поддельная расписка судебная практика

Взыскали долг по договору с поддельной подписью?

Что делать, если вы узнали, что от вашего имени заключен договор и ваша подпись в нем подделана? Это может быть кредитный договор, в котором кто-то из ваших близких расписался за вас, оформил кредит, а вы стали созаемщиком. Может быть договор купли-продажи, аренды или любой другой. Такие ситуации нередки.

Ваши действия будут зависеть от того, в каких обстоятельствах вы узнали о существовании договора с поддельной подписью, и на какой стадии находится дело. Рассмотрим типичные ситуации и последовательность действий.

Ситуация 1 – По договору с поддельной подписью еще не возбуждена судебная процедура

Например, вы узнали, что ваш супруг оформил кредит на вас и на себя, расписавшись за вас в кредитном договоре. Такое, к сожалению, бывает. Если вы с таким раскладом не согласны – вы вправе обратиться в банк с заявлением о том, что договор не подписывали и созаемщиком не являетесь. У банка есть два варианта: либо пересмотреть условия кредита, либо ответить вам отказом. Не ответить ничего – это, по сути, тоже отказ. И тогда вас ждет судебная процедура признания договора недействительным или незаключенным.

Как ставить вопрос – о недействительности или о незаключенности договора – зависит от ситуации. Обычно судебная практика считает договор с поддельной подписью незаключенным. Но если в договоре кроме вас есть еще заемщик, подпись которого не оспаривается, то лучше ставить вопрос о признании договора недействительным.

В качестве образца при подготовке иска вы можете использовать исковые заявления по делам наших клиентов, вставив в них свои данные.

Ситуация 2 – По договору с поддельной подписью идет судебный процесс, но еще нет решения суда

Если вы намерены оспорить договор с поддельной подписью в суде, обратите внимание на следующее.

До того как представить в суд иск (или пояснения, если процесс уже идет) вам необходимо провести соответствующую почерковедческую экспертизу. Причем это сделать надо по своей инициативе и за свой счет, чтобы обосновать свою позицию перед судом. Для российских судов значение всегда имели только документальные доказательства, а заключение эксперта – это очень значимый аргумент.

Во-первых, оспариваемый договор с подписью. Здесь надо иметь в виду нюансы, связанные с тем, есть ли у вас подлинник договора или только его ксерокопия.

Если подлинника нет – это не проблема, проведению экспертизы это не препятствует. Однако, в копии исследуемая подпись может быть недостаточно разборчивой. В этом случае заключение будет вероятностным: эксперт укажет, что подпись «вероятно» выполнена не вами, а другим лицом.

Если же подпись в ксерокопии читается хорошо, то проблем нет, эксперт напишет однозначный вывод о том, что подпись выполнена не вами. Особого значения вероятностный или однозначный вывод на этом этапе не имеет, ведь по решению суда все равно будет проведена еще одна экспертиза. Об этом далее.

Для проведения исследования вам надо будет представит образцы своей подписи. Во-первых, экспериментальные образцы – для этого вы просто прямо в экспертной организации сядете за стол и испишите несколько листов бумаги. Во-вторых, документальные образцы. Для этого вам надо найти документы, относящиеся к периоду, когда заключен спорный договор, с вашей действительной подписью. Это могут быть квитанции об оплате коммунальных платежей, трудовой договор или другие ваши документы с места работы, подписи из банковских выписок и т.д. Подумайте заранее, где вы расписывались и подготовьте эти документы для экспертов.

Для проверки ваших доводов суд назначит судебную экспертизу, и уже по ее результатам будет принимать решение. Поэтому вам заранее надо найти вторую экспертную организацию и обсудить с их сотрудниками возможность проведения экспертизы уже по решению суда.

При этом не факт, что суд назначит проведение судебной экспертизы именно там – он может выбрать экспертов, предложенных вашим оппонентом (если он их предложит). Однако вы уверенно сможете ходатайствовать перед судом о выборе экспертного учреждения, указанного вами, особенно, если представите их согласие на проведение такой экспертизы и обеспечите оплату их услуг, и о том, чтобы поставить на разрешение эксперта указанные вами вопросы. Поэтому, все это вам важно согласовать с экспертами заранее.

