разглашение персональных данных без согласия владельца судебная практика

Верховный суд научил рассматривать иски о защите персональных данных

Куда идти с иском

Михаил Возин* подал заявление в управление Роскомнадзора по ДФО. Он указал, что в интернете без его разрешения компания с Багамских островов Whois Privacy Corp. распространяла его персональные данные. Роскомнадзор от его имени направил заявление в суд. Ведомство потребовало защитить права Возина как субъекта персональных данных и ограничить доступ к информации о нем.

В Центральном районном суде Хабаровска, куда было направлено исковое заявление, отказались его принять. Там решили, что требования заявителя по своей природе административные и не должны рассматриваться в порядке гражданского судопроизводства. В апелляции согласились с такой позицией и указали, что претензии Роскомнадзора связаны с административным регулированием правовой деятельности интернет-ресурса как СМИ, поэтому выводы первой инстанции о рассмотрении спора в административном порядке верны.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда под председательством судьи Асташова указала на ошибку нижестоящих коллег.

Коллегия напомнила, что Роскомнадзор имеет право обратиться в суд с иском в защиту субъектов персональных данных (в том числе неопределенного круга лиц – п. 5 ч. 3 ст. 23 закона «О персональных данных») и представлять их в суде. При этом по ч. 6 ст. 26 ГПК иски о защите прав субъекта персональных данных, в том числе об убытках или компенсации морального вреда, можно предъявлять в суд по месту жительства истца, указал ВС.

Заявление следовало рассмотреть в порядке гражданского судопроизводства, сказано в определении по делу (дело № 58-КГ20-2)

Сложности глазами эксперта

Ответчиком в спорах данной категории является оператор персональных данных или другое лицо, получившее доступ к персональным данным истца. «Встречное исковое требование по рассматриваемой категории споров обычно не заявляется. Кроме того, по спорам этой категории не предусмотрен обязательный досудебный претензионный порядок их разрешения. Однако зачастую до обращения в суд будущий истец направляет будущему ответчику требование прекратить обработку персональных данных, удалить данные, а в случае неполучения ответа на подобные запросы лицо обращается за защитой своих прав в суд», – рассказывает Созина.

Так, в деле № 2-2794/18 истец обратился к администратору домена с требованием удалить с сайта профиль истца, содержащий его персональные данные, и отзывы пользователей, но в удовлетворении претензии ему было отказано, после чего последовало обращение в суд. Такие дела рассматриваются в качестве суда первой инстанции районным судом (ст. 24 ГПК), поясняет юрист.

По общему правилу иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика, иск к организации – в суд по ее адресу (ст. 28 ГПК).

При этом иски о защите прав субъекта персональных данных, в том числе о возмещении убытков и (или) компенсации морального вреда, могут предъявляться и в суд по месту жительства истца (ч. 6.1 ст. 29 ГПК).

Если истец обосновывает свои требования нормами закона о защите прав потребителей, то иск можно предъявить по выбору истца в суд по месту нахождения ответчика-организации. А если ответчиком является индивидуальный предприниматель – по месту его жительства, по месту жительства или пребывания истца либо по месту заключения или исполнения договора (ч. 7, 10 ст. 29 ГПК, п. 2 ст. 17 закона «О защите прав потребителей»).

Требования, связанные с нарушением прав на обработку персональных данных, рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГПК (например, апелляционное определение Московского городского суда от 02.08.2019 по делу № 33-35187/2019).

Случаи административного производства – это скорее исключение при наличии определенных обстоятельств.

«Несмотря на довольно специфический предмет требований и зачастую сложную конструкцию состава, в рамках исков о защите персональных данных экспертизы назначаются судом в исключительных случаях. Это означает, что суды самостоятельно оценивают, относится ли та или иная информация к персональным данным, подлежит ли она защите в указанном порядке, а это означает, что именно через призму судебного усмотрения формируется подход к защите персональных данных», – обращает внимание на важную деталь юрист юркомпании «S&K Вертикаль».

* – имена и фамилии участников спора изменены редакцией.

Источник

Продается все о каждом

В ходе рассмотрения этого дела было наглядно продемонстрировано, как правильно поступать в подобных случаях. Ведь саму процедуру таких исков не всегда до конца понимают даже наши суды.

А подобных споров о защите персональных данных в последнее время стало так много, что на проблему приходится обращать внимание не только самим гражданам, но и правоохранителям, юристам, законодателям.

Поэтому имя человека, его адрес, паспортные данные и прочее с каждым днем становятся все дороже. В итоге сложился целый нелегальный рынок, на котором можно купить персональные данные, а их хозяева даже знать об этом не будут.

