маяковский за что был арестован в 1908 году
Маяковский за что был арестован в 1908 году
Обложка судебного дела «О дворянине Владимире Владимирове Маяковском»
В конце 1907 года или в самом начале 1908 года Маяковский вступил в РСДРП (большевиков).
О своем вступлении в партию Маяковский говорит в автобиографии:
«Держал экзамен в торгово-промышленном подрайоне. Выдержал. Пропагандист. Пошел к булочникам, потом к сапожникам и наконец к типографщикам. На общегородской конференции выбрали в МК. Были Ломов, Поволжец, Смидович и другие. Звался «товарищем Константином». Здесь работать не пришлось — взяли»*.
1 марта выбыл из Пятой гимназии по постановлению педагогического совета вследствие невзноса платы за первую половину 1908 года.
В прошении матери о выдаче документов и свидетельства об успехах указывалось, что он «по болезни не может продолжать учиться в гимназии»*.
«Освободившись от гимназии. Володя всецело занялся партийными делами. Занимался сам, изучал политическую экономию и другие социологические науки. В это время Володя не признавал никакой литературы, кроме философии, политэкономии, истории, естествознания, а также неизменно читал газеты» (Л. В. Маяковская, 1937).
29 марта арестован засадой полиции в подпольной типографии Московского РСДРП (большевиков) — на квартире Т. Трифонова (Жигитова) в Ново-Чухнинском переулке. При Маяковском нашли
70 экземпляров прокламации «Новое наступление капитала», 76 экземпляров газеты «Рабочее знамя» и 4 экземпляра «Солдатской газеты» (орган Военной организации МК РСДРП)*.
«Нарвался на засаду в Грузинах. Наша нелегальная типография. Ел блокнот. С адресами и в переплете. Пресненская часть. Охранка. Сущевская часть» (автобиография).
По показаниям городового Соловьева, который задержал Маяковского в засаде:
«Часа в два дня в квартиру портного явился какой-то молодой человек, позднее в участке назвавшийся Маяковским, со свертком в руках. На вопрос, к кому он пришел, неизвестный ответил: «К портному»; когда же стали расспрашивать подмастерьев портного, находившегося в то время в участке, то оказалось, что задержанный нами человек ходил не к портному, а к тем жильцам, квартиру которых я окарауливал. Я пригласил его следовать за мною в участок, и здесь у задержанного были отобраны те самые прокламации, которые вы мне предъявляете».
Согласно показанию околоточного надзирателя 2-го участка Пресненской части, допрашивавшего Маяковского, последний объяснил, что «издания он принес неизвестному мужчине, который с ним раньше встречался у памятника Пушкина».
«Маяковский давал такие сбивчивые объяснения, что я не мог хорошенько понять, жил ли этот мужчина в доме Коноплина или же только поручил доставить издания туда, сам же проживал в другом месте. При перерасспросе Маяковский заявил, что он больше мне отвечать ничего не будет. Когда Маяковский был доставлен в участок, то здесь же находились задержанные раньше в доме Коноплина жильцы портного Лебедева. Маяковский сейчас же вступил в разговоры со старшим из них и стал шептаться. На мое замечание: «Должно быть, знакомы с ним?» — Маяковский ответил: «Дело не ваше». Предъявленная мне фотографическая карточка (предъявлена карточка Жигитова) изображает то лицо, с которым шептался Маяковский. При вопросе о возрасте Маяковский показал, что ему 17 лет».
В тот же день — обыск на квартире Маяковского (в отсутствие Маяковского).
«Пока полицейские обыскивали комнату, где жил Володя, сестра спустила на соседнюю крышу в снег несколько пачек нелегальных брошюр из окна угловой комнаты. При обыске ничего не нашли» (Л. В. Маяковская, 1937).
В протоколе указано: «Ничего предосудительного не обнаружено, а также переписок, рукописей и визитных карточек, а также и адресов».
30 марта в Московском охранном отделении составлена учетная карточка Маяковского.