Итак, подготовив доказательства поддельности подписи таким образом, вы можете рассчитывать на то, что суд вынесет решение о признании договора недействительным (незаключенным).

Ситуация 3 – По договору с поддельной подписью вынесено решение суда, но оно не вступило в силу

Если по договору с поддельной подписью уже вынесено решение суда, которым на вас возложено обязательство, за которое вы не подписывались, но оно еще не вступило в силу – срочно пишите апелляционную жалобу.

Вступившее в силу решение влечет за собой возможность исполнительного производства, поэтому ваша задача – отложить появление приставов на как можно более долгий срок.

В апелляционной жалобе изложите все доводы так, как рассказано в предыдущем пункте. И обоснуйте, почему вы не представили их в первой инстанции – или, если представили, почему суд их не принял во внимание.

В качестве образца при подготовке апелляционной жалобы вы можете использовать жалобы по делам наших клиентов.

Ситуация 4 – По договору с поддельной подписью возбуждено исполнительное производство

Здесь ситуация, конечно, сложнее. Если вы уже признаны должником по договору с поддельной подписью и суд вынес решение о взыскании с вас долга, то вам придется возвращать внимание судов к самому началу вашей истории, параллельно отбиваясь от приставов.

Что делать в этом случае?

Формально оснований для приостановления в связи с подачей такого иска у вас нет, но вы можете сослаться на вы можете сослаться на абзац 1 части 2 статьи 39 Закона «Об исполнительном производстве» или оспаривать решения судебного пристава. Здесь все зависит от вашего искусства применения норм об обжаловании. По сути, ваша задача, дождаться решения о признании договора недействительным, на основании которого будет возможен поворот исполнения.

В качестве образца вы можете использовать документы, подготовленные нами при защите прав наших клиентов, вставив в них свои данные.

Резюме

Итак, мы описали примерную последовательность действий в ситуации, когда кто-то подделал вашу подпись и у вас в этой связи возникли проблемы. Вы можете воспользоваться нашими советами и пойти в процесс самостоятельно. Мы всегда готовы поддержать вас в консультативном порядке.

У нас сформировалась положительная судебная практика по признанию недействительными договоров с поддельной подписью, есть опыт аргументации и организации процесса. Вы можете ознакомиться с решениями судов по нашим делам и использовать доводы при защите в аналогичных ситуациях.

Если же желания вести процесс своими силами у вас нет – обращайтесь. Основная цель нашей работы – помочь всем, что в наших силах и возможностях.

Юридическая консультация дает возможность сориентироваться и в стратегии работы, и в цене правовой помощи. Вопрос о цене работы обычно решается в зависимости от объема и сложности поставленных задач. Вы можете рассчитывать стоимость работы, исходя из примерных цен.

Решение об обращении к конкретному адвокату обычно принимают на основе оценки его профессиональных и деловых качеств. Какие наши преимущества могут помочь вам принять решение об обращении именно к нам?

Источник

Топ-3 излюбленных аферистами способа отъема жилья по поддельным распискам

Для того чтобы законно присвоить чужую недвижимость, мошенникам, порой, нужно выполнить всего два условия. Во-первых, вовремя узнать, что у жертвы есть или скоро появится подходящее имущество. Во-вторых, заполучить оригинал подписи владельца. Остальное дело техники: сфабриковать долговую расписку на круглую сумму, подать иск о взыскании лжезайма, и отобрать жилье в качестве компенсации. О самых популярных схемах обмана при помощи таких подделок — в экспертной статье адвоката Олега Сухова.

