психоневрологический интернат с храмом
Психоневрологический интернат № 16
Духовная реабилитация
При ГБУ ПНИ № 16 действует Храм Преподобного Серафима Саровского. В Храме проходят пятничные и воскресные службы, а так же все Христианские праздники.
Настоятелем храма является протоиерей Константин Кобелев, он так же служит священником в Храме святителя Николая в Бирюлеве и старшим священником в Домовом храме Покрова Пресвятой Богородицы в Бутырской тюрьме. ГБУ ПНИ № 16 посетил епископ Орехово-Зуевский Пантелеимон, председатель синодального отдела по делам благотворительности и социальному служению РПЦ. 21 января 2011 года в первый раз в домовом храме святого преподобного Серафима Саровского при психоневрологическом интернате №16 в Москве служили архиерейскую Литургию.
Серафи́м Саро́вский — иеромонах Саровского монастыря, основатель и покровитель Дивеевской женской обители. Прославлен Российской церковью в 1903 году в лике преподобных по инициативе царя Николая II. Великий подвижник Русской Церкви и один из наиболее почитаемых монахов в её истории.
Главный храм прихода — строящийся храм преподобного Серафима Саровского в Раеве. 19 декабря 2011 года в день памяти святителя Николая Мирликийских освящён и водружен Крест на купол храма.
Самый православный интернат
ПОЧЕМУ ОВЕЧКИ ИДУТ НАПРАВО?
У метро нас с фотографом встречает машина, в ней — сотрудница интерната Дарья Мусиенко и сегодняшний гость — диакон Сергий Учанейшвили: в сумке ряса, в чехле гитара. Отец Сергий в третий раз едет в ПНИ № 7 давать благотворительный концерт:
— Мне на службу сегодня к пяти. Что бы я делал, если бы Даша не позвала меня выступать? Спал бы, наверное. А раз приглашают, надо ехать. Зачем? Из корыстолюбия (смеется). Спасение ведь вполне себе корыстная цель. Что значат богатства земные по сравнению с теми, которые можно себе на небесах собрать? Могут ли любые награды сравниться с благодатью, которую получаешь, когда отдаешь? Нет конечно. Вот и стараешься ухватиться за возможность хоть что-то отдать, чем-то поделиться. Не хочется, по-евангельски, с козлищами налево идти, а хочется с овечками направо. Вот почему овечки идут направо? Потому что добрые дела делают. А поводы к добрым делам еще искать надо. Так что это везение, когда кто-то просит помочь. Вроде как дело тебя само нашло.
Дорога за беседой пролетает быстро, и вот уже мы въезжаем на территорию интерната. Пробегаю глазами вдоль кажущихся бесконечными рядов окон, предполагаю, что за каждым из них живут только боль и отчаяние. Я ошибаюсь, но еще не знаю этого.
ЦВЕТЫ И КОШКИ
Случаев, когда проживающие в ПНИ находят себе достойное место в социуме, не так мало. Резонно возникает вопрос, зачем же они остаются здесь, а не живут по домам, ведь многим по законодательству полагаются квартиры? Неужели есть надобность держать в одном месте восемьсот пятьдесят человек, если некоторые из них вполне могут жить самостоятельно? Чувствую некоторую неловкость от того, что придется спросить об этом руководство. Но оказывается, я зря опасаюсь поставить заведующих учреждением в неудобное положение. На все вопросы мне отвечают прямо, с проживающими разрешают беседовать без ограничений, ходить по отделениям и палатам — тоже. Это еще впереди, а пока предстоит разобраться, для кого этот дом, как в него попадают и есть ли отсюда выход в большую жизнь.
КОГДА ЛЮБЯЩИХ ЛЮДЕЙ НЕТ
— У нас девять отделений и 851 проживающий, — начала свой рассказ директор ПНИ № 7 Светлана Белая. — Вас смущает многочисленность? Отчасти соглашусь. Как раз сейчас активно поддерживаются инициативы по строительству небольших интернатов домашнего типа. Два таких уже строятся, но это весьма затратные проекты. Конечно, когда проживающих мало, в этом много бесспорных преимуществ, но, работая здесь, я замечаю, что, например, старикам с гериатрического отделения очень нужно общение, и не два-три человека в окружении, а своя полноценная среда. Вам кажется, что большинству из них лучше жить дома, если есть такая возможность? А вот тут не могу согласиться.