В учетной карточке дается описание примет с тремя фотографиями — двумя в 1/7 натуральной величины (профиль и фас) и третьей — «во весь рост, в 3/4, в том самом головном уборе, верхнем платье и обуви, в которых был задержан». Рост одетого Маяковского, в шапке, — 1 м. 85 см.
Возраст по нар. виду — 17—19 лет. Год и мес. рожд — 7 июля 1893. Полнота — средн. Телосложение — средн.
1) Волосы: Цвет — русые. Волнистость — гладк. Густота — густ.
2) Борода и усы: Цвет. Форма. Густота. Особ. — Мал. пушок.
3) Лицо: Цвет — желт. Полнокровие — средн. Выражение — серьезн.
4) Лоб: Высота — средн. Наклон — немн. назад. Форма головы — овальн.
5) Брови: Цвет — рус. Форма — овальн. Густота — густ. Распол. — средн.
6) Глазные впад. (орбиты): Величина — средн. Глубина — средн.
7) Глаза: Цвет райка — коричн. Расстояние между глаз — средн.
8) Нос: Спинка — немного вогн. Основание — прям. Высот. — средн. Длина — средн. Ширина — средн.
9) Ухо: Форма — овальн. Оттопыренность — больш. Велич. — средн.
10—13. (Вопросы, касающиеся детального строения уха, не заполнены.)
14) Губы: Форма — прям. Высота — выс. Толщина — средн. Выступание — ровн.
15) Подбородок: Длина — средн. Наклон — вперед. Форма — кругл. Полнота — средн.
16) Плечи: Ширина — узкие. Наклон — прямые. Шея — тонкая, длинная.
17) Руки: Величина — средняя. Привычка держать — свободная.
18) Ступни ног: Длина (№ обуви) — 10—11.
19) Осанка (выправка корпуса, манера держаться): свободно.
20) Походка: ровная, большой шаг.
30 марта все задержанные в доме Коноплина переводятся для содержания под стражей из Пресненского в Сущевский полицейский дом.
3 апреля — допрос Маяковского жандармским ротмистром в Сущевской полицейской части.
«На предложенные вопросы отвечаю:
Сверток прокламаций, который был у меня найден при аресте 29 марта сего года, я получил в среду на предыдущей неделе от человека, которого я знал под именем Александр. Вещи эти мне переданы Александром у памятника Пушкину. Одет он был в черное пальто, в серый полосатый костюм, сам он был высокого роста с черной бородкой. Адрес мне был дан в Ново-Чухнинский переулок, дом Коноплина, кв. 7, для передачи Льву Яковлевичу Жигитову.
Прокламации эти были в двух свертках. Жигитову я должен был передать от имени Александра».
7 апреля сестра Маяковского представила следователю свидетельство Грузино-Имеретинской синодальной конторы от 14 марта 1902 года за № 3204 о том, что Владимир Владимирович Маяковский родился 7 июля 1893 года.
8 апреля — допрос Маяковского следователем по особо важным делам Вольтановским.
На допросе признал, что ему 14 лет, отрицал причастность к партии, заявил, что сверток дал ему «неизвестный человек по имени Александр», с которым познакомился «при каких обстоятельствах, я сейчас не помню», — просил отнести по адресу Трифонова (Жигитова).
«После первого своего знакомства с этим Александром встречался 7—8 раз в театре, на улице, в пивной; ни в какой квартире с ним не встречался. В конце марта, приблизительно 20-го числа, я встретился с ним у памятника Пушкину и пошел с ним вместе по направлению к Трубной площади. По дороге я остановился
у витрины книжного магазина; здесь он мне сказал, что торопится куда-то, и передал мне два свертка, обернутые в газетную бумагу и связанные вместе веревкой, попросив меня отнести эти свертки по следующему адресу: Ново-Чухнинский переулок, дом Коноплина, кв. 7, и передать их там от имени Александра Льву Николаевичу Жигитову. По указанному адресу я приносил эти свертки днем в четверг 27-го числа и, не застав Жигитова дома, принес эти свертки 29 марта и здесь был арестован. Кто такой Лев Яковлевич Жигитов, я совершенно не знаю и никогда до этого случая о нем не слыхал. Об Александре, передавшем мне эти свертки, могу только указать его приметы: он был высокого роста, с небольшой черной бородою, носил папаху, которую последнее время сменил на шляпу, носил также черное пальто и серый полосатый костюм. Как-то он мне говорил, что он бывший студент и дает уроки; других сведений о нем не имею.