Между тем, сегодня, чтобы взыскать через суд убытки от утечки персональных данных, гражданин должен обладать железными нервами и здоровьем. Ему надо доказать не только факт нарушения, но и размер своих убытков от разглашения, а также причинно-следственную связь между нарушением и убытками. Да и штрафы Роскомнадзора за нарушение прав субъектов персональных данных доходят лишь до 75 000 рублей.

Но и такие суммы за последние годы не присуждали.

Наши суды ограничиваются 10-20 тысячами рублей компенсации. Хотя в Европе предусмотрены штрафы до 4 процентов оборота компании. А это заставляет организации ответственно подходить к вопросам защиты персональных данных.

Наша история началась на Дальнем Востоке, где гражданин написал заявление в местное управление Роскомнадзора. В заявлении было сказано, что в интернете без его разрешения некая фирма с Багамских островов распространяла его персональные данные.

В итоге всех споров дело дошло до Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда. И там с мнением дальневосточных судов не согласились.

Верховный суд начал с того, что напомнил: Роскомнадзор имеет право обратиться в суд с иском в защиту субъектов персональных данных. В том числе и неопределенного круга лиц. Это сказано в Законе «О персональных данных». Также ведомство имеет право представлять пострадавших в суде.

А еще Верховный суд указал на статью 26 Гражданского процессуального кодекса. Там сказано, что иски о защите прав субъекта персональных данных, в том числе об убытках или компенсации морального вреда, можно предъявлять в суд по месту жительства истца. Поэтому заявление в защиту жителя Дальнего Востока надо было рассмотреть в порядке гражданского судопроизводства.

Как правило, истцом в судах о защите персональных данных обычно выступает гражданин, с персональными данными которого совершены незаконные, по его мнению, действия. Сам Роскомнадзор реже, чем простые граждане, обращается с исками в суд. Обычно ответчиком в таких спорах оказывается оператор персональных данных или тот, кто получил доступ к персональным данным гражданина.

Весной этого года стало известно, что Госдуме и Роскомнадзору предложили законодательно ужесточить ответственность за нарушения в сфере персональных данных. Если предложение пройдет, то за каждый доказанный случай утечки данных граждане смогут требовать от бизнеса и госорганов компенсацию от 500 000 до 5 миллионов рублей. Такую инициативу озвучила Ассоциация юристов России. Там подготовили предложения по изменению закона «О персональных данных». АЮР хочет обязать операторов персональных данных, в числе которых есть все госорганы, компании и физические лица, обрабатывающие такие сведения, по требованию граждан выплачивать им, по решению суда, в случае утечки компенсацию в размере от 500 000 до 5 миллионов рублей. Если утечка данных произошла по вине пользователя, то оператор освобождается от ответственности.

Возможность взыскать компенсацию с компании в случае утечки теоретически есть и сейчас, но, по мнению АЮР, она сильно затруднена.

При этом иски о защите прав хозяина персональных данных, в том числе о возмещении убытков, компенсации морального вреда, могут предъявляться и в суд по месту жительства истца.

Требования, связанные с нарушением прав на обработку персональных данных, рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГПК. Это означает, что суды самостоятельно оценивают, относится ли та или иная информация к персональным данным, подлежит ли она защите.

В нашем случае Верховный суд отменил отказные решения дальневосточных коллег и велел рассмотреть требование гражданина.

Источник

Разглашение персональных данных без согласия владельца судебная практика

Программа разработана совместно с АО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Обзор документа

Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 12 ноября 2019 г. N 14-КГ19-15 Суд отменил апелляционное определение по иску о защите персональных данных, компенсации морального вреда, возмещении понесенных расходов и направил дело на новое рассмотрение, поскольку суд не учел общественную значимость дискуссии относительно деятельности врача, а также не соотнес объем информации о конкретном враче, включая его персональные данные, способ получения и распространения этой информации с его правом на защиту частной жизни

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Горшкова В.В.,

судей Романовского С.В. и Асташова С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Гладышевой Татьяны Вячеславовны к ООО «МедРейтинг» о защите персональных данных, компенсации морального вреда, возмещении понесенных расходов

по кассационной жалобе Гладышевой Т.В. на решение Центрального районного суда г. Воронежа от 28 ноября 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 12 февраля 2019 г.,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В., выслушав объяснения Ковалева А.В. и Бакая И.П., представляющих интересы Гладышевой Т.В. и просивших кассационную жалобу удовлетворить, представителей ООО «МедРейтинг» Евтушенко Т.С. и Чернышука Н.В., просивших кассационную жалобу отклонить,

В обоснование требований истица указала, что в мае 2018 года ей стало известно, что на публичном сайте Интернет-ресурса был размещен профиль с ее данными (имя, фамилия, место работы, должность) в виде профиля врача ВОККДЦ, на котором анонимные пользователи оставляли негативные отзывы о ее работе, чем нарушено ее право на частную жизнь.

