пятидесятница проповедь шевченко 2019
Приход храма в честь святого великомученика Георгия Победоносца сельского поселения Георгиевка Кинельской Епархии
22 октября в 2017 году
Апостольское чтение на Литургии
(Гал.1:11-19. – 200 зачало)
[Павел получил апостольский дар от самого Христа]
11 Знайте же, братья: Евангелие, которое я возвестил вам, – не вымысел человеческий. 12 Ведь и меня научил ему не человек, и принял я его не от какого-то человека, но через откровение Иисуса Христа.
13 Вы, конечно, слышали о моей прошлой жизни в иудействе: о том, что я со всею жестокостью гнал Церковь Божию, разорял её 14 и превосходил в иудействе многих ровесников из моего народа, потому что беспредельной была моя ревность об отеческих преданиях.
15 Но когда Бог, избравший меня ещё во чреве моей матери (1) и призвавший меня благодатью Своею, соблаговолил 16 открыть во мне Сына Своего, чтобы я возвещал Евангелие о Нём среди язычников, – я не стал тотчас советоваться с плотью и кровью (2) 17 и не поднялся в Иерусалим к тем, которые стали апостолами до меня, но ушёл в Аравию, и снова вернулся в Дамаск.
18 Только потом, спустя три года, я поднялся в Иерусалим, чтобы познакомиться с Кифой (Петром), и пробыл у него пятнадцать дней. 19 Из других же апостолов никого, кроме Иакова, брата Господня, я не видел.
Примечания к Апостольскому чтению
(1) Здесь Павел сравнивает себя с великими библейскими пророками, получавшими право совершать своё служение непосредственно от Самого Бога (см. Ис.49:1; Иер.1:5). Никакое благословение (или «рукоположение») от иерусалимского первосвященника им уже не требовались. В настоящее время, когда любое иерархическое служение правомочно лишь после преподания благодати в таинстве Священства (хиротония или хиротесия от архиерея), подобное «внеличностное рукоположение» для церковного христианина (православного или католика) в принципе невозможно. (В ответ на это «харизматичные» протестанты, стремящиеся возродить принципы христианской жизни апостольских времен, справедливо указывают, что «Дух дышит, где хочет» – Ин.3:8, и что сила Его такова же, как и во времена апостолов.) Исключение у нас составляет особое служение юродивых (в том числе женщин), пребывающих вне иерархической лестницы священно-церковнослужителей.
(2) То есть «с людьми». Библейское выражение «плоть и кровь» (или «тело и кровь») означает «человек», «личность». Именно в таком смысле Христос говорит на Тайной вечере о таинстве Своего «тела» и «крови», – то есть о таинстве теснейшего общения с Ним Самим, живущим в Церкви, воскресшим Богочеловеком. К сожалению, популярная традиция, связанная с забвением библейских реалий, трактует эти слова абсолютно неверно – в духе «гомеопатического» лечения, что дает повод (основанный лишь на невежестве) обвинять христиан в сохранении ими – в «завуалированной», «символической» форме – древнего каннибализма. (Но это – особая тема.) Благодарю за разъяснения архим. Ианнуария. – Ю. Р.
Примечания Юрия Рубана, канд. ист. наук, канд. богословия.
Евангельское чтение на Литургии
(Лк.7:11-16. – Зачало 30)
[Воскрешение сына наинской вдовы]
[ В то время Иисус] пошел в город, называемый Наин; и вместе с Ним шли ученики Его и множество народа.
А когда Он подошел к городским воротам – то как раз выносили покойника, который был у своей матери единственным сыном, а она была вдова; и немало народа из города шло с ней.
У видев её, Господь сжалился над ней и сказал ей: «Не плачь!» И, подойдя, прикоснулся к одру; несшие же остановились. И Он сказал: «Юноша! Тебе говорю, встань!»
И умерший сел и начал говорить; и передал его Иисус его матери.
В сех объял страх, и стали они славить Бога, говоря: «Великий Пророк явился среди нас, и Бог посетил народ Свой!»
Архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)
Евангелие свободы
(Проповедь на Апостольское чтение)
С егодня мы можем удивляться тому упорству, с которым апостол Павел подчёркивает независимость своей проповеди от человеческого влияния. Он настаивает на сверхъестественном происхождении его Евангелия, на том, что никто из людей его этому Евангелию не обучал, но принял он его от Самого Бога через откровение Иисуса Христа. Будучи убежденным и ревностным иудеем, будущий апостол относился к Церкви со смертельной ненавистью. Воистину, с ним должно было произойти нечто чудесное, чтобы он в одно мгновение из гонителя Церкви Савла превратился в апостола язычников Павла. Это чудо произошло, когда Савла настиг свет той молнии, которая испепелила все его фарисейство, всю его гордость ревнителя отеческих преданий. Таким чудом было откровение Савлу Воскресшего Христа на дороге в Дамаск. Ослепительное сияние этого откровения апостол позже сравнивал со светом в начале Творения (2Кор.4:6), а себя, преображённого этим светом, осознавал «новой тварью» (Гал.6:15).
П осле разительной перемены, которая с ним произошла, он, при всем своем потрясении, не стал сомневаться, колебаться, не бросился за советом к «плоти и крови», то есть к людям, даже если таковые обладали авторитетом апостолов Христовых. А если он и ходил в Иерусалим, то было это не сразу, но спустя три года после откровения. Да и ходил он туда «не для того, чтобы чему-нибудь научиться и не для исправления какой-нибудь своей погрешности, но исключительно ради того, чтобы познакомиться с Петром и почтить его своим присутствием» (св. Иоанн Златоуст).
М ы ещё можем понять те практические соображения, которые побуждали Апостола Павла настаивать на сверхъестественной причине радикальной перемены в его мыслях, образе жизни, а также на Божественном происхождении его апостольства: слишком уж подозрительным могло казаться его современникам превращение рьяного разрушителя Церкви в самоотверженного её строителя и защитника. Но нам труднее понять, почему апостол так упорно настаивает на сверхъестественном, Божественном происхождении Евангелия Христова, которое он проповедует. Ведь сегодня, когда люди – даже далекие от Церкви – слышат такие слова как «Евангелие Христово», «проповедь апостола Павла», они неизбежно представляют себе что-то «божественное», возвышенное, высоконравственное, святое, праведное и благочестивое. Но это – результат двухтысячелетнего влияния христианства на культуру, даже если она имеет к христианству косвенное отношение, или вообще никакого отношения не имеет – просто такова привычка, общее место. И мало кому в голову приходит, что Евангелие, которое возвещал апостол, в его окружении и в его время могло восприниматься совсем иначе. И не только могло, но часто и воспринималось как соблазн, обман или безумие (1Кор.1:23).
П очему так? Дело в самой сути того, о чём возвещает Евангелие. Мы по привычке не даем себе труда задуматься над тем, насколько противоречит Евангелие тому, что есть в мире, тому, что мы знаем о нашем мире. А в мире действуют законы, известные нам со школьной скамьи. Это законы физики, по которым действие равно противодействию. Это законы биологии, по которым выживает сильнейший или самый приспособленный. Это законы этики и здравого смысла: «без труда не вытащишь и рыбку из пруда», «что посеешь, то и пожнёшь».
П одобные законы действовали и в религиозной жизни людей, которые тысячелетиями были убеждены в том, что для получения земных и посмертных благ человек должен совершать определённые действия, угодные богам, которые в язычестве олицетворяли природу с её законами. Но даже при более развитых библейских представлениях о Едином Боге и Творце религиозная жизнь ветхозаветного иудейства руководствовалась аналогичными представлениями. Отеческие предания, о которых пишет апостол Павел, составляли многочисленные толкования Закона Моисея и точно указывали, какие действия необходимо исполнять для получения заслуженной награды от Бога.
И вот появляется некто, провозглашающий конец Закона! «Конец Закона – Христос» (Рим.10:4), – возвещает Апостол Павел, для которого еще вчера такая мысль была невообразимой. Это, по сути, и есть Евангелие свободы, объявляющее о том, что отныне люди – не наемные работники у Бога, Который расплачивается с ними за проделанную тяжелую работу, но свободные сыны Божии и наследники неистощимых Божественных благ.