Жил ли Жигитов один или с кем-нибудь, я совершенно не знаю» (протокол допроса)*.
«Следователь Вольтановский (очевидно, считал себя хитрым) заставил писать под диктовку: меня обвиняли в писании прокламации. Я безнадежно перевирал диктант. Писал: «социяльдимокритическая». Возможно, провел (автобиография).
Маяковскому было предложено собственноручно заполнять графы протокола допроса, чтобы в дальнейшем сличить его почерк с рукописями, обнаруженными в тайной типографии. Как отмечено в последующем протоколе, «записей, сделанных рукою обвиняемого Владимира Маяковского, между вещественными доказательствами не обнаружено».
9 апреля освобожден до суда под ответственность матери с обязательством никуда не отлучаться без ведома полиции.
«1908 года, апреля 9 дня, я, нижеподписавшийся дворянин Кутаисской губернии Владимир Владимирович Маяковский, даю настоящую подписку Московскому Охранному Отделению в том, что по освобождении меня из-под стражи место жительства в Москве буду иметь на 4-й Тверской-Ямской, в доме Безобразова, кв. 52. В чем и подписуюсь»*.
8 мая Московское охранное отделение предложило приставу 1-го участка Сущевской части установить за Маяковским «особый надзор полиции»*.
В мае — июле семья Маяковских жила на даче в Соломенной Сторожке (Петровско-Разумовское, под Москвой).
27 мая допрос Маяковского следователем по особо важным делам Рудневым.
«На вопрос — не желает ли дополнить предварительное следствие или же сказать в свое оправдание, Маяковский ответил, что дополнить следствие он ничем не имеет, но что свидетели показали, что он бывал несколько раз в той квартире, где был задержан, неправильно, и свидетели эти ошибаются. Равно неправильно показание околоточного надзирателя, что он, Маяковский, будто бы шептался с Жигитовым и отказался давать объяснения надзирателю. В действительности же обвиняемый после настойчивых вопросов сказал надзирателю: «Все, что я знал, я показал вам, больше же я ничего не знаю. С Жигитовым обвиняемый не шептался, а просто по вводе в камеру спросил у него, «за что он попал в полицию» (по протоколу).
В тот же день по предложению следователя врач городской части г. Москвы освидетельствовал Маяковского и нашел его «в психическом отношении вполне нормальным»*.
В июне полицейские филеры обнаружили связь Маяковского с одним из лиц, за которыми было установлено наружное филерское наблюдение — С. С. Трофимовым*.
4 июня филеры доносили, что «Дубовый» (полицейская кличка С. Трофимова, который жил в Даевом пер., д. Биркель) в 1 час дня вышел из дому вторично. «пошел на Тверскую, дойдя до Брюсовского переулка, где встретил молодого человека, кличка коему будет «Кленовый» (это был Маяковский), с которым поздоровались и вернулись на Страстную площадь, откуда пошли в Большой Козихинский переулок, дом Попова, парадное, кв. 17—24, куда заходил «Кленовый», а «Дубовый» его ожидал на улице. «Кленовый» пробыл 10 мин, вышел, и оба пошли на Страстной бульвар, где расстались. «Кленовый» от Петровских ворот пошел в дом Елизарова по Лихову пер., парадное, кв. 9—16, где пробыл 25 мин., вышел, сел в конку и, доехав по Садовой до Долгоруковской ул., пересел в трамвай, доехал до Бутырской заставы, пересел на паровичок и, доехав до Соломенной Сторожки, слез и пошел на Новое шоссе, на дачу Битрих, где был оставлен».
