое воскресенье месяца отправляли специальное богослужение за здравие воинов. С ухудшением положения на фронте и из-за нехватки продовольствия стали нерегулярно служить Литургию, потому что трудно было достать вино и пшеничную муку для просфор. Из-за участившихся воздушных налетов на Токио Воскресенский собор выкрасили в черный цвет, что помогло пережить ожесточенные бомбардировки в 1945 году, из-за которых погибла почти половина токийских приходов.

15 августа 1945 года война для Японии закончилась и началась ее оккупация американскими войсками, выступавшими от имени Союзных держав. В Японии стали проводиться реформы, охватившие все стороны жизни страны и открывшие возможность для ее развития по демократическому пути. Были отменены законы о религиозных организациях и об охране общественного порядка, подавлявшие свободу совести, собраний, слова.

5 апреля 1946 года, после пятилетнего перерыва, в Токио, в Воскресенском кафедральном соборе, открылся чрезвычайный Собор Японской Православной Церкви. Главным на Соборе был вопрос об отношениях с Матерью-Церковью (Московской Патриархией). В постановлении Собора указывалось: «Японская Православная Церковь, в соответствии с ее традицией и историей, признает Московскую Патриархию с ее вероучением и обрядами и сохраняет с ней дружеские тесные связи». Но в то же время в этом документе говорилось, что «Японская Православная Церковь для восстановления церковной деятельности, возобновления проповеди, образования священнослужителей полагается на руководство и помощь Американской Православной Церкви при посредничестве главного штаба Союзных держав».

В это время Московская Патриархия направила в Японию двух архиереев, чтобы они на месте сделали все необходимое для восстановления и развития церковной жизни. Архипастыри прибыли во Владивосток, чтобы оттуда отплыть в Токио, но американские военные власти не выдали им разрешения на въезд в страну. При посредничестве штаба оккупационных войск в Токио прибыл из Америки епископ Вениамин (Басалыга). В послании главы Митрополичьего округа митрополита Феофила от 4 ноября 1946 года говорилось: «Исходя из очевидной необходимости оказать поддержку нашей Сестре Японской Православной Церкви, Архиерейский Собор Православной Церкви в Америке единогласно выразил решение направить в Японию Преосвященного Вениамина, епископа Питсбургского и Западной Вирджинии, для рукоположения священников и ознакомления с внутрицерковными делами». Таким образом завязались отношения с американской митрополией. Недовольная этим и желавшая возобновления связей с Русской Православной Церковью группа верующих вместе с епископом Николаем (Оно) и священником Антонием Такаем отошли от Японской Православной Церкви. У подножия южной стороны холма, на котором возвышается «Николай-до», на земле, предоставленной Миссией, находилась Пушкинская школа, где учились дети русских эмигрантов. В ней на втором этаже оборудовали помещение для богослужений, поддерживая связи с Москвой.

В январе 1947 года, на Рождество, из Америки прибыл епископ Питсбургский и Западной Вирджинии Вениамин. Согласно записям апрельского 1946 года чрезвычайного Собора, территория Воскресенского кафедрального собора хотя и не пострадала от пожаров, но долгое время находилась в запустении. К тому же во время войны не было постоянных денежных поступлений, поэтому пришлось продать металлическую ограду собора и медные листы, покрывавшие его крышу. К концу войны в «Николай-до» оставалось всего лишь два священника и богослужения почти прекратились. Однако к 1949 году благодаря стараниям священников некоторых токийских приходов, которые стали приходить в «Николай-до», службы возобновились. Изменилась и атмосфера в соборе: с материка прибыло много русских, спасавшихся от коммунистического режима в Китае, среди оккупационных войск были люди с русскими и греческими корнями. Все они способствовали восстановлению церковной жизни. В декабре 1950 года по благословению епископа Вениамина был создан Тройственный комитет, в который вошли японцы, русские и греки. Целью комитета был сбор средств на ремонт собора, на приобретение церковной утвари и облачений для священнослужителей, а также помощь священникам во время богослужений. Средства поступали за счет продажи в соборе свечей, просфор, щедрые пожертвования делали прихожане-иностранцы. Кроме того, в Америке был образован Комитет помощи Японской Православной Церкви и оттуда ежегодно присылали ладан, свечи, церковную утварь и другие необходимые вещи.

