псково печерский монастырь рерих

Печоры. Большая звонница
1903

Н. К. Рерих и его последние этюды

На днях на постоянной выставке в Обществе поощрения художеств появились последние этюды Н. К. Рериха.

Художник употребил часть истекшего лета на путешествие в западную и центральную Россию, побывав в Ярославле, Костроме, Нижнем, Юрьеве-Польском, Владимире, Суздале, Ростове Великом, в Смоленске, Вильне, Троках, Гродне, Ковне, Мерече, Риге, Вендене, в Печорах, Изборске и в Пскове.

Целью этого путешествия было занести на полотно памятники древнего зодчества, отчасти уже разрушающиеся и даже разрушенные. Н. К. Рериху помогала его жена, работая фотографическим аппаратом.

Русь. 1904. 8/21 января. № 27. Четверг. С. 3.

Из путевой книжки художника Н. К. Рериха

Иллюстрированное приложение к газете «Русь». 1904. 16/29 января. Пятница. С. 2.

Общества поощрения художеств

. Кроме этого, минувшим летом комитет командировал секретаря Общества Н. К. Рериха для писания этюдов с памятников древности Средней России. В заседании от 27 декабря был заслушан доклад секретаря о результатах его поездки и осмотрены этюды (71), им во время командировки написанные. Этюды представляют изображения памятников древности: Ярославля, Нижнего Новгорода, Ростова Великого, Суздаля, Юрьева-Польского, Владимира, Смоленска, Гродно, Ковно, Вильны, Риги, Вендена, Изборска и Пскова. Ввиду значения изображённых памятников, комитет постановил выставить этюды Н. К. Рериха на постоянной выставке Общества в течение января 1904 г. для публичного обозрения.

Художественные сокровища России. 1904. № 5. С. 17, 19.

. И как мало известно большинству, кислому будто бы от недостатка новых впечатлений. Если и Псков мало знаем, то как же немногие из нас бывали в чудеснейшем месте подле Пскова — Печорах? Прямо удивительно, по вековому покою, по интересным строениям мало что сравняется во всей Средней Руси. Стены, об[б]итые литовцами, сбегают в глубокие овраги и бодро шагают по кручам. Церкви XVII века, деревянные переходы на стене, звонницы — всё это, тесно сжатое, даёт необыкновенно цельное впечатление.

Можно долго прожить на этом месте, и всё будет хотеться ещё раз пройти по двору, уставленному странными пузатыми зданиями красного и белого цвета, ещё раз захочется пройти закоулком между ризницей и старой звонницей. Вереницей пройдут богомольцы; из которой-нибудь церкви будет слышаться пение, и со всех сторон будет чувствоваться вековая старина. Особую прелесть Печорам придают полуверцы — остатки колонизации древней Псковской земли. Каким-то чудом в целом ряде посёлков сохранились свои костюмы, свои обычаи, даже свой говор, очень близкий к лифляндскому наречию. В праздники женщины грудь увешивают набором старинных рублей, крестов и браслетов, а середину груди покрывает огромная выпуклая серебряная бляха-фибула.

Зодчий. 1904. 25 июля. № 30. С. 343–346.;

Судьба картин наших художников в Сан-Луи

Организацию художественного отдела на Всемирной выставке в Сан-Луи, посвящённой русскому искусству, взял на себя некий, в искусстве неведомый, человек г. Грюнвальд. Он повёз в Америку много работ наших художников. Но вот долгое время от него не было никакого известия, и художники, доверившие ему свои работы, понятно, беспокоились. На днях лишь вернулся поверенный г. Грюнвальдта и заявил всем участвовавшим художникам, что все картины проданы в Америке. Все, до малейшего этюда. Если этот слух верен, то это отлично. Жаль только, что тогда попали за границу превосходные этюды Н. К. Рериха «русские древности», место коим — в Русском музее. Уже, кажется, и переговоры шли с одним из наших музеев, а тут «куплено в Америке».

Санкт-Петербургские ведомости. 1905. 24 февраля / 9 марта. № 46. Четверг. С. 5.