Способ №1. Долг в наследство

Так, лжекредитору, чтобы выиграть процесс, хватит искового заявления и упомянутой долговой расписки. По закону она не обязательно должна быть рукописной или заверенной нотариусом. Как правило, текст набирают на компьютере, и уже потом ставят поддельную подпись. В качестве образца злоумышленникам сгодится любая бумажка с «автографом» умершего: от квитанции ЖКХ до анкеты на скидочную карту магазина.

А вот наследникам для победы придется доказывать, что документ фиктивный. Главный аргумент здесь — результаты почерковедческой и технической экспертиз. Эти исследования позволяют определить подлинность и давность изготовления расписки.

С их помощью в ноябре 2015-го жительница Москвы сумел отстоять дом, полученный после смерти отца. Истец сфабриковал договор займа от лица покойного на 4 млн рублей и потребовал обратить взыскание на недвижимость. Однако судебные эксперты изучили образцы подписей наследодателя и пришли к выводу, что он не имел отношения к сделке. Более того, договор был составлен позже его кончины. Обманщик остался ни с чем.

Но выявить фальшивку удается не всегда. Аферисты прибегают к различным хитростям: нанимают профессиональных почерковедов, искусственно старят или ламинируют подлинник, из-за чего установить его точный возраст иногда становится невозможно. Поэтому наследникам надо заранее позаботиться о других доказательствах. К примеру, что умерший физически не мог участвовать в составлении документа. Так, два года назад наследнице удалось подтвердить: в день Х ее покойный отец находился в Краснодаре, а не в Самаре, как утверждали аферисты. И значит, расписку на 1,6 млн руб. за него подписал кто-то другой. Авиабилетов, справки из отеля и показаний свидетелей оказалось достаточно, чтобы суд отказал в удовлетворении иска.

Способ №2. Займ с чистого листа

Если руководства нет на месте, а фирме нужно провести платежное поручение, их просто пропускают через принтер и ставят печать. Удобно, быстро, но очень рискованно. Из-за такой доверчивости можно потерять не только недвижимость, а весь бизнес.

Показательный случай произошел в Карелии в 2013-м. Уезжая в командировку, гендиректор передал своему заместителю несколько пустых бумаг со своей подписью. По возвращении понял, что зря: используя «болванку» подчиненная уволилась, прихватив оставшиеся заготовки. Почти сразу руководителя вызвали в суд.

Оказалось, он должен какому-то бизнесмену 46 млн рублей. В качестве доказательства истец предъявил расписку, напечатанную на одном из злополучных листов. Проверить в рамках экспертизы, что появилось на документе раньше — подпись или текст — не удалось. Займодавец заламинировал его, якобы для сохранности. В результате ответчика признали должником, а его имущество отобрали для выплаты долга. Апелляция ничего не дала.

Способ №3. Кредит на нужды семьи

Уличить сообщников в подделке непросто.

Текст и подписи на документе в 100% случаев подлинные, а сам заемщик охотно подтверждает факт сделки. Единственное, за что могут зацепиться судебные эксперты — возраст документа.

В 2014 году с похожей ситуацией столкнулась жительница Ростовской области. После развода с мужем, она подала на раздел имущества: на кону стоял коттедж и участок земли. В это же время ее бывший свекр через суд потребовал вернуть ему долг в размере 7 млн рублей. Истец использовал расписку с «автографом» сына, и заявил, что именно он дал семье деньги на приобретение дома. Ответчица ходатайствовала о проведении техэкспертизы и та показала, что бумага была составлена накануне заседания. Судья вынес решение в пользу бывших супругов.

Также важно учитывать: для признания кредита общим, лжезаемщик должен доказать, что тот потрачен в интересах семьи. Иначе отвечать по обязательствам придется ему одному. Вот свежий пример из Подмосковья. Бывшая жена в ходе разбирательства представила расписки на сумму 2,5 млн рублей, утверждая, что эти деньги она взяла у друзей на строительство дома. Супруг ни о чем, конечно, не знал. В итоге, рассмотрев документы на недвижимость, суд определил, что к моменту оформления займа, дом уже стоял, и отказал в разделе долгов.