21 июня филеры проследили, как Трофимов и Маяковский вышли в 5 ч. 15 м. из дому, дошли до Сухаревой, доехали до Бутырской заставы, там у паровичка расстались, Маяковского филеры вновь проводили к дому — к даче Битрих в Соломенной Сторожке.
Через день — 23 июня — филеры, наблюдавшие за Трофимовым, записали, что «в 6 часов вечера пришел «Кленовый». пробыв 1 час 20 м., вышел, пошел без наблюдения к Сухаревой».
8 июля. Закончив предварительное следствие, следователь Руднев, сменивший Вольтановского, постановил: «Делу дать направление в порядке, указанном 35 статьей Устава уголовного судопроизводства».
4 августа Маяковский участвовал в сходке, происходившей в доме Дербеневой по Садово-Триумфальной ул. № 213, кв. [?]*.
Сходка была выслежена охранкой. На обложке дневника наружного полицейского наблюдения за Маяковским, начатого на следующий день, указано: «Высокий», он же «Кленовый». Взят первый раз 4 августа 1908 г. со сходки из дому Дербеневой».
5 августа Московское охранное отделение установило за Маяковским наружное филерское наблюдение*.
«Высокий» проживает в доме Бутюгиной № 47 по Долгоруковской улице.
В 8 часов утра вышел из дома и пошел в Верхние Торговые ряды, где и был утерян, в 7 час. 50 мин. вечера вторично вышел из дому и прошелся несколько раз по Долгоруковской улице и вернулся домой.
В 8 час. 45 мин. утра вышел из дома и пошел в булочную Макарычева по Тверской ул., где купил булок и вернулся домой, вторично вышел из дома в 10 час. 40 мин. дня с неизвестным молодым человеком, и пошли в дом Персиц по Триумфальной Садовой, во дворе. Откуда взяты не были.
В 11 часов 20 мин. дня вышел из дома и пошел в Городские номера по Никольской ул., где пробыл 35 мин., возвратился домой, откуда выхода более не видели.
В 10 час. 35 мин. утра вышел из дома и пошел в колониальную лавку Захарова по Долгоруковской ул., откуда скоро вышел, вернулся домой, вторично
вышел из дома в 11 час. дня и пошел в Городские номера по Никольской ул., где пробыл 30 мин., вышел и пошел в дом Биркель по Даеву пер. во двор налево, где проживает «Дубовый», где пробыл 30 мин., вышел вместе с «Дубовым», дойдя до Сухаревской площади, разошлись; «Дубовый» пошел под наблюдением, а наш пошел домой, более выхода не видали.
В 9 час. 15 мин. утра вышел из дома и пошел в булочную Филиппова, угол Селезневской и Долгоруковской ул., купил булок, вернулся домой, вторично вышел из дома в 11 час. дня и пошел в Городские номера по Никольской ул., где пробыл 30 мин., вышел и пошел в дом Биркель по Даеву пер., во двор, где проживает «Дубовый», пробыл 2 часа, вышел, на Садовой-Сухаревской встретился с неизвестным молодым человеком, немного поговорили и пошли на Цветной бульвар, где просидели 20 мин. на лавке, расстались. Неизвестный пошел в д. Воронцова по Цветному бульвару в парадное, где зубоврачебный кабинет Эстрен, где пробыл 3 часа, вышел, пошел в Божедомский пер. в д. Макарова во двор, откуда выхода замечено не было, а «Высокий» пошел домой, в 6 час. 15 м. вечера вышел из дома с двумя неизвестными барыньками, по Каретной Садовой все втроем зашли в булочную Алиханова, где купили булок и пошли в дом Елизарова, угол Лихова пер. и Малой Спасской, в парадное №№ 9—16, через 10 мин. вышел «Высокий» и пошел в Крымскую кондитерскую по Триумфальной-Садовой, где что-то купил и вернулся в д. Елизарова, где пробыл 2 час. 30 мин, вышел и пошел домой. А две неизвестных барыньки остались в д. Елизарова, выхода их не видал, которым будет кличка «Лихая» и «Шустрая». Наблюдение составлено в 10 ч. 20 мин. вечера.