«Рериха всегда. манила к себе старина славянская, старина севера, старина древней России. — писал художественный критик И.И.Лазаревский, современник художника. — Он смотрит дальше, взор его глубже. Рериха влечёт к скрытому за далями веков, за туманностью невыясненного, что мерещится в сказаниях и преданиях старины; и в этом черпает Рерих сюжеты для своих работ. (. ) Своим удивительным проникновением в старину он создаёт картины целой эпохи, а не эпизоды той или иной страницы истории»1.

А.А.Формозов, исследователь истории русской археологии, отмечал, что «раскопки не были случайным увлечением молодого живописца. Рерих мечтал отыскать изначальную красоту — истоки искусства»2. Вот как об этом говорит сам художник: «. Желающий прикоснуться к душе народа должен искать истоки. Должен искать их не надменно и предубеждённо, но со всею открытостью и радостью сердца»3.

«Об искусстве ли думать? — пишет он в »Листах дневника». — Да, да, именно об Искусстве и Культуре нужно думать во все времена жизни, и в самые тяжкие. Во всех условиях нужно хранить то, чем жив дух человеческий. Для того же, чтобы хранить, нужно знать это сокровище, а для знания нужно изучать»4. О культурном наследии нашей страны Рерих писал: «Разве справедливо, что Культура, многогранная и увлекательная, творчество шестой части мира, не рассказана во всём своём синтезе? На пятистах языках создавалось это творчество. (. ) Молодые исследователи искусства найдут в себе прекрасные слова и заключения, чтобы свести воедино сокровище, которым обладает великая страна»5.

Поставив перед собой грандиозную задачу изучения древнерусской архитектуры и иконописи различных стилей и школ, Рерих отправился в путешествие по древнерусским городам, чтобы запечатлеть на полотнах каменную летопись страны.

«То, что нарисовал и написал Рерих после этой поездки, — это всё невелико по объёму в сравнении с тем, что видели глаза художника и к чему припадала душа его, — пишет русский историк и писатель Вс.Иванов. — Все, кто бывал в тех местах. знают, какая сила в этих памятниках, запечатлённых Рерихом на полотне. Оговоримся — это не мёртвые »памятники»; это свидетели сильнейшей, напряжённой творческой работы русского прошлого на индивидуальном его историческом пути; они полны вечной жизнью народа, они пылают радугами творчества, они вещают сильное прошлое и свидетельствуют о великом будущем. (. )

Сильную и радостную красоту увидел в Руси Рерих. Увидел, как ни один художник не видел до него. Нельзя же такую красоту оставлять втуне, её надо проливать в жизнь. (. ) Рерих по существу своему величайший оптимист и боец. (. ) Красоту надо возродить — вот лозунг Рериха, надо привести её в жизнь, разлить в мире»6.

Много лет спустя после путешествия по древне-русским городам Николай Рерих вспоминал: «Сколько глав! Сколько золочёных, и синих, и зелёных, и со звёздами, и с прорисью! Сколько крестов! Сколько башен и стен воздвиглось вокруг сокровища русского! Для всего мира это сокровище благовестит и вызывает почитание. Уж е сорок лет хождений по святыням русским. Напоминается, как это сложилось.

В 1894-м — Троице-Сергиева Лавра, Волга, Нижний Новгород, Крым. В следующем году — Киево-Печерская Лавра. Тайны пещер, »Стена Нерушимая». (. )

В 1903-м — большое паломничество с Еленой Ивановной по сорока древним городам, от Казани и до границы литовской. (. ) Какое сокровище! (. ) Тогда же впервые оформилась мысль о нужности особого охранения святынь народных»7.

Вдохновлённый красотой древнерусского зодчества, Рерих призывал: «Спешите, товарищи, зарисовать, снять, описать красоту нашей старины. Незаметно близится конец её. Запечатлейте чудесные обломки для будущих зданий жизни»8.

«. Он открывал глаза соотечественников на великое значение древнерусского искусства — на иконы, фрески, зодчество. На насущную и неотложную необходимость сохранения памятников старины и невосполнимость утраты этих памятников. Он запечатлевал древние храмы и башни на своих полотнах, предприняв для этого паломничество по святым местам. И впоследствии часть этих уникальных сооружений сохранилась лишь на его картинах»9, — говорит Наталия Дмитриевна Спирина о Николае Константиновиче Рерихе в статье «Небесный камень».