Если говорить о морали, то в таких историях она одна: ни в коем случае не заниматься «самолечением». Как видно из приведенных примеров, мошенники могут сфабриковать любые доказательства, найти «своих» свидетелей и даже давить на жертву. Но это не значит, что им нельзя дать отпор. При качественной подготовке к процессу отстоять свое имущество в суде гораздо проще, чем кажется.

Прямо сейчас заберите у «Клерка» 4 000 рублей при подписке на « Клерк.Премиум» до 12 ноября.

Подробности и условия самой обсуждаемой акции «Клерка» здесь.

Источник

Извольте расписочку

Расписка оказалась единственным доказательством, что человек дал в долг деньги другому человеку, а тот вернуть средства так и не собрался. В итоге обиженному заимодавцу местные суды отказали. Как правильно по закону поступать в подобных ситуациях, и растолковал Верховный суд.

Трудно найти человека, который бы никогда в жизни не давал деньги в долг. Не секрет, что многие из тех, кто пошел навстречу и ссудил родственнику, соседу или знакомому деньги, потом месяцами или годами безнадежно ждут, что должник вспомнит про них. Именно поэтому ситуация, которую разобрал Верховный суд, может быть интересна многим.

Все началось с того, что некая гражданка обратилась в суд с иском к знакомой. Истица попросила взыскать с женщины деньги по договору займа и проценты за пользование чужими средствами. Гражданке суды первой инстанции и апелляции отказали. В райсуде женщина рассказала, что в подтверждение договоров займа и их условий у нее на руках остались расписки.

Каково же было удивление истицы, когда местные суды с доводами женщины не согласились и приняли прямо противоположное решение.

Отказывая гражданке в удовлетворении ее иска, суды исходили из того, что между дамами не был заключен договор займа. А имеющаяся в деле расписка не подтверждает факт получения денежных средств именно у истца, поскольку не содержит «сведений о заимодавце и обязательства гражданки по возврату указанных в расписке сумм».

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда изучила отказы местных судов и признала ошибочными выводы судов первой и апелляционной инстанций.

В разъяснении своих доводов Судебная коллегия Верховного Суда заявила вот что:

В статье 807 Гражданского кодекса РФ сказано следующее: по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками. А заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. При этом договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или другой документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы.

Таким образом, подчеркивает Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда, для квалификации отношений сторон как заемных необходимо установить характер обязательства, включая достижение между ними соглашения об обязанности заемщика возвратить заимодавцу полученные деньги.

Как записано в пункте 1 статьи 160 опять-таки Гражданского кодекса, сделка в письменной форме должна быть совершена «путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами».

Суд еще раз обратил внимание на то, что должница со своим долгом вообще то была согласна. А фактически выражала лишь несогласие в суде только с начисленными процентами. Но обстоятельства, имеющие очень важное значение для квалификации правоотношения сторон, в нарушение требований закона (ч. 4 ст. 67, ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса РФ) никакой оценки обоих судов не получили.

Кроме того, подчеркнул Верховный суд, местными судами не было учтено, что по смыслу статьи 408 Гражданского кодекса нахождение долговой расписки у заимодавца подтверждает неисполнение денежного обязательства со стороны заемщика, если им не будет доказано иное.

Ссылка местного суда на то, что истцом в судебном заседании не было представлено иных (кроме расписки) доказательств в подтверждение своего иска, является, по мнению Верховного суда, несостоятельной.

Поэтому Верховный суд в своем решении отменил принятые раньше вердикты местных судов и велел пересмотреть дело о долговой расписке, но с учетом своих разъяснений.

Источник

Суд использован в мошеннической «схеме». Кто ответит за ущерб?

На территории РФ получила распространение следующая «схема» отъема у граждан средств, размещенных ими на своих банковских счетах:

Вопрос собственно в том, кто ответит за причиненный ущерб (то есть, реально его возместит)?

— это не мошенник. Даже если его/их найдут и привлекут к ответственности, шансы вернуть похищенные средства практически равны «0». Преступления совершают не для того, чтобы потом ущерб возмещать в полном объеме.