Гладышева Т.В. обратилась к администратору домена ООО «МедРейтинг» с требованием удалить из сети «Интернет» с сайта prodoctorov.ru ее профиль, содержащий в том числе персональные данные врача, а также отзывы пользователей.

В удовлетворении претензии ООО «МедРейтинг» отказано.

По мнению Гладышевой Т.В., такая обработка ответчиком ее персональных данных, создание помимо ее воли персонального профиля, под которым каждый желающий анонимно может размещать свои субъективные суждения о ней и о ее профессиональной деятельности, нарушает право истицы на неприкосновенность частной жизни.

Решением Центрального районного суда г. Воронежа от 28 ноября 2018 г. в удовлетворении исковых требований Гладышевой Т.В. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 12 февраля 2019 г. решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Гладышева Т.В. просит отменить указанные выше судебные постановления как незаконные.

Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Романовского С.В. от 13 сентября 2019 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, объяснения относительно кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

В соответствии со статьей 390.14 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения допущены при рассмотрении данного дела.

Судами установлено, что на сайте prodoctorov.ru, принадлежащем ответчику ООО «МедРейтинг», являющемся средством массовой информации, имеется многотысячный список практикующих в Российской Федерации врачей. В отношении каждого врача, в том числе Гладышевой Т.В., создан профиль с указанием его персональных данных (фамилия, имя, отчество, должность и место работы), а также предоставлена возможность оставления отзывов о деятельности врача.

Персональные данные о каждом из врачей взяты как общедоступные с сайтов лечебных учреждений Российской Федерации. В свою очередь, информация о работающих в указанных учреждениях врачах размещена на сайтах учреждений в соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 79 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Условием размещения информации является предоставление данных о посещении врачей и личных сведений адресатов. При этом у медицинских учреждений и врачей имеется право на опровержение размещенной информации.

Суд также пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае информация об истице размещена на сайте не с целью причинить ей вред, а с целью доведения до общественности объективной информации о медицинских услугах.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал, что факт распространения ответчиком сведений о частной жизни Гладышевой Т.В. не установлен, действия ответчика не привели к нарушению прав истицы, поскольку для обработки общедоступных персональных данных не требуется согласия субъекта этих персональных данных. Требование Гладышевой Т.В. о прекращении обработки ее персональных данных не может оказывать влияния на дальнейшую обработку данных в целях осуществления профессиональной деятельности журналиста и законной деятельности средства массовой информации.

Вынесенное судом апелляционной инстанции определение нельзя признать законным по следующим основаниям.

Обращаясь в суд, Гладышева Т.В. ссылалась на нарушение ответчиком требований закона при обработке ее персональных данных, однако по существу между сторонами возник спор о праве истицы на неприкосновенность ее частной жизни и праве ответчика как средства массовой информации свободно искать, получать и распространять информацию с использованием персональных данных, что не было учтено судом апелляционной инстанции. Вместе с тем само содержание распространенной ответчиком информации, в частности ее достоверность, предметом спора не являлось.

Согласно части 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени.

В силу частей 4 и 5 статьи 29 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Перечень сведений, составляющих государственную тайну, определяется федеральным законом. Гарантируется свобода массовой информации. Цензура запрещается.

В статье 8 Конвенции закреплено, что каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции (пункт 1).

Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц (пункт 2).

Право на частную жизнь, предусмотренное статьей 8 Конвенции, не имея исчерпывающего определения, охватывает физическую и психологическую неприкосновенность личности, в том числе право жить уединенно, не привлекая к себе нежелательного внимания (постановление Европейского Суда по делу «Смирновы против Российской Федерации», жалобы N 46133/99 и 48183/99, § 95). При этом из нее не может быть полностью исключена деятельность профессионального или делового характера (постановление Европейского Суда по делу «Нимитц против Германии» от 16 декабря 1992 г., § 29).

В соответствии со статьей 10 Конвенции каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ (пункт 1).

Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия (пункт 2).

Кроме того, абзацем первым пункта 1 статьи 152.2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым данного пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле (пункт 1).