После поездки Рериха по древнерусским городам «Биржевые ведомости» (1903 г.) сообщали о его предстоящем докладе: «Любопытно будет узнать, что нового сможет сказать молодой художник о тех городах, что он теперь посетил с научно-художественными целями. города, о которых столько писалось и которые, кажется, вдоль и поперёк изучены археологами и художниками»10. Чуть позже, в начале 1904 года, более 70 этюдов, привезённых из поездки, были выставлены в одном из залов Императорского Общества поощрения художеств. Название выставки — «Этюды русской старины» — искусствовед С.Эрнст посчитал слишком скромным для громадного цикла архитектурных этюдов и предложил « назвать эту сюиту »Пантеоном нашей былой Славы», »Российскими Елисейскими Полями»»11.

Государь Император, посетивший выставку, выразил желание приобрести её для Русского музея, но объявленная в этот день Русско-японская война помешала дать соответствующие указания, и картины волею судьбы разошлись по миру.

Русь на протяжении долгих лет была страной деревянной архитектуры — её крепости, терема, избы строились из дерева, как на картине Николая Рериха «Город строят» (1902). Эти древние постройки не сохранились, но их архитектурный стиль дошёл до нас в позднейших деревянных сооружениях, в древних описаниях и рисунках.

Для русской деревянной архитектуры были характерны многоярусность строений с башенками или теремами и художественная резьба по дереву. Такие многоярусные строения мы встречаем на картинах Н.К.Рериха «Поморяне. Утро» (1906), «Вороны» (1901), «Город строят» (1902); «И Мы не боимся» (строение шатрового типа); «Три радости» (1916) (многоярусный терем) и др.

Если истоки деревянной архитектуры восходят в основном к Руси языческой, то архитектура каменная уже связана с Русью христианской. Подобного перехода не знала Западная Европа, издревле строившая жилища и храмы из камня.

Мир христианства, мир Византии принёс на Русь свой строительный опыт и традиции: сооружение церквей по образу крестово-купольного храма. Первые русские храмы в конце Х века были выстроены греческими мастерами в строгом соответствии с византийскими традициями; их купола имели вид полушария. Классическим образцом этого стиля является храм Св. Софии в Константинополе.

Но уже Киевский Софийский собор (XI в.) отразил сочетание славянских и византийских традиций: на основу крестово-купольного храма были поставлены тринадцать глав нового храма — своеобразная ступенчатая пирамида русского деревянного зодчества. Храм Святой Софии Киевской Рерих запечатлел на своей картине «Ярослав Мудрый».

В том же XI веке были построены Софийские храмы в Новгороде и Полоцке. Известны 15 каменных храмов подобного стиля, построенные на Руси в XI – начале XII в.

В XII веке, по образному выражению одного из искусствоведов, по всей Руси прошагали русские однокупольные храмы-богатыри, сменившие прежние ступенчатые пирамиды. Спас Нередицкий, древнейший из них, — шедевр архитектуры того времени, запечатлённый Рерихом на полотне ещё в 1899 году.

«Наиболее цельное впечатление из всех Новгородских древностей производит церковь Спаса на Нередице, — писал художник во время путешествия по Варяжскому пути. — Основанная в 1197 году князем Ярославом Владимировичем, Спасская церковь по древности, а главное по сохранности, является памятником исключительным. Такие одиночные, среди пустой равнины, церкви очень типичны для Новгородского пейзажа: то там, то тут, при каждом новом повороте, белеют они»13. «На пустом берегу, звеном Новгорода и старого Городища, стоял Спас одинокий. Позднейшая звонница, даже ненужный сарайчик пристройки, даже редкие вётлы волховские, всё спаялось в живом силуэте»14.

Позже, в 1940-х годах, узнав о разрушении фашистами этой русской святыни, Рерих вновь пишет картину, где по памяти воспроизводит храм Спаса на Нередице.