Двадцать пять лет Светлана Владимировна проработала в сфере социального обслуживания населения. Начинала простым соцработником. На тот момент она жила с мыслью, что её семья — это домочадцы плюс восемь бабушек на попечении.
— И вот я вспоминаю, сколько мне встречалось брошенных стариков, которые не могут ни обслужить себя, ни с постели встать. Что может соцработник сделать на дому? Может купить еду, приготовить что-то, помыть, убрать и уйти, оставив бабушку одну или, еще хуже, — с родственниками, которые только и ждут её смерти, или с далеко не всегда доброжелательными соседями по коммуналке.
Директору ПНИ доводилось сталкиваться с ситуациями, когда пожилых людей, не способных передвигаться, выписывали из больницы, отвозили домой и оставляли на лестнице, под дверью.
— Я в соцработе с 1991 года, для меня очевидно, что интернат — благо, — утверждает она. — Вам кажется, что медицина, уход, питание — вещи второстепенные, главное — родные люди рядом. Но когда любящих людей нет, элементарные бытовые вещи становятся первостепенными.
Есть, конечно, в интернате ребята, способные позаботиться о себе сами. В основном, это те, кто попал в ПНИ после детского дома. В интернате им помогают начать самостоятельную жизнь. Трое подопечных уехали на постоянное жительство в поселок Смолячково, женились, работают.
— К сожалению, так случается не всегда, — говорит директор ПНИ № 7. — По идее, проживающий, который выписался, уже считается полностью самостоятельным, но сотрудники интерната стараются не терять связи, как они говорят, «со своими детьми». За одного из собственных карманов платят долги, собирая внушительную сумму, другого избавляют от гастарбайтеров, занявших его жилплощадь. За каждого подопечного радеть — уже не работа, а призвание.
БЕРУ ТАЙМАУТ — ПОВОРАЧИВАЮСЬ К ИКОНАМ
Выгорание для людей, работающих в социальной сфере, — явление неизбежное.
— Помню, в молодости мне было море по колено, но когда пришла работать в ПНИ, многое изменилось, — рассказывает Светлана Белая. — Вдруг на плечи лег груз ответственности. Да что там на плечи, на совесть, главное! Стала задумываться о вере, Боге. Иногда мне снится райский сад, где так прекрасно, что не стремиться туда невозможно. А как стремиться? Поступать по совести. На директорском месте (впрочем, и на других, наверное, тоже) не всегда просто принять правильное решение.
Во всех непонятных ситуациях директор берет таймаут и поворачивается к иконам. Вот они, слева от стола.
— Помолюсь, мысли придут в порядок, и через какое-то время ответ находится сам собой.
ХРАМУ ОТДАЛИ ЛУЧШЕЕ
Сейчас домовые храмы есть при всех психоневрологических интернатах Петербурга и области, но первый возник именно здесь, в «Семёрке». Было это в 1995 году. Храм освятили во имя святого праведного Иоанна Кронштадтского. Первоначально он размещался на четвертом этаже, в одной из палат. Попасть в храм тогда не всем было просто, но молящихся становилось всё больше, и руководство интерната приняло решение обустроить храм в новом месте.
— Храму мы отдали лучшее, что у нас было, — просторный и светлый конференц-зал на первом этаже. Благоустраиваем его на те средства, что собираем сами. Помогают не только попечители, но и родственники проживающих, да и сами сотрудники. Мы прекрасно понимаем, что нашим подопечным вера в помощь. Мы не навязываем православие, когда нужно, приглашаем для проживающих служителей других конфессий, например муллу из мечети, но это исключительные случаи. Гораздо чаще мы слышим, как родственники говорят пожилому человеку: «Ты будешь жить там, где есть храм». Это для них действительно важно, — рассказала директор.
Для попадающих в интернат христиан, в основном пожилых, наличие храма и полноценной приходской жизни — один из факторов, которые помогают примириться с переездом из дома в учреждение. Но не менее важны труды, предпринимаемые духовенством для того, чтобы с верой познакомились и все остальные. Крещение здесь не редкость. С момента открытия и по сей день неизменный настоятель храма святого праведного Иоанна Кронштадтского — протоиерей Валерий Швецов.