В 9 час. 50 мин. утра вышел из дома и пошел в булочную Макарычева, по 1-й Тверской-Ямской ул., что-то купил и домой; через 10 мин. вышел вторично, на углу Селезневской улицы купил газету и вернулся домой.
В 12 час. дня к нашему пришел неизвестный господин, имел при себе фотографич. аппарат (кличка ему «Ценный»); через 2 часа вышли «Высокий» и «Ценный» и пошли в пивную-ресторан Павловского, по Ново-Слободской ул., пообедали и пошли домой, то есть к «Высокому».
В 10 час. 35 мин. утра вышел из дома и пошел в д. Бородина по Оружейному пер., в парадное, где сапожная мастерская Бурлова, пробыл 35 мин., вышел и отправился на Тверской бульвар, пройдясь немного, вернулся и пошел на Никольскую улицу в Городские номера, где пробыл 45 мин., и вернулся домой. Более не видали.
В 11 час. 50 мин. утра вышел из дома, сел на трамвай и отправился в Городские номера по Никольской ул., где пробыл 50 мин. Вышел и пошел в дом графа Сумарокова-Эльстон по проезду Тверского бульвара в парад., где контора типографии градоначальства, скоро вышел, имея при себе небольшие листочки в виде листа почтовой бумаги, свернув, положил в карман, дойдя до М. Дмитровки, сел в трамвай и вернулся домой.
В 4 часа 30 мин. пополудни вышел вторично из дома и, дойдя до церкви св. Николая на Ново-Слободской ул., вернулся обратно домой. Через 1 час пришел в д. Бутюгиной «Ценный».
Больше выхода замечено не было до 11 час. ночи.
В 9 час. 40 мин. утра вышел из дома и пошел в булочную Макарычева по Тверской ул., где купил булок, вернулся домой; вторично вышел из дома в 11 час. 30 мин. дня, имея при себе сверток в виде книги, завернутый в газетную бумагу,
тут же сел в трамвай у Страстного монастыря, слез и пошел в Городские номера по Никольской ул., где пробыл 20 мин., вышел и пошел в дом Биркель по Даеву пер., где проживает «Дубовый», откуда взят не был.
В 10 час. 40 мин. дня вышел из дома и пошел в дом Елизарова, угол Лихова и Малого Спасского переулков, в парадное №№ 9—16, где пробыл 20 мин., вышел и пошел в Городские номера по Никольской ул., где пробыл 20 мин., вышел и пошел вторично в д. Елизарова, откуда скоро вышел и вернулся домой. Более выхода до 8 час. вечера не видали.
В 9 час. 45 мин. утра вышел из дому и пошел в дом Елизарова, угол Лихова и Малого Спасского пер., в парадное за №№ 9—16, где пробыл 10 мин., вышел, дойдя до Сухаревской башни, сел в трамвай, доехал до Ярославского вокзала, слез и пошел в вокзал, где взял билет II класса до ст. Лосино-Островская, сел в поезд № 6 и доехал до ст. Лосино-Островская. Слез и пошел тут же на дачу № 108 Щекина, откуда до 11 ч. 30 м. возвращения не было. Наблюдение остается до последнего поезда.
В 9 час. 35 мин. утра вышел из дома и пошел в булочную Макарычева, по 1-й Тверской, где что-то купил, тут же зашел в колбасную, скоро вышел, вернулся домой.
Вторично вышел из дома в 11 часов 30 мин. дня и пошел в Городские номера по Никольской улице, где пробыл 1 час, вышел с неизвестным молодым человеком, дойдя до Лубянской площади, сели в трамвай. «Высокий» у Сухаревки слез и пошел в д. Биркель по Даеву пер., во двор, где проживает «Дубовый». Пробыв 55 минут, вышел, пошел домой, в 4 часа 50 мин. вышел, дойдя до Лесной улицы, сел в трамвайный вагон «вокзальный» и поехал по направлению к Сухаревской площади, где и был из виду упущен.
