постоянство химера ограниченного ума эмерсон
Есть только 1 признак выдающегося интеллекта, говорит Джефф Безос. Вот он
Вот как основатель Amazon подбирает сотрудников.
Никто не будет спорить с тем, что этот парень действительно умён. Также очевидно, что он обладает талантом окружать себя умными людьми, которые помогают ему воплощать его замыслы в жизнь.
Но как ему удаётся их находить? Недавно Безос дал ответ на этот вопрос — и он звучит полной противоположностью тому, который даёт большинство людей!
Умные люди часто ошибаются.
Большинство из нас считают умными тех, кто обладает правильными знаниями о мире, умеет находить правильные ответы в трудных жизненных ситуациях и способен строить реалистичные прогнозы на будущее.
Но неочевидная стратегия Безоса заключается в том, что он в первую очередь отдаёт предпочтение не тем, кто никогда не ошибается, а тем, кто может признать свою неправоту и изменить своё мнение.
Безос заметил, что самые умные люди постоянно пересматривают своё понимание проблемы, которая вроде бы уже была решена. Они открыты для новых точек зрения, новой информации, новых идей, противоречий и вызовов их собственному образу мышления.
«Постоянство — это химера ограниченного ума».
Эта постоянная готовность к принятию новой информации идёт рука об руку с готовностью признать, что прежний образ мышления был ошибочным. Иными словами, чтобы быть суперумным человеком, нужно обладать гибкостью ума.
Как остроумно заметил эссеист Ральф Уолдо Эмерсон: «Постоянство — это химера ограниченного ума». И Безос с ним полностью согласен.
Он не считает постоянство мышления какой-то положительной чертой. Наоборот, он поощряет умение завтра найти идею, которая будет полностью противоречить сегодняшней.
С Безосом согласны не только философы XIX века, но и представители современной науки. Психологи, выражающиеся менее поэтично, называют такую гибкость ума интеллектуальным смирением. Исследования показывают, что люди, готовые признавать свои ошибки, принимают более успешные решения.
Они понимают, что допущенная ошибка является признаком не глупости, а любознательности, открытости новым знаниям и в конечном счёте — ума.
Если все вышеприведённые примеры вас не убеждают, можно посмотреть на бесспорно умных футуристов из Института будущего в Пало-Альто. По словам профессора Стэнфордского университета Боба Саттона, все они обладают «убедительными, но неустойчивыми мнениями».
Футуристы объясняют это тем, что неустойчивые (то есть часто меняемые) мнения ценны, потому что означают, что если вы «слишком привязаны к своим убеждениям», это «подрывает вашу способность “видеть” и “слышать” доказательства, противоречащие вашим суждениям».
Поэтому в следующий раз, когда вы попытаетесь определить, действительно ли человек перед вами очень умён или просто блефует, не спрашивайте его, как часто он оказывается прав. Лучше поинтересуйтесь, когда в последний раз ошибался. Если он не сможет вспомнить много раз, когда он был неправ, значит, он не так умён, как хочет казаться.
А вы умеете признавать свою неправоту?
Есть только 1 признак выдающегося интеллекта, говорит Джефф Безос. Вот он!
Вот как основатель Amazon подбирает сотрудников.
Никто не будет спорить с тем, что этот парень действительно умён. Также очевидно, что он обладает талантом окружать себя умными людьми, которые помогают ему воплощать его замыслы в жизнь.
Но как ему удаётся их находить? Недавно Безос дал ответ на этот вопрос — и он звучит полной противоположностью тому, который даёт большинство людей!
Умные люди часто ошибаются.
Большинство из нас считают умными тех, кто обладает правильными знаниями о мире, умеет находить правильные ответы в трудных жизненных ситуациях и способен строить реалистичные прогнозы на будущее.
Но неочевидная стратегия Безоса заключается в том, что он в первую очередь отдаёт предпочтение не тем, кто никогда не ошибается, а тем, кто может признать свою неправоту и изменить своё мнение.
Безос заметил, что самые умные люди постоянно пересматривают своё понимание проблемы, которая вроде бы уже была решена. Они открыты для новых точек зрения, новой информации, новых идей, противоречий и вызовов их собственному образу мышления.
«Постоянство — это химера ограниченного ума».
Эта постоянная готовность к принятию новой информации идёт рука об руку с готовностью признать, что прежний образ мышления был ошибочным. Иными словами, чтобы быть суперумным человеком, нужно обладать гибкостью ума.
Как остроумно заметил эссеист Ральф Уолдо Эмерсон: «Постоянство — это химера ограниченного ума». И Безос с ним полностью согласен.
Он не считает постоянство мышления какой-то положительной чертой. Наоборот, он поощряет умение завтра найти идею, которая будет полностью противоречить сегодняшней.
