признание результатов межевания недействительными судебная практика

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14.02.2017 N 32-КГ16-29

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 14 февраля 2017 г. N 32-КГ16-29

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Марьина А.Н. и Киселева А.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Штурбабина И.П. к Паничкину П.А., федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» в лице Саратовского филиала, кадастровому инженеру Масловой О.А. о признании недействительными межевого плана, проекта межевания границ, признании незаконной постановки на государственный кадастровый учет земельных участков, понуждении к снятию земельных участков с государственного кадастрового учета, признании зарегистрированного права отсутствующим,

по кассационной жалобе Штурбабина И.П. на решение Калининского районного суда Саратовской области от 15 марта 2016 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 24 мая 2016 г.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 24 мая 2016 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Штурбабина И.П. ставится вопрос об отмене решения Калининского районного суда Саратовской области от 15 марта 2016 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 24 мая 2016 г. в части отказа в иске, как незаконных.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В. от 17 января 2017 г. кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения были допущены судебными инстанциями при рассмотрении настоящего дела.

19 мая 2006 г. на государственный кадастровый учет был поставлен расположенный в Самойловском районе Саратовской области земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения площадью кв. м, находящийся в общей долевой собственности СПК «Маяк», с присвоением ему кадастрового номера (т. 1, л.д. 134).

31 июля 2015 г. право собственности Паничкина П.А. на этот земельный участок зарегистрировано в ЕГРП (т. 4, л.д. 208).

С указанными выводами судебных инстанций согласиться нельзя по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 постановления Пленума о судебном решении).

Исходя из того, что решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело, его резолютивная часть должна содержать исчерпывающие выводы, вытекающие из установленных в мотивировочной части фактических обстоятельств. В связи с этим в ней должно быть четко сформулировано, что именно постановил суд как по первоначально заявленному иску, так и по встречному требованию, если оно было заявлено, кто, какие конкретно действия и в чью пользу должен произвести, за какой из сторон признано оспариваемое право (пункт 11 постановления).

Пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены принципы гражданского законодательства, одним из которых, в частности, является обеспечение восстановления нарушенных прав.

Обращение Штурбабина И.П. в суд с иском было вызвано необходимостью восстановления права владения принадлежащим ему на праве собственности земельным участком.

Однако признание результатов межевания недействительными само по себе не влечет восстановление нарушенных прав и законных интересов истца, что оставлено судом без внимания и оценки, у Паничкина П.А. сохраняется право собственности на указанные выше земельные участки с координатами границ, указанными в государственном кадастре недвижимости.

Таким образом, в нарушение приведенных выше требований процессуального закона суд, признав незаконными результаты межевания земельных участков, не разрешил спор по существу и не определил надлежащий способ восстановления нарушенного права собственности истца.

Кроме того, согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Таким образом, ссылка судов первой и апелляционной инстанций на то, что истец не является стороной договора купли-продажи спорных земельных участков, сама по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных им требований о признании права собственности ответчика на эти земельные участки отсутствующим.

Допущенные нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя.

Поскольку повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 1 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»), а также учитывая необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 24 мая 2016 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Источник

Иск о признании недействительными результатов межевания и комплексные кадастровые работы (краткая заметка)

Иск о признании недействительными результатов межевания и комплексные кадастровые работы (краткая заметка)