— это не суд? (то есть, не казна). Можно ли считать решение судьи выдать судебный приказ в описанной ситуации абсолютно законным?И если приказ незаконен, можно ли возместить ущерб?

На первый взгляд, формальные требования, установленные ч.1 ст.121, ст.122 ГПК РФ, соблюдены: простая письменная форма сделки+сумма требования не более 500 тыс.руб.

Однако, согласно п.3 Постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2016 №62 требования, рассматриваемые в порядке приказного производства, должны быть бесспорными, то есть подтвержденными письменными доказательствами, достоверность которых не вызывает сомнений, а также признаваемые должником.

Может ли расписка не вызывать никаких сомнений, и самое главное, каким образом она «признается должником»?! Как это можно выяснить, не привлекая должника к участию в деле?

Вообще, само по себе взыскание долга по расписке, на мой взгляд, всегда не бесспорно – должник может как заявить о фальсификации доказательства, так и оспаривать наличие долга по безденежности или представить доказательства погашения долга (полностью либо в части). При рассмотрении данной категории дел в общем порядке суды достаточно подробно выясняют, при каких обстоятельствах возникло долговое обязательство и возникло ли оно вообще. А здесь – просто подали заявление и через 5 дней, без вызова сторон, получите исполнительный документ на немаленькую сумму!А если знаете, в каком банке «должник» держит средства – вообще никаких проблем, деньги уже практически в вас в кармане.

В приказном производстве не допускается истребование дополнительных документов (п.24 Постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2016 №62) – следовательно, суд лишен возможности запросить дополнительную информацию. Он должен либо выдать приказ, либо отказать.

Считаю, что суд может и должен отказать в выдаче приказа, сославшись на указанный мною п.3 Постановления Пленума ВС РФ от 27.12.2016 №62, посчитав, что требование не бесспорно и не признается должником. Также суд может сослаться на п.3 ч.3 ст.125 ГПК РФ, усмотрев (с учетом разъяснений Пленума) наличие спора о праве.

Однако факт в том, что на сегодня суды так не делают. И это означает, что деньги, размещенные гражданами в банках в любой момент могут быть изъяты с использованием такой незамысловатой «схемы».

Да, деньги со счетов (банковских карт) похищали и раньше: обманом выманивая данные карты, например. Но в этих случаях всегда была какая-то оплошность потерпевшего – сам данные сказал, сам вирусную программу установил и т.д.

В рассмотренном же примере никакой неосторожности потерпевшего нет. И это означает, что любой гражданин, хранящий деньги в банке, может, независимо от его поведения, остаться без этих средств. Пока не изменится точка зрения судов на вынесение суд.приказов по таким вот «бесспорным» распискам.

А что делать тем гражданам, которые уже стали потерпевшими на сегодняшний день? Боюсь, что к суду (а следовательно, к казне) требования о возмещении ущерба они предъявить не смогут, поскольку:

— вопрос о том, законен ли судебный приказ выданный по поддельной расписке довольно дискуссионен (а учитывая последствия, едва –ли вышестоящие суды будут такой приказ отменять) – хотя я считаю, что такой приказ незаконен. Я не нашел отмен судебных приказов вышестоящими судами по описанным мной основаниям.

— даже если вышестоящим судом приказ отменен (причем не по заявлению взыскателя о несогласии с ним, а именно как незаконно вынесенный – тоже вопрос, как это правильно сделать), то в силу п.2 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный при осуществлении правосудия возмещается только если имеется вина судьи, установленная приговором суда (с учетом разъяснений Конституционного суда РФ от 25.01.2001 №1-П – и иным судебным актом, а не только приговором). Мне трудно представить судебный акт (не приговор), устанавливающий вину судьи в конкретном неправосудном судебном приказе.

В общем хранить ли деньги в «надежном банке» или же в стеклянной банке трехлитровой (закопанной на садовом участке) каждый решит для себя сам.