Н ам трудно себе вообразить, какою смелостью должен был обладать человек, дерзнувший утверждать новые основы духовной жизни, шедшие вразрез со всей исторической практикой человечества. Естественно, проповедь апостола Павла вызывала недоумение и сопротивление. И мы знаем, чем закончилось это сопротивление мира для самого апостола – его мученической кончиной.
Е вангелие, освобождающее от Закона? Спасение не преуспеянием в делах Закона, не ревностью об отеческих преданиях, не заслугами, но благодатью Божией и верой в Иисуса Христа? Апостола Павла упрекали в том, что он этим учением о спасении подрывает основы религии и нравственности, и делает он это из желания угодить людям, понравиться им, подольститься к ним. Нет, – отвечает на упреки апостол, – желание нравиться миру и возвещать Евангелие Христово – вещи несовместимые. Евангелие – не слово лести (1Фес.2:4), и одобрение мира может стать тревожным сигналом для христианской проповеди и для Церкви. Невозможно одновременно поддакивать людям и быть служителем Христовым. Нет, Евангелие не имеет ничего общего с подобными человеческими расчетами на легкий успех и популярность. Оно чуждо человеческих мерок, но есть нечто абсолютно новое, прорывающее человеческие и все земные масштабы. Иначе оно не было бы истинным Евангелием, то есть Благой Божественной Вестью, ибо всякое истинное благо имеет начало в Боге. Весть о высшем благе спасения не только для Израиля, но и для язычников открылась Павлу при встрече с Воскресшим, явление Которого озарило всю его личность светом знания о том, что с Крестом и Воскресением Сына Божия в мир вошло то, что превыше всех законов физики, биологии и так называемой «естественной нравственности». В мире открылась любовь Творца к Его созданию. Откровение Христа было для апостола Павла одновременно и откровением Евангелия, которое возвещало не мнимое спасение Законом дел, но истинное спасение Законом Божественной любви. В Евангелии Христовом ему открылась последняя истина, состоявшая в том, что Крест и Воскресение – начало конца ветхого и привычного мира с его ветхими законами и ветхой историей. Законы порабощают. – Любовь освобождает!
Н о ветхий мир греха иначе как по своим «законам греха» (Рим.7:23, 25) существовать не может. Он не может оставаться равнодушным и безучастным к вести о своем конце. И, разумеется, он сопротивлялся и будет всегда сопротивляться Евангелию. Это сопротивление может принимать форму прямой враждебности и насилия, может принимать форму лицемерного согласия или попыток превратить Евангелие любви в некий новый, – а по сути ветхий, – закон долга. Однако попытки эти тщетны, ибо Евангелие Христово – не вымысел человеческий, но Благая Весть о Божественной «победе, победившей мир» (1Ин.5:4).
Подборка проповедей на портале Азбука.Ru
Проповедь святителя Филарета Московского. Слово в неделю вторуюнадесять по Пятидесятнице.
Проповедь протоиерея Родиона Путятина. В Неделю двадцатую по Пятидесятнице, Лк. 7:12.
Проповедь митрополита Сурожского Антония. Неделя 20-я по Пятидесятнице. Воскрешение сына наинской вдовы.
Проповедь митрополита Макария (Булгакова). Слово в неделю XX-ю по Пятидесятнице.
Проповедь протоиерея Василия Михайловского. Неделя двадцатая по Пятидесятнице.
Проповедь епископа Митрофана (Зноско-Боровского). Неделя 20-я по Пятидесятнице.
Проповедь святителя Димитрия Ростовского. Поучение в неделю двадцатую по Святом Духе, Лк.7:16.
Проповедь протоиерея Димитрия Смирнова. Неделя 20-я по Пятидесятнице.
Проповедь епископа Митрофана (Зноско-Боровского). Отцы 7-го Вселенского собора.
Проповедь святителя Луки (Войно-Ясенецкого). О воскрешении сына наинской вдовы.
Проповедь протоиерея Вячеслава Резникова. О наинской вдове и царе Давиде. Неделя 20-я, Лк.7:11-16, Гал.1:11-19.
Проповедь протоиерея Григория Дьяченко. Преподобные Андроник и Афанасия.