Иск о признании недействительными результатов межевания, как и другие универсальные земельно-правовые иски (см. о них подробнее в моей книге 2016 г. на с. 36-56 и далее параграфы по каждому иску), в качестве самостоятельного способа защиты не могли появиться раньше, чем начали сказываться первые результаты земельной реформы 90-х гг. XX в. С технической точки зрения обращение в суд с иском стало возможно после появления Инструкции по межеванию земель 1996 г., в которой под межеванием понимается «комплекс работ по установлению, восстановлению и закреплению на местности границ земельного участка, определению его местоположения и площади» (п. 1.1. Инструкции). Инструкция по межеванию земель 1996 г. предусматривала не только выявление дефектов межевания, будь то сами съемочные работы, или процедура согласования местоположения границ, но и возможность обжалования результатов межевания «в установленном порядке» (п. 15). Хотя ни ЗК РСФСР 1991 г., ни федеральные законы до 2001 г. этого вопроса не касались вовсе. В появившихся гораздо позже Методических рекомендациях по проведению межевания объектов землеустройства 2003 г. так же ничего не говорилось об обжаловании результатов межевания. На уровне закона возможность разрешать споры, возникающие при проведении землеустройства, «в соответствии с законодательством Российской Федерации» была закреплена в ст. 26 Закона от 18.07.2001 о землеустройстве. Цель иска о признании недействительными результатов межевания состоит в признании юридически закрепленных границ земельного участка ответчика установленными с нарушением требований законодательства (эти «нарушения» рассматриваются мной в книге 2016 г. подробно; во втором издании книги, рукопись к-й никак не решаюсь отправить в издательство, добавлю новый материал). На стр. 113 книги 2016 г. я указал, что «требование истца направлено на признание недействительными результатов межевания «чужого» земельного участка и «чужой» границы, а не своего».

Иначе обстоит дело с иском о признании недействительными результатов ККР: здесь требование истца направлено на признание недействительными результатов межевания «своего» земельного участка и «своей» границы, а не «чужого». Дело в том, что в результате выполнения ККР осуществляется (в первую очередь) уточнение местоположения границ земельных участков (подп. 1 п. 2 ст. 42.1 Закона 221-ФЗ) в публично-правовом поле в определенной единице кадастрового деления территории, а не вследствие частной инициативы в отношении отдельного участка. При этом законодатель предусмотрел «зазор», допуск, так сказать: уточняемая площадь может уменьшиться по сравнению с «реестровой» площадью, но не более чем на 10%. Если площадь уменьшилась более чем на 10%, то сведения о таком земельном участке включаются в план-карту территории только при наличии письменного согласия правообладателя (п. 5 ст. 42.8 Закона 221-ФЗ). В отличие от порядка согласования местоположения границ, который установлен ст.ст. 39-40 Закона 221-ФЗ (кадастровый инженер сам подготавливает акт согласования, назначает день согласования, предлагает внести в акт запись о согласовании или возражения относительно местоположения границ, получает возражения по почте), статьей 42.10 Закона 221-ФЗ установлен иной порядок. Согласование местоположения границ земельных участков при выполнении ККР осуществляется согласительной комиссией на одном из заседаний (п. 1 ст. 42.10 Закона 221-ФЗ), которая оформляет и акт согласования местоположения границ (подп. 3 п. 6 ст. 42.10 Закона 221-ФЗ). Заинтересованное лицо вправе направить в комиссию возражения относительно уточнения местоположения границ «своего» земельного участка (п. 14 ст. 42.10 Закона 221-ФЗ), а комиссия обязана рассмотреть эти возражения.

Судебная практика показывает: граждане ошибочно полагают, что, во-первых, именно кадастровый инженер обязан письменно уведомить их о том, что площадь «уточняемого» земельного участка уменьшается более чем на 10% от размера, указанного в ЕГРН. Однако кадастровый инженер в данном случае работает по контракту в интересах Заказчика и все юридически значимые вопросы разрешаются Заказчиком. Кадастровому инженеру (исполнителю в целом) законом вменяется в обязанность всего лишь уведомление граждан (если в ЕГРН имеется адресная информация) о начале выполнения ККР (п. 2 ст. 42.7 Закона 221-ФЗ). Во-вторых, граждане ошибочно полагают, что раз они не дали своего письменного согласия на такое уменьшение, то карта-план территории в части, в к-й указаны уточненные сведения в отношении принадлежащего им участка, подготовлена с нарушением закона. Местоположение границ считается согласованным, если заинтересованное лицо не представило возражения (подп. 1 п. 17 ст. 42.10 Закона 221-ФЗ), т.е. какого-либо обязательного письменного согласия не требуется.