С Безосом согласны не только философы XIX века, но и представители современной науки. Психологи, выражающиеся менее поэтично, называют такую гибкость ума интеллектуальным смирением. Исследования показывают, что люди, готовые признавать свои ошибки, принимают более успешные решения.
Они понимают, что допущенная ошибка является признаком не глупости, а любознательности, открытости новым знаниям и в конечном счёте — ума.
Если все вышеприведённые примеры вас не убеждают, можно посмотреть на бесспорно умных футуристов из Института будущего в Пало-Альто. По словам профессора Стэнфордского университета Боба Саттона, все они обладают «убедительными, но неустойчивыми мнениями».
Футуристы объясняют это тем, что неустойчивые (то есть часто меняемые) мнения ценны, потому что означают, что если вы «слишком привязаны к своим убеждениям», это «подрывает вашу способность “видеть” и “слышать” доказательства, противоречащие вашим суждениям».
Поэтому в следующий раз, когда вы попытаетесь определить, действительно ли человек перед вами очень умён или просто блефует, не спрашивайте его, как часто он оказывается прав. Лучше поинтересуйтесь, когда в последний раз ошибался. Если он не сможет вспомнить много раз, когда он был неправ, значит, он не так умён, как хочет казаться.
А вы умеете признавать свою неправоту?
Понравилась статья? Поделитесь с друзьями на Facebook:
Егор Волков 4
Ты маленький котёнок в этом мире
Прижмёшься ты, мурлыкая у ног
Блуждая одиноко по квартире
Ползёшь вперёд, неведая дорог
Пищишь один, но нет тебе подобных
Есть только миска, да из тряпочек кровать
Домашний ты, и тысяча свободных
С тобой готовы миски поменять
Но в жизни так, начертано судьбою
Ты одинок, раз миска до краёв
Смотря в окно,ты думаешь порою
Зачем еда коль одинокий кров
Ухоженый, обласканый и сытый
Сидишь один как кукла на окне
Завидуешь всем тем кот не умытый
С подружкой отдыхает во дворе.
@Андрей Пархутов Змееносец Мистик
Посвящено я так понимаю мне..
Писать нужно тогда,когда не можешь не писать.
@Лев Толстой
«Постоянство — это химера ограниченного ума».
Ральф Уолдо Эмерсон
Поэт.
Это постскриптум матерный
Это дантовый ад вперемешку со светом Христа
Это вечный коллапс
Это ласка улыбки маминой
Это будто ты жив но в ладошках следы от креста
@Автор.
Стиль-это человек.
Бюффон
«У человека в душе дыра, размером с Бога, и каждый ее заполняет, как может». (Жан-Поль Сартр)
Произведения
Избранные авторы:
Ссылки на другие ресурсы:
Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Данные пользователей обрабатываются на основании Политики обработки персональных данных. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.
Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.
© Все права принадлежат авторам, 2000-2021. Портал работает под эгидой Российского союза писателей. 18+
Постоянство химера ограниченного ума эмерсон
Сиди спокойно на берегу реки, и ты увидишь, как мимо проплывёт труп твоего врага
Бритва Оккама гласит: простейшее решение задачи обычно верное
У правосудия не женское лицо, а цель оправдывает средства
Тигр, тигр, жгучий страх, ты горишь в ночных лесах, чей бессмертный взор, любя, создал страшного тебя, в небесах, иль среди ночи, озарились твои очи
У всех есть тайны, большинство становятся бесполезными, когда их раскрывают
То что нас не убивает, делает нас сильнее
Романтика движет миром
Добро всегда наказуемо
По утру, как сердечко проснётся, мрак ночной уж его не коснётся
Есть многое на свете, что и не снилось нашим мудрецам
Я не боюсь смерти, я боюсь боли перед смертью, ведь умирать больно
Чо: Зачем ты сказал ей моё имя? Она говорит, что я преклоню колени перед Властелином Тварей. Что это значит?
Джейн: Да перестань. Не хочешь же ты сказать, что в самом деле веришь, будто она ведьма?
Чо: Нет, конечно. Я просто говорю, что если темные силы существуют, само собой разумеется, что есть люди, которые используют их в своих интересах.
Джейн: Их называют инвестиционными банкирами, но живут они не в этом районе, уверяю тебя.
Служащий казино: Казино предлагает игры на любой вкус. Недавно мы потратили 10 миллионов на усовершенствование оборудования, чтобы добиться еще более сильного эффекта.
Джейн: Те же техники используются в современном животноводстве, чтобы коровы и овцы чувствовали себя комфортно.
Служащий казино: Правда?
Джейн: Приглушенный свет, тихая музыка, лабиринт переходов, ведущий тебя в то же стойло, или в вашем случае, к тем же игровым автоматам.