Благодаря всему этому церковная жизнь наладилась и стала постепенно развиваться. При Воскресенском соборе открыли «Николай гакуин» (Никольскую школу), где преподавали русский и английский языки. 13 февраля 1950 года стало днем основания Общества утренней зари. После войны вместе с демократизацией японского общества рос интерес к христианству и многие молодые люди стали переступать порог церкви. В Обществе утренней зари для такой молодежи, ищущей истинный путь в жизни, каждую среду проводились занятия по изучению Священного Писания, а каждый четверг изучались догматы православного вероучения. Когда число членов Общества, в котором первоначально было всего шесть человек, достигло пятидесяти, началась его благотворительная деятельность, заключавшаяся в оказании материальной помощи людям, пострадавшим от стихийных бедствий, довольно частых в Японии. Некоторые члены Общества принимали Крещение, поступали в Духовную семинарию, после многолетнего перерыва открывшуюся в «Николай-до» 7 октября 1954 года.

В Воскресенском кафедральном соборе начало свою деятельность сестричество, основу которого заложили в 1951 году верующие иностранки. После войны прихожанами «Николай-до» стали богатые люди, приехавшие с материка, военные из штаба оккупационных войск. Их жены и русские женщины, жившие в Токио с довоенных времен, объединились в сестричество. К ним присоединились японки из токийских приходов, и 24 января 1952 года было создано Объединенное сестричество. На Соборе 1951 года было решено провести праздник в память 90-летия со дня прибытия в Японию святителя Николая. На праздник, для успешного проведения которого очень постарались женщины «Николай-до», собрались православные христиане со всей Японии. С того времени послевоенная церковная жизнь наладилась и в «Николай-до» сама обстановка, по выражению прихожан, стала светлее.

Собор 1952 года вынес постановление о создании религиозного юридического лица «Японская Православная Церковь Христова», и под этим названием она была зарегистрирована 9 июня 1953 года.

28 июля 1953 года вернулся в США Владыка Вениамин, так много сделавший для Японской Церкви, на замену ему прибыл епископ Ириней (Бекиш). Владыка Ириней немедленно начал объезд всех японских приходов. По его инициативе 7 сентября 1954 года, как было сказано выше, возобновила свою деятельность по подготовке священнослужителей семинария «Николай-до». Для умиротворения обстановки в «Николай-до» епископ Ириней 27 мая 1954 года, в Великую Субботу, созвал примирительное собрание прихожан, в результате чего в собор вернулись некогда отошедшие от него верующие вместе с епископом Николаем (Оно). В том же 1954 году, с сентября, в «Николай-до» каждую субботу стали проводиться занятия по изучению на русском языке Священного Писания и церковного пения.

На Соборе 1957 года было решено отметить 100-летие со дня прибытия в Японию святителя Николая и был составлен план проведения торжеств в 1961 году.

После архиепископа Никона в Воскресенском кафедральном соборе короткое время служил американский епископ Амвросий, а 1 ноября 1962 года в Японию прибыл из митрополии Владыка Владимир (Нагоский), назначенный епископом Киотоским. Он возглавлял Японскую Православную Церковь десять лет, до 1972 года.

В марте 1962 года Воскресенский кафедральный собор получил официальный статус важного памятника культуры Японского государства.

8 сентября 1969 года из Америки в Токио прибыл известный богослов протопресвитер Александр Шмеман с целью проинформировать Японскую Церковь-Сестру о нормализации церковно-канонических отношений с Московским Патриархатом, в результате чего Православная Церковь в Америке получала статус Автокефальной. В связи с этим она должна была окончить окормление Японской Православной Церкви.

19 октября 1969 года собрался внеочередной Собор Японской Православной Церкви, чтобы выдвинуть ряд кандидатов для епископской хиротонии. Были предложены двое: священник церкви в Кагосима Василий Нагасима и диакон Серафим Сиглист. Так началась подготовка к обретению автономии.

2 ноября 1969 года состоялась хиротония Василия Нагасимы, нареченного при монашеском постриге Феодосием. Через несколько дней, 26 ноября, в «Николай-до» состоялась трехсторонняя встреча представителей Московского Патриархата, Православной Церкви в Америке и Японской Церкви, на которой был обсужден вопрос об автономном статусе Японской Православной Церкви.

2 апреля 1970 года делегация Японской Православной Церкви отправилась в Москву, где 10 апреля получила от Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия I Томос об автономии. Тогда же, 10 апреля, был причислен к лику святых святитель Николай, архиепископ Японский.

С 1970 года для укрепления духовных связей с Матерью-Церковью Японская Православная Церковь стала ежегодно направлять в Москву своих паломников.