В целом же – как показывает набирающая «оборот» практика рассмотрения дел по искам о признании недействительными результатов ККР – можно говорить о том, что конструкция иска о признании недействительными результатов межевания является работающей применительно к новому виду кадастровых работ. Не исключаю, что эта конструкция будет и далее наполняться, благодаря судебной практике. Причем истцами в такого рода делах могут выступать также органы гос.власти и местного самоуправления, когда их не устраивает уточнение границ земельных участков, которые принадлежат гражданам и юрлицам, образование земельных участков под зданиями (в части размера участка) или исправление реестровых ошибок. В таких случаях, как я указал выше, требование истца направлено на признание недействительными результатов межевания «чужого» земельного участка и «чужой» границы.

Источник

Признание результатов межевания недействительными судебная практика

Программа разработана совместно с АО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Обзор документа

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17 июля 2018 г. N 32-КГ18-8 Суд отменил апелляционное определение об отказе в иске о признании дороги территорией общего пользования, а также недействительными результатов межевания земельных участков, недействительным решения об образовании земельных участков, о восстановлении границ земельного участка, а дело передал на новое рассмотрение в связи с неверным определением судом срока исковой давности

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Асташова С.В.,

судей Марьина А.Н., Момотова В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску Солдатенко Веры Александровны к Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом по Саратовской области, Шмелькову Вячеславу Александровичу, обществу с ограниченной ответственностью «Поволжское агентство корпоративной безопасности», Пенькову Дмитрию Юрьевичу, Отставному Александру Владимировичу, администрации муниципального образования «Город Саратов», комитету по управлению имуществом города Саратова о признании дороги территорией общего пользования, признании недействительными результатов межевания земельных участков, признании недействительным решения об образовании земельных участков, восстановлении границ земельного участка,

по кассационной жалобе Солдатенко Веры Александровны на решение Волжского районного суда г. Саратова от 22 июня 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 20 сентября 2017 г.,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Момотова В.В., объяснения Бушмина С.Н., поддержавшего доводы кассационной жалобы, Курмангалиевой А.Н., возражавшей против удовлетворения кассационной жалобы, установила:

Решением Волжского районного суда г. Саратова от 22 июня 2017 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 20 сентября 2017 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Солдатенко В.А. поставлен вопрос об отмене указанных судебных постановлений, как вынесенных с нарушением требований закона.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 9 июня 2018 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются предусмотренные законом основания для удовлетворения кассационной жалобы и отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 20 сентября 2017 г.

В соответствии со статьёй 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении данного дела такие нарушения норм материального и процессуального права были допущены судом апелляционной инстанции.

Солдатенко В.А. на принадлежащих ей земельных участках возведены нежилые строения.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что истцом пропущен трехлетний срок исковой давности, подлежащий исчислению с момента принятия оспариваемого распоряжения Территориального управления от 14 ноября 2013 года N 372-р, на основании которого образованы земельные участки Отставного А.В., Шмелькова В.А., Пенькова Д.Ю. и Общества.

Суды указали, что земельные участки ответчиков не могут быть отнесены к землям общего пользования, поскольку эти участки не расположены в границах красных линий и не включены в состав территорий общего пользования в порядке, предусмотренном Градостроительным кодексом Российской Федерации. Суды также сослались на наличие возможности проезда к земельным участкам истца без использования земельных участков Отставного А.В., Шмелькова В.А., Пенькова Д.Ю. и Общества.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что с обжалуемыми судебными постановлениями согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального и процессуального права.

Согласно пункту 12 статьи 85 Земельного кодекса Российской Федерации земельные участки общего пользования, занятые площадями, улицами, проездами, автомобильными дорогами, набережными, скверами, бульварами, водными объектами, пляжами и другими объектами, могут включаться в состав различных территориальных зон и не подлежат приватизации.