— Отец Валерий для наших проживающих сумел стать другом. Священники есть во всех интернатах, но не везде они ходят на отделения причащать тех, кто не встает с постели. У нас же батюшка посещает все палаты, — рассказала Дарья Мусиенко, преподаватель живописи в ПНИ. — Кроме того, у нас работает православный лекторий, наши проживающие ездят в паломнические поездки, а на Пасху все, кто могут, выходят на крестный ход.
ЦАРСКОСЕЛЬСКИЙ ВЕРНИСАЖ И ОПЕН-ЭЙР
Дарья работает в интернате два года. Журналист по образованию, художник по призванию (её работы выставляются в галереях города, хранятся в музеях Петербурга и Эстонии, расходятся по частным коллекциям и даже украшают обложку известной британской рок-группы The Legendary Pink Dots), Даша с проживающими рисует и мастерит. Свобода художественного самовыражения, которую дает она своим подопечным, превращает каждую творческую встречу в настоящее событие. В ход идут не только краски, но и любые предметы — бусы, ложки, счеты, бутылки, обрезки ткани… Так создаются уникальные арт-объекты и коллажи, которые отправляются на выставки, а не пылятся на полках.
— Моя задача не научить рисовать, а показать, что искусство разнообразно и подвижно. Реализм — не единственный путь. Все мои ребята — самородки, в их манере письма столько свободы, что многим художникам нужно самим у них поучиться, — уверена Даша. — Хочется просто создать им условия для развития таланта и дать обратную связь от зрителей.
Выставлять работы своих подопечных Дарья начала почти сразу. Для новоиспеченных художников это настоящий подарок. Их картины уже увидели посетители Государственного музея истории религии, выставки прошли также в трех библиотеках города. Апогеем счастья для проживающих в ПНИ № 7 второй год подряд становится победа в Царскосельском вернисаже.
— Я давно здесь живу. Не помню сколько. Раньше не рисовал. Только с Дашей начал, — поделился Александр Скарлата, победитель этого года, занявший первое место в номинации «Дружба» с картиной «Малыш и Карлсон». — Очень люблю Дашу, буду дальше рисовать.
Дарья приходит в ПНИ трижды в неделю. Она не ограничивается занятиями живописью. В августе, например, устроила для проживающих праздник. Повода не было, но было желание. Событие носило модный формат опен-эйра: в сквере перед интернатом пели и танцевали, разгадывали загадки, ели арбузы, рисовали мелками на асфальте, жюри из подопечных интерната выбирало лучшие работы, а сотрудник Антон играл на баяне. Теперь все с нетерпением ждут повторения, и Дарья уже готовится провести аналогичный осенний праздник.
— Даша — находка для нашего интерната, любимица проживающих. Она привносит сюда жизнь, она стала связующим звеном между учреждением и внешним миром. Приглашает интересных гостей, — рассказала Алла Николаевна Янаева, замдиректора по медицинской части.
Дарья ищет тех, кто готов приехать в ПНИ с одной-единственной целью — подарить радость «за так», «за награду в будущем веке», как говорит сегодняшний гость отец Сергий Учанейшвили.
С репертуаром Петра Лещенко в ПНИ № 7 выступал Григорий Податов, регент хора храма Казанской иконы Божией Матери в Зеленогорске, православная писательница Ирина Рогалева читала здесь свои книги. Художественный руководитель кинофестиваля «Невский благовест» Раиса Евдокимова привозила фестивальные фильмы, выступали известные своим мастерством звонари Владимирского собора, на Пасху пел детский хор «Горчичное зернышко». Перед проживающими пела звезда оперетты Лина Нова, для них играл легендарный «Петербургский диксиленд».
ТРУДНЫЕ ВОЛОНТЕРЫ
— Мы всем рады, кто готов навещать наших подопечных. Им необходимы люди извне, необходимо внимание. Это я поняла давно, когда только начала работать в интернате. Тогда поиск волонтеров привел нас в Александро-Невскую лавру. С её общиной мы сотрудничаем до сих пор, — поделилась начмед Алла Янаева.
Она признается, что с православными волонтерами находить общий язык проще всего. На первый взгляд, недостатка в желающих помочь нет. Разнообразных волонтерских движений масса, но далеко не все стремятся именно помогать, есть такие, для кого это просто досуговая деятельность, попадались и те, кто пытается таким образом получить грант.