Источник

Адвокат добился оправдания доверителя, обвиняемого в хищении полученных по договору займа 1,5 млн долларов

5 декабря 2019 г. Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда согласилась с законностью, обоснованностью и справедливостью приговора Черёмушкинского районного суда, который оправдал обвиняемого в хищении 1,5 млн долларов США, полученных в результате заключения договора займа с потерпевшим.

Об особенностях дела и недостатках обвинительного заключения «АГ» рассказал адвокат АП г. Москвы Олег Пантюшов, защищавший подсудимого.

Заемщик не вернул долг в размере 1,5 млн долларов

Олег Солодовников в период с ноября 2010 г. по декабрь 2011 г. предоставил Александру Лившицу несколько займов на общую сумму более 1,5 млн долларов США, последний обязался вернуть долг до 24 декабря 2012 г. Поручителем выступил дядя заемщика, который, будучи другом Олега Солодовникова, убедил того в целесообразности предоставления займов.

Когда срок исполнения обязательства наступил, Александр Лившиц попросил отсрочку, указав, что сможет отдать долг после реализации бизнес-проектов. Олег Солодовников согласился, но срок возврата затянулся, поэтому в 2014 г. заимодавец обратился в суд с иском о взыскании долга. В октябре 2015 г. Кузьминский районный суд удовлетворил требования в полном объеме, после чего Олег Солодовников подал исковое заявление о взыскании с контрагента процентов за пользование чужими денежными средствами, которое было удовлетворено в мае 2016 г. Во исполнение указанных актов заемщик вернул около 460 тыс. руб.

Позднее заимодавец потребовал признать Александра Лившица банкротом, поскольку тот не возвращал долг, и в марте 2018 г. Арбитражный суд Московской области признал его несостоятельным (дело №А41-55787/17). При этом еще в июне 2016 г. Олег Солодовников обратился в правоохранительные органы с заявлением о том, что указанные денежные средства были похищены у него Александром Лившицем. 15 мая 2019 г. прокурор утвердил обвинительное заключение, в соответствии с которым мужчине вменялось совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса.

Заключение договора займа как способ хищения

Гособвинитель настаивал на том, что Александр Лившиц совершил мошенничество в особо крупном размере – путем злоупотребления доверием похитил у Олега Солодовникова более 1,5 млн долларов США. По версии следствия, Александр Лившиц заключил договор займа и выдал расписки о получении денег исключительно с целью придания своим преступным действиям законного «вида».

Прокурор обращал внимание на то, что, несмотря на наличие гражданско-правовых обязательств и финансовой возможности, подсудимый долг не отдал. Более того, как указано в обвинительном заключении, в целях сокрытия имущества, на которое могло быть обращено взыскание, в 2015 г. мужчина подарил своей матери значительную его часть.

Адвокат указал не недопустимость осуждения за совершение сделки

Олег Пантюшов настаивал на том, что обвинение не смогло подтвердить введение в заблуждение потерпевшего действиями Александра Лившица и злоупотребление последним доверием Олега Солодовникова. Следствие, по мнению защитника, не доказало факты хищения денежных средств и их обращение в пользу подсудимого, а также наличие умысла и преступного укрывательства имущества со стороны доверителя.

Адвокат обратил внимание суда на то, что суммы займа были получены в 2010–2011 гг. Подсудимый обязался вернуть деньги в 2012 г. При этом часть своего имущества он подарил своей матери только в 2015 г. «Слишком много времени прошло после получения займа, чтобы эти действия можно было квалифицировать как вывод имущества», – отмечал Олег Пантюшов в прениях. Кроме того, законность указанных сделок проверялась Раменским городским судом Московской области по иску Олега Солодовникова, в удовлетворении этих требований было отказано.

Адвокат напомнил, что согласно Постановлению Пленума ВС от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» в случаях, когда лицо получает чужое имущество или приобретает право на него, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи ему указанного имущества или права, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество, возник у лица до получения чужого имущества или права на него.