В 1 час. 20 мин. дня «Высокий» вышел из дома с неизвестным мужчиной, кличка будет «Благой»; сели в трамвай, доехав до Садовой, пересели в конку, доехав до Сухаревской башни, сели в трамвай, отправились в дом Благова № 2 по Митьковской ул., в Сокольниках, откуда взяты не были; как «Высокий», а также и неизвестный. Наблюдение кончено в 10 ½ час. вечера.
В 10 час. утра вышел из дома и пошел на 1-ю Тверскую-Ямскую ул. в булочную Макарычева, что-то купил и вернулся домой.
В 1 час дня «Высокий» пришел в Городские номера на Никольской ул., через 30 м. вышел и пошел в Криво-Никольский переулок, в д. № 3/5 — Мусина-Пушкина, в парадное, где карточка «Спиранский», где пробыл 2 часа 40 мин., выйдя, сел в трамвай и вернулся домой. В 6 час. 20 мин. вечера вышел из дома и пошел в Лихов пер., в д. Елизарова, в парадной №№ 9—16 спросил что-то у швейцара, затем сел в конку и поехал в Синяков пер., в д. Смирнова и в парадное №№ 23—31, откуда взят не был.
В 10 час. 45 мин. утра «Высокий» вышел из дома вместе с «Субботинским», дошел до Садовой ул., расстались; «Субботинский» пошел с наблюдением, а «Высокий» пошел в Лихов пер., в дом Елизарова, в парадную, где №№ 9—16, через 10 мин. вышел и пошел на Никольскую улицу в Городские номера, где пробыл 35 мин., вышел и вернулся домой. В 2 часа 40 мин. «Высокий» вторично вышел из дома и пошел в булочную Филиппова, что-то купил и вернулся домой. В 4 часа
25 мин. пополудни «Высокий» вышел из дома и пошел в дом Смирнова по Долгоруковской улице в левые ворота, через 5 мин. вышел и вернулся домой. В 5 час. 40 мин. пополудни «Высокий» вышел из дома и пошел в булочную Филиппова, откуда и вернулся домой. Больше выхода его не видали.
В 9 часов 45 минут утра «Высокий» вышел из дома и на углу Весковского пер. купил газету и вернулся домой. В 11 часов 30 мин. утра «Высокий» вторично вышел из дома вместе с «Субботинским». «Высокий» имел при себе какую-то книгу в виде журнала, и дошли до дома Смирнова по Долгоруковской ул., «Высокий» пошел в дом Смирнова в левые ворота, а «Субботинский» остался ждать у ворот.
«Высокий» скоро вышел с той же книгой, и дошли до Садовой улицы, расстались — «Субботинский» пошел с наблюдением, а «Высокий» пошел в Даев переул., в дом Биркель во двор, где пробыл 1 час 45 мин., вышел без упомянутой выше книги и вернулся домой. Больше его выхода не видали.
В 9 час. 50 мин. ут. вышел из дома и пошел в д. Смирнова во двор по Долгоруковской ул., через 20 мин. вышел и пошел домой. Более выхода не видали.
В 10 часов 40 минут утра вышел из дома, зашел тут же в молочную лавочку, чего-то купил, вернулся домой. В 6 час. 20 мин. вечера вышел вторично и пошел в булочную Филиппова на углу Селезневской ул., откуда вышел и пошел домой. Более выхода не видали.
30 августа по прошению матери Маяковский принят в число учеников приготовительного класса Строгановского художественно-промышленного училища*.
23 сентября Московский окружной суд в распорядительном заседании признал Маяковского действовавшим при совершении преступления «с разумением».
«Рассмотрев обстоятельства дела и выслушав личные объяснения обвиняемого Маяковского, Окружной суд нашел: 1) что Маяковский воспитывался в образованной дворянской семье, 2) что он получил образование в гимназии и дошел до 4-го класса, 3) что деятельное участие его в подготовлении путем печатных воззваний государственного бунта, в каковом преступлении он уличается задержанием его на месте преступления с поличным, упорно им отвергается, 4) что ответы его на вопросы суда по предмету совершенного им преступления указывают на достаточное его умственное, нравственное развитие и на понимание им преступного характера своих действий. — определяет: дворянина Владимира Владимировича Маяковского, 14 лет, обвиняемого в преступлении, предусмотренном 1 ч. 102 ст. Уголовного уложения, признать действовавшим при совершении этого преступления с разумением»*.