— Или еще такая проблема: есть добросовестные волонтеры, которые действительно делают много полезного для наших проживающих, но от которых всегда можно ждать «нож в спину», — делится она. — Они бдительно следят, всё ли у нас в порядке. Но бывает, мы что-то упустим, нам они ничего не скажут, а вышестоящему начальству пожалуются. Мы для них всё равно открываем все двери, но с некоторым содроганием.
ДОСТАТОЧНО ЛИ ВО МНЕ ЛЮБВИ
Алла Николаевна начинала свой путь к посту замдиректора по медицинской части с работы в пищеблоке, была и санитаркой, и медсестрой. Всю жизнь работает в психоневрологических интернатах, а ведь когда-то мечтала поступить на филфак, изучать испанскую филологию. Впрочем, о том, что жизнь сложилась именно так, а не иначе, нисколько не жалеет:
— Когда я пришла работать в ПНИ, для меня оказалось настоящим открытием, что среди проживающих очень много интереснейших людей. В 1980-е еще можно было застать старых дворянок, которые, когда забывали слова на русском, переходили на французский и немецкий. Помню пациентку с миопатией Эрба, это заболевание, при котором голова ясная, а мышцы не работают. Она при этом была невероятно деятельным человеком, состояла в обществе поэтов-инвалидов, приглашала в интернат Эдуарда Хиля, Альберта Асадуллина… Когда видишь, как глубоко больные люди не унывают, а наоборот, несут свет окружающим, хочется жить и работать, хочется проверить себя — на что ты способен. На это нужно время. Каждый, кто приходит сюда на работу, в конце концов вынужден найти ответ на вопрос: «Могу ли я пожалеть, дать ласку, достаточно ли во мне любви?» Злому человеку у нас не место.
СТРАНСТВИЯ «ПИЛИГРИМА» ПО ОТДЕЛЕНИЯМ
Вслед за Аллой Николаевной идем на отделения, за ней тотчас собирается свита из проживающих: кто-то читает свой новый стих, кто-то просто жмется ближе, чтобы его приобняли, погладили по голове. И начмед гладит, и слушает, и хвалит.
В фойе собираются зрители, сейчас перед ними выступит театральный коллектив «Пилигрим». В программе стихи, песни, мыльные пузыри. Такие выступления проходят на всех отделениях, особенно труппу ждут те, кто не может покинуть свою палату. Лежачие больные не отпускают артистов, просят выступить еще и еще. А ведь сами выступающие собраны из местных. Год назад при интернате создали совет проживающих, и на одном из собраний совета было решено организовать театр «Пилигрим». Название выбрано неслучайно: труппа, как странствующий пилигрим, переходит из одного отделения на другое. Сейчас и совет, и труппу возглавляет Галина Егураева. Работники ПНИ № 7 вспоминают, что попала она к ним три года назад и поначалу даже не выходила из палаты, да и разговаривать ни с кем не хотела.
— Оказалась я здесь по семейным обстоятельствам. Больше пойти было некуда. Я по образованию художник-постановщик, работала в детском кукольном театре. Раньше приезжала в ПНИ как гость: мы выступали перед проживающими, —и вот сама оказалась здесь, — поделилась воспоминаниями Галина, руководитель театра «Пилигрим». — Сначала ничего не хотела, была замкнута, жила только своими переживаниями, потом стала замечать окружающих, тех, кому намного хуже, чем мне. Первая наша постановка была по стихотворению Даниила Хармса «Из дома вышел человек…». Ребята с первого отделения сделали из картона паровоз и вагоны, всё ярко раскрасили, успех был необыкновенный.
За три года многое изменилось. Теперь на отделениях Галину встречают криками: «Моя королева! Красавица! Люблю тебя до слез!». Каждому Галина дарит улыбку, приятное слово. Она ходит к самым тяжелым больным и просто играет с ними — в куклы, в машинки. Везде только и слышно: «Галя, Галя!»
— Я даже не знаю, чего мне хочется: уйти отсюда или остаться. С одной стороны, мечтаю о настоящем театре, с другой — понимаю: я им нужна, и та неподдельная любовь, которой они меня одаривают, искупает всё. Когда начну сомневаться, помолюсь святому Николаю Чудотворцу, не пройдет и трех дней, а мои сомнения уже развеялись и ответы на вопросы найдены. Видимо, пока мое место здесь.