Приход храма в честь святого великомученика Георгия Победоносца сельского поселения Георгиевка Кинельской Епархии
20 августа в 2017 году
Апостольское чтение на Литургии
[Власть и права апостолов. Бескорыстие служения]
[ Б ратья,] если для других я не апостол, то, по крайней мере, для вас я – апостол, ибо печать моего апостольства – вы в Господе. Вот мое оправдание перед теми, которые меня судят.
Р азве мы не имеем права есть и пить? Разве мы не имеем права иметь спутницей верующую жену, как и прочие апостолы, и братья Господни, и Кифа [Петр]? Или один я и Варнава не имеем права не работать? Какой воин служит когда-либо на своём содержании? Кто насаждает виноградник и плода от него не ест? Или кто пасёт стадо и от молока стада не ест? По человеческому ли [только рассуждению] я это говорю? Не говорит ли этого и Закон? Ибо в Моисеевом Законе написано: «Не закрывай рта у вола молотящего» (Втор.25:4). О волах ли заботится Бог? Или, конечно, для нас говорит? Для нас ведь это было написано, так как пашущий должен пахать с надеждой, и молотящий – с надеждой иметь свою долю.
Е сли мы посеяли для вас духовное, великое ли дело, если пожнём у вас плотское (вещественное)? Если другие имеют у вас право на свою долю содержания, разве мы – не тем более? Но мы не воспользовались этим правом, но всё терпим, чтобы не дать какого-либо препятствия благой (радостной) вести о Христе.
Евангельское чтение на Литургии
[О безжалостном заимодавце]
[ С казал Господь такую притчу:] [1]
А раб, как вышел, встретил такого же раба, как он, задолжавшего ему сотню динариев, и, ухватив его, стал душить, приговаривая: „Отдавай долг!“ Тогда сотоварищ его, упав в ноги, умолял его, говоря: „Будь ко мне великодушным, и я заплачу тебе“. А тот не соглашался, но пошел и вверг его в заточение, пока не выплатит долг.
Т оварищи его, увидев происшедшее, сильно опечалились, пошли и поведали о случившемся господину. Тогда господин, вызвав его, говорит ему: „Негодный раб! Я простил тебе сполна весь твой долг, потому что ты умолял меня. Разве не должен был и ты смиловаться над подобным тебе рабом, как я смиловался над тобой?“ И в гневе господин предал его в руки мучителей, пока тот выплатит всего, что должен ему.
Т ак и Отец Мой Небесный поступит с вами, если каждый не простит брату своему от всего сердца».
Примечания к Евангельскому чтению
[1] Эта притча прозвучала в качестве «нравственного приложения» к ответу на вопрос апостола Петра. Перед притчей мы читаем: «Петр, подойдя, спросил Его: „Господи! Сколько же раз прощать брату моему, когда он станет согрешать против меня? До семи раз?“ Говорит ему Иисус: „Не скажу тебе до семи, но до седмижды семидесяти!“» (Мф.18:21-22). Выражение до «седмижды семидесяти» не следует понимать буквально: дескать, 490 раз прощаем, а с 491 проступка прощения нет! Это означает: прощать нужно до бесконечности. Христос знает, как трудно человеку прощать обиды, поэтому прибегает к такому выражению, а затем говорит притчу, переносящую земные отношения в сферу Вечности.
[2] Так в буквальном переводе. Следует учитывать, что греческое дулос означает не только «раб» в расхожем смысле («классические» рабы Древнего Рима были абсолютно бесправны, не обладали имуществом и не имели семьи), а «слуга», «служитель» (славянское «отрок» – не в плане возраста), младший по положению или званию (например, оруженосец). Здесь идет речь о подданных некоего царя. Разумеется, в восточных деспотиях власть царя над людьми была фактически беспредельной, что и демонстрирует поведение – в данном случае благородное – этого приточного царя.