Служащий казино: Ну, ну, рассказывайте.
Джейн: Нигде нет часов или окон, таким образом отсутствует ощущение времени. Дешевые алкогольные напитки потоком льют на тебя пригожие девушки. В помещение подается кислород, чтобы клиенты не засыпали, плюс непрестанная симфония из звонков и сирен, создающая впечатление, будто кто-то постоянно выигрывает.
Нянька о младенце: Вы ей нравитесь.
Джейн: У неё хороший вкус.
Лисбон: Никто не заслуживает быть убитым.
Джейн: Мачадо из жадности помог сжечь Дейва Мартина живьем.
Лисбон: Джейн, мы служители закона.
Джейн: Ты. Меня не интересует закон. Мне важна справедливость. А справедливость говорит, что Мачадо заслужил мучения.
Лисбон: Это не справедливость, а месть.
Джейн: А в чем разница?
И мой любимый диалог Патрика с Эрикой:
Эрика: Расскажите, какую женщину вы ищете?
Джейн: Я ищу человека, которому я смог бы доверять, сильного духом, кого-то, кто лучше меня, что б она знала мои слабости, но все равно любила меня.
Эрика: Это была бы потрясающая женщина.
Джейн: Она была.
Постоянство химера ограниченного ума эмерсон
Опыты. Представители человечества
«Нам нужна философия, переливчатая, движущаяся, — Сказал Эмерсон в одном из своих творений. «В тех обстоятельствах, в которых находимся мы, уставы Спарты и стоицизма слишком непреклонны и круты; с другой стороны, заветы неизменного смиренного мягкосердия слишком мечтательны и эфирны. Нам нужна броня из эластической стали: вместе и гибкая, и несокрушимая. Нам нужен корабль; на валунах, обжитых нами, догматический, четвероугольный дом разобьется в щепы и вдребезги от напора такого множества разнородных стихий. Нет, наша философия должна быть крепка и приспособлена к форме человека, приспособлена к образу его жизни, как раковина есть архитектурный образец таких жилищ, что покоятся на морях. Душа человека должна служить прообразом нашим философическим планам, точно так, как потребности его тела принимаются в соображение при постройке ему жилого дома».
«Опыты» были уже тогда изданы в свет. Но если, по своему верованию в безграничное усовершенствование, он вселяет в нас убеждение, что «каждое действие человека может быть превзойдено другим», что «окончательный вывод сегодняшней науки, вывод для нас изумительный, будет включен простым примером в обзор более широкий и смелый», — то нам, как мне кажется, можно на долгое время удовольствоваться образом воззрений Эмерсона и идти вслед ему, в полной уверенности, что пройдут века и он не будет превзойден. «Длинный ряд веков и опыта, чему научил он нас о природе и о нас самих? Род человеческий еще не сделал ни шагу к разрешению загадки свой собственной судьбы, и во всем, что касается этого вопроса, он будто поражен карою безумия».
Его последователи, конечно, будут в состоянии дать большее развитие той или другой его мысли, нагляднее выставить ее на поклонение мира и тверже укоренить ее в убеждениях человечества, — он и сам сказал: «О сколько истин, глубочайших и ожидающих себе исполнения лишь в веках грядущих, заключено в простых словах каждой правды!» — но благодетельные семена рассеяны его рукою по всем скромным стезям, по всем широким поприщам, по всем заоблачным высям земного существования. Возвышенные думы Эмерсона, предупредившие более, чем за пятнадцать лет астрономические доказательства Фламмариона, превосходные компиляции Пеззани, и одновременные с «Землею и Небом» Жава Рейно, не бесполезны для перспектив, которые перед нами открываются. Главная же его заслуга состоит в том, что он из нас, слепорожденных, может сделать зрячих и просто, и прямо говорит: «Нет, нет преград между нашими головами и незримыми небесами, как нет в душе нашей затворов, отделяющих Бога, творца сущего, от человека — Его произведения». Или: «Наша мысль всегда будет даром свыше». Или «Человек — это струя из неведомого источника. Наше бытие изливается, откуда? — неизвестно. Самый непогрешимый вычислитель, может ли он поручиться, чтобы не могло в сию же минуту воспоследовать нечто неисчислимое, которое обратит в ничто все его вычисления?» «Вообразите только себе воцарение новой истины в мире! Возникновение такого образа мысли, которое в сию минуту, в первый раз появляется на свет, как птенец вечности, как отголосок всемогущества безначального и бесконечного? Новое откровение (мы называем откровением общение Всевышнего с душою человека и Его указания законов вечных), кажется, в одну минуту вступило в наследство всего бывшего до него, и оно же издает законы всему, еще не существующему. Оно приводит в движение каждый помысел человека, и все установленное готово подвергнуться изменениям».