Церковное душепопечение психоневрологического интерната
Открытие первого в России домового храма при психоневрологическом интернате
Санкт-Петербургский психоневрологический интернат № 7 расположен по адресу пр. Ветеранов, 180. Здесь на 5 отделениях проживают около 900 пациентов в возрасте от детского до престарелого с различными режимами психиатрического наблюдения и надзора, поступающие с задержкой психического развития, слабоумием, синдромом Дауна, олигофренией, шизофренией и другими психическими и гериатрическими заболеваниями. Их обслуживают более 300 сотрудников, из которых 200 составляют медперсонал.
В 1990-е годы интернат посещали проповедники христианской Евангелической церкви: проводили богослужения, пели духовные песни. Но с 1994 г. учреждение духовно окормляется исключительно Русской Православной Церковью, а именно клиром храма Покрова Божией Матери в Южно-Приморском парке Санкт-Петербурга.
В 1995 г. по решению дирекции интерната на 4 отделении был устроен домовый храм в честь св. прав. Иоанна Кронштадтского — впервые в учреждениях подобного типа. Под него была отдана светлая просторная больничная палата.
В те времена начальство могло плохо отнестись к подобному начинанию, так что для директора это был определенный риск.
Но молитвами св. прав. Иоанна Кронштадтского Божия благодать рассеяла все сердечные сомнения и колебания.
Домовый храм в честь св. прав. Иоанна Кронштадтского
Пока храма не было, не представлялось возможным духовно окормить и объединить в одну большую семью сотрудников и проживающих, и всякий раз после посещения интерната у священства оставалось чувство неудовлетворенности. С появлением храма ситуация в корне изменилась. Не сразу, но он объединил всех и стал центром духовной жизни интерната, родным местом, каждому стало спокойнее на душе, легче жить и работать. Все значимые дела и события стали предваряться совместной храмовой молитвой.
Основные принципы душепопечения в психоневрологическом интернате
Православное священство в нашей стране получило право на социальное служение только в начале 1990-х гг., поэтому опыта окормления психоневрологических учреждений еще не было. Церковное душепопечение в сумасшедших домах происходило до революции 1917 г. в кардинально иных условиях и к тому же не описано достаточно подробно, оно не могло послужить руководством священнику наших дней. Поэтому в начале пути приходилось уповать лишь на милость и помощь Божию.
Первым делом было решено освятить православным чином все этажи и все помещения.
Тогда же было решено: чтобы духовное попечение о пациентах было полноценным, священство будет опираться в первую очередь на сотрудников интерната, и только во вторую — на помощь волонтеров из числа прихожан. Директор много потрудилась, помогая священству воцерковлять сотрудников, чтобы они могли содействовать окормлению проживающих на своих отделениях. Постепенно заведующие отделениями, старшие медсестры и младший персонал стали искренними помощниками священства.
Воцерковление проживающих началось с раздачи нательных крестов и обучения правильному наложению на себя крестного знамения и простым молитвам. Благодаря заботе персонала они научились осенять принимаемую пищу крестным знамением, стали часто употреблять святую воду. Было организовано приобщение Святых Таин тех, кто не имеет возможности посещать храм.
Один из главных принципов духовного окормления проживающих — добровольность, отсутствие любого насилия над их волею. Все совершается с ведома и согласия близких родственников или опекунов, а также по их вере, вере персонала и священства. Это положение становится особенно важным, когда душевнобольной человек никак не проявляет своего отношения к вере, но и не препятствует совершению над ним церковных обрядов и Святых Таинств.
Все поступающие на постоянное проживание в интернат с согласия близких родственников и по собственному расположению принимают православное Святое Крещение, если не были крещены ранее, и духовно сопровождаются впоследствии. Во время тяжелых болезней они, чаще чем обычно, приобщаются Святых Христовых Таин и проходят Святое Таинство Елеосвящения. Умершие отпеваются — очно или заочно — в часовне при интернате. В храмовый синодик, поминаемый на каждой Божественной литургии, внесены имена пациентов и сотрудников православного вероисповедания.
Стержнем и основой духовного окормления является регулярное, не реже 2–3 раз в месяц, совершение Божественной литургии. В ней участвуют и проживающие, и персонал, — все, кто во время богослужения имеет возможность помолиться в храме. Православная община верующих, постоянно посещающих храм, сегодня составляет примерно 50–70 проживающих и 25–30 человек персонала.