11 октября Маяковский в числе других обвиняемых был предан суду Московской судебной палаты*.
23 декабря составлен обвинительный акт по делу о подпольной типографии МК РСДРП (большевиков).
По недоразумению обвинительный акт не был своевременно вручен Маяковскому. Полиция почему-то считала Маяковского скрывшимся из Москвы и проживающим в Самаре. Из-за этого слушание дела было отложено*.
Обвинительный акт был вручен Маяковскому только 1 мая 1909 года*.
Новое в блогах
За что арестовывали Владимира МАяковского
Владимира Маяковского, ещё когда он был совсем юным, несколько раз арестовывали: молодой человек распространял в Москве марксистскую литературу и общался с разными радикально настроенными гражданами. Впрочем, в заключении начинающий писатель не унывал – писал сестре Людмиле о том, чтобы она принесла ему целую кипу книг, по которым Маяковский собирался учиться.
Москва, вторая половина января 1909 г.
Арестовали меня в тот день, как я вышел из дому в 11 часов утра, на улице. Арестовали бог знает с чего, совершенно неожиданно схватили на улице, обыскали и отправили в участок. Сижу опять в Сущевке, в камере нас 3 человека (всего политических 9). Кормят или, вернее, кормимся очень хорошо. Немедленно начну готовиться по предметам и, если позволят, то усиленно рисовать.
А пока прошу у тебя следующее: принеси мне подушку, одеяло, полотенце, что есть из белья, простыню, наволочку, зубной порошок, щеточку, зеркальце, гребень, платков носовых и черную рубаху; затем следующие книги (поройся у меня, найди, которые есть, а которых нет, спроси у Сережи, Владимира, Хози или у других товарищей). Алгебру и геометрию Давидова, Цезаря, грамматику латинскую Никифорова, немецкую грамматику Кейзера, немецкий словарь, маленькую книжицу на немецком языке Ибсена (она лежит у меня на полке), физику Краевича, историю русской литературы Саводника и программу для готовящихся на аттестат зрелости. Из книг для чтения следующие: психологию Челпанова, логику Минто, историю новейшей русской литературы (чья — не помню, она лежит у меня на столе), «Введение в философию» Кюльпе, «Диалектические этюды» Унтермана и «Сущность головной работы человека» Дицгена. Все эти книги ты найдешь у меня в комнате.
Затем спроси, не найдется ли у Владимира или Сергея 1-го тома «Капитала» Маркса, «Введение в философию» Челпанова и сочинения Толстого или Достоевского. Все эти книги притащи сама или попроси кого-нибудь принести мне в Сущевку, приноси не все сразу, конечно, а понемногу. Затем спроси у Сергея адрес Виктора Михайловича, которому я рисовал плакат, сходи туда, спроси денег (проси 8 рублей), а если понадобится что-нибудь дорисовать, то сделай это, пожалуйста.
Ну, пока до свидания. Целую всех вас крепко, поцелуй за меня маму и Олю, за меня не беспокойтесь, т. к. по новому делу привлечь меня не могут, ибо невинен и чист аз есмь аки архангел. Поклон товарищам, пусть не забывают.
P. S. Если найдешь (постарайся), то принеси Гнедича «Историю искусств», Мутера «Историю живописи в 19 столетии», если есть, то принеси от кого-нибудь другого, а если нет, то в крайнем случае те, которые лежат у меня в сундучке, только оберни в бумагу.
Сейчас говорил со смотрителем. Разрешил принести краски и рисовать, только чтобы все принадлежности были небольших размеров, а то неудобно. Да принеси еще и две кисточки. Ну, примусь за занятия, обстановка подходящая. Я сижу сейчас с студентом-технологом 4-го курса, знающим немецкий язык и немного рисующим.
Книги приноси обязательно понемногу, иначе не пропустят. Приноси по 4−7.