Однокупольный храм, подобный Спасу Нередицкому, мы встречаем в целом ряде картин Н.К.Рериха, среди них — «Обитель Сергия» (1933), «Святые гости» (1923).

Псковское село Сенно, расположенное рядом с Изборском, привлекло внимание Николая Рериха необыкновенными воротами погоста, сложенными во второй половине XVIII века из местного камня-плитняка. На картине «Псковский погост» (1904) ворота изображены вместе с крыльцом ризницы Псково-Печорского монастыря. «До глубины души взволновали они Н.К.Рериха, — пишет исследователь Изборской котловины В.В.Косточкин. — Он воспроизвёл их в точности, не упустив из виду ни одной детали. (. ) С широкой аркой для конного проезда и более узким, меньшим по высоте арочным проёмом для пешего прохода. »15 Такого въезда за ограду на Псковщине больше нигде не встретишь.

На этой же картине за воротами погоста виден купол церкви Георгия Победоносца (1562), расположенной на пригорке села Сенно. Световой барабан храма украшен рельефным фризом. «При ярком солнечном освещении, когда глубокие падающие тени ложатся в заглублённые места этого широкого кругового »фриза», он воспринимается зрителем не иначе как драгоценный браслет»16.

Здесь же Рерих изобразил и звонницу Георгиевского храма (XVI в.). На другом этюде с таким же названием эта звонница представлена во всём своём величии, грандиозная и суровая с виду. Звонница такого же типа изображена на картинах Рериха « Церковь Сергия» (1937), «Обитель Сергия» (1933), а элементы ворот псковского погоста и звонницы — на картине «Странник Светлого Града» (1933) и эскизе к ней.

Третий вариант этюда «Псковский погост» (1904) был дополнен архитектурным ансамблем Псково-Печорского монастыря, которому посвящено немало страниц в статьях и дневниках художника. «А многие ли бывали в чудеснейшем месте подле Пскова — в Печорах? (. ) По уютности, по вековому покою, по интересным строениям мало что сравняется во всей средней Руси. Стены, оббитые литовцами, сбегают в глубокие овраги и бодро шагают по кручам. Церкви XVII века, деревянные переходы на стене, звонницы, всё это, тесно сжатое, даёт необыкновенно цельное впечатление»17,— читаем строки Николая Константиновича и любуемся двумя его этюдами «Печоры. Монастырские стены и башни» (1903). «В глубине оврага дворик, уставленный странными разноцветными зданиями»18, отображённый художником на картине «Внутренний двор Печорского монастыря» (1903).

В путевом дневнике Рерих отмечает характерный «вход с огромным образом над воротами»19, который он запечатлел на этюде «Печоры. Вход в монастырь» (1903). Именно этот уголок Псково-Печорского монастыря был воссоздан позже художником на картине «И Мы приносим Свет». На несохранившейся картине Рериха «Дом Божий» — ещё одно изображение Псково-Печорского монастыря.

«Старая ризница, звонница с раскрашенными часами. домики с непропорциональными главками дают особое впечатление»20, — записано Рерихом в путевом дневнике.

«. А вот и нехитрый рассказ о Псковском Печорском монастыре: »Наш монастырь особенный. Отойдите в тёмную ночь подальше от монастыря, да оглянитесь вокруг. Кругом — мрак беспросветный, зги не видать, а над монастырём светло. (. )

— Может быть, это от огней монастырских?

— Вот и другие, кто не знает, так говорят. Какие в монастыре огни? Два фонаря керосиновых да две лампады перед иконами. Вот и всё освещение. (. ) Нет, это свет особенный»»21 — так пишет Николай Рерих в статье «Держава Света».

Одному из древнейших поселений Руси — Изборску — художник посвящает несколько картин. Изборск, куда прибыл легендарный Трувор, упоминается в «Повести временных лет», в повествовании о призвании на Русь в 862 году варяжских князей. Этот город кривичей появился задолго до образования Киевской Руси. Позже он стал пограничным сторожевым форпостом на западных рубежах Новгородской земли, прикрывавшим дорогу на Псков и далее на Новгород со стороны Ливонии. Немецкие крестоносцы называли Изборск «железным городом». В ту далёкую пору под его стенами происходило немало битв, о чём свидетельствуют древние «захоронения, покрытые продолговатыми исполинскими плитами». Среди них особенно выделяется огромный, высотой более двух метров, «слегка отклонившийся назад каменный крест»22, вырубленный из цельного камня.