Стороны обязательства не вправе разглашать ставшую известной им при возникновении и (или) исполнении обязательства информацию о частной жизни гражданина, являющегося стороной или третьим лицом в данном обязательстве, если соглашением не предусмотрена возможность такого разглашения информации о сторонах (пункт 2).

Неправомерным распространением полученной с нарушением закона информации о частной жизни гражданина считается, в частности, ее использование при создании произведений науки, литературы и искусства, если такое использование нарушает интересы гражданина (пункт 3).

При сборе данных о каком-либо человеке, обработке или использовании персональных данных или публикации соответствующих материалов способом или в объеме, который выходит за рамки того, что обычно можно предвидеть, могут возникнуть доводы о защите частной жизни.

Тот факт, что сведения о частной жизни и персональные данные получены из открытых источников, само по себе не лишает гражданина права на защиту частной жизни и защиту своих персональных данных (постановление Большой Палаты ЕСПЧ от 27 июня 2017 г. по делу «Компании «Сатакуннан Марккинаперсси Ой» и «Сатамедиа Ой» против Финляндии» по жалобе N 931/13).

При таких обстоятельствах нельзя признать правильным вывод суда апелляционной инстанции о том, что ответчиком не распространялись сведения о частной жизни Гладышевой Т.В.

Уважение личной и семейной жизни, которое гарантируется статьей 8 Конвенции, предполагает также необходимость защиты персональных данных личности, в связи с чем законодательство предусматривает соответствующие гарантии и не допускает использования персональных данных такими способами, которые могут оказаться несовместимыми с гарантиями, содержащимися в названной выше статье Конвенции.

В частности, статьей 5 Закона о персональных данных установлены принципы обработки персональных данных, согласно которым обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе (часть 1).

Обработка персональных данных должна ограничиваться достижением конкретных, заранее определенных и законных целей. Не допускается обработка персональных данных, несовместимая с целями сбора персональных данных (часть 2).

Обработке подлежат только персональные данные, которые отвечают целям их обработки (часть 4).

Содержание и объем обрабатываемых персональных данных должны соответствовать заявленным целям обработки. Обрабатываемые персональные данные не должны быть избыточными по отношению к заявленным целям их обработки (часть 5).

При обработке персональных данных должны быть обеспечены точность персональных данных, их достаточность, а в необходимых случаях и актуальность по отношению к целям обработки персональных данных. Оператор должен принимать необходимые меры либо обеспечивать их принятие по удалению или уточнению неполных или неточных данных (часть 6).

Статьей 6 названного закона определено, что обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных (пункт 1 части 1).

Вместе с тем данной нормой установлен перечень условий, при которых обработка персональных данных может осуществляться без согласия субъекта, в частности если обработка персональных данных необходима для осуществления профессиональной деятельности журналиста и (или) законной деятельности средства массовой информации (пункт 8 части 1).

Таким образом, право на защиту частной жизни, включающее защиту персональных данных, и право на свободу поиска, передачи и распространения информации, включая свободу средств массовой информации, могут являться конкурирующими правами.

Реализация права на свободу слова и распространение информации, включая журналистскую деятельность, должна учитывать право на защиту частной жизни. Объем, а также способ сбора и распространения информации о частной жизни, включая объем персональных данных, должны соответствовать общественной потребности в данной информации, а также правомерной цели ее сбора и распространения.

При установлении равновесия между защитой частной жизни и свободой слова должна быть определена значимость вклада обнародования тех или иных сведений в дискуссию по вопросам, представляющим интерес для общества, поскольку пункт 2 статьи 10 Конвенции практически не допускает ограничений политических высказываний и дискуссий по вопросам, представляющим общественный интерес.

Определяя критерии, по которым возможно вмешательство средств массовой информации в частную жизнь гражданина, для установления баланса между конкурирующими правами по общему правилу необходимо исходить из того, каков вклад этой информации в обсуждение вопросов, представляющих интерес для общества, степень известности человека, интересы которого были затронуты, предмет информационного сообщения, предыдущее поведение лица, интересы которого были затронуты, содержание, форма и последствия опубликованных сведений. Кроме того, учитывается также способ получения информации, ее достоверность.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2010 г. N 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» разъяснено, что к общественным интересам следует относить не любой интерес, проявляемый аудиторией, а, например, потребность общества в обнаружении и раскрытии угрозы демократическому правовому государству и гражданскому обществу, общественной безопасности, окружающей среде.

Поскольку жизнь и здоровье человека относится к общепризнанным ценностям, гарантируемым Конституцией Российской Федерации, то обсуждение вопросов о состоянии здравоохранения и качестве медицинской помощи безусловно имеет большое общественное значение.