О наличии такого умысла, по мнению ВС, может свидетельствовать в том числе заведомое отсутствие у лица реальной возможности исполнить обязательство. Соответственно, наличие у Александра Лившица денег для возврата долга свидетельствовало о его добросовестности и финансовой состоятельности как заемщика, а не о наличии у него умысла на совершение мошенничества.

«Умысел доказывается не фактической возможностью возвратить денежные средства, а, напротив, невозможностью возвратить денежные средства на момент их получения», – подчеркивал Олег Пантюшов, выступая в суде первой инстанции. Адвокат также обратил внимание на то, что потерпевший знал о наличии у подсудимого высокодоходного бизнеса и именно поэтому, будучи уверенным в платежеспособности подсудимого, «кредитовал» его, что сам Олег Солодовников не отрицал.

Защитник отметил, что материалы дела содержали анализ движений по расчетному счету Александра Лившица, из которого следовало, что тот инвестировал в свои компании денежные средства в суммах, значительно превышающих предоставленные Олегом Солодовниковым, в периоды после получения денег от последнего. «По смыслу закона предметом мошенничества является такое имущество, которое по отношению к виновному лицу является заведомо для него чужим, то есть виновное лицо не является его собственником или законным владельцем, имущество не находится в совместной собственности виновного и других лиц, а также не является предметом гражданско-правового спора виновного с другими лицами», – указывал адвокат.

Первая инстанция и апелляция поддержали позицию защитника

Проанализировав материалы дела, Черёмушкинский районный суд г. Москвы пришел к выводу, что между потерпевшим и подсудимым в течение многих лет складывались гражданско-правовые отношения, возникшие в результате заключенного между ними договора займа, который сторонами не оспаривался. Первая инстанция отметила, что после наступления срока возврата долга Олег Солодовников долгое время не обращался с заявлением о хищении, а реализовывал свое право на защиту в порядке гражданского судопроизводства.

Районный суд посчитал, что представленные обвинением доказательства не уличают Александра Лившица в совершении мошенничества, а лишь свидетельствуют о том, что между ним и потерпевшим был заключен и реализован договор займа на сумму чуть более 1,5 млн долларов США, который предусматривал лишь одно условие – обязанность Лившица вернуть указанную сумму не позднее 24 ноября 2012 г.

Органами предварительного следствия не было представлено достаточных и убедительных доказательств того, что подсудимый не намеревался исполнять взятые на себя обязательства, связанные с условиями передачи ему указанных в расписке денежных средств, и того, что у него имелся умысел, направленный на хищение, указано в приговоре.

Кроме того, как отметил суд, показания свидетелей защиты подтверждали, что потерпевший давал Александру Лившицу в долг денежные средства, в том числе и под проценты, на развитие бизнеса последнего, то есть желал получать доход от вкладываемых денежных средств в рентабельный до определенного времени бизнес подсудимого.

Свидетели также сообщили, что между Лившицем и Солодовниковым существовали долговые отношения, в рамках которых Лившиц вносил заемные денежные средства на счет своей компании в качестве займов и получал обратно на свой личный счет, после конвертировал в валюту с целью возврата заимодавцам, в том числе и Солодовникову. Анализ имеющихся доказательств позволил суду сделать вывод о том, что в период получения займов от потерпевшего подсудимый действительно вел активную финансово-хозяйственную деятельность.

«Утверждение обвинения о том, что расписка о получении денежных средств и договор займа были составлены Лившицем А.М. во исполнение своих преступных намерений в целях убедительности своих действий и придания им правомерного вида, противоречит требованиям ст. 808 ГК РФ, которой предусмотрено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей», – указано в приговоре. Соответственно, составление таких документов не свидетельствует о намерении сторон избежать ответственности по взятым на себя обязательствам, решил суд.