Это захоронение местные жители называют могилой Трувора. Концы креста слегка расширяются от средокрестия в стороны; еле заметные буквы, стёртые временем, говорят о какой-то надписи на славянском языке. В литературных источниках он датируется XIV – XV веками. Подобные кресты характерны для псковского церковного зодчества. «Словно человек с раскинутыми в стороны руками», этот крест « как бы загораживает вход на городище, не пускает на него пришельцев»23. Именно таким и изобразил его Рерих на своём полотне «Изборск. Крест на Труворовом городище» (1903).

«Богатырями земли русской представились они и Н.К.Рериху. Он запечатлел их на суровом холсте небольшого этюда плотной группой. как бы стоящими плечом к плечу. То же ощущение силы и непоколебимой мощи художник передал и в своих более крупных произведениях »Дозор» и »Тайник», где могучий строй удвоенных по числу. изборских башен предстаёт перед зрителем во всём величии своей непревзойдённой суровой красоты и лаконичности. (. ) Глядя на изборские башни, вы особенно остро ощущаете, что за ними Русь и отходить некуда. (. ) По общей цельности. и неповторимости художественного облика эти башни являются настоящим эпосом народа, воплощённым в строительном материале и суровых архитектурных формах»27. «Глядя на эту крепость, невольно думаешь о том, что люди приходят и уходят, что век каждого из них слишком короток по сравнению с вечностью, но творения людей надолго переживают их, служат памятником их славному труду и деятельности на благо отечества. привлекая внимание суровой простотой архитектурных форм, группировкой рвущихся ввысь башен, причудливыми, выложенными в кладке крестами. »28

Рельефный крест Изборской крепости Рерих запечатлел на рисунке, написав в статье «Старина»: «На Изборских башнях только кое-где ещё остаются следы узорчатой плитной кладки и рельефные красивые кресты, которыми украшена западная стена крепости. Не были ли эти кресты страшным напоминанием для крестоносцев, злейших неприятелей пограничного Изборска?»29

«Под толстыми плитными стенами, — писал Рерих, — засыпались подземные ходы, завалились тайники и ворота»30. Особенно известен был тайник, который вёл к колодцу, питавшемуся ключевой водой, — единственному источнику водоснабжения изборян. Начало этого тайника было отмечено аркой на тыльной стороне юго-восточной стены крепости; снаружи вход прикрывался толстым слоем земли. Как рассказывает история, в 1341 году, во время осады Изборска, немцам удалось обнаружить место этого тайника и «воду отъяша у изборян». Но жители крепости, измученные жаждой, не сдались, и вскоре немцы сняли осаду и ушли, не подозревая, что других средств для получения воды у изборян не было.

На картине «Городские стены Изборска. Башни» между двумя массивными башнями просматривается Никольский собор. Он упоминается в летописях с 1341 года и Никольским назван не случайно. Имя святого Николы было чрезвычайно популярным в Древней Руси, особенно в псковских землях, где Ему были посвящены главные соборные храмы, и почин этот принадлежит изборянам. «Домом святого Николы» называли они собор и за него ходили в бой. «Никольский собор в Изборске был знаменем этого пограничного города, символом его стойкости. Это была идейная первооснова Изборска. »31

Собор сложен из той же грубо околотой местной плиты, что и крепость. С севера к нему примыкает высокая двухъярусная колокольня. Собор представляет собой строгий тип однокупольного храма, почти лишённого каких-либо украшений, который, наряду со Спасом на Нередице, мог послужить прототипом тех однокупольных храмов, которые неоднократно встречаются на полотнах Н.К.Рериха. Те же простые и суровые очертания мы видим на картинах «Никола», «Белый город», «И Мы трудимся», «Старый Псков», «Сам вышел».