Приведенной императивной правовой нормой предусмотрен запрет передачи в частную собственность земель общего пользования, в том числе занятых проездами.

Названный запрет не поставлен в зависимость от каких-либо обстоятельств, в том числе от того, находятся ли земли общего пользования в границах красных линий и включены ли эти земли в состав территорий общего пользования в порядке, предусмотренном градостроительным законодательством.

В обоснование заявленных требований Солдатенко В.А. указывала, что в частную собственность ответчиков незаконно переданы земли общего пользования, занятые проездом.

При таких обстоятельствах для правильного разрешения спора судам следовало установить, входят ли занятые проездом земли общего пользования в состав земельных участков, предоставленных в собственность Отставному А.В., Шмелькову В.А., Пенькову Д.Ю. и Обществу.

Однако в нарушение приведенной правовой нормы какой-либо оценки этому вопросу суды не дали, формально сославшись на то, что названные земельные участки не расположены в границах красных линий и не входят в состав территорий общего пользования.

Пунктом 1 статьи 274 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сервитут может устанавливаться для обеспечения прохода и проезда через соседний земельный участок, строительства, реконструкции и (или) эксплуатации линейных объектов, не препятствующих использованию земельного участка в соответствии с разрешенным использованием, а также других нужд собственника недвижимого имущества, которые не могут быть обеспечены без установления сервитута.

Таким образом, вопрос о наличии либо отсутствии возможности проезда к земельному участку без использования чужого земельного участка имеет юридическое значение при рассмотрении требований об установлении сервитута.

Предметом исковых требований Солдатенко В.А. по настоящему делу являлось не установление сервитута, а признание незаконной передачи земель общего пользования в собственность Отставному А.В., Шмелькову В.А., Пенькову Д.Ю. и Обществу.

Это не было учтено судами первой и апелляционной инстанций, сославшимися в обоснование отказа в удовлетворении исковых требований Солдатенко В.А. на возможность проезда к ее земельному участку без использования чужих земельных участков.

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, срок исковой давности по искам об оспаривании зарегистрированного права на объект недвижимости подлежит исчислению с момента, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении его прав соответствующей записью в ЕГРП.

В обоснование заявленных требований Солдатенко В.А. указывала, что ее права и законные интересы нарушены передачей земель общего пользования в собственность Отставного А.В., Шмелькова В.А., Пенькова Д.Ю. и Общества.

При таких обстоятельствах срок исковой давности по этим требованиям подлежал исчислению с момента, когда истец узнала или должна была узнать о том, что в состав принадлежащих ответчикам земельных участков входят земли общего пользования.

Однако, как указывает заявитель, суд в нарушение приведенной выше правовой нормы исчислил срок исковой давности не с указанного момента, а с момента принятия оспариваемого распоряжения Территориального управления от 14 ноября 2013 года N 372-р.

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного кодекса. Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2012 г. N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

С учетом изложенного, а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит нужным отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 20 сентября 2017 г. с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное и принять судебное постановление в соответствии с требованиями закона.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Саратовского областного суда от 20 сентября 2017 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Обзор документа

В споре о передаче земель, занятых проездом, в частную собственность ответчиков Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ не согласилась с отказом в требованиях истицы.

Передавать в частную собственность земли общего пользования, в т. ч. занятые проездами, запрещено. Данный запрет не зависит от нахождения земель в границах красных линий и отнесения их к территориям общего пользования в порядке, предусмотренном градостроительным законодательством.

Судам следовало установить, входят ли спорные земли общего пользования в состав участков, предоставленных ответчикам в собственность.

Отмечается, что вопрос о возможности проезда к земельному участку без использования чужого участка имеет значение при рассмотрении требований об установлении сервитута. В данном случае предмет иска был иной.

Источник