Божественная литургия начинается рано, в 8 час. 30 мин. утра. Это обусловлено тем, что все причастники, и в храме, и на этажах, принимают Тело и Кровь Христову натощак, как и положено по церковным канонам. Время завтрака для причастников смещается на полтора часа, тогда как все остальные завтракают раньше, в обычное время. По окончании каждой литургии священник со Святой Чашей посещает какое-то одно отделение интерната (по череде) и приобщает всех желающих, заранее подготовленных медперсоналом. В итоге за каждой службой причащаются 50–70 человек в храме и 80–120 на отделении.
Причащение на отделении
Так было не всегда. Первое время проживающие приобщались Святых Таин спустя 2–3 часа после завтрака, как младенцы, к которым по церковным канонам и приравниваются такие больные. Только спустя 1,5–2 года регулярного посещения интерната священством проживающие стали причащаться натощак (за исключением больных шизофренией).
Особенности душепопечения в психоневрологических учреждениях
Перед священником, желающим духовно окормлять такие учреждения, возникают немалые трудности. Сам факт их посещения, а тем более совершения Божественной литургии, массового причащения душевнобольных людей, требует больших затрат нервной и физической энергии, максимальной собранности, трезвения, смирения и упования на всесильную помощь Божию. Не стоит, наверное, и упоминать, что это служение совершается совершенно бескорыстно, так как администрация интерната не имеет материальной возможности выразить священнику благодарность за понесенные им большие труды. Но за этот бескорыстный труд и искреннюю молитву проживающих, за службу в храме Господь подает особую благодать и радость как священству, так и персоналу, принимающему участие в духовной жизни пациентов. Я всегда уходил из интерната после службы духовно отдохнувшим и благодатно наполненным, хотя и на фоне большой физической и нервной усталости.
Священнику, имеющему дерзновение духовно окормлять учреждения такого профиля, необходимо самому духовно окормляться у опытного пастыря, заручившись его благословением и молитвами. Для меня им стал в то время известный всероссийский старец, архимандрит Иоанн (Крестьянкин), насельник Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря.
Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) (1910–2006)
Я смиренно испросил его старческих святых молитв на такое многотрудное дело, как духовное пастырство в интернате. На мой вопрос по поводу невозможности продолжать обучение в Духовной академии батюшка ответил, что моя академия и мое духовное обучение — это посещение интерната, там я научусь всему. Он же и благословил меня, не смущаясь, первое время причащать проживающих как младенцев, спустя 2–3 часа после завтрака.
Служение в таких учреждениях требует от пастыря большой самоотдачи. Интернат должен стать для него родным местом, где его всегда ждут и встречают с радостью, и куда сам он спешит по любви и зову сердца.
Первое время, приходя в интернат, я думал, что исполняю свой христианский долг, помогая проживающим и персоналу встретиться со Христом. Но спустя некоторое время стал понимать, что эти посещения необходимы прежде всего мне самому, ибо среди живущих здесь я чувствую себя по-особому легко, просто, вдохновенно и радостно, как, наверное, всегда и должен чувствовать себя человек.
Хотелось бы сказать несколько слов об особенностях духовного окормления этих необычных пасомых. В интернате проживают лица с разными психическими расстройствами разной степени тяжести. Но многие из них восприимчивы к благодатной религиозной стороне жизни и имеют живую душу. Они особенно открыты, ранимы, быстро откликаются на тепло и ласку, способны на верную дружбу и теплую привязанность, а своей доверчивостью и сердечностью походят на детей.
Человеческая душа живет в сердце. У людей, ставших инвалидами с детства, сердца отзывчивые, очень чуткие. Они как струны, как камертон, — тронь тихонько, и отзовутся: тончайшие оттенки чувств знакомы им. И души их, как серебряные колокольчики, поют тихо и нежно, то грустно, то радостно. Одному Богу известно, какое богатство скрыто там, в Святая Святых — в глубине их сердец. Немногим из них удается выразить себя, свой творческий потенциал. И этот источник бесконечной, мудрой, всепонимающей и всепрощающей доброты скрыт от большинства людей. От тех, кто за хаотической суетой повседневности отвык слушать окружающий мир душой и сердцем.