Русский писатель С.Маковский в статье «Святыни нашей старины» пишет: «Вот раздумья, которым невольно отдаёшься, когда смотришь на этюды Н.К.Рериха, написанные им во время летнего путешествия по древним городам русским и урочищам. (. ) Об этих этюдах я уже упоминал несколько месяцев назад, говоря о »Народной сказке в русском художестве». Теперь я возвращаюсь к ним, ещё более восхищённый. Мне довелось недавно вновь навестить некоторые из тех памятников, которым они посвящены. (. ) И я чувствую себя благодарным Н.Рериху. Он показал мне много бесконечно красивого и значительного, что’ прежде я видел, не видя.

Все эти соборы, крепко вросшие в землю белыми стенами, кремли с шатровыми теремами, тихие церковные дворики и нахмуренные крепости-башни — изображены художником такими, какими они кажутся не безразличным глазам случайного прохожего, но глазам мысли и сердца. Н.Рерих сумел написать не только их »реальную» внешность. Он написал их поэзию, их древнюю душу. Он почуял вокруг них сказку времени. (. ) Он пристально всмотрелся в каменное лицо старины и понял его выражение. (. ) Вы понимаете, что эти формы могли создаться только на Руси, что веет от них каким-то упрямым, несокрушимым своеобразием, что между ними и памятниками Византии — бездна, что выросли они из родной земли вместе с окружающими их дубами вековыми и елями — эти неразрушимые, как скалы, великаны-соборы, плоть от плоти и кость от кости великорусского славянства. (. ) Камни таят откровение; и посвящённые смолкают перед ними, творя молитвы»32.

«Как прекрасна мысль запечатлевать всё самое изначальное, самое драгоценное. При пожаре мира как в сохранную скрыню полагается истинное сокровище до суждённого часа. Сколько драгоценных устоев сохраняется в изображении древних храмов. »33 — сказано в статье Н.К.Рериха «Берегите старину». И закончим стихотворением Н.Д.Спириной:

Источник

Псково печерский монастырь рерих

Войти

Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal

Николай Рерих: долгое путешествие к истокам

«Если хотите увидеть место самое древнее, ищите самое красивое». Эту замечательную фразу, признаюсь, я неоднократно использовал в течение своей многолетней публицистической деятельности. Еще более часто убеждался в справедливости этих слов, когда удавалось побывать в каких-нибудь богом забытых уголках нашей необъятной и прекрасной Родины. Принадлежит же это высказывание художнику, писателю, философу, археологу, путешественнику Николаю Константиновичу Рериху. И я почему-то уверен, что эти мудрые и красивые слова сложились у Николая Константиновича прежде всего под впечатлением от путешествий по нашей древней Псковской земле. Итак, обещанная тема: Рерих и Псков.
Николай Константинович Рерих родился, как и многие «выдающиеся псковичи», в Петербурге в 1874 году. Его отец, Константин Федорович, был довольно известным в столице нотариусом, активно участвовал в общественной жизни Петербурга, в свое время настойчиво ратовал за отмену крепостного права. А вот мать, Мария Васильевна была из «псковских»: купеческий род Калашниковых давно и успешно прижился в городе Острове Псковской губернии, где, кстати, в 1860 году и была сыграна свадьба Константина Федоровича и Марии Васильевны.
Так как в Петербурге в среде высшего и среднего класса было принято на лето переселяться на дачи или в деревни, то и семья Рерихов, включая маленького Колю, практически каждое лето гостила в уютном и зеленом Острове у бабушки Татьяны Ивановны Коркуновой-Калашниковой. В 1937 году, вспоминая свое островское детство, Николай Константинович напишет:
«Остров, древний псковский город на реке Великой. Крепость на острове. 1879 год. Мы гостили у бабушки Татьяны Ивановны Коркуновой-Калашниковой. На Липенке – старинный дом с большим заросшим садом. Нижний этаж белый каменный, а верхний и чердак деревянные – охряные, со ставнями и белыми наличниками окон. Под косогором Великая, а за ней парк какого-то большого поместья с белым екатерининским домом. В саду у бабушки много ягод, немало и репейника. Хочется сразиться с этими драконами. Но меча нет. Впрочем, во дворе живет строительный подрядчик Иван Иванович Чугунов. Все чай пьет вприкуску. У него всякие мастерские где-то. Он услыхал про нужду в мече и скоренько принес новенький. Хорошо сделано, и ручка вырезана с навершием, и длина хороша. Одно горе – меч-то липовый, деревянный, а выкрашен под медь. Нечего делать, и такой послужит. Много драконов было сражено в бабушкином саду. » 1