Первая инстанция учла показания матери Александра Лившица, которая сообщила, что она и ее муж, отец подсудимого, в 2001 г. приобрели два земельных участка, на которых ими же были построены два дома, и фактически являлись собственниками указанного имущества. По семейным обстоятельствам юридически оно было оформлено в собственность их сына, который по просьбе умершего в 2015 г. отца передал право собственности на это имущество матери.

Суд согласился, что обвинение не предоставило доказательств того, что указанное имущество было приобретено подсудимым в результате преступных действий, в том числе на денежные средства, полученные в 2011 г. от потерпевшего. Первая инстанция отметила, что договоры дарения были оспорены потерпевшим, но в апреле 2017 г. Раменский городской суд Московской области пришел к выводу, что оснований для установления факта злоупотребления правом со стороны Александра Лившица с целью вывода имущества из-под взыскания кредитора не имеется, и отказал в удовлетворении иска.

Черёмушкинский районный суд также отверг довод обвинения о том, что умысел подсудимого на хищение был обусловлен наличием у него возможности вернуть деньги. Как указано в приговоре, неисполнение обязательств по гражданско-правовому договору предусматривает гражданско-правовую ответственность, к которой и был привлечен Александр Лившиц.

В конечном итоге суд пришел к выводу, что все связанные с договором займа от 24 ноября 2011 г. взаимоотношения между подсудимым и потерпевшим носят исключительно гражданско-правовой характер. Наличие данной гражданско-правовой сделки исключает хищение денежных средств путем злоупотребления доверием, подчеркнул суд.

На этом основании 14 октября 2019 г. Черёмушкинский районный суд вынес Александру Лившицу оправдательный приговор (дело № 01-0358/2019).

Сторона обвинения попыталась оспорить указанный акт в апелляционном порядке, однако 5 декабря 2019 г. Московский городской суд подтвердил законность, обоснованность и справедливость приговора (дело № 10-22099/2019).

Судебная коллегия по уголовным делам Мосгорсуда подчеркнула, что неисполнение обязательств по гражданско-правовому договору предусматривает гражданско-правовую ответственность, которая и была реализована посредством обращения Олега Солодовникова в суд за защитой нарушенного права.

Защитник рассказал о недостатках позиции обвинения

Комментируя «АГ» оправдательный приговор и апелляционное определение, Олег Пантюшов отметил противоречивость обвинительного заключения, о чем он говорил и в ходе судебного разбирательства. Так, адвокат обратил внимание суда на то, что очень сомнительно расценивать сделки по отчуждению имущества, совершенные в 2015 г., в качестве реализации преступного умысла деяния, совершенного в 2010–2011 гг.

Защитник подчеркнул, что в рамках судебного следствия был установлен факт внесения подсудимым полученных по договору займа денежных средств на счета подконтрольных ему юридических лиц.

По словам Олега Пантюшова, прокурор в суде первой инстанции ссылался на то, что подсудимый похитил денежные средства сразу после получения займа (это же отражено в обвинительном заключении). Однако в апелляционном представлении он изменил свою позицию и согласился с доводом защиты о том, что деньги были внесены на счета компаний. «Между тем в суде апелляционной инстанции гособвинитель пытался обосновать, что инвестирование в бизнес было сделано для «вида», а на самом деле мой подзащитный таким образом похитил деньги, поскольку получил от компаний вложенные денежные средства обратно, но заем не вернул», – рассказал адвокат.

Он подчеркнул, что относительно возврата займа позиция подзащитного состояла в том, что заем был полностью возвращен с процентами, но не было получено подтверждающих документов, так как такой порядок сложился в силу длительных финансовых отношений между ним и потерпевшим. Однако в судах общей юрисдикции эта позиция не устояла.

Защита обратила внимание на то, что его доверитель не стал признавать вину и занимал одну и ту же позицию на протяжении всего срока судебного следствия. Олег Пантюшов также отметил, что удалось добиться и достаточно мягкой меры пресечения – его доверитель находился под подпиской о невыезде.

По словам адвоката, на сегодняшний день о планах гособвинения по обжалованию оправдательного приговора в суде кассационной инстанции ничего не известно.

Источник