И. Беккер «Пусть в вашем сердце живет любовь» («Русский инвалид». 1994., № 3–4)
К таким людям нужно идти с открытым сердцем, без всякой корысти, ибо пред ними невозможно фальшивить. Впустив их в свою душу, ты станешь им сокровенным другом, а может быть и отцом. Ты примешь их всем сердцем и сам станешь проще, честнее, свободнее. Но раз или два придя к ним высокомерно и отчужденно, ты потом никогда больше не вернешься сюда. Это и просто, и сложно одновременно. Но не понимая этого, невозможно служить такой пастве.
Часто у пастыря возникает вопрос, как подготовить верующих в интернате к восприятию благодати Божией в Таинстве Святого Причастия. Здесь нужно уметь правильно расположить сердце пациента, дать ему молитвенный, благоговейный настрой. Это происходит, в первую очередь, силою благодати Святого Духа во время совершения Божественной литургии. Перед Святым Причастием в нашем интернате обычно проводится общая исповедь, во время которой через простые, образные, яркие, доступные сердечному восприятию слова достигается покаянное настроение, острое ощущение собственной греховности. В проповеди на общей исповеди раскрываются простые евангельские истины о любви, всепрощении, необходимости молитвы, духовного и телесного труда, о несовместимости благодатной жизни с Богом с греховными привычками и пороками, такими как непослушание медперсоналу, курение, употребление алкоголя и т. д.
Причащение Святых Христовых Таин в домовой церкви
Если пастырь сумел сам правильно духовно настроиться во время совершения Божественной литургии, то он станет камертоном для остальных молящихся в храме. При этом условии 10–15-минутной проповеди бывает достаточно для того, чтобы молящиеся пришли в покаянное, благоговейное состояние. После проповеди над всеми исповедниками прочитывается разрешительная молитва, и они допускаются к принятию Святых Христовых Таин. У медперсонала принимается частная исповедь, она проводится сразу после общей.
На отделениях, в палатах или в фойе для тех, кто готовился к причастию, кратко повторяется общая исповедь, и проживающие допускаются к Святой Чаше. Само собой разумеется, что Приобщение Святых Таин должно происходить с согласия, а если возможно, то с живым, сердечным, глубинным откликом причастников. Пастырю нельзя забывать, что Святое Причастие — это не таблетка, а Таинство соединения на сокровенной глубине души человека с Богом. Поэтому проживающие должны участвовать в совершающемся над ними Святом Таинстве сознательно и благоговейно, насколько это возможно, чему должен способствовать пастырь и медперсонал, помогающий священству в деле духовного окормления.
Нельзя причащать пациентов в состоянии острого психоза, пребывающих в аффекте или других негативных психических состояниях, а также произносящих хулу на Тело и Кровь Христовы. Указать священнику на таких больных, неспособных в данный момент принимать Святые Тайны, — обязанность врачей или медсестер, хорошо знающих своих подопечных и их душевное состояние.
Действенность церковного попечения в психоневрологическом интернате
Опираясь на многолетние наблюдения священства и персонала за проживающими в интернате, можно с большой степенью достоверности сделать следующие важные выводы.
Богослужения улучшают эмоциональное состояние насельников интерната. Они становятся приветливее и доброжелательнее как в словах, так и в делах, более открыты и расположены к общению с персоналом и друг с другом, в интернате уменьшается количество конфликтных ситуаций. Пациенты делаются доступнее для педагогической коррекции, легче усваивают обращенные к ним слова, быстрее откликаются на просьбы персонала, порой живым участием и добрым словом, сказанным от всего сердца, даже помогают кому-либо из персонала пережить личное горе и жизненные невзгоды. После богослужений у них заметно снижается психическое напряжение и мышечный тонус. Все это снижает потребность в медикаментах, и больные ведутся на более низких дозах психотропных препаратов.
При интеллектуальной недостаточности улучшаются мыслительные процессы, например, было замечено частичное восстановление некоторых функций абстрактного мышления и внимания. Мы отмечаем также развитие моторики в целом и формирование мелкой моторики. Пациенты стали восприимчивее к разным видам творческой реабилитации: эстетотерапии, музыкотерапии, посещению музеев и театров; они активнее участвуют в работе театральной и концертной студий, спортивных кружков и т. д.