В частности, к основным принципам охраны здоровья статьей 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» отнесены приоритет интересов пациента, доступность и качество медицинской помощи, которые согласно статье 10 данного закона обеспечиваются в том числе возможностью выбора медицинской организации и врача в соответствии с этим законом.

Установленные данным законом обязанности государства по проверке качества медицинской помощи и доступности информации в сфере здравоохранения, в том числе обязанность медицинских учреждений публиковать данные о врачах, их образовании и уровне квалификации, сами по себе не исключают потребность общества в обсуждении этих вопросов в средствах массовой информации, включая сбор отзывов пациентов о качестве оказанной им медицинской помощи и опубликование этих сведений.

Между тем объем информации о конкретных врачах, включая их персональные данные, а также способ получения и распространения этой информации должны быть соотнесены с правом каждого врача на защиту частной жизни, чему не было дано оценки судом апелляционной инстанции по настоящему делу.

Так, по утверждению истицы, ответчик, предоставив возможность неограниченному кругу пользователей сети «Интернет» анонимно оставлять комментарии о ней, привлек к ней излишнее внимание, спровоцировал сбор негативной информации о ней, которая распространялась ответчиком в необработанном виде и без какой-либо предварительной проверки. По ее мнению, данное интернет-издание является по существу справочником, каталогом врачей, из которого она вправе требовать удаления персональных данных на основании части 2 статьи 8 Закона о персональных данных.

По утверждению ответчика, отзывы пользователей предварительно просматривались, редактировались и размещались при условии подтверждения факта оказания медицинской помощи талоном на прием к врачу или медицинскими документами. Также, по утверждению ООО «МедРейтинг», по обращению Гладышевой Т.В. проводилась дополнительная проверка, а ее требование удалить информацию обусловлено желанием скрыть свои ошибки и недостатки в профессиональной деятельности. Сайт prodoctorov.ru не относится к справочникам или каталогам, а является средством массовой информации, содержащиеся на нем сведения являются продуктом журналистской деятельности.

Названные выше доводы и возражения, имеющие значение для установления баланса сторон и правильного разрешения спора, судом апелляционной инстанции в нарушение части 2 статьи 56, части 1 статьи 196 и части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации учтены не были, а необходимые для этого обстоятельства не установлены.

Суд при вынесении апелляционного определения сослался на пункт 7 части 1 статьи 79 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Однако указанная норма закона, предписывающая в обязательном порядке публиковать на сайте лечебного учреждения список работающих в нем врачей, имеет целью оценку качества условий оказания услуг указанным учреждением, в то время как конструкция профиля Гладышевой Т.В., размещенного на сайте prodoctorov.ru, предполагает персональную оценку деятельности только истицы. Оценка указанных обстоятельств в определении суда апелляционной инстанции также отсутствует.

Кроме того, при разрешении спора о соблюдении баланса интересов между защитой частной жизни и свободой слова суду следовало установить, имелись ли у истицы эффективные средства для удаления на созданном ответчиком ее профиле комментариев ее деятельности как врача, принимая во внимание, что частично комментарии являлись анонимными, в связи с чем представляется затруднительным определить объективность высказанного мнения, а на те комментарии, которые подписаны реальными лицами и в которых содержится критика профессиональной деятельности Гладышевой Т.В., она не может надлежащим образом отреагировать, будучи ограничена врачебной тайной.

Данные нарушения не могут быть устранены судом кассационной инстанции ввиду установленного законом запрета суду кассационной инстанции устанавливать новые обстоятельства и исследовать новые доказательства.

Руководствуясь статьями 390.14-390.16 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Воронежского областного суда от 12 февраля 2019 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Обзор документа

Врач требовала удалить с интернет-портала ее профиль с негативными отзывами пациентов. Суды трех инстанций отказали ей, так как ее персональные данные считаются общедоступными, а отзывы размещены не с целью причинить ей вред, а для доведения информации о медуслугах до общественности. Однако Верховный Суд РФ отправил дело на пересмотр.

Суды не нашли баланс между свободой распространения информацию о врачах, их образовании и уровне квалификации и конкурирующим правом на защиту частной жизни, элементом которой, по мнению ЕСПЧ, считается и профессиональная деятельность. Суды должны установить объем и достоверность спорной информации, способ ее получения и распространения. Следует выяснить, могла ли истица опровергать анонимные отзывы и отвечать на негативные комментарии в условиях врачебной тайны.

Источник