[3] Талант – обозначение не монеты, а веса металла, обычно серебра, около 26 кг. 1 талант = 60 минам (фунтам), а 1 мина = 100 драхмам (динариям). Получается, что лукавый раб был должен царю огромную сумму – 600 тысяч мин, а его товарищ задолжал ему лишь 1 мину! Поэтому требовать с него немедленного возврата столь ничтожного долга было просто бессмысленно: немилосердный заимодавец всё равно не смог бы расплатиться с царём. Нарочито пугающие цифры выражают бесконечный долг человека пред Богом, который нельзя «компенсировать» никакими «заслугами» (жалкими грошами), и который поэтому может быть лишь прощён в акте Его бесконечного милосердия! (Законники и фарисеи – иудейские и христианские – об этом забывают, пытаясь «выслужиться» пред Богом с помощью продолжительных молитв, постов, понимаемых в «гастрономическом аспекте», неопрятного вида, козлиных бород, унылых лиц и иных «подвигов».)
Юрий Рубан,
канд. ист. наук, канд. богословия
Притча о немилосердном должнике
Митрополит Сурожский Антоний (Блум)
В о имя Отца и Сына и Святого Духа!
С егодняшняя притча, на первый взгляд, – такая ясная, такая простая. Но я хотел бы обратить ваше внимание на один или два смысловых момента. Притча говорит: если мы не прощаем людям то малое, чем мы согрешаем друг перед другом, – то Бог не может простить нам то великое, чем мы должны Ему. И это верно; но я хочу сейчас задуматься о чём-то другом.
М ы должны нашим ближним не столь уж многое. Да, мы раним друг во друге самолюбие или гордость, мы разрушаем надежды друг друга, мы убиваем друг во друге радость. При этом очень часто своим поведением мы омрачаем и порочим образ Божий и в себе, и в других людях. И всё же, когда речь идет о человеческих взаимоотношениях, о боли, которую мы причиняем друг другу, – наш долг может быть прощён. Ведь жертва нашего греха (даже если она нас вызвала на грех, или если эта жертва непорочная) получает в тот момент власть простить, – получает подлинно божественную власть упразднить зло, которое мы совершили, и словами Христа – «прости им, Отче, они не знают, что творят» – отпустить обидчика, перечеркнуть зло, выпустить на свободу того, кто связал себя узами ненависти, презрения или множеством других вещей.
Н о есть в этой притче и другая важная сторона: в самом деле, почему Христос говорит, что друг другу мы должны лишь сто монет, а Богу – десять тысяч слитков серебра: так много или такмного? Значит ли это, что, когда мы грешим против Него, наш грех словно бы умножается тем обстоятельством, что Бог велик, и оскорбить Его – всегда намного преступнее, чем оскорбить ближнего?
Н ет, такое представление о Боге было бы чудовищным. Я думаю, это значит следующее: когда мы поступаем дурно, не слушая призыва Божия, не следуя Его слову и Его примеру, – мы сами помрачаем Его образ в нас, разрушаем ту красоту, которую Он в нас насадил, которую Он в нас начертал и которой Он нас запечатлел, как собственной печатью. И вот это уже непоправимо, если только Сам Бог не исправит, если только Сам Бог не обновит то, что одряхлело, не вернёт утраченную нами красоту.
З адумаемся над этим, потому что сказать Богу «прости» означает гораздо больше, чем сказать «не вмени нам того зла, которое мы сделали, той неправды, которую мы совершили». Это значит: «Обнови то, что не может быть возрождено никакими человеческими силами». Как видим, действительно существует несоразмерность между тем, когда мы поступаем неправо на путях Божиих и когда мы поступаем неправо в наших взаимоотношениях друг с другом. Именно об этом Христос и говорит в притче. Поэтому давайте начнём с отношений друг ко другу: станем относиться к каждому человеку так, как мы отнеслись бы к святой иконе, повреждённой временем, небрежностью, злобой. Будем относиться друг к другу с благоговением и лаской. Тогда, обращаясь к Богу, мы будем уверены, что и Он так же поступит с нами.
Д а благословит нас Бог вырасти в полноту той красоты, которую Он насадил в нас и к которой Он нас призывает, и да будет благословение Господа Иисуса Христа, и любовь Божия, и причастие Святого Духа с нами во веки! Аминь.
Подборка проповедей в Неделю одиннадцатую по Пятидесятнице
Проповедь схиархимандрита Кирилла (Павлова). О прощении обид, Мф.18:35.
Проповедь св. праведного Алексия Мечева. Слово в Неделю 11-ю по Пятидесятнице.
Проповедь протоиерея Григория Дьяченко. Преподобный Пимен многоболезненный.