Значительные изменения в лучшую сторону происходят и в нравственной сфере. Когда больные нарушают режим проживания в интернате или совершают безнравственные поступки, в них рождается стыд и раскаяние в содеянном, ощущение неправильности своего поведения, что влечет их в храм на таинство Святой Исповеди. Обостряется совесть и стыдливость, люди хотят в храме, через благословение священника «узаконить» свои взаимные чувства и расположение друг к другу, если по тем или иным причинам не могут сделать этого в загсе.
Любовь к храму и к Богу помогает пациентам в их жизни. Им интереснее жить в интернате. Для них стали возможными поездки на о. Валаам в Спасо-Преображенский монастырь, обитель прп. Варлаама Хутынского и другие обители. Некоторые настолько воцерковились за это время, что в воскресные и праздничные дни самостоятельно (с разрешения врача) посещают богослужения в храмах города. Особое утешение принес храм лицам старше 60 лет, в первую очередь женщинам. Они меньше тяготятся жизнью в интернате. Она стала для них светлее и осмысленнее, храм влил в них новые жизненные силы.
Наличие храма и духовное окормление отражается и на больных с тяжелым диагнозом шизофрении. Хотя первоначально они негативно относились к посещению домовой церкви и Святому Причастию, в настоящее время многие из них приобщаются Святых Христовых Таин, даже при том, что по разным причинам церковь, как правило, не посещают. Мы отмечаем изменение в лучшую сторону отношения к приятию Святых Христовых Таин больных с диагнозом шизофрении в самых тяжелых формах, находящихся под особым психиатрическим наблюдением. Эти больные стали постепенно принимать Святые Тайны, как и все проживающие в интернате, строго натощак, без какого бы то ни было принуждения со стороны медперсонала. Это явление добровольного переноса на несколько часов времени завтрака и курения такими тяжелыми психически больными людьми можно отнести к разряду чудесных.
Наличие домового храма и возможность его посещения для молитвы и беседы со священником уменьшают депривацию (явления госпитализма, порождаемые длительным пребыванием в учреждении закрытого типа).
Все вышеизложенное позволяет сделать вывод, что у проживающих происходит частичное компенсирование психофизического дефекта.
В последнее время стало заметно духовное сближение коллектива сотрудников и проживающих в интернате. Этому способствуют совместные поездки в монастыри и храмы города, выбор проживающими крестных для своих маленьких детей из числа сотрудников, постоянная помощь персонала священникам в окормлении проживающих и многое
другое.
Все труды священства и сотрудников интерната по духовному сопровождению живущих в психоневрологическом интернате окупаются стократно их ответною благодарностью, искренностью чувств и чистою молитвой к Богу.
Результат этой большой работы — стабильность коллектива, малая текучесть кадров при минимальных окладах и большой нагрузке сотрудников. Более 60% сотрудников проработали в интернате уже более 10 лет.
Завершить рассказ хотелось бы стихотворением Владимира Сорокина, инвалида детства, постоянно проживающего в психоневрологическом интернате № 7.
ДРУЗЬЯМ
Не жалей для друзей
Ни души, ни тепла,
Чтоб в мелькании дней
Жизнь светлее была!
Как себе самому,
Человеку поверь —
Не предаст никому
В твоем доме он дверь.
Друг ту дверь распахнет
Для таких же, как ты,
Славный праздник начнет
И разделит мечты.
И надежней плеча
Ты нигде не найдешь:
Негасима свеча,
Что в друзьях обретешь.
И продлится твой век,
Неся сотни прикрас,
Коль родной человек
Дарит искренний взгляд!
Ведь дорогой любой
Станет легче идти,
Если рядом с тобой
Тот, кому подвести
Не дано никогда,
Потому что друзьям
Одна светит звезда,
Да и та пополам.
Берегите ж друзей,
Чтоб счастливыми быть;
Чтобы в жизни своей
И мечтать и любить!
Представляем 20 выпуск журнала «Церковь и медицина»
Этот номер — отклик на важное событие в жизни православных врачей, которым стала III Международная научно-практическая конференция «Церковь и медицина: действенные ответы на вызовы современности», состоявшаяся в рамках Санкт-Петербургского Церковно-медицинского форума в интернет-формате.
Диспетчер
Ответственный секретарь
Общество православных врачей Санкт-Петербурга
Россия, Санкт-Петербург, проспект Культуры, д. 4, корп. 3