В результате обретения Японской Церковью статуса Автономной образовались три епархии: Токийская архиепископия, епархия Западной Японии с центром в Киото и епархия Восточной Японии с центром в городе Сендай. 22 марта 1972 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Пимен благословил назначение епископа Феодосия (Нагасимы) архиепископом Токийским, Митрополитом всей Японии. Этим завершился процесс обретения Японской Православной Церковью самостоятельности. Воскресенский собор («Николай-до») стал кафедральным собором Японской Автономной Православной Церкви. С этого времени начинается новая глава в его истории.

Следует отметить, что плановый характер деятельности Церкви является одной из особенностей японского православия.

На Соборе 1973 года за «Николай-до» был закреплен статус кафедрального храма. Приходы собора и пяти храмов Токио: Канда, Намбу, Сэйва, Тама и Сякудзии создали Объединенный церковный совет, в который вошли их представители. В Никольском доме для собраний, построенном на средства, собранные сестричеством, на месте деревянного Никольского храма прихожане после Литургии стали собираться на чаепитие, возродив, таким образом, обычай совместных трапез, введенный святителем Николаем Японским для братского общения христиан. В том же 1973 году, в апреле, при семинарии, которая стала официально называться «Токийская Православная Духовная семинария», открылись подготовительные курсы для поступающих. Преподавательский совет Токийской семинарии обновившей свою деятельность под руководством Предстоятеля Японской Церкви Митрополита Феодосия, состоял из японских протоиереев и иереев, получивших образование в американской Свято-Владимирской Духовной семинарии либо в той же Токийской. В руководстве для поступающих говорилось, что цель православной семинарии заключается в том, чтобы «воспитать сердце, любящее Бога, любящее людей и способное проповедовать как одному человеку, так и многим людям Царство Божие, завещанное Иисусом Христом, а также воспитать священнослужителей, способствующих развитию Японской Православной Церкви».

В семинарию принимаются лица, решившие посвятить себя служению Японской Православной Церкви, как правило, имеющие законченное высшее образование. С согласия преподавательского совета в семинарию могут быть приняты лица, окончившие только школу высшей ступени, но в этом случае они обязаны получить университетское образование заочно.

Для оставшихся жить в Японии русских семей был создан Русский клуб. (Пушкинская школа для русских детей закрылась в конце 1950-х годов в связи с массовым отъездом русских людей.) С ноября 1974 года стал ежемесячно выходить печатный орган собора «Новости «Николай-до»».

Таким образом, часовня святого равноапостольного Николая стала символом самостоятельности Японской Православной Церкви.

Возобновилась установленная при Владыке Николае практика открытого доступа в Воскресенский собор желающих осмотреть его. Со вторника по субботу с 13 до 16 часов дежурные, назначенные специально для этого сестричеством, знакомят посетителей с храмом.

К октябрю 1982 года, ко дню 10-летия служения Митрополита Феодосия на посту главы Церкви, Японская Православная Церковь стала экономически независимой. В ней действовала семинария по подготовке священников, издавались различные печатные материалы, активизировалась проповедническая деятельность, укреплялись связи с Поместными Церквами, по всей Японии строились и освящались храмы.

3-5 ноября 1989 года в Воскресенском кафедральном соборе торжественно отмечалось 20-летие автономии Японской Православной Церкви. Праздник имел большое значение для подведения первых итогов десятилетней программы проповеднической деятельности «Конкретный вклад в общество. Становление Церкви, дающей осязаемые плоды». Уже на Соборе, состоявшемся в июле того же года, была определена задача церковного служения обществу под девизом «Что можно сделать для ближнего?».

Во дворе «Николай-до» установили большие телевизоры, по которым можно было наблюдать за происходящим в соборе, где глава Японской Православной Церкви Митрополит Феодосий вместе со священниками и диаконами со всех приходов Японии служил Божественную литургию. По окончании службы по традиции для собравшихся гостей устроили угощение. Все получили в подарок прекрасно изданный памятный альбом с описанием истории «Николай-до».

Отреставрированный собор поражает обилием света. Этому немало способствуют белоснежные стены, высокие окна с витражами, а главное, иконостас, который впервые покрыли золотом и платиной. Изменилась и алтарная часть собора: старые витражи, не гармонировавшие с иконостасом, убрали, а на белой центральной стене повесили три круглые иконы: икону Божией Матери «Знамение» (диаметром 2, 6 метра), Архангела Михаила и Архангела Гавриила (обе по 1, 8 метра в диаметре), написанные в Японии ко дню храмоосвящения В. Глазовской, специально приехавшей для этого по приглашению Митрополита Феодосия из иконописной мастерской Троице-Сергиевой Лавры.

Освящение Воскресенского кафедрального собора после ремонта стало важным событием с точки зрения проповеди Православия в Японии и открыло новую страницу в истории Японской Православной Церкви.

Источник