Прошу вас об одном: не торопитесь по этим выпискам провозглашать его мистиком; он не мистик, не проповедник, не философ. Он не из числа «тех редких, пламенных, почти полоумных прозорливцев, — как он говорит о мистиках, глубоко, впрочем, уважая их и веря их правдивости, — изнемогающих под необъятностью идеи». Он свободно распоряжается всеми своими великолепными идеями; так сказать, играет ими, представляя их нам в форме случаев и предметов обыденной жизни. Он не обрамлен никакою системою, не настроен на тон поучительный, не омрачен ни одною тенью догматической сухости. Он просто человек во всей силе слова, и человек самый натуральный. О возвышенном говорит возвышенно, о пленительном пленительно, о комическом — с самым непринужденным юмором. Вот несколько строк о «Молитве» из его последнего сочинения; другой пример о том же предмете находится в книге, лежащей теперь перед вами.
«О чем наши ежедневные мольбы?» О том, чтобы быть вытянутыми по условной мерке «Восполните, благоутробные боги, мои недостатки в изворотливости, в наружном виде, в моем положении и состоянии: во всем, что ставит меня в некотором отдалении от того вожделенного хоровода; восполните недостающее мне, да буду я одним из тех, кому дивуюсь, и да стану с ними на короткую ногу!» Но премудрые боги произносят: «Нет, мы имеем для тебя в виду нечто лучшее. Горькими унижениями, повсеместными поражениями, лишением всякого сочувствия, расстоянием целых пучин разногласия ты познакомишься с истинами и с человечностью пообширнее тех, которые в ходу у щеголеватых джентльменов».
«Посмотрим, в чем по большей части молитвы людей и что такое молитва? — Молитва есть доступ в бесконечность; она должна испрашивать у Бога даровать душе новую доблесть, поддержать, окрылить ее силою неведомою, неземною; молитва совокупляет видимое с невидимым, обыденное и знаемое с дивным и сверхъестественным. Молитва — это обзор всех событий жизни с высочайшей точки зрения, это одинокая беседа души, погруженной в созерцание и восторг от дел своего Создателя; души, согласной с ним в духе и исповедующей, что всякое Его даяние благо и всяк дар совершен. Но просить себе молитвою такую-то особую утеху, вне добра вечного — недостойно человека; но смотреть на молитву, как на орудие к достижению той или другой житейской цели, — низко и постыдно. Такая молитва есть доказательство раздвоения, а не единения внутреннего сознания с законом естества, потому что человек, слившийся воедино с Богом, сладостно отрекается от своей личности: возношение духа сопровождает его и возбуждается на каждом шагу».
Пред его глазами «мир воспроизводится миниатюрно в каждом событии, так что все законы природы можно проследить в самом малейшем факте. И беспристрастный судья этих событий и существующего порядка вещей, он описывает их с величайшею верностью, но без увлечений, без гнева, как человек, уже одолевший едкую горечь фактов и призванный ослабить их пагубное влияние. Такое призвание достойно этой души могучей, ясной, умудренной, вполне сознательной. Он проникнут сущностью религии, поэзии, философии, веры, любви и повиновения. Ему возможно внимать божественным глаголам и начертываать несколько слов из вековечных нравственных законов, которые могут открыть новую эру самых существенных улучшений. Пред его духовным оком расстилается настоящая действительность, которой «видимый мир служит только отражением», — очень печальным, как следует из описания:
«Нарушения законов природы, свершенные и предшественниками, и современниками, налегли на нас и искупаются нами. Неловко и тяжело каждому живущему человеку… Что же это, как не попрание законов и естественных, и разумных, и нравственных? И не только доказательство, но полное удостоверение в том, что нужно было нарушение за нарушением, для того чтобы дойти до накопления такой многосложности бедствий, окружающих нас со всех сторон. Войны, чума, голод, холера обнаруживают какое-то озлобление в природе, которое, будучи возбуждено преступлениями человека, должно быть искуплено человеческими страданиями».
«… Много ли есть в наш век личностей великих, доблестных? Нет, нет между нами ни мужчин, ни женщин, способных дохнуть обновлением на нашу жизнь, на наш общественный быт! Нервы и сердце человека высохли, и все мы стали робкими, оторопевшими плаксами. Мы боимся правды, боимся счастья, смерти, боимся один другого. Большая часть людей нам современных оказываются до того несостоятельными, что они не в состоянии удовлетворять своим собственным потребностям;их самолюбивые притязания стоят в разительной противоположности с их действительным могуществом, которое со дня на день хилеет и оскудевает. Все мы — ратоборцы гостиных, а когда нужно сразиться с судьбою, мы благоразумно обращаемся вспять, не понимая, что в таком-то именно бою и крепнут силы».