О Пскове: «До того мы ленивы и нелюбопытны, что даже близкий нам красивый Псков и то мало знаем. Никого не тянет посидеть на берегу Великой перед лицом седого Детинца; многим ли говорит что-нибудь название Мирожского монастыря, куда следует съездить хотя бы для одних изображений Спаса и Архангела в приделах. Старинные башни, рынок под Детинцем, паруса и цветные мачты торговых ладей, как все это красиво, как все близко от столицы. Как хороши старинные домики со стильными крылечками и оконцами, зачастую теперь служащие самым прозаическим назначениям вроде склада мебели и кладовых. И как мало все это известно большинству, кислому будто бы от недостатка новых впечатлений».
Итоги грандиозного путешествия Н.К.Рериха по городам России (более 90 этюдов, запечатлевших древнерусские церкви, городские стены, башни, монастыри) были представлены публике в январе 1904 года. Выставка, на которой Рерих демонстрировал свои произведения, более 20 из которых были посвящены Псковщине, 3 проходила в зале Общества поощрения художеств и называлась «Памятники художественной старины». Об этой уникальной выставке восторженно отозвалась пресса, один из современников назвал этюды Рериха «Пантеоном нашей былой славы».
Как бы подытожил триумф Николая Рериха, как художника, критик Сергей Маковский: «Н. Рерих сумел написать не только их реальную внешность. Он написал их поэзию, их древнюю душу. Он почуял вокруг них сказку времени. Он полюбил их величавую призрачность и таинственное родство их с народом. Он пристально всмотрелся в каменное лицо старины и понял его выражение».
Вместе с тем, путешествие «к истокам» заставило Рериха по-иному взглянуть на памятники старины и их место в современной жизни. На смену юношеской восторженности приходит озабоченность состоянием архитектурных памятников, серьезными проблемами с их сохранностью. Как образно напишет художник, «мне довелось увидать много исконной старины и мало любви вокруг нее».
Николай Константинович пытается привлечь общественность к проблемам с сохранностью фресок Спасо-Преображенского собора в Пскове, его серьезно беспокоит судьба громадной и уникальной коллекции псковского собирателя древностей Ф.М.Плюшкина, в 1909 году он выступает с инициативой организации в Пскове музея святой Ольги и установке в городе памятника княгине. В 1913 году по эскизам Н. К. Рериха была расписана Анастасьевская часовня, поставленная в Пскове по проекту архитектора А.В.Щусева, которого очень ценил Николай Константинович.
Революция 1917 года коренным образом переменила жизнь Н.К.Рериха. Пусть тот отрезок времени художника останется за полями нашего рассказа. В 1903 году Николай Константинович записал в своем дневнике: «Почему древние люди любили жить в таком приволье. Если хотел он раскинуться свободно, то забирался на самый верх местности, чтобы в ушах гудел вольный ветер, чтобы сверкала под ногами быстрая река или широкое озеро, чтобы не знал глаз предела в синеющих, заманчивых далях…»
Таким он и останется навсегда для Пскова: художником и странником, взобравшимся на самый вверх нашего бытия и увидевшим оттуда безбрежные, заманчивые дали!

Этюд псковской башни

1 Цит, по: Н.К. Рерих. ЛИСТЫ ДНЕВНИКА. Том второй, 2-е издание. – М.: Международный Центр Рерихов, 2000.
2 Речь идет о народности сето.
3 Вот названия некоторых из «псковских» картин: «Общий вид Кремля», «Псковский погост», «Крест на Труворовом городище», «Изборские башни», «Псково-Печерский монастырь», «Большая звонница», «Монастырские стены и башни», «Ризница», «Окна старого дома в Пскове».

Источник